Развод. Без сожалений

Глава 4

– Мамочка, я ждала тебя, – говорит дочка, лежа в кровати.

– Я дома, солнце, – наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в лоб. – Больше никуда не уеду.

– Полежи со мной, – просит моя крошка.

Мне тяжело видеть ее в таком состоянии, и я еще больше злюсь на мужа за то, что он такой черствый.

– Две минуты, малышка, переоденусь и лягу с тобой.

Иду в нашу с мужем спальню, стараясь не думать о нем, не анализировать, сосредоточившись только на дочери и желании, чтобы она поскорее поправилась. Быстро скидываю с себя шелковое платье и переодеваюсь в домашний костюм.

В воздухе витают наши с супругом запахи, но в носу до сих пор свербит от тяжелых духов его бывшей, и я выскакиваю как можно скорее из комнаты, чтобы эти два аромата окончательно не смешались для меня воедино и мой собственный дом не превратился во вражескую территорию.

– Мама, ложись, – дочка откидывает одеяло в сторону, как только я вхожу в комнату. Я вытягиваюсь рядом с ней, обнимая со спины. – Бабуля спит?

– Да, легла уже.

– Хорошо. Стареньким надо спасть по ночам.

– И маленьким девочкам тоже, – улыбаюсь я в волосы своей заботливой малышке.

– Пожалуйста, останься со мной до утра, – зевает она.

– Останусь, – чувствую облегчение, что не придется ждать до утра мужа, мучась догадками о том, где он и с кем.

Через пару минут слышу, что дочь начинает сопеть.

И теперь я могу подумать об открытиях этого вечера.

Я все еще хочу верить, что помада на рубашке мужа оказалась там случайно. Но я достаточно пожила, чтобы понимать: подобных совпадений просто не бывает. Да и откровения свекрови повергли меня в шок. Правда, больше меня заботит то, как именно закончит вечер мой муж и что будет, если его связь с бывшей подтвердится.

Простить измену я не смогу.

А уходить?..

Мы хоть и не подписали брачный договор, как настаивали его родители, но если муж захочет, то может сильно постараться, чтобы я ушла ни с чем.

Вариант с разводом пугает меня до ледяного пота.

Я люблю Егора, и мне будет очень больно, если все окажется именно так, как кажется. Но я должна справиться с любым развитием событий. И если не ради себя, то ради дочки.

Я просыпаюсь оттого, что тело затекло после сна в одном положении. Футболка липнет к телу.

Лиза спит звездочкой, скинув с себя одеяло. Я прижимаюсь губами к ее лбу, облегченно выдыхая. Температура спала. И поэтому мы с ней обе мокрые насквозь, как и вся постель дочки с Леди Баг.

Осторожно сползаю на пол и беззвучно выхожу из детской, чтобы размять кости и выпить воды.

Спускаюсь на первый этаж и смотрю на порог, сразу же натыкаясь взглядом на туфли мужа. Поднимаюсь снова на второй этаж, заглядывая к нам в спальню, но мужа там нет.

Куда он мог исчезнуть? Я отчетливо помню, что на банкет он уходил именно в этой паре обуви, потому что сама подбирала ему образ и даже завязывала галстук.

Теперь стараюсь вспомнить, как Егор вел себя перед мероприятием. Но помню лишь свои переживания насчет дочери.

А напряженность мужа я тогда списала на волнение перед большим событием.

Спускаюсь вниз, заглядывая в гостиную, и вижу крупное тело супруга, спящего на диване. Лежит в одних брюках. Пиджак и рубашка валяются на кресле рядом.

Подхожу ближе, и меня душит от тех самых мерзких духов. Стараюсь делать мелкие вдохи, чтобы не вырвало от плотной вони. Подхожу ближе и смотрю на спящего мужа.

Он лежит, закинув руку на лоб, его мощная грудь вздымается, а я, как маньячка, ищу следы обмана. Осматриваю подбородок, покрытый коротко подстриженной русой бородой, сильную шею, грудные мышцы и плоский живот с кубиками пресса и полоской волос, ведущей под пояс брюк.

