Ангел любви. Часть 1
- -
- 100%
- +
«Ничего, что я немного похозяйничал?» – он протянул ей большой пластиковый стакан с кофе.
«Не просто ничего, а очень хорошо! Приятно, когда не ты, а тебе варят кофе».
«Это самое малое, что я мог сделать. За сына мне не отблагодарить тебя до конца жизни».
«Перестань. Ты мне заплатил. Желания, помнишь?».
«Конечно, помню. Но это не умаляет моей благодарности к тебе. Исполню их в любое время дня и ночи. Слушай, а Вик, действительно, твой родной брат? Что-то не больно он походил на брата, когда обнимал тебя».
«Такой же родной брат, как Алан тебе родной сын. Знаешь, когда ты держал его за руку, это тоже мало напоминало отцовское рукопожатие. К тому же, ты неприлично молод, чтобы быть его отцом. Бедный Арчи до сих пор считает, что между вами другие, более нежные отношения. Посмотри, как он таращится на Алана».
«Твой брат тоже таращится. Может они оба нетрадиционной ориентации?».
«Жаль, что он тебя не слышит, а то бы ответил, насчет ориентации. Интересно, а почему мы с тобой слышим друг друга? У меня с Виком так не получается».
«Наверно потому, что мы с тобой одной крови. Помнишь главный закон джунглей? А мы сейчас почти, что в джунглях».
– Малышка, где ты витаешь? – ворвался голос Вика в их мысленный разговор.
Лаки встрепенулась и повернулась к брату. Тот протянул ей стакан с янтарной жидкостью:
– Хлебни глоток виски. Тебе нужны силы. Знаешь, он мне кого-то напоминает, – небрежно махнул он в сторону Алана, – Только не пойму кого.
– Тебе тоже напоминает? – обрадовался Арчи. – Я смотрю, смотрю и никак не могу понять, почему его лицо такое знакомое.
– А я вот смотрю и думаю, кому из вас первому двинуть, – лениво протянул Алан. – Терпеть не могу, когда на меня мужики пялятся.
– Что? Да я тебя сейчас в землю зарою. И твои синие глазки украсятся синими веками, – угрожающе прошипел Вик, и вдруг неожиданно радостно заорал: – Лаки, мы его нашли! Всего за сутки!
– Меня особенно умиляет слово «мы», – иронично заметила она, медленно попивая кофе. – Ты уже не сердишься, что он живой?
– Признайся, ты сразу знала, кто он, и где его искать, – не унимался Вик.
– Я узнала его имя всего час назад. Но честно признаюсь, что вчера обратила внимание на глаза. Думаешь, почему я провела с ним всю ночь? Он приворожил меня своими кельтскими глазами, – томно прошептала она.
– Лучше не зли меня своими шуточками, – недовольно буркнул Вик и разразился длинными ругательствами на неизвестном языке.
– Ты изучаешь славянские языки? – удивилась Лаки его странной реакции.
– Пан – поляк? – быстро вмешался Шон – Вик уменьшительное имя от Виктора? Пан напоминает мне одного друга, у того был сын Виктор.
– Пан норвежец, и его имя Викрам! Так, что мало ли кто кому кого напоминает? Нам пора выбираться отсюда, дела не ждут. Остальное – не наше дело, – напомнил он на Лаки, красноречиво кивая в сторону Шона.
– Они поедут с нами. Их джип заглох навеки. Довезем до автострады, а там уже сами доберутся, куда им надо, – не допускающим возражения тоном ответила она.
Все вместе они погасили остатки костра и устроились в джипе Лаки. Шон, Алан и Арчи втиснулись на заднее сиденье. Вик хотел занять место водителя, но Лаки решительно пресекла его попытку:
– Нет, мой дорогой, за рулем буду я. Надо было приезжать на своей машине. И не сюда, а в то место, какое мы вчера оговорили. Ждал бы нас там, и проблем было бы меньше.
