Нечаянная радость

Риа пыталась вычислить, в чем было главное отличие их занятий любовью в тот полдень. Как и прежде, они были наполнены страстью, но появилось нечто новое – сила. Риа и Тейлор вошли в ту фазу сексуальных отношений, когда отдавать хочется больше, чем брать. Страсть, поднятая этим чувством, напугала их обоих.

Они изо всех сил старались сохранять в доме непринужденную и дружескую обстановку, но под этой внешней ровностью отношений скрывалось мощное невысказанное чувство. Продлись подобное состояние чуть дольше, и оба они просто взорвутся от невыносимого давления. Но теперь все позади, больше терпеть не надо.

Риа была абсолютно уверена, что, как только они с Тейлором возобновят сексуальные отношения, вопрос о разводе отложится в долгий ящик.

Вечер был достаточно мягким, чтобы надеть то же платье с блестками, которое было на ней в вечер накануне Рождества. Риа подушилась духами, которые больше всего любил Тейлор, бросила в серебристую сумочку салфетки и губную помаду, схватила ключи от машины и вышла опять же через черный ход.

Риа могла поклясться, что ноги ее не касаются земли.

Большинство присутствующих на предобеденном коктейле уже перекочевало в бальный зал несколькими этажами ниже. Тейлор же позволил себе минуту передышки в опустевшем номере. Оглядевшись, он обнаружил, что в комнате остался только один человек – Лиза Бартон.

Прекрасно смотревшаяся в черном облегающем платье, выгодно оттенявшем ее белокурые волосы, стоя за баром, Лиза приветливо улыбнулась Тейлору.

– Налить?

– Нет, спасибо, мне нужно спешить вниз.

– Ты не мог бы уделить мне минутку, Тейлор? Мы с тобой почти совсем не общались последние недели.

– Кажется, тебя это устраивало.

Лиза размешала пальцем приготовленный коктейль и осушила фужер.

– Ты обвиняешь меня в том, что я расстроилась из-за твоей женитьбы за моей спиной на этой женщине, как ее там – Лавендер?

– Ее зовут Риа, – раздраженно поджал губы Маккензи. – А «винить» – слишком сильное определение. «Удивиться» подошло бы гораздо больше. Я удивлен тем, что тебя расстроила моя женитьба. Мы никогда не запрещали друг другу встречаться с другими.

– Встречаться, но не жениться.

Тейлор был опытным политиком, чтобы понять, где ему уготовлена ловушка. Инстинктивно почувствовав, что пора ретироваться, он направился к выходу.

– Прошу прощения.

– Тейлор, прости меня. – Лиза схватила поравнявшегося с ней Маккензи за рукав. – Мне казалось, между нами было понимание.

– Было. Понимание того, что между нами нет никакого понимания.

Лиза взглянула на Тейлора из-под ресниц.

– Я не осознавала, как много ты для меня значишь, пока не потеряла тебя. Я скучаю по тебе.

– В самом деле?

Отставив фужер, Лиза прижалась к Тейлору и обняла его за шею. Своей грудью он почувствовал нахальные, не стянутые лифчиком груди Лизы.

– Очень. И я знаю, что ты скучаешь по мне.

– С чего ты взяла?

Самодовольная улыбка Лизы была подобна улыбке искушенного любителя детективов, с первой главы раскусившего коллизию одного из романов Агаты Кристи.

– То, что вы делаете в постели с женой, не идет ни в какое сравнение с тем, что делали мы с тобой.

– Это разные вещи, – дипломатично заметил Тейлор.

Лиза прижалась к Тейлору слегка раздвинутыми бедрами и, стиснув их, почувствовала, как поднимается и твердеет его плоть под тонкой тканью брюк.

– Оставайся со своей женой, Тейлор, – прошептала Лиза. – Я была замужем и поняла, что брак – это не для меня. Мне нравится быть независимой. И еще мне нравишься ты. Очень. – Она терлась о Тейлора, точно кошка с течкой. – Мы оба здравомыслящие люди. Я не вижу причин, почему бы нам не продолжать, как раньше, когда ты еще не попал в сети Риа Лавендер и не сделал ей ребенка.

Глаза Маккензи похолодели, и он отрезал:

– Риа не беременна.