– Все рассмотрела? – слышу хриплый голос мужа и вздрагиваю.

– Да, – отвечаю тихо, но не двигаюсь с места.

– Почему ты спишь здесь? – Егор никогда не уходит спать в гостиную или комнату для гостей. Он всегда ложится спать только в супружескую постель. И подобная его выходка вызывает у меня недоумение и еще большую тревогу.

– Не хотел дышать на тебя парами алкоголя.

– Тебя обычно это не смущает..

– Ты тоже, как правило, не закатываешь мне сцен.

– Хочешь сказать, что я не имею права на такую реакцию? – мгновенно вспыхиваю.

– Не имеешь, – он убирает руку со лба и смотрит на меня темным взглядом.

– По-твоему, если бы я вышла из какой-то подсобки со своим бывшим, по которому убивалась больше года, а на его рубашке остались следы моей помады, то ты бы счел это нормой? – мне так хочется, чтобы он выключил режим мерзавца и просто посмотрел на ситуацию моими глазами.

– Я тебе объяснил, что кто-то оставил след случайно, обнимая меня.

– Допустим, – хотя я не верю в это. – О том, что ты уже несколько месяцев с ней работаешь, да еще и ваши кабинеты рядом, тоже рассказать забыл?

– Это работа, Кира! – муж садится на диване, взъерошив волосы, и я вижу, как он раздражен.

– Тесное сотрудничество с женщиной, от которой ты был без ума!

– Ключевое слово – “был”! – вспыхивает он и встает на ноги. – Если ты не помнишь, то я уже девять лет женат на тебе. А девять по сравнению с двумя годами гораздо более внушительный срок.

– И тем не менее…

– И тем не менее ты сейчас остановишься, Кира, и прекратишь нести эту чушь про меня и Марину. Мы просто работаем вместе. Так совпало, – смотрит он по сторонам, а затем подхватывает пиджак и достает из него смартфон, просматривая в нем что-то.

– Ты должен был мне сказать. Я чувствовала себя дурой!

– А я говорил, – муж поднимает на меня глаза, и я вижу в них усмешку. – Но, чтобы услышать, надо ведь хоть изредка напрячься и сосредоточить внимание на муже, а не на ребенке и твоем проклятом родительском комитете!

– Что? – неужели я не услышала подобную информацию.

– Что слышишь, Кира. Меня задолбало быть для тебя аксессуаром! – вспыхивает он. – Я для тебя стал просто деталью интерьера.

– Это не так…

– Правда? Тогда почему ты не запомнила того, что моя бывшая уже пять месяцев сотрудничает со мной? И почему она слушает мои идеи, а ты даже не спрашиваешь, как прошел мой день?

– Но… ты же устаешь. Не хочешь обсуждать работу дома.

– Это было твоим правилом, Кира: работу оставлять за порогом дома. Тогда почему же ты тащишь всю ту фигню, что ты целый день обсуждаешь с другими безмозглыми курицами, в наши семейные разговоры и засираешь этой хренью мне мозг?! – кричит он так, что я вздрагиваю и отшатываюсь. – Дурой ты выглядела сегодня только по этой причине. И никакой другой, – бьет словами и выходит из комнаты, оставляя меня переваривать услышанное.

Глава 5

– Доброе утро! – здоровается мама, появляясь на кухне спустя два часа. – Ты чего встала в такую рань?

И что я должна ответить?

“Мам, я проснулась, только чтобы выпить водички и лечь обратно. Но обнаружилось, что мой благоверный спит на диване после общения со своей бывшей и его единомышленниками”?

А я, как оказывается, больше не вхожу в круг его доверенных лиц, потому что не слушаю его, не интересуюсь им и засираю бедняге мозг.

Вот причина, по которой я так и не вернулась спать.

И как после такого разговора можно уснуть, не представляю.

– Не спится, – отвечаю тихо, поставив чайник, и возвращаюсь на стул.

– Неудобно с Лизонькой? Так шла бы к себе в постель.

– Там Егор, – и для меня это веская причина не заходить в спальню.

Потому что видеть его сейчас я не в состоянии.