Арчи тихо прошептал Шону:
– Интересно, на чем он добрался? Словно с неба упал.
Тот посмотрел на парня и заметив настороженность, вновь появившуюся в его взгляде, поспешил успокоить:
– Не озадачивайся. Наверное, кто-то подбросил до развилки, а дальше он уже пешком дошел.
Шон не стал уточнять, что от развилки до места их стоянки было километров двадцать, и предполагаемые альтруисты вполне могли бы довезти его на машине. А Вик мог упасть с неба, в самом прямом смысле слова, если подозрения насчет этой парочки – сестрицы и братца, окажутся верными. Но конечно же, он не поделился с Арчи своими подозрениями. Парню и так досталось прошлой ночью, зачем расстраивать его еще больше.
– Я обещала, что в восемь часов мы будем на месте, так, что сам виноват, что не дождался. Поэтому расслабься, закрой глазки и наслаждайся, – продолжала надсмехаться над братом Лаки. – Кстати, Арчи, сделай то же самое. Жвачка для полного удовольствия у тебя есть. А вам, сеньоры, понравится через час оказаться в Сьюдад-Боливаре, подальше от этого неприятного места. Поехали!
Машина прямо с места рванула со скоростью более ста километров и снова запетляла между деревьями. Арчи вжался в сиденье, положил в рот всю пачку жевательной резинки, вторую предложил Алану, закрыл глаза и стал про себя умолять Бога оставить в его в живых после этой бешеной гонки. Вик обреченно вздохнул, опустился на сиденье пониже, откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза, мечтая просто уснуть на пару часов.
От быстрой езды получили настоящее удовольствие только трое. Они кричали от восторга и шумно радовались тому, что кошмарная ночь закончилась, что все остались живы, и жизнь такая прекрасная. Теперь у них все получится, все будет хорошо.
Через час, как и обещала Лаки, они добрались до Сьюдад-Боливара. Не въезжая в город, она остановилась у придорожного кафе и беззаботным голосом прощебетала:
– Предлагаю всем подкрепиться перед дальней дорогой.
Арчибальд обреченно вздохнул, вспоминая, чем закончился вчерашний обед.
– Расслабься, – рассмеялась девушка. – Обещаю, что больше не буду так резко срывать тебя с места. По крайней мере, в ближайший час. Сама голодная, как волчица.
Они уселись за один большой стол и сделали внушительный заказ. В ожидании Лаки непринужденно поинтересовалась у Шона, куда они направляются и порекомендовала в любом случае изменить маршрут, если конечный пункт назначения не Каракас. Алану необходимо срочно пройти курс дезинтоксикации, а в столице самые лучшие специализированные клиники.
Шон рассказал, что они разыскивали общину наргонов, в которой, возможно, находится его сын Николас. Теперь, конечно, прервут поиски. Понятно, что Алану надо будет серьезно лечиться. В ответ тот горячо запротестовал, заверяя, что отлично себя чувствует, и настаивал на продолжении поисков. Ведь они были почти уже у цели.
Вик, услышав про общину, задумчиво обронил:
– Лаки, я ведь побывал в том месте, которое ты вчера указала. Будешь смеяться, но наш Стивен тоже живет в общине наргонов.
– А кто такие наргоны? Какие-то сектанты? – поинтересовался Арчи, услышав непонятное слово.
– Да, они селятся небольшими общинами вдали от цивилизации. Занимаются сельскохозяйственными работами и живут по заповедям Самюэля Наргона, основателя первой общины. Сначала он был писателем-фантастом, а затем создал свое учение и сделался проповедником. Первая община была создана в начале двадцатого века в Бразилии. У Наргона нашлось немало единомышленников и последователей, и за сто лет его учение распространилось во многих странах Южной Америки. В этих общинах и сегодня живут по законам и правилам прошлого века, – дал краткое пояснение Шон и обратился к девушке, безошибочно определяя, что главная она, а не ее брат: – Пожалуйста, Лаки, возьмите меня с собой в эту общину. Меня одного. Алан останется в Сьюдад-Боливаре и обратится к местному врачу. А после моего возвращения, мы сразу поедем в Каракас.