– Теперь уже нет, – злобно усмехнулась Лиза. – Но была. Ведь ты поэтому женился на ней? Когда это случилось? В сочельник, после Грэхемов? – Ее глаза сузились. – Представляю себе весь сценарий. Ты разозлился на то, что я поехала кататься на лыжах без тебя. На вечеринке встретил в меру смазливую девицу, не возражавшую скоротать ночку. Вы отправились в постель вдвоем. Ах, ну что за дело? Я прощаю тебя, дорогой. Ты же мужчина. Кому, как не мне, знать твою силу? Кстати, – озорно добавила Лиза, – я там тоже зря времени не теряла с одним инструктором по лыжам.

Лиза сложила губки бантиком и издала чмокающий звук:

– Я вышла из этого жаркого боя без потерь. Ну разве не обидно, что ты залетел? Бедный мальчик, ты совершил благородный поступок и женился на девушке. И зря.

У Тейлора хватило здравого смысла не реагировать на укусы Лизы. Он не был с ней согласен, но и не собирался вступать в дискуссию для выяснения отношений. Но как ни странно, грязная интерпретация случившегося показывала его в каком-то новом свете. А Риа тоже так к этому относится? До сих пор считает, что она для него не более чем предмет для удовлетворения похоти?

Черт возьми, до сих пор Тейлор никогда не рассматривал ситуацию с точки зрения Риа.

Надо будет все прояснить. Как можно скорее. Он не может позволить Риа продолжать думать, что она была и до сих пор остается не более чем удобным инструментом для любовных утех.

Но прежде следует разобраться с Лизой. Тейлор притворился что разговор ему наскучил.

– Ты сама не понимаешь, что несешь, Лиза. Она откинула голову и расхохоталась.

– Еще как понимаю! Делия Стар не дура выпить, Тейлор. Помни об этом, когда в следующий раз будешь давать ей интервью. Всего несколько порций виски, и язык у нее разматывается, точно нитка с катушки, и Делия выбалтывает все.

– И что ты намерена делать с этой информацией? Шантажировать меня? И какова цена твоего молчания – сексуальные взаимоотношения? Должен ли я разыгрывать роль жеребца, чтобы заставить тебя молчать?

– Я никогда не унижалась до подобной глупости. – Лиза сунула руки под пиджак Тейлора и ущипнула его за соски. – Но люди интересуются своим новым мэром и его женой. Я могу ляпнуть что-нибудь в разговоре, сама того не желая.

– Потаскуха.

Лиза отпрянула, но тут же взяла себя в руки.

– Твоя правда. Но у меня куча денег. Я вхожа в нужные социальные и политические круги. Ты не сможешь доставить себе удовольствие сделать меня несчастной. – Она потянулась и легко поцеловала Маккензи. – В чем проблема, Тейлор? Я не прошу тебя бросить жену. Я ничего не имею против нее, если только она не будет вмешиваться в наши с тобой отношения. Жена-брюнетка и любовница-блондинка. О чем еще может мечтать мужчина?

Лиза выдохнула вопрос в губы Тейлора, потом приподнялась на цыпочки и всем телом прижалась к нему. Ему пришлось обнять Лизу за талию, чтобы сохранить равновесие. Открытым ртом Лиза плотоядно накрыла рот Тейлора, принялась языком ласкать его губы.

В комнату ворвался поток свежего воздуха, что заставило Тейлора повернуть голову. В дверях стояла Риа. Она вся светилась и сверкала в своем платье с блестками. Гладкие черные волосы искрились так же, как платье, и глаза отражали тот же свет.

Но они были холодны как лед. Тейлор оттолкнул от себя Лизу.

– Риа!

– Добрый вечер, миссис Маккензи, – засмеялась Лиза.

– Добрый вечер, – холодно ответила Риа. Она перевела взгляд с Лизы на мужа. – Внизу мне сказали, что я могу найти тебя здесь.

– Риа, это совсем не то, о чем ты думаешь.

– Тейлор, до чего же ты банален. Надеюсь, ты будешь более красноречив в своей программной речи после присяги.

Повернувшись на каблуках, Риа вышла из комнаты. Тейлор отшвырнул Лизу в сторону и бросился вслед за женой, удалявшейся по длинному коридору к лифту, на полпути к которому Тейлору удалось ее догнать.

– Риа, подожди минутку.

– У нас нет минуты. Мы опаздываем на банкет.

– Ты остаешься?

Таково было наше соглашение, не так ли? – твердо спросила Риа. – Я остаюсь с тобой до официального вступления в должность. Я буду сидеть рядом с тобой во главе стола, улыбаться и делать вид, что не застукала тебя, всего обслюнявленного, с твоей проституткой.

