Против правил

– Что рассказать?

– Об этом парне! Что произошло?

– Ничего. – Кайла направилась на кухню, якобы для того, чтобы налить Аарону сока. Усадив его на высокий стульчик, она открыла дверцу холодильника. Родители и Бэбс столпились вокруг нее.

– Он и правда прыгнул в фонтан, чтобы спасти малыша? – спросила Мег, отходя в сторону только тогда, когда дочь потянулась за стаканом.

– Мама, не нужно делать из него героя. Он же не в бассейн с акулами нырнул, а в мелкий резервуар. Аарон пробыл в воде не более нескольких секунд.

Кайла сама не могла поверить, что сейчас пытается представить ситуацию в радужном свете. Еще некоторое время назад она считала, что Аарон непременно утонул бы, не среагируй Тревор Рул так быстро.

– А с машиной что? – уточнил отец. – Как он узнал про аккумулятор?

– Ну, он… это… он проводил нас до нее.

– До машины?

– Да. Аарон начал плакать, а я все еще была потрясена случившимся.

– Он сам вызвался помочь? – уточнила Бэбс.

– Да, – натянуто подтвердила Кайла.

– Хмм.

– Перестань повторять свое «хмм»! Ты же не доктор, осматривающий пациента! Прекратите вести себя так, словно я совершила нечто постыдное, дав вам повод смачно посплетничать! Это просто человек, оказавшийся достаточно отзывчивым, чтобы предложить свою помощь. Честно говоря, – сердито добавила она, – вы ведете себя как голодные коты, загнавшие в угол последнюю мышь в городе.

– Ему вовсе не обязательно было везти вас домой, – сказала Мег.

– Он просто оказал любезность.

– Он хромает. Интересно, что с ним случилось, – задумчиво произнес Клиф.

– А вот это совсем не наше дело. Мы никогда его больше не увидим. И, папа, позвони в мастерскую, пусть пошлют мастера починить мою машину. Мама, тебе помочь с ужином?

Они сразу узнали этот категоричный, не терпящий возражений тон, который появился у их дочери несколько месяцев назад, когда она решила, что траур по Ричарду окончен. Этой резкой интонацией она давала понять окружающим, что им больше не нужно вести себя в ее присутствии подчеркнуто внимательно и говорить приглушенным голосом, как на похоронах. Кайла показывала, что не потерпит больше, чтобы с ней обращались как с больной. Родители тут же поняли, что пришло время отступить.

– Нет, дорогая, спасибо, – сказала Мег, отклоняя ее предложение. – Иди наверх, переодень Аарона. У нас на ужин только сэндвичи, и я сама справлюсь. Ты останешься, Бэбс?

– Не сегодня, благодарю. У меня свидание.

Кайла вышла из кухни и стала подниматься с сыном на второй этаж. Подруга следовала за ней по пятам.

– А я думала, у тебя свидание, – сердито заявила Кайла, занося Аарона в спальню для гостей, которую они использовали как детскую.

– Время еще есть.

– Я его знаю? Или это новое знакомство?

– Кай, этот номер не пройдет, – ответила Бэбс, усаживаясь в кресло-качалку и скрещивая ноги по-индийски.

– Какой номер не пройдет? – невозмутимо переспросила Кайла, расстегивая подтяжки Аарона и снимая его штанишки.

– Попытка избежать разговора о твоем высоком темноволосом красавчике незнакомце.

– Он вовсе не мой!

– Как думаешь, он женат?

– Мне-то откуда знать? Да и какая разница?

– Хочешь сказать, что могла бы связаться с женатым мужчиной?

– Бэбс! – воскликнула Кайла, разворачиваясь к подруге. – Ни с кем я не связывалась! Ради всего святого, он просто предложил подвезти нас домой! Знаешь, что за день был у нас в магазине?

– Полагаю, что так себе. Не думаю, что он женат, – упрямо гнула свое Бэбс. – У него не было обручального кольца.

– Это ничего не значит.

– Знаю. Но у него внешний вид неженатого человека.

– Неужели? Я к нему не приглядывалась.

– А я приглядывалась. Рассмотрела все от макушки до кончиков пальцев, все шесть футов три дюйма. Кстати, о дюймах. Ты заметила, какое сокровище таится у него в брюках?