– Нормально! – возмущенно хмыкнул Вик. – Сначала Лаки спасай одного сына, теперь ищи второго. Это уже наглость, уважаемый папаша. Мы пообещали найти его, – он указал пальцем на Алана, – и нашли. Остальное нас не касается.
– Кому это вы пообещали найти меня? – холодно поинтересовался тот.
– Узнаешь, когда придет время, – неохотно, сквозь зубы процедил Вик, не желая вдаваться в подробности.
«Лаки, прошу тебя, помоги мне найти Николаса, он опять может ускользнуть от нас – умоляюще произнес Шон. – Я не могу терять время, но и жизнью Алана рисковать не хочу. Возьми меня с собой. Я соглашусь на любые твои условия».
Он даже не заметил, что вновь разговаривает с ней мысленно.
Лаки обеими руками взяла его руку и крепко сжала. А затем, вызывая один недовольный и два недоуменных взгляда, очень близко поднесла к лицу, почти прикасаясь к ней губами. Алан переглянулся с Арчи, они прямо опешили от такого неожиданного жеста.
Шон сразу понял, что она совершает сеанс ясновидения, и напряженно ждал ответа. Он прозвучал, тоже мысленно.
«Николаса нет в Венесуэле. Но ты ведь не поверишь мне на слово и захочешь убедиться в этом сам».
«Ты же понимаешь, что я не могу поступить иначе. И не потому, что не доверяю тебе».
«А потому, что ты отец», – закончила фразу Лаки, опуская его руку на стол. Но Шон не убрал ее, а ответно обхватил ладонь девушки, поднес к губам и поцеловал тыльную сторону.
Алан и Арчи уже совсем ничего не понимали. Все выглядело более, чем странно. Если бы они точно не знали, что Шон и Лаки познакомились вчера вечером, то были бы уверены, что тех связывают очень близкие отношения. Они крепко сжимали руки друг друга и смотрели в глаза, не отрывая взглядов.
Вик со злостью ударил кулаком по столу, заставив всех вздрогнуть. Он отлично понимал, что означает этот обмен взглядами и рукопожатиями, и возмутился от души:
– Хватит болтать с ним! Это неприлично по отношению к остальным.
– Прости, брат, – ангельским голоском попросила Лаки, – немного забылась. Оказывается, меня могут обворожить не только синие глаза, но и цвета моего любимого виски. Хорошо, Шон. Поедете с нами. А вы, Алан, подождите отца здесь, в Сьюдад-Боливаре. Арчи, ты уже помог нам, так что возвращайся в Дублин. Дальше мы сами справимся.
– Со мной все нормально, и я хочу быть рядом с отцом, – твердо возразил Алан и просительно добавил: – В вашей машине есть свободное место. Возьмите и меня с собой. Пожалуйста.
– Да не хочу я лететь в Дублин один, без Стивена, – возмутился Арчи. – Что я скажу родителям и деду? Что испугался и сбежал?
– Мы же не потащим их всех с собой? – недовольно скривился Вик. – Машина не резиновая.
– Как-нибудь поместимся. Арчи прав. Что он скажет Патрику? Да и Алана, пожалуй, лучше иметь перед глазами хотя бы сутки, чтобы проследить за его здоровьем. Зря я его спасала что ли. Только будет одно условие, – Лаки обвела их внимательным взглядом и категорично заявила: – Все слушают меня и безоговорочно делают все, что я скажу.
– Есть, мэм, – первым откликнулся Шон. – Слушаюсь и повинуюсь.