Риа зло ткнула кнопку вызова лифта. Двери открылись немедленно, и она вошла в кабину.

Тейлор поспешил за женой, но Риа не дала ему возможности вставить хоть слово.

– Похоже, ты несколько опередил события, когда говорил, что мы будем жить, как каждому заблагорассудится. Я поняла так, что это будет после сегодняшнего вечера. Очевидно, я ошиблась.

– Ты категорически отказываешься выслушать объяснения, да? – поинтересовался Тейлор, пока спускался лифт.

Риа сладко улыбнулась мужу:

– Пошел к чертовой матери!

– Не хочу, – процедил краешком рта Тейлор. Двери лифта уже открылись, и, как только они вышли, чету Маккензи тут же окружило множество людей, желавших обменяться рукопожатием с виновниками торжества.

Банкет начался сразу же, как только Тейлор и Риа сели во главе стола. Риа кусок не лез в горло: ее тошнило. В висках бешено пульсировала кровь. На глазах, казалось, вот-вот выступят слезы, хотя она изо всех сил пыталась их сдержать.

Риа никак не могла сосредоточиться на чем-то конкретном. Перед ее мысленным взором стояла только одна картина: Тейлор, обнимающий и целующий Лизу. Непреодолимое желание закричать, швырнуть чем-нибудь обуревало Риа, но она вела себя безупречно – как и полагается первой леди города.

Риа хотела было сказаться внезапно больной и немедленно покинуть торжество, однако решила не доставлять удовольствия Лизе проявлением своего испуга. Но Тейлору это так с рук не сойдет. Если этот банкетный стол с бесконечной чередой заурядных блюд раздражал Риа, то уж для Тейлора присутствие здесь, должно быть, стало сущим адом. Да уж, нелегкое дело разрываться между женой и любовницей во время обеда, на котором одна из них находится в центре всеобщего внимания. Все равно что на электрическом стуле. И Риа надеялась, что Тейлор на нем поджарится.

Наконец обед закончился. Официанты убрали со столов. Публика развернула стулья в сторону сцены, на которой ведущий выдавал шутки, такие же банальные, как улыбка на лице Риа.

Подбадриваемые ведущим, с краткими речами выступали различные чиновники. Все выступления были связаны со вступлением в должность нового мэра – Тейлора Маккензи.

– А теперь, – возвысил голос ведущий, – я намерен попросить Тейлора Маккензи и его очаровательную супругу Риа подняться ко мне на сцену для церемонии принятия присяги.

Риа остолбенела. Она никак не предполагала, что ей тоже придется подниматься на сцену и стоять на ней рядом с Тейлором. Маккензи подхватил жену под локоть и помог ей подняться. Публика бурно аплодировала, пока Тейлор и Риа шли между рядов к подиуму.

Позже Риа никак не могла понять, как выжила в те несколько минут, в течение которых Тейлор произносил слова присяги. Голос его звучал чисто и ясно. Риа понимала, что он был полон юмора, напора и страстности. Голос мужа проникал в мозг, подобно наркотику. Он убаюкивал, заставляя верить, что принадлежит человеку, на которого можно положиться. Человеку, хранящему верность жене. Но Риа-то знала другое.

После приведения к присяге Маккензи улыбнулся рукоплескавшей ему аудитории, а потом повернулся к жене и одарил ее улыбкой; наклонившись, поцеловал коротким поцелуем. Овация переросла в бурю, от которой зазвенели даже хрустальные люстры над головами.

Как только Тейлор отпустил Риа, ведущий провел ее на место, а Маккензи подошел к микрофону. Речь его была красноречива и интересна. Доверительный тон, заразительный оптимизм и энтузиазм. Когда он закончил, все как один вскочили на ноги.

Инстинктивно поднялась и Риа, аплодируя своему мужу-обманщику.

После этого осталось только еще раз совершить круг почета и пожать всем руки на прощание. Риа и Тейлор дожидались в гараже, когда служитель пригонит их машины. Первым подали автомобиль Риа. Она села в машину и уехала, оставив Тейлора нетерпеливо дожидаться свой «корвет».

Риа едва могла вести машину. Из головы вылетели самые элементарные навыки управления автомобилем и правила дорожного движения. Она хотела сразу же поехать к себе домой, но вспомнила, что не взяла ключи. Поэтому придется заехать к Тейлору.