– Немедленно перестань! – Бэбс затронула больную тему, и Кайла поспешно повернулась к ней спиной, чтобы скрыть предательский румянец на щеках. – Ты настоящее чудовище!

– А что ты думаешь о его повязке на глазу?

– Ничего не думаю.

Бэбс вздрогнула.

– Мне она кажется чертовски сексуальной. Вкупе с буйными усами делает его похожим на разбойника или кого-то в этом роде.

– Разбойника? По-моему, ты читаешь слишком много исторических романов.

– А его единственный голубой глаз!

– Он зеленый. – Едва произнеся эти слова, она поняла, что выдала себя с головой. Надеясь, что подруга ничего не заметила, она с опаской посмотрела через плечо.

На лице Бэбс сияла ангельская улыбка, но в глазах плясали веселые чертики.

– Вот как? Помнится, ты заявляла, что не приглядывалась к нему! – насмешливо воскликнула та.

– А не пора ли тебе домой? – Кайла взяла голенького Аарона на руки. – Я собираюсь искупать малыша, потому что сразу после ужина он отправится спать. У тебя же свидание. К тому же, – она глубоко вдохнула, – я больше не хочу говорить о мистере Руле. Даже думать о нем не желаю.

– Спорим, что он о тебе думает, – сказала Бэбс, расплетая ноги и вставая с кресла. Чудачество подруги ее совершенно не тревожило.

– Не будь смешной. С чего бы это ему обо мне думать?

– С того, что он чертовски не хотел уезжать. Если бы ты не вела себя так, словно села на гвоздь, когда твоя мама предложила ему чашечку кофе, он бы непременно принял ее приглашение и остался. К тому же он заметил твою влажную блузку точно так же, как и я.

– Ничего он не заметил! – возмущенно вскричала Кайла.

– Заметил, будь уверена. Ну, пока!

Бэбс вышла из комнаты и стала спускаться вниз по ступеням, не дав подруге времени придумать новые возражения.

За ужином Пауэрсы проявляли не меньшее любопытство, расспрашивая о «человеке, который спас Аарона», как окрестила его Мег. Их вопросы не носили столь явный сексуальный подтекст, как вопросы Бэбс, но были не менее саркастичными.

Когда Кайла почувствовала, что больше не в силах этого выносить, она встала из-за стола и произнесла:

– Я сожалею, что не вызвала такси. Подумать не могла, что один мужчина может вызвать столько суматохи. Мы же никогда его больше не увидим. Спокойной ночи!

Она унесла Аарона наверх и уложила в кровать. Оказавшись в собственной постели, женщина пыталась читать, но не могла выбросить из головы Тревора Рула.

– Это неудивительно, принимая во внимание, что все только о нем и судачат, – пробормотала она, захлопывая книгу. – Что бы там ни говорила Бэбс, он не смотрел на мою мокрую блузку, – заявила она, расстегивая пуговицы. – Конечно же нет, – снова пробормотала она, снимая бюстгальтер.

Однако мысль о том, что он все же мог что-то увидеть, еще долго не давала ей заснуть.

– Глазам своим не верю! – внезапно воскликнула Бэбс, усаживаясь удобнее в кресле-качалке.

– Что такое? – поинтересовалась Кайла, подавляя зевок. Она удобно устроилась на одном из стульев на крыльце: голова откинута на спинку, глаза закрыты. Был теплый солнечный воскресный полдень, и она чувствовала негу и праздную вялость.

– Это он.

Кайла приоткрыла один глаз, чтобы посмотреть, о чем толкует ее подруга, и тут же широко распахнула и второй глаз. Тревор Рул ставил машину перед ее домом.

– Я тебе что говорила? – изрекла Бэбс. – Ему захотелось снова увидеть тебя.

– Если скажешь еще хоть слово, которое меня расстроит, я тебя прикончу! – угрожающе прошипела Кайла, вымученно улыбаясь молодому человеку, который уже поднимался по ступеням крыльца.

– Привет! – поздоровался он.

– Привет! – хором ответили женщины.