– Я тоже ваш покорный слуга. И даже согласен откликаться на имя Красавчик, – шутливо подхватил Алан, бросая на девушку взгляд опытного обольстителя, чем вызвал красноречивое хмыканье Вика. – Только не надо обращаться ко мне на «вы»,
– А какой я послушный, ты уже убедилась, Лаки, – поспешил заверить ее и Арчи.
– Тогда едим под самую завязку, и еще берем еду с собой. Вик, рассказывай, что видел в общине. Надо сориентироваться, что в ней может нас ожидать. Никогда не знаешь, что учудят такие праведники.
– Община большая. Около полусотни домов. Живут в горах, среди леса, на расчищенной от вырубки площади. На машине добраться трудно, дорога, как серпантин. Да ее почти и нет. Может какая-нибудь окольная есть. Я не стал светиться и выяснять. Пришлось бросить джип километров за десять, найдем на обратном пути.
«На чем же тогда он перемещался? Не пешком же добрался от общины до того места, которое они покинули час назад?» – недоуменно подумал Алан.
Эти же вопросы мучили и Арчи, только Лаки и Шону было все понятно, они не акцентировали внимание на словах о потере джипа.
– Я даже видел Стивена, мельком. Правда, не сразу узнал его. И не потому, что на нем были серые тряпки. Просто он странный какой-то, не похожий на себя. У него даже взгляд другой, такой неуверенный. Но это точно был он.
– Что только подтверждает нашу мысль о потере памяти. С кем он живет? В наргонской семье?
– Да, нет, – усмехнулся Вик. – Он живет с девчонкой.
– Узнаю Стивена. С ним всегда рядом красотка, – засмеялась Лаки. – Значит ему не совсем отшибло память, что надо он помнит.
– Сейчас с ним рядом далеко не красотка, – Вик заговорил уже серьезно, без всяких шуточек. – Наоборот, очень некрасивая девчонка. К тому же беременная.
– Значит, он потерял не только память, но и остатки разума, если дошел до того, что спит со страшными девчонками и плодит с ними детей. Ты точно уверен, что это наш Стивен? Да он в темной комнате, с завязанными глазами, среди десятка женщин через минуту выберет самую красивую. Хотя, какие красивые женщины могут быть у наргонов? Но, если он женат и успел сделать ребенка, то будет проблематично вытащить его оттуда. Они не отпустят его добровольно. Да он и сам может не захотеть уйти, если не узнает нас.
Закончив с завтраком и загрузив несколько пакетов с едой, все уселись в джип. На переднее сидение рядом с ней, Лаки попросила сесть Шона.
– Запоминайте дорогу на всякий случай, сэр, – сказала она. Джип сорвался с места и помчался быстрее ветра.
– Лаки, твоя фамилия не Шубахер? – восторженно пошутил Алан.
– Моя фамилия Бойер, – весело ответила девушка и увидев непонимающий взгляд, объяснила: – Был такой знаменитый ирландский гонщик, еще круче Шубахера – Антэн Бойер. Он выигрывал все гонки. И двадцать лет назад его имя было у всех на слуху. Твой отец, наверняка, помнит его, и сможет это подтвердить.
Лаки улыбнулась уголками губ, испытывая небывалый подъем. Поездка оказалась очень удачной. Нежданно-негаданно она встретила человека, который занимал ее мысли долгие годы, без всякой надежды его увидеть. Это было так прекрасно и удивительно, что встреча со Стивеном уже казалась выполненной целью. Конечно, он узнает брата и сестру, как только их увидит. А с наргонами они сумеют договориться. Та девушка никак не могла быть беременной от Стивена, ведь у него есть оберег от зачатия.
Она считала, что все неприятности закончились, и скоро они уже будут дома, в Дублине. Последующие события доказали, насколько Лаки ошибалась. Главные испытания их ждали впереди.