Не выключая двигатель, Риа взбежала по ступенькам и открыла парадную дверь. Сумасшедшие поиски по всему дому наконец закончились тем, что Риа нашла запасную связку ключей. Она уже направилась к выходу, когда перед ней материализовался Тейлор, преградивший ей путь.

– Прочь с дороги, Тейлор.

– Не уйду.

– Не хочу ничего от тебя слышать и знаю, что ты не хочешь слушать меня, так что, прошу тебя, давай не усложнять друг другу жизнь.

– А что ты хотела сказать, чего бы я не хотел слушать?

Риа бросила на мужа свирепый взгляд.

– Что ты – презренная, двуличная, лицемерная сволочь.

– Почему ты так считаешь? Ошеломленная Риа отступила на шаг.

– Может быть, по твоим понятиям и в порядке вещей женатому человеку лизаться со своей бывшей любовницей, но я придерживаюсь иных принципов.

– Я не целовал Лизу.

– В таком случае мне приснился чертовски реалистичный сон. – Риа попыталась отстранить Тейлора со своего пути, но тот и не пошевелился, А поменявшись с Риа ролями, подтолкнул ее назад в комнату и закрыл за собой дверь. Риа смерила мужа непокорным взглядом. – Тейлор, не будь ребенком, Я не останусь здесь с тобой ни минутой дольше. Прекрати хулиганить и выпусти меня.

– Не выпущу, пока ты не узнаешь, что было на самом деле.

– Я была свидетельницей тому, что было на самом деле! – закричала Риа. – Либо вы пылко целовались, либо один из вас делал другому интенсивное искусственное дыхание. К тому же она, кажется, при этом производила еще и прямой массаж сердца. – Вспомнив руки Лизы, ласкающие грудь Тейлора под пиджаком, Риа пришла в ярость: – Как ты мог? Как же тебе повезло, что вас застукала именно я! Боже мой, ведь любой мог зайти в тот момент в комнату и увидеть, чем вы занимаетесь. И все – конец твоей карьере, над которой ты так долго бился. Неужели этот поцелуй того стоил? О чем ты только думал?

– О тебе.

Риа недоверчиво посмотрела на Тейлора. Его поддразнивание настолько разозлило ее, что из глаз у нее брызнули слезы.

– Иди к черту. Прекрати играть со мной в такие игры. Я этого не заслужила.

– Ты заслужила, чтобы я положил тебя животом на свою коленку и как следует отшлепал по одному месту за скороспелые и неверные выводы.

– Что? Я тебя застукала с поличным в объятиях экс-любовницы. Но погоди, – Риа невесело хохотнула, – выходит, Лиза вовсе и не «экс», да? Все это продолжалось за моей спиной с самого начала? Или возобновилось чуть позже? После выкидыша, когда я не могла исполнять свои функции?

Мускулы на скулах Тейлора напряглись.

– Лучше тебе остановиться, пока не ляпнула грубость, о которой потом пожалеешь.

– Я не буду жалеть ни о какой грубости, которую ляпну тебе. Да и нет слов, достаточно грубых, которые я хотела бы ляпнуть тебе. – Риа повернулась спиной к Тейлору, сокрушаясь, что вырез на платье слишком глубок. Она чувствовала обиду и унижение. – Какой же я была дурой, что, во-первых, переехала к тебе, а во-вторых, что потом дала уговорить себя остаться. – Риа опять повернулась к Тейлору. – Что, я не права? Жена придает тебе респектабельность, затыкает рты злопыхателям. Ребенок был бы еще одним положительным фактором.

Возможно, ты даже посчитал, что тебе повезло, когда я пришла к тебе в офис и сообщила о беременности. Посчитал, что тут можно и рыбку съесть и туда-то сесть. Так? Я была отличным прикрытием для твоих грязных интрижек. Но теперь довольно, Тейлор. Я оставалась с тобой из чувства долга и данных тебе обязательств – не более. Я их выполнила. Финиш. Головоломка решена.

Грудь Риа теснило. Глаза ее сверкали, как два изумруда. Вытянутые по бокам руки сжались в кулаки. Каждый волосок на голове трепетал от охватившего ее негодования. Сама она дрожала, как натянутая до предела струна.

По логике Тейлор должен был «поджать хвост» и рухнуть от ран, нанесенных ему злым язычком Риа. Но вместо этого он спокойно спросил:

– Ты закончила.

– Я сказала достаточно.

– Я имею в виду твой припадок, а не наши отношения.

– И в том и в другом случае – да.