Ни разу не слышала от него столько гадостей, как за эти сутки. Я сейчас в таком состоянии, когда не знаю, как быть дальше.

За руку я его не ловила на измене, но его злость настолько внезапна и красноречива, что сложно игнорировать его выпад. Я не смогу терпеть подобное отношение.

Сейчас я совершенно опустошена. Мне трудно даже двигаться.

После гневной тирады мужа внутри все пылало. И, видимо, за то время, что я сижу здесь и смотрю в одну точку, выгорело.

– И? – непонимающе смотрит на меня мама. – Он твой муж и должен там находиться.

– От него несет, – не только вонючим парфюмом и алкоголем, но и злостью, ложью и незнакомым мне человеком.

– Значит, банкет удался, – посмеивается она.

– Ага, – говорю бесцветно.

– Так, – мгновенно чувствует она мое настроение, – он что, сильно перепил и поэтому ты злишься?

– Если бы…

– Что тогда?

– Помнишь я рассказывала про его бывшую, которую он любил и собирался на ней жениться, а когда сделал ей предложение, она рассмеялась и сказала, что он не дорос до нее и вряд ли потянет? А после рассказала, что встретила настоящего мужчину и ушла к нему?

– Мне уже не нравится эта подводка… – мама опускается на стул напротив меня.

– Так вот… они работают вместе. Она зам одного из его новых партнеров, – я никогда не умела скрывать эмоции и сейчас не вижу смысла притворяться, будто все в порядке. Тем более с мамой.

– Почему это тебя беспокоит? Думаешь, былые эмоции могли вспыхнуть? У вас крепкий брак с Егором, он умный мужчина и не станет так рисковать. Тем более если она его унизила в прошлом.

– Вот именно мама! Она ранила его самолюбие! А теперь Егор – успешный, зрелый и уверенный в себе мужчина, и он, судя по всему, не забыл ее.

– Он любит тебя и дочь.

– Я в этом больше не уверена, – понижаю голос. Хоть я и знаю, что муж спит, но не хочу получить новую порцию агрессии, в случае если он застанет меня за обсуждением с мамой наших с ним проблем.

– Почему?

– Он сегодня наговорил мне кучу гадостей. Сказал, что я не интересуюсь им, что с головой ушла в материнство и не уделяю ему внимания. Мам, но это не так? Я же постоянно спрашиваю его, как прошел день, что нового, жду его вечерами и планирую совместный досуг. Не вот этот вот показной, перед его коллегами, а для нашей семьи, – голос дрожит. Потому что очень часто на совместных планах приходится ставить крест из-за его очередной командировки, встречи или ЧП в офисе.

Только сегодня у меня появилась связь между частыми отменами наших поездок и появлением возле него Марины.

Боже! Какой же слепой я была!

И все эти подарки без повода, которыми он внезапно стал радовать меня… Они же сыпались на меня как из рога изобилия!

Но в последнее время прекратились.

Неужели все мужчины настолько одинаковы и предсказуемы, раз действуют согласно статьям с женских форумов, указывающих на изменника? Тогда почему я не разглядела этого сразу?

У меня есть ответ на этот вопрос.

Просто я думала, что Егор выше всего этого и для него семья – самое важное. Да и не верила, будто подобное может произойти с нами…

– До этого он тоже позволял себе говорить гадости в твою сторону?

– Нет… Сегодня впервые сорвался.

– Неужели без повода? Может, ты высказала ему за?..

– За Марину. Да! И считаю, что имела полное на это право! Думаешь, приятно сначала получить выволчку по телефону, как будто я не жена, а нашкодивший котенок, бросить ребенка, приехать и обнаружить, как муж выходит из подсобки по очереди с бывшей, пропитанный насквозь ее духами, да еще со следом от помады на рубашке? – чувствую, как из глаз брызжут слезы, а под ребрами начинает жечь с новой силой.

– Милая моя, – мама поднимается на ноги и подходит ко мне, обнимая. – Мне так жаль. Но, может…

– Не может, мама! – резко обрываю я ее и отстраняюсь. – Давай только ты не будешь рассказывать мне сказки о том, что это могло быть совпадением. Я сегодня этого наелась по горло. Эта стерва вела себя так, будто она королева вечера, и дала мне понять, что она не просто с ним работу работать планирует.

