По своей воле

Глава 1

Дэни почувствовала нервный озноб. – Да ведь это просто смешно!.. Надо взять себя в руки, – пробормотала она. К сожалению, чуда не произошло – дрожь не проходила. Если человек начинает разговаривать сам с собой, стало быть, дела его плохи.

Вспотевшие ладони дрожали, когда она закрывала дверцу машины. Сунув под мышку сумочку, провела влажной, трясущейся рукой по золотистым волосам, собранным на затылке в тугой узел. Если бы можно было так же просто справиться с нервами, как с волосами.

Глубоко вздохнув, Дэни направилась к зданию, из окон которого доносилась музыка, весьма популярная десять лет тому назад. Она миновала дверь, распахнутую настежь, чтобы не создавалось толчеи, и словно бы мягко натолкнулась на басовые ритмы музыки. В глаза ударили блики от вращающегося под потолком освещенного прожекторами шара. Слышались взрывы смеха и обрывки громких разговоров. Атмосфера веселья подействовала на нее успокаивающе, хотя еще некоторое время она продолжала в нерешительности стоять неподалеку от входа.

– Дэни! Господи, да ведь это Дэни! Дэни Куинн!

Женщина, сидевшая за регистрационным столом, сорвалась со стула, обогнула стол и крепко обняла Дэни, прижав ее к своей груди, которая стала еще больше, нежели десять лет назад. В те давние времена эта грудь была предметом зависти всех девчонок класса… да что там класса – всей школы!

Обладательница могучего бюста отстранила Дэни и оценивающе оглядела ее с головы до ног. На живом, подвижном лице женщины появилась гримаса, выражающая крайнее удивление.

– Господи, кошмар какой-то! Ты не набрала ни одного фунта за эти десять лет! Выглядишь великолепно! Просто потрясающе!

Дэни засмеялась:

– Привет, Картошка… то есть Ребекка!

– Как и прежде – Картошка! – хохотнула дама.

– Ты хочешь сказать, что до сих пор любишь жареную картошку?

Женщина хлопнула себя по пышным ляжкам, которые по ширине не уступали плечам, а может, и превосходили их.

– А разве не видно?

Они снова рассмеялись и обнялись.

– Ты не меняешься, Картошка! Как приятно снова тебя видеть!

– И тебя тоже… Хоть мы постоянно видим твои фото в далласских газетах… Я рассчитывала обнаружить приметы возраста или предательские шрамы. – И снова внимательно посмотрела на лицо и прическу Дэни. – Никаких подтяжек… Красивая, молодая, черт возьми! Держись подальше от Джерри, – ворчливо заключила она.

– Вы до сих пор женаты?

– Как же, конечно! Кто еще меня способен выдержать?

Джерри и Картошка дружили, начиная со второго класса средней школы. Было чему позавидовать.

– Как насчет детей?

– Четверо – все разбойники! Но сегодня вечером они с няней, и я на несколько благословенных часов отключилась от них и намерена как следует клюкнуть и повеселиться. – Она повернулась к столу. – Вот твой личный номерок, самая красивая девочка в классе!

– Спасибо.

Картошка сдернула облатку с клеящейся стороны номерка и по-матерински прикрепила его к лифу шелкового платья.

– По сравнению с тобой мы выглядим провинциалками, Дэни. Ты только взгляни на это платье. – Она окинула взглядом стройную фигурку Дэни, остановила взор на плетеном пояске с огромной медной пряжкой, на туфлях-лодочках, цвет и материал которых гармонировали с сумочкой. – Нейман-Маркус? Ты всегда одевалась так, что нам впору было бежать домой переодеваться.

– Мне надо было надеть потрепанные джинсы?

Картошка похлопала ее по плечу.

– Дорогуша, ты и в мешковине будешь смотреться как принцесса. – Она понизила голос и наклонилась к Дэни:

– Ты его еще не видела?

Дэни облизала губы и отвела глаза.

– Кого?

– Ой Господи, Дэни! Ты ведь знаешь, кого. Логана!

Но ведь все давно прошло!.. Она больше не намерена снова переживать этот ужас. Впервые за много лет Дэни испугалась, когда несколько недель назад получила фотокопию письма от Картошки, в котором та извещала о предстоящей встрече одноклассников по случаю окончания школы. Ей показалось, что все внутри нее оборвалось. Она прерывисто и неровно дышала.

– Логана? Нет, я не видела его с того времени… уже десять лет. Он собирался прийти?