– Прекрасно. Теперь помолчи и послушай меня. – Тейлор направил на Риа указательный палец. – Половина из сказанного тобой – полнейший вздор. – Риа открыла было рот, чтобы протестовать, но Тейлор взглядом заставил ее замолчать. – То, что ты оставалась здесь из чувства долга и моего желания прикрыть собственную задницу, – абсолютная чепуха. Ты оставалась, потому что сама этого хотела. И я просил тебя остаться, потому что хотел, чтобы ты осталась. Так что давай не обманывать друг друга тем, что кто-то из нас руководствовался альтруистскими мотивами.

– Хорошо, будь по-твоему: мы оба виноваты в этом странном браке. Но я по крайней мере была верна.

– Я тоже!

– Я не гуляла на стороне и не распускала язык. И, я. Сегодня вечером я впервые после Рождества говорил с Лизой с глазу на глаз.

– И, конечно же, ринулся наверстывать упущенное. – Риа снова повернулась к мужу спиной.

На этот раз он подошел к ней, взял за руки и развернул к себе лицом.

– Я даже не целовал ее, – процедил Тейлор сквозь зубы. – Это Лиза меня целовала.

– Какая разница?

– Принципиальная.

– Ты обнимал ее.

– Она заставила меня потерять равновесие ровно за секунду до того, как ты вошла.

– И ты думаешь, я этому поверю?

– Это правда.

– Не сомневаюсь, что ты имеешь не менее убедительное объяснение и тому, что ее руки были у тебя под пиджаком.

– Имею. Она ласкала меня, а не я ее, запустив руки под платье.

– Ха!

Тейлор грубо выругался.

– Она осталась после того, как, все ушли. Она напала на меня, а не наоборот.

– Хорошо еще, что я не застукала вас вместе в постели. В этом случае ты, вероятно, попытался бы убедить меня, что Лиза тебя насилует.

– О-о-о! – Тейлор воздел сжатые кулаки к потолку.

– Если ты такой уж невинный, почему же, тогда оставался с ней? Почему просто не ушел?

– Из-за того, что она мне сообщила.

– Сплетни? Никогда не знала, что ты ими интересуешься.

Испепеляющий взгляд Тейлора должен был бы растопить Риа в лужицу эктоплазмы.

– По-видимому, она напоила Делию Стар. Лиза знает о нашем ребенке и выкидыше.

Тейлор слово в слово пересказал свой разговор с Лизой. Риа обхватила себя руками. Ей было оскорбительно, что Лиза знает о ребенке, которого потеряла Риа.

– Получается, ты слушал ее, чтобы спасти свою шкуру.

– И твою.

Риа рассмеялась.

– А чтобы быть более убедительным, ты возбудился.

Лицо Тейлора виновато побледнело.

– С чего ты взяла, что я возбудился?

– Я видела, Тейлор. – Риа указала глазами на ширинку. – Когда ты повернулся, у тебя явно… – Риа запнулась, потом, собравшись с духом, выпалила: – Стоял!

Тейлор сделал к ней два угрожающих шага, взял руки Риа и прижал их к паху.

– Да, у меня стоял.

– Прекрати!

– И теперь стоит. И знаешь почему?

– Я не хочу…

– Не на Лизу. На тебя. Тебя. Она говорила о тебе, моей жене-брюнетке. Говорила, что то, чем мы занимаемся в постели, должно быть, хорошо. – Риа не опустила рук, но продолжала прижимать их к паху Тейлора. – После ее слов я только и мог думать, что о нас с тобой в постели.

– Я тебе не верю.

Тейлор запустил пальцы свободной руки в волосы Риа и отклонил ее голову назад. Он горячо и прерывисто дышал ей в лицо.

– Нет, веришь. Я потерял голову с того самого раза, как увидел тебя. Твоя палочка для канапе тогда, в сочельник, сразила меня наповал. Никогда еще не испытывал я желания такой силы. И оно не проходит, Риа, а только усиливается, и ты, черт возьми, прекрасно это знаешь. В собственном доме я не могу есть, спать, что-то делать, потому что мной владеет одно желание – обладать тобой, которое я должен скрывать, чтобы не спугнуть тебя. Я мечусь и ворочаюсь на этом проклятом диване в кабинете, представляя тебя в моей постели, желая быть там, с тобой. Рядом с тобой. В тебе. Желание быть глубоко в тебе было настолько сильно, что я боялся тронуться рассудком, если немедленно не сделаю этого.