– Что думаешь делать?

– Найти доказательства.

– Что именно ты надеешься найти? Доказательства вины или невиновности?

Мамин вопрос застает меня врасплох.

– Знаешь, если я буду точно знать, что он мне изменяет, то это хотя бы объяснит его агрессию.

– А если не найдешь? Просто смиришься с его поведением?

– Наверное, я могла бы простить единичный случай, но только если Егор осознает, что вел себя, мягко говоря, по-скотски. Но если это продолжится, то я не смогу жить с ним дальше. Не для того я выходила замуж, чтобы меня мешали с дерьмом, – да, я не из тех женщин, что закрывают глаза на грубость. – Но я уверена на девяносто процентов, что у них интрижка.

– И что сделаешь в этом случае?

– Если он мне изменяет, то я не вижу смысла сохранять брак. Я не смогу делить мужа с другой женщиной. Подобная жизнь не для меня.

– Не думаю, что Егор отпустит…

– А разве у него будет другой выбор?

Глава 6

– Звонила бабушка Лара, – говорит дочь, ковыряя ложкой в каше.

– Так рано? – честно, я думала, что свекровь будет, как и ее сын, спать до обеда после шумного праздика. – Что сказала?

– Спросила, как я себя чувствую, и напомнила, что в субботу мы идем с ней на день рождения.

– А, вот оно что! – стараюсь не показать ребенку, но меня это злит.

Свекровь больше, чем о ребенке, переживает о своей репутации и о том, что подумают ее знакомые, в случае если она не явится на чертов детский праздник. А я, может, не планирую после вируса сразу пускать ребенка в людное место. Почему Лара об этом не думает и не считается с моим мнением, словно я никто?

– Но я даже не знаю ту девочку, – вот она истина. – Мне там будет скучно.

Бабушке нашей плевать на то, что хочет ребенок. Так же как и для ее сына, на первом месте для нее стоит общественное мнение, и лишь потом наше. А мне, откровенно, все равно, что там думают какие-то незнакомые мне люди, для меня гораздо важнее мысли близких и их желания.

– Ты сказала об этом бабушке?

– Да… – тяжело вздыхает дочь, все еще бледная после ночного жара.

– И что она ответила?

– Она сказала, что мне там очень понравится, потому что будет какой-то сюрприз для детей. Мам, ну что я этих сюрпризов не видела? Опять будут дурацкие аниматоры и какое-нибудь шоу. А потом принесут торт, который я терпеть не могу.

Вот и вся правда о современных детских праздниках. Родители так сильно пытаются вылезти из шкуры, чтобы впечатлить свое дитя, но по большей части стараются переплюнуть Машу, Глашу и дальше по списку, а на самом деле детей уже невозможно хоть чем-то впечатлить.

– Ты же знаешь, я ем только твои тортики и тортики бабушки Вали.

– Знаю, малышка, – ставлю перед дочерью чашку с чаем. – Если ты не хочешь идти, то ты не обязана. Скажем, что ты еще не долечилась.

– Разве так можно? – Лиза округляет глаза.

– Можно. К тому же мы никого не обманем.

– Мам, а давай мы тогда вместе с папой сходим на мультик?

Упоминание мужа заставляет сердце болезненно сжаться в груди, потому что я не знаю, как отнесется к этой просьбе Егор.

– Давай спросим об этом у папы, когда он проснется, – улыбаюсь я, пряча волнение и тревогу.

Что бы между мной и супругом ни происходило, но дочь любит отца и я очень надеюсь, что наши проблемы с Егором ее не затронут.

– О чем спросим? – вздрагиваю от голоса мужа, но не поднимаю взгляда.

– Папа! – радостно кричит дочь и вскакивает с места.

– Привет, принцесса! – Егор подхватывает её на руки, а я только и думаю о том, что он сейчас и ее провоняет теми духами.

– Я так скучала! – смотрит она на него.

– И я, – слышу теплоту в голосе мужа.