– Президент нашего класса? Университетская звезда? Конечно же, придет! Он участвует во всех мероприятиях Хардуика. Столп общества! Логан и мне помог разослать уведомления о встрече.

Дрожащей рукой Дэни дотронулась до золотого медальона с малахитами, висевшего на цепочке.

– Как он поживает? – Дэни знала, что этот безразличный тон вряд ли обманет Картошку.

– Ты хочешь спросить, как он выглядит? – Она засмеялась, на ее лице застыло плотоядное выражение. – Скажем так. Я предупредила Джерри, что в мире есть только трое мужчин, за одну ночь с которыми я рискну десятью годами счастливой семейной жизни. Двое из них – Роберт Редфорд и Ричард Гир.

– Вот как!

– К сожалению, Логан всегда считал меня лишь добрым приятелем. – Картошка схватила Дэни за руку и подтолкнула ее в сторону толпы. – Да что это я держу тебя здесь? Иди пообщайся, возьми что-нибудь выпить! Тебя очень многие хотят видеть… А мы с тобой еще поговорим попозже.

После того как Дэни увиделась с несколькими бывшими одноклассниками, ей удалось преодолеть скованность. Атмосфера праздника захватила ее. Она знакомилась с супругами, выслушивала отчеты друзей о том, как складывалась их жизнь в последние десять лет. Известный в классе Ромео, постоянно искавший любовных приключений раньше и ищущий их сейчас, после трех неудачных женитьб и рождения шестерых детей, сегодня опекал Дэни.

– Дэни, малышка, хочешь выпить? Назови свое пойло.

– Коку, пожалуйста, Эл.

Он вытаращил от изумления глаза.

– Наконец-то наша Дэни перестала мучиться угрызениями совести! Я слышал, что на Гринвилл-авеню в Далласе умеют ловить кайф… Хочешь научить старых приятелей новым штучкам?

– Кока, – это всего лишь кока-кола, Эл. Со льдом, пожалуйста.

– А-а, вот оно что, – разочарованно произнес он. – Да, конечно, подожди здесь минутку.

Улыбнувшись, Дэни посмотрела на избирательный бюллетень, который кто-то сунул ей в руки. В конце вечера, когда все вдоволь пообщаются друг с другом, будет вручен какой-нибудь нелепый и смешной приз самому лысому, самому изменившемуся, самому многодетному отцу и самой многодетной матери, тому, кому пришлось добираться на встречу дольше других, и так далее.

– За кого собралась голосовать?

Прошло десять лет, но она мгновенно узнала этот голос. Сейчас он был более грудным, бархатистым. И в то же время до боли знакомым и, кажется, пришел из ее снов.

Дэни подняла голову и посмотрела на Логана, чувствуя, что цепенеет.

Он стал еще красивее и притягательнее, чем прежде. Подобно листу, втянутому в водоворот, она оказалась в некоей магической ауре, которая окружала его и привлекала к нему всех – и мужчин, и женщин.

Лицо, словно сошедшее со скандинавского рекламного плаката, за десять лет мало изменилось. Едва обозначившиеся паутинки возле глаз и рта делали его еще более привлекательным.

Светло-каштановые, все столь же непокорные волосы падали на лоб. Из-под густых темных бровей смотрели ясные голубые глаза, напоминающие летнее техасское небо. Тонкий нос чуть расширялся к концу, что говорило о чувственности и силе. Продолговатая ямка на подбородке показалась более глубокой, чем ей это запомнилось, а сам подбородок был квадратным и не позволял усомниться в решительности его обладателя.

– Так за кого собралась отдать голос? – повторил Логан свой вопрос.

Ей стало жарко, в голове зашумело, словно она сделала добрый глоток бренди. Все вокруг оказалось подернутым какой-то голубоватой дымкой. И только Логана Дэни видела удивительно ясно и четко.

– Мой голос? По какому пункту?

– По пункту «Чье появление меня удивило более всего?». – Он не улыбался. Глаза его внимательно изучали ее лицо.

– Ты думал, что я не приду?

– Да.

– Почему?

– Считал, что у тебя не хватит мужества. Теперь он улыбался. Эта ленивая улыбка после сказанного подействовала на нее как пощечина. Дэни была шокирована и уязвлена. Но она не успела ответить, поскольку в этот момент Эл стал совать ей стакан, из которого выплеснулось несколько капель кока-колы.

– Прости, Дэни. Привет, Логан.

– Нет салфетки? – спросила Дэни, стряхивая с руки капли.