Тейлор поцеловал Риа крепко и зло, насильно открыв ее губы своими.

– Ты знаешь, что я был верен тебе в браке. Черт тебя возьми, Риа, ты это знаешь. А теперь – поцелуй меня.

Злость, казалось, всякий раз действовала на них должным образом: она часто становилась искрой, вызывавшей короткое замыкание. Риа обмякла в объятиях Тейлора. Шея ее расслабилась, голова откинулась назад, предоставив полную свободу действий языку Тейлора, который проник сквозь ее губы и ласкал рот.

Риа развернула атласные лацканы смокинга Тейлора и крепко прижалась грудью к его груди. Наклонив голову, он поцеловал ее в шею и спустился ниже – к глубокому вырезу на груди.

– Я хочу тебя. О Боже, как же я хочу тебя!

– Сегодня… почему я опоздала… Я была у врача. – Голова Тейлора дернулась, глаза его сверкали, как два уголька. – Отнеси меня в постель, – хрипло закончила Риа.

Не теряя ни секунды, Тейлор подхватил Риа на руки и понес ее по темному дому в спальню. С потолка на кровать лился единственный лучик света, превращая ложе в оазис чувственности в пустыне царившего вокруг мрака.

Они раздели друг друга. Продолжительные поцелуи несколько отвлекали их от этого занятия, и они с наслаждением наблюдали наготу партнера. Руки Тейлора бегали по телу Риа легко, проворно. Риа наклонилась вперед и ласково укусила Тейлора в волосатую грудь, скользнув рукой вниз живота.

Они не стали обременять себя разбором постели и легли прямо на меховое покрывало. Когда Тейлор раздвинул ноги Риа и принялся ласкать ее плоть, она была уже мокрой, но он продолжал погружать свои пальцы все глубже, пока Риа не впала в транс от охватившего ее желания.

Тейлор вошел в нее одним мягким движением и замер надолго, млея от ощущения того, как плотно ее плоть облекла его плоть.

– Я делаю тебе больно?

– Нет.

Тейлор уткнулся лицом в шею Риа.

– Последние две недели, с того самого утра, в госпитале, я только и делал, что умирал от желания вот так быть в тебе.

– Знаю. Я тоже. Дождаться не могла, когда же мы с тобой снова сможем заняться любовью.

Тейлор поцеловал Риа в губы. Потом в грудь. Потом начал двигаться. Все быстрее. Позже, лежа рядом с женой, Тейлор сказал:

– Риа, между мной и Лизой ничего нет. Ничего.

– Я знаю.

– Знаешь? Зачем же ты тогда подвергла меня этой пытке?

Риа прижалась щекой к щеке мужа.

– Я думала, что умру, когда увидела вас в объятиях друг друга. По правде говоря, я, не думала, что ты нарушил брачную клятву, просто хотела удостовериться.

– А не ты ли всего; две недели назад; предлагала мне завести себе любовницу?

– Да, но я не это имела в виду, – поморщившись, призналась Риа. – Когда я увидела тебя с Лизой, мне стало очень больно, я пришла в бешенство, я ревновала.

– Ревновала?

– Ну а что почувствовал бы ты, застукав меня с Гаем?

– Ревность. Злость. Желание убить. То же самое я испытываю, когда думаю о том, как он прикасался к тебе.

– Он никогда ко мне не прикасался. Сбитый с толку, Тейлор уставился на Риа:

– Что?

– Гай никак не мог бы стать отцом моего ребенка не только потому, что ему удалили протоки. – Риа опустила руку на щеку мужа. – Я никогда не спала с ним, Тейлор.

Тейлор выдохнул то ли ругательство, то ли молитву. Потом поцеловал Риа с такой нежностью, что у той на глазах выступили слезы.

– Ты самая очаровательная женщина из всех мною встреченных. Женственная, но сильная. С собственным мнением, но тактичная. Настоящая леди, но страшно сексуальная. Возбуждающая и изысканная. Ты сводишь меня с ума и возбуждаешь, как ни одна из женщин, которых я знал.

Риа рассмеялась:

– Спасибо.

Кончиком пальца Тейлор обвел кружок вокруг соска Риа.

– Я не очень тебя тороплю?

Риа опустила глаза.

– Но я ведь не жалуюсь.

– Прости. Но я так долго хотел тебя, что теперь никак не могу насытиться.

– Я тебя прощаю, – прошептала Риа, придвигаясь к Тейлору. – Можешь есть, пока не насытишься.