Он бросил на Бэбс заинтересованный взгляд, но тут же полностью сосредоточился на Кайле, которая испытала внезапную неловкость оттого, что облачена всего лишь в шорты, выставляющие на обозрение голые ноги. Ступни ее были босыми, а сандалии стояли чуть поодаль, но обуть их сейчас означало бы заострить нежелательное внимание на том, каким повседневным был ее наряд.

– Я переживал за вашу машину, но, как вижу, ее уже починили, – произнес Тревор, кивая в сторону автомобиля-универсала, припаркованного на подъездной дорожке.

– Да. Папа позвонил в мастерскую, и механик приехал прямо на стоянку торгового центра. Аккумулятор зарядили, и папа пригнал машину домой, хотя, возможно, мне придется купить новый аккумулятор.

– Хорошая идея. Вы ездили вместе с ним?

– Нет.

– Как же он нашел нужный автомобиль в море машин на стоянке?

Она засмеялась:

– Ну, там был только один с логотипом «Райские лепестки» на боку.

Его глубокий смех заполнил крыльцо.

– Я рад, что ваше транспортное средство благополучно к вам вернулось.

– Я тоже.

Нервничая, Кайла заправила за ухо прядь волос, думая о том, не напоминает ли ее прическа воронье гнездо.

Повисла неловкая пауза, и Тревор спрятал руки в задние карманы джинсов, отчего ткань на бедрах туго натянулась. Кайле тут же вспомнились слова Бэбс, восхваляющие его телосложение. Мысли ее приняли совершенно нежелательный и неподобающий для дамы оборот.

Со своей стороны Бэбс с удовольствием задушила бы подругу за ее дурацкое поведение. Она решила взять ситуацию в свои руки.

– Присаживайтесь, Тревор. Не хотите ли чего-нибудь выпить?

– Э-э-э, нет, – отказался он, быстро вытаскивая руки из карманов. – Вообще-то я приехал в надежде уговорить Кайлу и Аарона сходить со мной в кафе-мороженое. Я точно знаю, что малыш его обожает.

Кайла открыла было рот, чтобы отклонить приглашение, но подруга оказалась проворнее:

– Ах, какая жалость! Наш мальчик сейчас спит! – Тут ее голубые глаза широко распахнулись, словно ее озарила внезапная идея. – Но ты, Кайла, вполне можешь пойти.

Раздосадованная Кайла, заикаясь, пробормотала:

– Я не…

– Я вам помешал? – спросил Тревор, пытливо глядя на Бэбс.

– Ах, обо мне не беспокойтесь, – со смехом ответила она. – Я здесь не живу, и меня развлекать точно не требуется. Мы с Кайлой давние подруги. Знаете, ее предки практически вырастили меня. Мы сегодня загорали на солнышке. Видите вон ту выступающую часть крыши, прямо над спальней Кайлы? Там нам гарантировано полное уединение. – Она дерзко подмигнула молодому человеку. – Понимаете, что я имею в виду?

Он понял. В словесных играх подобного рода ему не было равных, он мог бы даже любительницу пофлиртовать Бэбс выставить неопытным новичком. Черт возьми, да он сам придумал несколько игр такого рода. Он мог бы нагнуться пониже, одарить их обеих соблазнительной улыбкой и бойко выдать несколько остроумных намеков по поводу принятия солнечных ванн нагишом. Но, заметив на лице Кайлы вымученную улыбку, не посмел развивать эту тему.

– Потом стало слишком жарко, – продолжала разглагольствовать Бэбс, – поэтому мы приняли душ и теперь просто расслабляемся в тенечке. Я как раз собиралась немного вздремнуть, а Кайле не помешает прогуляться.

Тревор перехватил взгляд женщины и улыбнулся:

– Вам бы этого хотелось?

– Нет, я…

– Кайла, кто… А, мистер Рул! – послышался голос Клифа из-за сетчатой двери. Мгновение спустя он вышел на крыльцо, облаченный в майку, тренировочные брюки и носки.

– Здравствуйте, сэр, – произнес Тревор, пожимая ему руку. – Надеюсь, я вас не разбудил.

– Нет, нет, – солгал тот. – Я еще не дочитал воскресную газету и хотел сделать это здесь, на крылечке.