– Салфетки? – недоуменно переспросил Эл. – А-а, салфетки нет.

Логан каким-то образом умудрился сунуть руку в задний карман джинсов и извлечь безупречной белизны носовой платок. Развернув его, церемонно протянул Дэни.

– Спасибо, – сдержанно сказала она, мечтая о том, чтобы у нее нашлось мужество швырнуть платок Логану в лицо. Промокнув руку, она вернула его.

– Не за что. – Взгляд Логана задержался на ее лице, когда он задал свой вопрос:

– Какую жену ты привел сегодня, Эл?

– Очень смешно, Логан. – Эл яростно глотнул виски. Судя по раскрасневшемуся лицу это был не первый его стакан. – Боже мой, старина, как же мне достается! Я плачу алименты, но с меня еще дополнительно дерут три шкуры. Детям всегда нужны деньги то на танцевальные классы, то еще Бог знает на что.

– И это все, что ты имеешь за свои титанические усилия по заселению восточного Техаса? – «посочувствовал» Логан.

– Да, ты верно говоришь. Полюбил один разок – и беги прочь, черт, прости, Дэни.

В этот момент ей страшно захотелось быть как можно дальше от этого места. Зачем она пришла? Похоже, будет даже хуже, чем предполагала.

– Ничего, Эл. – Улыбка получилась вымученной, Дэни подумала, что лицо ее может лопнуть от напряжения.

– Знаешь, – гнул свое Эл, – ты правильно делаешь, что остаешься холостяком. Женитьба – это вроде боли в заднице.

– Женитьба или развод? – спросил Логан.

– Для меня это одно и то же.

Даже Дэни присоединилась к смеющемуся Логану, когда посмотрела на постную физиономию Эла.

– Дорогой, я умираю от жажды. – Рядом с Логаном появилась эффектная рыжеволосая дама и обняла его за талию Другую руку она игриво положила ему на грудь.

Дэни сразу почувствовала обиду. Пышные рыжие волосы обрамляли капризное лицо женщины и падали ей на плечи. Белый атласный костюм казался неуместным для этого вечера. Лифчик едва удерживал скульптурную грудь. Сквозь прозрачную ткань просвечивали крупные розовые соски, и это, видимо, доставляло ей особое удовольствие, если судить по взглядам, которые она бросала в сторону мужчин. Дама просто воплощала в себе сексуальный призыв.

Логан по-хозяйски обнял рыжеволосую за голые плечи.

– Лана, это Дэни Куинн, Эла ты знаешь.

– Привет, – капризно проговорила она, затем подняла огромные глаза на Логана. – Дорогой, я страшно хочу пить.

– О'кей! – повернувшись вместе с ней, чтобы идти, он бросил через плечо:

– Увидимся с тобой попозже. – И они направились к бару.

– Черт! Этому Вебстеру всегда везло с бабами, – пробормотал Эл.

Дэни смотрела им вслед, пока парочка не исчезла в толпе. Взгляд ее был прикован к Логану. Он являл собой воплощение мужской красоты. Широкие плечи распирали накрахмаленную рубашку-ковбойку. Книзу торс сужался и переходил в узкую талию. Дэни заметила, что игривая рука Ланы скользнула по его спине и забралась под ремень. Дэни не осуждала девицу. Ей самой до смерти хотелось это сделать.

У Логана была медленная, свойственная техасцам ленивая походка, выработанная многими поколениями ковбоев. Уже она одна делала его сексуально привлекательным. Еле заметное покачивание бедер, внешне небрежная поступь и даже некоторая сутулость, за которыми скрывались сила и агрессивность, – все было притягательным и сексапильным. Джинсы на нем всегда были в обтяжку и откровенно подчеркивали как спереди, так и сзади анатомические особенности тела. Они настолько красиво облегали его ягодицы и длинные литые бедра, что при взгляде на них останавливалось дыхание.

– Вот только одно я не могу взять в толк. Эта реплика Эла вывела Дэни из транса, в который она погрузилась.

– Что ты не можешь взять в толк?

– Как это он позволил тебе вырваться? Она чуть ли не до крови закусила губу. Однако дружеским тоном произнесла:

– Этому не суждено было случиться.

– Тогда, – сказал Эл, оглядевшись по сторонам, – не хочешь ли ты потанцевать со мной, Дэни?

Элу было двадцать восемь, а выглядел он лет на двадцать старше, и Дэни стало жалко его. Она знала, что сможет пережить этот уикэнд, если будет вести себя бесшабашно, поэтому лучезарно улыбнулась ему.