Глава 4. Спасение от огня
Через полтора часа по едва различимой дороге они подъехали почти к самому поселению наргонов. Оно находилось высоко в горах, на вырубке среди густого леса. Только мастерство Лаки позволило добраться до него на машине, не свалившись в пропасть. Шон не замедлил выразить свое восхищение, одновременно выясняя очень важный для себя вопрос. И они снова заговорили мысленно, не желая привлекать внимание остальных к их разговору.
«Ты классно водишь машину. Никогда не встречал таких гонщиков, среди девчонок».
«Это у меня от отца. Он был настоящим гонщиком».
«И отлично обучил дочь. Представляю, как он гордится тобой».
«Нет, не гордится. Я никогда его не видела, как, впрочем, и мать».
«Они умерли?» – Шон постарался скрыть волнение.
«Мать умерла после родов. Жив ли отец, не знаю», – спокойно ответила Лаки, не отрывая взгляд от дороги.
«Ты никогда не искала его? Не хотела видеть? Он бросил твою мать?» – волнение все же вырвалось наружу, и он засыпал ее вопросами.
«Нет, не искала. Зачем? У него своя жизнь, у меня своя. Знаю только, что он очень любил мою мать и никогда бы ее не бросил. Вполне возможно, что просто не захотел ребенка, ставшего причиной ее смерти. Такое иногда бывает», – она говорила бесстрастно, даже равнодушно и смотрела только на дорогу.
«А еще, возможно, что ребенка подменили, а ему сказали, что он умер. И твой отец похоронил их вместе – жену и дочь», – бесконечно грустно произнес Шон.
«В жизни всякое бывает. Тогда тем более, не надо его искать. Зачем тревожить ему жизнь? У него, наверно, есть новая семья и другие дети», – впервые за время разговора Лаки посмотрела на него и задумчиво предположила: – Представь, что тебе на голову свалится взрослая девица, и заявит: «Здравствуй, папа. Я твоя дочь».
«Я бы обрадовался. Всегда мечтал о девочке. А иметь такую дочь, как ты, настоящее счастье. Может, он все-таки должен узнать о тебе?»
«Ты не можешь оценивать меня объективно, ведь я помогла тебе, – засмеялась Лаки. – Но если судьбе будет угодно, и она столкнет нас, тогда я подумаю над твоими словами».
«Уже столкнула», – глубоко в сознании промелькнула мысль. Она не знала, что такая же догадка обожгла и Шона.
– Дальше дороги нет, – объявила Лаки, заглушая мотор за почти непроходимой зарослью. – Придется идти пешком.
Они вышли из машины, примерно в тридцати метрах от них виднелись дома общины наргонов.
– Смотрите, там какая-то заварушка, причем возле дома, в котором живет Стивен с девчонкой, – озабоченно произнес Вик.
Прячась за деревьями и стараясь ступать бесшумно, они подобрались поближе и увидели, как к небольшому дому, стоявшему почти на краю вырубки, подошла группа людей, состоящая из пяти мужчин и девушки. Мужчины – все, как один с густыми бородами и в соломенных шляпах на головах, были одеты в широкие черные брюки и длинные рубашки темных цветов, покроя прошлого века. Девушку с головы до ног закрывало просторное серое платье с длинными рукавами и белый платок, надвинутый до самых бровей. Она что-то возбужденно рассказывала мужчинам, показывая на окна.
Мужчины ворвались в дом и через минуту вытолкнули наружу полуодетого парня и девушку в длинной белой ночной сорочке. Парень поспешно пытался застегнуть рубашку. А девушка одной рукой судорожно сжимала распахнутый ворот сорочки, а другой пыталась собрать длинные, распущенные волосы. Она была невысокого роста, с большим животом, явно подтверждающим беременность на последнем месяце.
– Распутница! – закричала на нее девушка, пришедшая с мужчинами. – Я видела, как ты бесстыдно целовала его голого! Ты боишься, что он бросит тебя, такую уродину, вот и готова на все!