– Тревор заехал пригласить Кайлу поесть мороженого. Как это мило с его стороны, правда? – заявила Бэбс с широкой улыбкой, словно объявляла о подписании очень важного соглашения.

– Правда, – подтвердил Клиф.

– Не думаю, что мне стоит идти, потому что Аарон…

– С ним все будет в порядке. Он и твоя мама все еще спят, только что проверял. Так что поезжай. Тебе пойдет на пользу на некоторое время сменить обстановку.

Кайла уже и не помнила, когда ей последний раз позволяли закончить предложение. В данный момент она бы с удовольствием задушила всю троицу: отца за излишнюю услужливость, подругу за чрезмерную болтливость и, конечно, самого Тревора за то, что поставил ее в столь неловкое положение.

– Ладно, но сначала мне нужно пойти переодеться, – сказала она, вставая со стула и делая шаг по направлению к двери.

– Незачем тебе переодеваться, – заявила Бэбс командным голосом сержанта-инструктора по строевой подготовке. Она точно знала, что сделает ее подруга, – поднимется прямиком в детскую, разбудит Аарона и воспользуется этим обстоятельством, чтобы отклонить приглашение.

Бэбс не могла этого допустить. Кайла была вдовой, но она оставалась также молодой жизнерадостной женщиной, которой вовсе не следовало замыкаться в раковине одиночества, пресекая всякие контакты с окружающим миром.

Тревор Рул оказался первым мужчиной, достаточно смелым, чтобы попытаться ухаживать за Кайлой, невзирая на оказанный ею холодный прием. Хочет подруга или нет, Бэбс решила лично проследить за тем, чтобы молодому человеку не отказали и он не уехал бы восвояси разочарованный. Голос ее смягчился, когда она спросила:

– Разве ей нужно переодеваться, Тревор? Вы же не едете никуда, где требуется наряжаться в вечерний туалет?

– Это вряд ли. Кайла, что скажете?

Его голос, произносивший ее имя, оказался таким притягательным, что женщина не сумела придумать никакой вежливой отговорки.

– Полагаю, я могла бы пойти, – ответила она, нервно одергивая шорты. – Если мы, конечно, ненадолго. – Она снова села на стул, чтобы обуть сандалии, а поднимаясь на ноги, послала Бэбс зловещий взгляд. – Ну, я готова.

Тревор взял ее под локоток, и они вместе спустились по ступеням крыльца.

– Не торопись домой, развлекись немного! – прокричал Клиф вслед дочери. – Мы присмотрим за Аароном.

– Оторвись как следует, – вторила Бэбс.

Кайла скользнула на переднее сиденье машины, чувствуя себя полностью униженной и изо всех сил подавляя желание спрятать лицо в ладонях, пока Тревор заводил двигатель. Когда они завернули за угол, он удивил ее тем, что съехал на обочину и затормозил. Положив руку на спинку пассажирского сиденья, он в упор посмотрел Кайле в лицо.

– Послушайте, я понимаю, что ваши родные смутили вас, но мне бы очень не хотелось, чтобы вы и дальше пребывали в подобном состоянии.

В уголках его губ притаилась улыбка, и Кайла, втянув голову в плечи, издала нервный смешок.

– Как вы точно подметили, я была смущена.

– Понимаю. Мне очень жаль.

– Это не из-за вас. Отец и Бэбс вели себя так, словно хотели связать вас по рукам и ногам, чтобы вы никуда не сбежали.

– Подозреваю, что вы нечасто ходили на свидания после смерти вашего мужа.

– Совсем не ходила. Мне совершенно не хочется.

Это известие поразило Тревора, подобно внезапному удару в челюсть. Он сел прямо, воззрившись невидящим взглядом на капот через лобовое стекло машины. С одной стороны, он был сильно взволнован тем, что Кайла не встречалась с другими мужчинами. С другой стороны, она с самого начала сообщила ему свои основополагающие правила и дала понять, что не собирается менять их. Но она же села к нему в машину, так? Ему же удалось одержать эту маленькую победу?

Кайла же думала о том, что ее прямолинейность граничит с грубостью, и собиралась было сказать что-то, чтобы извиниться, но в этот момент Тревор снова повернул к ней голову и произнес:

– Не хочется даже сходить в кафе поесть мороженого?