– Конечно. А почему бы и нет?

Директор хардуикской средней школы, возглавлявший ее десять лет назад, подошел к микрофону.

– Вы счастливы сегодня. – Он быстро отодвинулся от микрофона, когда отчаянно зафонило. Затем снова приблизился, похоронив надежды присутствующих на то, что уже закончил выступление. – Мы рады, что среди вас находятся любимцы класса Логан Вебстер и Дэни Куинн. Заканчивая свою краткую речь, я хотел бы попросить их выйти сюда и открыть следующий танец. Вашим классом можно было гордиться. Веселитесь и знайте, вам всегда рады в хардуикской средней школе.

Раздались вежливые жидкие аплодисменты на фоне звона бокалов и гула голосов. Половина присутствующих в зале уставилась на Логана; вторая половина устремила взоры на Дэни. Все ожидали дальнейшего развития событий.

До этого взрывом бурного веселья было встречено вручение призов. Выпили изрядное количество спиртного. Многие забыли о своей диете. Обсудили старые сплетни и распустили новые. Каждый веселился как мог.

Но сейчас наступил драматический момент. Все помнили, что на вечерах Логан и Дэни танцевали только друг с другом.

Дэни вдруг захотелось испариться, чтобы не переживать этих двух минут, когда будет играть пластинка, которую сейчас ставили. Она посмотрела в другой конец зала, где стоял Логан, небрежно обнимая свою рыжеволосую подругу. В другой руке он держал бутылку пива. На раскрытой ладони с шиком поднес бутылку ко рту и сделал глоток, затем, глядя на Дэни, передал недопитое пиво насупившейся Лане.

Медленным шагом хищника, который намерен слопать причитающийся ему обед, он пересек зал и остановился перед Дэни.

– Станцуем?

– Похоже, у меня нет выбора.

– Это верно. У тебя нет выбора. Все наблюдают. Негоже проявлять малодушие, даже если очень хочется.

Это был вызов – змеиный замаскированный вызов, на который она не могла не ответить. Подбородок ее слегка приподнялся, в глазах сверкнула решимость. Логан заметил произошедшую в ней перемену и удовлетворенно улыбнулся. Он раскрыл руки, и она сделала шаг ему навстречу. Присутствующие зааплодировали.

– Ура, Дэни! Ура, Логан! – Дэни услышала громкий ликующий голос Картошки.

Послышались свистки и выкрики, когда Логан привлек ее к себе. Он обнимал даму на старинный манер, обхватив обеими руками талию. Ей ничего не оставалось, как положить руки ему на плечи.

– Лана наблюдает за нами.

– Кого это волнует?

– Ее. Ты слишком близко прижимаешь меня.

– Это медленный танец.

Дэни ощущала его дыхание на своих волосах. Она способна была ощущать все. Казалось, ее тело рвется испытать то, что они упустили за эти годы. Дэни почувствовала себя беззаботно веселой, во взгляде сквозило лукавство, когда она встретилась с его глазами.

– Ты хотел, чтобы это был медленный танец?

– Да.

– Почему?

– Глупый вопрос, Дэни. – Их тела соприкасались, но Логан еще сильнее прижался к ней. – Чтобы я мог обнять тебя. Почувствовать, что в тебе изменилось.

– А ты помнишь, какой я была?

– Помню.

– И что же?

– Есть кое-какие изменения.

– Где? – кокетливо улыбнулась она.

– Тут и там. – Произнося это, он скользнул взглядом по ее груди.

Улыбка ее погасла.

. – О! – смущенно произнесла она.

Раскатистый смешок, зародившийся в его широкой груди, отдался и в ней.

– Ты смущена?

– Ты никогда раньше такого не говорил.

– Да, но тогда я был зеленый юнец с потными ладонями. Сейчас я мужчина и могу сказать вслух все, что думаю. – Он игриво прижал ее. – Меня восхищает твоя зрелая фигурка.

– Мне не угнаться за Картошкой. Логан засмеялся:

– Бедняга Джерри! Он проживет всю жизнь, зная, что каждый парень в классе постоянно норовил пощупать его жену.

– И ты тоже?

– Что?

– Норовил пощупать.

– Я попытался, когда мы учились, кажется, в восьмом классе. Она так огрела меня по голове, что посыпались искры из глаз. После этого я больше не решался повторять попытку.

К ним присоединились другие танцующие пары, и теперь они не были на виду у всех. Оба улыбнулись, однако улыбка Логана быстро погасла.

