Роковой котенок

Двадцать минут спустя Леонард Рид отворил мне дверь своего особняка в псевдоанглийском стиле. Он был облачен в безупречный вечерний костюм, белую рубашку с плиссированным жабо украшала черная “бабочка”.

– Рик! – выдавил он из себя улыбку. – А я собрался было уходить, старик. Званый ужин. Идиотская мысль. Но время от времени даже Леонарду Риду приходится ублажать своего продюсера.

– Время от времени даже Леонарду Риду приходится быть честным со специалистом по улаживанию конфликтов Холманом, – холодно сказал я. – Или же специалист может решить прекратить поиски правды и справедливости и отказаться от прекрасного, но лживого клиента – вроде того, с которым он имеет дело сейчас.

Набрякшие веки почти совсем прикрыли его глаза.

– Насколько я понимаю, – промурлыкал он, – тебя что-то сильно беспокоит. У тебя точно такой же дикий блеск в глазах, как у Насильника, когда тот видит на лужайке незнакомую кошку. Заходи, выпьем на скорую руку, и ты расскажешь мне о своих затруднениях.

Я проследовал за ним в гостиную, выждал, пока он закончит любоваться собой в застекленной стене, а потом поведал, что пить не буду.

– Я встречался с Зои Парнелл, – сказал я, – и она сообщила мне, что Клайв Джордан уехал от нее дня четыре назад. Она не знала, куда он подался, но предложила попытать счастья в баре “Бонго”. Я так и сделал, и, когда осведомился у бармена, не знает ли он, случаем, Джордана, одна сумасшедшая дамочка у стойки сказала, что знакома с ним. Поэтому мы отправились к одному новому многоэтажному зданию в Уилшире. Дамочка сказала, что квартира принадлежит какому-то дружку Джордана, который уехал куда-то на месяц и позволил ему поселиться там на время его отсутствия.

– И Клайв оказался там? – поинтересовался Леонард с умеренным любопытством.

– Лежал абсолютно голый на полу с пистолетом в руке и с пулей в голове.

– Ого! – Он надавил потайную кнопку, и из деревянной стенной панели плавно выдвинулись и распахнулись створки встроенного бара. – Мне сейчас просто необходимо выпить, старик. У меня внутри все переворачивается!

– Никакой посмертной записки, говорящей о самоубийстве, не было, – продолжал я. – Во всяком случае, я ее не нашел. Но нашел крошечного черного котенка с белым бантом вокруг шеи. – Я вытащил бант из кармана и показал его Леонарду. – Тут есть одна очень любопытная надпись.

– “На память капризному мальчику. С любовью. Леонард”, – прочитал он вслух. – Это явно говорит о чьей-то предусмотрительности, Рик.

– А ты разве не посылал ему котенка?

– Неужели я выгляжу полным идиотом? – Леонард посмотрел на свое отражение в зеркальной стене с нескрываемым удовольствием. – Никто не повел бы себя так глупо, верно? Особенно в моем положении.

– Его одежда была аккуратно разложена на кровати, – сказал я. – Похоже, Клайв принимал душ, а потом, вместо того чтобы одеться, прошел в гостиную и застрелился.

– А кто-то подбросил бедную кошечку с бантиком и моими наилучшими пожеланиями вокруг шейки, чтобы полиция подумала на меня? – Леонард плеснул дорогого коньяка в рюмку и выпил его одним конвульсивным глотком. – Ты заставляешь меня нервничать, старик!

– Мне удалось произвести лишь беглый осмотр комнаты, – продолжал я отчет. – Дело темное. Ненормальная дамочка не дала мне позвонить в полицию. Она также притащила котенка ко мне домой. Уверен, она не случайно оказалась в “Бонго”, когда я там появился. Значит, весь вечер кто-то водит меня за нос. Выбор небольшой: либо ты, либо Зои Парнелл.

Леонард одним глотком прикончил оставшийся коньяк, потом поспешно зажал ладонью рот, поскольку реакция его желудка оказалась неожиданной.

– Прошу прощения! – Он очень осторожно выдохнул. – А у этой ненормальной дамочки есть имя?

– Фрида Паркин.

– Ого!

– И-го-го! Осел! – рявкнул я. – Еще чуть-чуть, и я забуду, что имел несчастье быть знакомым с тобой, шут!

– Так ты не вызвал полицию? – Он погладил свои мясистые щеки лопатообразными пальцами. – Значит, бедняжка Клайв до сих пор так и лежит на полу?

– Я не вызвал полицию сразу, – уточнил я. – Но я сделал это по дороге сюда.

– Следовательно, теперь я в любой момент могу ожидать визита какого-нибудь хитроумного детектива?

– Звонок был анонимным. У меня и так достаточно неприятностей, чтобы еще объяснять им, почему я не позвонил сразу из квартиры.

Леонард плеснул еще коньяку себе в рюмку.

– Что-то я выбираю себе неудачных приятелей, не так ли? Сначала Лестер Андерсон, а теперь вот Клайв!

Из-под алой портьеры показалась Мышка, разбежалась и прыгнула на кушетку, покрытую леопардовой шкурой, затем опрокинулась на спину, и лапки замелькали в воздухе.

– Она думает, что кушетка существует исключительно для ее удовольствия, – хихикнул Рид. – У нее мания величия!

– И не у нее одной, – ехидно бросил я. – Рано или поздно, а скорее всего, рано полиция свяжет твое имя со смертью Джордана. А если окажется, что это убийство, тебе придется туго!

– Ты же не думаешь, что кто-то совершил убийство только ради того, чтобы подозрение упало на меня, верно? – Он хитро мне улыбнулся. – Нет человека, который бы так ненавидел меня.

– Я тебя ненавижу, – признался я без обиняков.

– Ты еще тот негодяй! – Леонард снова потер себе щеки. – Фрида Паркин, говоришь? Сексапильная малышка с длинными нечесаными черными волосами? Выражается словно портовый грузчик, который только что уронил себе на ногу молоток?

Примечания