Она повернулась к мужчинам и притворно смущенно запричитала:
– Эта дрянь даже делала ртом… Я думала, что умру от такого срама, когда увидела. Ей не место среди нас!
Самый старший мужчина обратился к парню:
– Ты не виноват. Распутница подвергла тебя соблазну. Сара права, ей не место среди нас. Наши жены и дочери целомудренны, а блудница может сбить их с истинного пути. И мужчин она не должна вводить в искушение, ибо слаб человек, и плоть его слаба. По нашим обычаям блудницам обрезают волосы и срывают с них одежду, а затем изгоняют из общины. Собирай народ, Джон, – обратился он к мужчине, стоявшему рядом.
Парень возмущенно крикнул, загораживая собой подругу:
– Это ложь! Я не знаю, к чему Сара все это выдумала! Она ничего не могла увидеть постыдного. Мы просто спали рядом, как и вы спите со своими женами. Сара, ты же хорошая и честная девушка. Зачем ты оговариваешь Стасю? Она в прошлом месяце вылечила всю вашу семью от лихорадки. А ты так ее отблагодарила?
– Причем здесь эта потаскушка? В том, что мы вылечились, нет ее заслуги. Значит, нам так было суждено, – визгливо заверещала девушка. – А ее надо выгнать из общины! Я даже смотреть на нее не хочу! Боюсь испачкаться от ее блудливого взгляда. Она околдовала тебя, если ты спишь с ней, когда вокруг столько красивых девушек.
– Это Стивен, но как, же он не похож на себя прежнего, – тихо сказала Лаки Вику. – Наш Стивен разметал бы всех этих святош, а не оправдывался бы перед ними. И девчонка не в его вкусе, да еще и беременная. Он никогда не допускал таких оплошностей. Интересная ситуация вырисовывается. Не будем пока светиться. Они слишком возбуждены, нельзя их заводить еще больше. Посмотрим, что будет дальше.
Страсти между тем накалялись. Мужчины пытались оторвать девушку от парня, который прижал ее к себе и отталкивал протянутые к ней руки.
– Что здесь происходит? – раздался властный мужской голос.
Он принадлежал крепкому пожилому мужчине с аккуратной, короткой бородкой. На нем все было черного цвета, начиная от высокой, странной формы шляпы и заканчивая лакированными туфлями. Только в отличие от членов общины его одежда и обувь были современными и весьма дорогими. Его сопровождали двое – типичные, бритоголовые охранники.
– Вероятно это глава общины, – негромко заметил Шон. – Сейчас ситуация станет еще интересней.
– А главный-то больше на колдуна смахивает, а не на проповедника, – мрачно заметил Вик. – Глаза у него мутные, да и колпак мафарский. Кто бы мог подумать, что Стивен окажется в общине, где всем заправляет мафар. Так просто нам его не вызволить, а я надеялся, что мы договоримся по-хорошему.
Выслушав возмущенные обвинения толпы, гневные возражения парня и растерянные оправдания плачущей от стыда и несправедливости девушки, глава общины сделал жест, призывающий всех к молчанию.
– Подойди ко мне, – приказал он бедной девушке.
Она несмело подошла к нему, и стояла, потупив глаза от стыда, что почти раздетая стоит перед самыми уважаемыми членами общины, с презрением и осуждением смотревшими на нее. Одна Сара самодовольно улыбалась. Ее план удался – маленькую, уродливую ведьму прогонят, и этот симпатичный парень будет с ней, с самой красивой девушкой общины. Жаль, что она раньше не сообразила, и он так долго прожил с этой знахаркой, даже обрюхатил ее. Но допустить рождение ребенка Сара уже никак не могла. Ведь тогда ей не разрешат выйти за него замуж. Мужчина по их обычаям должен жить с матерью своего ребенка.