– Ты отлично выглядишь, Дэни.

– Спасибо.

– Ты не поняла, – недовольно процедил он. – Это не дежурный комплимент. Ты красива, как и раньше… Даже более красива. И твоя красота страстно влечет меня. – Словно желая проиллюстрировать свои слова, он еще сильнее сжал Дэни в объятиях. Их бедра и животы вжались друг в друга, ее грудь уперлась в его мощный торс.

Музыка смолкла.

Дэни попробовала было освободиться из его объятий, но он не позволил.

– Логан, музыка кончилась, – прошептала она, боясь посмотреть ему в глаза.

– Ничего, снова начнется.

– Но твоя подружка, – попыталась напомнить Дэни в тот момент, когда зазвучала мелодия еще одного медленного танца.

– Она подождет.

– Ты уверен в этом?

– Нет… Просто мне наплевать, если она не станет ждать.

– Как ты можешь говорить такие вещи… Он вспыхнул:

– Ее можно взять напрокат на ночь, и она весело проведет время.

– У тебя теперь такие взаимоотношения с женщинами?

– Конечно. Приятно и без хлопот. А что я при этом теряю?

– Самоуважение.

Он хрипло засмеялся, но глаза его были невеселые.

– Я потерял самоуважение к себе давным-давно, Дэни… Когда ты…

– Пожалуйста, Логан, не надо…

Она произнесла это таким тоном, что его гнев мгновенно растаял. К тому же Дэни наклонила голову и уткнулась лбом ему в грудь. Это окончательно растрогало его. На смену гневу внезапно пришло желание прижать ее еще крепче, защищать и любить, о чем он всегда мечтал.

Теперь Логан с нежностью обнимал Дэни. Он посмотрел на копну ее волос – и ему страстно захотелось тихонько их поцеловать. Волосы любимой были светлые и блестящие – смесь лунного света и меда.

С Дэни было уютно. Воплощенная женственность… Когда они покачивались под музыку, слышно было, как от соприкосновения с его одеждой шуршит ее платье. У него появилось искушение стащить с нее все, чтобы увидеть тело.

Он ощущал легкий, пьянящий аромат духов. Захотелось ткнуться носом ей в ухо, сжать губами бриллиантовую сережку, ощутить языком персиковую шершавость мочки. Он хотел ее. Всю.

Логан снял ее руку со своего плеча и взял в свою. Расслабленные пальцы Дэни дотронулись до мозолей на его ладони.

– Мне приходится много работать, Дэни, чтобы заработать на жизнь.

– На ферме твоих родителей?

– Не совсем. Земля та же, только… Ну да ты увидишь это завтра. Там будет пикник… У меня.

– Твои родители живут с тобой? Он покачал головой:

– Они переехали в город и живут в небольшом доме.

– Я знаю, что ты многого добился в жизни. Я читала о тебе в «Техасских новостях» – Прямо-таки история «от нищеты к богатству» – Я не сомневалась, что ты всего добьешься.

– Это другие добились… Вроде твоих родителей, – с горечью добавил он.

Она отвела глаза, и это рассердило его.

– Скажи, Дэни, что они подумали бы, если бы увидели сейчас, как мы танцуем с тобой? Решили бы, что грязные руки этого грязного фермера не должны прикасаться к тебе?

– Это было очень давно, Логан.

– Не так уж давно, чтобы забыть… Я сейчас достаточно чистый, достаточно добропорядочный, достаточно богатый, чтобы касаться тебя, Дэни?

– Для меня это никогда не имело значения, – тихо сказала Дэни.

– Почему же? Имело! – возразил Логан, наклонившись к ней. – Когда наступил решающий момент, это очень даже сыграло роль.

– Прости меня. – Она толкнула его в грудь и вырвалась из объятий. Повернувшись, натолкнулась на Эла.

– Готова для танца с другим партнером? – пьяно спросил он.

– Не сейчас, Эл. Мне надо… в дамскую комнату.

Дэни отыскала комнату отдыха, которая была на том же месте, что и десять лет назад. Здесь в предбаннике она и другие девчонки когда-то поправляли прическу, подкрашивали губы и сплетничали по поводу того, кто с кем танцует. Сейчас Дэни сразу прошла в кабину. Ей хотелось лишь уединения, она никого не желала видеть до тех пор, пока не придет в себя.