Она рассмеялась, и он, сочтя это добрым знаком, снова завел двигатель.

– К тому же поедание мороженого сродни пьянству.

– Как это?

– Нет никакого удовольствия заниматься этим в одиночестве.

Они ехали по улицам Чэндлера, которые Тревор, как оказалось, знает гораздо лучше, чем Кайла.

– Я купил этот участок земли.

– Здесь раньше располагалось почтовое отделение, до того, как его перевели в новый торговый центр.

– Да, я об этом слышал. В любом случае я собираюсь возвести на этом месте небольшое офисное здание, довольно симпатичное, с просторной центральной зоной, украшенной растениями и фонтанами. Надеюсь, оно привлечет профессионалов – врачей, адвокатов, ну, вы понимаете. А вот на этот участок я тоже поставил на торгах, хотя не думаю, что удастся его заполучить, – пояснил Тревор, кивая на другое владение, которое они проезжали. – Здесь построят новый супермаркет.

– Но это же пастбище!

Он рассмеялся:

– За год все преобразится. Полагаю, тут появится еще и кинотеатр.

Казалось, Тревор лучше осведомлен о городе, в котором Кайла прожила всю свою жизнь. Более то го, он, похоже, являлся одним из сильных мира се го, по чьему приказу перемены претворялись в жизнь.

– Возможно, нам с Бэбс следует перевести «Райские лепестки» на новое место.

– Нет, ваш магазин отлично расположен. Женщина бросила на него быстрый взгляд.

– Откуда вам известно, где он находится?

– Проезжал мимо сегодня как раз перед тем, как к вам заглянуть, – пояснил он после секундной заминки. – Интересно было посмотреть на магазин под названием «Райские лепестки». Скажите, пожалуйста, как долго вы уже занимаетесь этим бизнесом?

– Почти год. Мы начали через полгода после того, как не стало Ричарда, моего мужа. – Кайла рассеянно теребила край шортов. – Понимаете, мы с Бэбс выросли на фильме «Моя прекрасная леди» и всегда мечтали работать в цветочном магазине, как Элиза Дулиттл. Так вот, когда я обнаружила, что мне совсем нечем заняться, подруга стала преследовать меня с этой идеей. Тогдашняя работа ее не устраивала, и родители поддержали нашу затею. Мне же нужно было чем-то занять себя, да и о деньгах на будущее Аарона следовало позаботиться. Вот так… – она замялась, подбирая верное слово, – мы сложили наши капиталы, и не успела я и глазом моргнуть, как стала совладелицей цветочного магазина.

– Он приносит вам прибыль?

– О да, не жалуюсь. Другой имеющийся в городе флорист не блещет идеями и лишен всякого воображения. Мы наступаем ему на пятки, – заявила она с озорной улыбкой, и Тревор бы все на свете отдал за возможность поцеловать Кайлу в губы. Он остро ощущал каждую складочку, которую ее пальцы закладывали на хлопковых шортах, обтягивающих ее гладкие, увлажненные лосьоном, благоухающие цветами загорелые бедра.

К вящему разочарованию Тревора, ему нужно было следить за дорогой. Они съехали с основного шоссе и теперь тряслись по ухабистой незаасфальтированной проселочной дороге.

– Вы везете меня в какое-то секретное кафе-мороженое? – спросила Кайла.

Он широко улыбнулся и подмигнул.

– Может быть, я решил завезти вас в лес. – Улыбка ее погасла, и он рассмеялся и потрепал ее по коленке. – Расслабьтесь. – «Я дотрагиваюсь до ее колена, – мысленно ликовал он. – Я чувствую ее кожу. Боже мой! Не искушай судьбу, убери руку, Рул, сейчас же!» – Я тут строю дом, рассчитывая получить прибыль. Сегодня несколько плотников работают сверхурочно за дополнительную плату, и я хочу лично убедиться, что они не зря получат эти деньги. Не возражаете остановиться здесь на несколько минут?

Нет, она не возражала. Но «расслабиться», как он посоветовал, не могла. Она все еще ощущала прикосновение его ладони, огнем жгущее ее обнаженную кожу.