Глава общины небрежно схватил девушку за волосы и резко дернул, запрокидывая ее голову. Она была очень непривлекательной, можно сказать даже страшненькой, с опухшим лицом, заплывшими глазами и немного вывернутыми губами. Фигура была отекшей и рыхлой. Мужчина с презрением плюнул на землю и отвесил ей пощечину. Удар был сильным, голова девушки дернулась в сторону, но она устояла на ногах.
– Жаль, что твой отец не увидит, как тебя голую погонят по всему поселению, а потом выгонят из общины, чтобы ты подохла в лесу, – жестоко улыбаясь, сказал главарь. И подняв голову вверх, издевательски выкрикнул в лазурное небо: – Зря ты оставил у меня свою дочурку, Сташинский, доверчивый придурок! Лучше бы сразу забрал ее с собой на небеса!
Он схватился за ворот сорочки, намереваясь разорвать ее и обнажить девушку. Парень бросился на защиту подруги, но его схватили сразу трое мужчин, и он прилагал невероятные усилия, чтобы вырваться из их рук.
Арчи во все глаза смотрел на брата и не знал, что делать. Он хотел рвануть ему на помощь, но его сдерживало данное Лаки обещание, слушаться ее во всем.
Она понимала чувства, обуревавшие его, ведь и сама ощущала такие же, но выжидала подходящий момент для вмешательства, и приложив палец к сомкнутым губам, сделала всем знак молчать.
В это время главарь увидел на шее девушки блеснувший на солнце золотой медальон, подцепил пальцем толстую цепочку и внимательно рассмотрел его. Затем вновь схватил девушку за волосы и с ненавистью спросил:
– Где ты взяла его, шлюха? Кто тебе дал? Он?
Гневно сузив глаза, он резко повернулся к парню:
– Твоя цацка, муфлон?
Парень недоуменно покачал головой и возразил, искренне убежденный в своей правоте:
– Нет, это не мой.
Вик и Лаки обменялись понимающими взглядами. Они узнали медальон Стивена.
– Это мой амулет, – громко крикнула девушка. – Мне дал его отец!
Главарь резко натянул цепочку, и та впилась в ее шею.
– Не ври, сука, – прошипел он. – Это цацка друидов, и она точно его.
От боли у девушки брызнули слезы, но она твердо сказала, глядя своему мучителю в глаза:
– Отец сказал, что мы поменяли веру, и попросил носить этот амулет.
– Ну, что же, ты сама это сказала, тварь, – он снова ударил девушку по лицу и приказал своим охранникам: – Тащите к шесту шлюху, привяжите крепче и заткните рот, чтобы не орала.
Двое мужчин схватили девушку и потащили к трем шестам, стоявшим в метрах десяти от зарослей, за которыми прятались Лаки и ее спутники.
К этим шестам привязывали провинившихся, и главарь, или его помощники избивали их кнутом до потери сознания в присутствии всех членов общины. Но женщин, тем более, беременных, еще никогда не били.
Парень вырвался из рук державших его мужчин и подбежал к главарю.
– Она же беременная! Ее нельзя бить! Люди вы или нет? – с отчаянием закричал он и бросился отпихивать мужчин, привязывающих девушку к шесту.
– Привяжите этого идиота рядом в его милой, если он так ее любит, – цинично засмеялся главарь. – Пусть сгорят от любви. Насыпьте под ними сено и полейте бензином.
Наргоны испуганно переглянулись. Глава общины, которого они почитали, как духовного отца, хотел сжечь беременную женщину из-за какого-то непонятного медальона. Убийство было величайшим грехом, а им всем предлагали в нем участвовать. Они не верили своим ушам, что он мог отдать такой приказ.
Главарь заметил их замешательство и достал из кармана пистолет:
– Вы что, оглохли? Может прочистить вам уши?
Он выстрелил в воздух, и все в испуге кинулись к большой скирде. Через несколько минут у ног парня и девушки высились две большие кучи сена. А один из охранников уже тащил канистру с бензином. События стали развиваться с бешеной скоростью.