Когда танцевала с Логаном, ей было сладко и одновременно тревожно, как и раньше. Хотя и не совсем так. Они больше не были влюбленными детьми. Оба прошли через душевные муки и страдание. Она больше не смотрела на мир сквозь розовые очки и не считала, что любовная история непременно закончится счастливо, подобно счастливым концам в волшебных сказках.

Дэни стала женщиной. Ее желания созрели и сформировались. Если раньше она была слишком наивной, а ее тело оставалось для нее тайной, то сейчас она знала, чего хочет. Хочет его.

Однако преграда оставалась все та же. Она не могла его иметь. И препятствий для этого сейчас было даже больше, чем раньше.

Несколько успокоившись. Дани вышла из комнаты отдыха и по пустынному вестибюлю направилась к танцевальному залу.

Проходя мимо одной из дверей, Дэни машинально открыла ее. Это была кладовка, все такая же уютная, как и раньше.

– Комната выяснения отношений. Обернувшись, она вздрогнула, увидев позади себя Логана. Он вошел в комнату, решительно втянул Дэни за собой и захлопнул дверь.

– Что ты сказал? – задохнувшись, спросила она.

– Так ее обычно называли ребята… Комната для выяснения отношений… Мы по очереди завлекали сюда девчонок во время танцев. Уж не знаю, известно ли начальству, какой славой пользовалась эта комната.

Дэни слабо улыбнулась. Сердце у нее гулко колотилось, во рту пересохло, но она изо всех сил старалась сохранить внешнее спокойствие.

– Мы, девчонки, знали, что вы здесь делали.

– Правда? Мы догадывались. Но от этого игра становилась еще более забавной. – Он на шаг приблизился к ней. Дальше отступать некуда – за ней была стена.

Дэни не хотела, чтобы он знал, насколько она ощущает себя беззащитной.

– Рада снова тебя видеть, Логан. Я собиралась было уйти и вот…

– Ты помнишь, что мы здесь делали с тобой в последний раз?

– А как насчет Ланы?

– При чем здесь Лана? – нетерпеливо переспросил он.

– Она ищет тебя.

– Нет, она не будет меня искать. Я передал ее Элу. – Он еще больше приблизился к ней. – Забудь про Лану и про все, кроме того последнего раза, когда мы были с тобой в этой комнате… Ты помнишь?

– Нет… То есть да… Я не уверена… Логан, я ухожу… Спокойной ночи.

Когда она попыталась выскользнуть, он схватил ее за руку и прижал к стене.

– Ты помнишь! Как и я… Ты была в розовом платье. Одно плечо у тебя обнажено, здесь была оборка. – Он провел рукой по ее груди. Дэни тихонько застонала. Каждая клеточка ее тела подавала сигнал тревоги. – У тебя были крохотные сережки в ушах, а здесь бусы. – Он коснулся пальцем ее шеи, отнюдь не спеша его убрать. – Волосы твои были забраны вверх, но на щеки падали локоны. Вот сюда. – Логан легонько потянул за волосы, и она почувствовала их прикосновение к щекам.

Дэни отлично все помнила, но продолжала отрицать.

– Не помню.

– Нет, ты помнишь. – Его голос звучал совсем рядом, и очень близко находилось его тело.

Она отвернула лицо к стенке, подставив ему затылок. Однако это не остановило Логана. Он приблизился к ней настолько, что Дэни ощутила на затылке горячее дыхание, почувствовала прикосновение его бедер к своим ягодицам.

– До этого мы танцевали так близко, так терлись друг о друга, что еще чуть-чуть и мы растаяли бы… Потом зашли сюда и целовались до тех пор, пока у нас не заболели губы… Ты была настолько вкусная и сладкая, что я никак не мог насытиться поцелуями. Когда попросил тебя потрогать меня, ты вытащила мою рубашку из брюк и положила ладони мне на грудь.

– Перестань, Логан.

– Ты и тогда сказала именно это. Когда я трогал твою грудь, ты говорила мне «нет». Но ты не хотела, чтобы я перестал это делать. Я продолжал ласкать, и мы оба были в огне… Ты хотела меня так же, как и я тебя.

– Не делай этого, – дрожащим голосом попросила она, наклоняя вперед голову. Но он, казалось, только этого и ждал и тут же прижался губами к ее затылку.

– Но почему? Я хочу, чтобы ты вспомнила… Я хочу, чтобы ты помнила, как мы любили друг друга.

– Я помню.

– Разве? Тогда почему не рассказала родителям о наших чувствах?

Внезапно она повернулась к нему лицом.