Поднимаю на них взгляд, с облегчением заметив, что Егор после душа. Волосы еще влажные, и на футболке видны мокрые пятна.

– Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, – улыбается Лиза. – Сейчас позавтракаю и пойду играть. Пойдешь со мной?

Отворачиваюсь, чтобы не стоять над душой, и начинаю готовить по привычке утренний кофе для Егора. Не хочется, чтобы дочь видела наши разногласия и чувствовала, будто что-то не так.

– Мне нужно в офис, малышка, – проходит он вместе с дочкой к столу и опускается на стул.

– Ты всегда работаешь и совсем не играешь со мной, – говорит Лиза грустно.

А ведь Егор был таким не всегда.

Когда дочь родилась, он всегда находил время на то, чтобы побыть с нами. И проводил достаточно много времени с ребенком. Но потом бизнес стал расширяться и семья резко отошла на второй план. И в лучшем случае он успевал домой, чтобы пожелать Лизе спокойной ночи, а в худшем – мог увидеть бодрствующего ребенка только в выходной день.

– Малыш, мне нужно много работать, чтобы у вас с мамой было все…

– У нас и так все есть! – перебивает его дочь.

– Деньги имеют свойство заканчиваться… – пытается он убедить ребенка в том, что деньгами возможно возместить родного отца. Но это не так. Внимание ничем не заменить.

– А если закончатся, тогда ты больше будешь проводить времени с нами? – с надеждой заглядывает ему в глаза дочь.

Мне же интересно, что он ответит. Но еще больше интересует, будет ли он продолжать вести себя по-скотски, если это случится.

– Боюсь, тогда мне придется жить на работе, – тихо смеется он.

– Эх… – тяжело вздыхает Лиза. – Тогда какая разница, сколько их, этих денег, если тебе все равно приходится там жить.

– Разница есть. Благодаря моей работе ты можешь носить самые красивые платья и летать на самые лучшие курорты, – и в последние пару раз мы летали с дочкой и мамой, потому что муж не мог бросить работу. – У тебя есть все, о чем мечтают девочки.

– Все есть, а папы нет, – отвечает Лиза с такой серьезностью, будто это не она говорит, а кто-то взрослый.

– Что ты говоришь? Конечно, у тебя есть папа.

– Нет, – дочь упрямо поджимает губы и слезает с коленей Егора. – У всех моих друзей папы ходят с ними в парки и возят на танцы. А мне даже не верят, что ты есть.

В груди становится тесно от обиды за мою малышку. Таким она не делилась со мной, и я впервые ощущаю ее боль от того, что отец уделяет ей последнее место. Сначала работа, потом партнеры и друзья, затем родители, и в конце списка стоим мы с Лизой. Теперь я это очень отчетливо вижу. Сейчас в этом перечне еще затесалась и бывшая, которая обходит по важности и родителей, и друзей. Вот и получается, что мы всегда для него нечто, не имеющее особого значения.

– Просто, наверное, их папы не руководят международными компаниями и на них не лежит столько ответственности в виде тысяч рабочих, за которых я отвечаю. Они обычные люди.

– Вот бы и мне обычного папу, – грустно говорит дочь и встает из-за стола. – Спасибо, мама, очень вкусно, – уходит она с кухни, даже больше не посмотрев на отца.

Я молча провожаю Лизу взглядом, а затем натыкаюсь на разгневанное лицо мужа.

– Это ты вбила ей в голову эту ересь? – рычит он.

– О чем ты?

– Ты настраиваешь ребенка против меня?

Глава 7

– Ты настраиваешь ребенка против меня? – шипит муж сквозь зубы.

– Егор, ты в своем уме? – а вот теперь я начинаю злиться. Если у мужа есть вопросы ко мне как жене, партнеру и вообще женщине, это я еще могу понять, но то, как он ведет себя с дочкой, ни в какие ворота не лезет. – Лиза любит тебя и скучает, а ты не можешь ей даже десяти минут в неделю выделить! Как думаешь, нужно ли что-то делать, чтобы получить подобную реакцию от ребенка?

– Это ты ей вбила в голову эти мысли!

– Что? Ты сам-то себя слышишь? Я ни слова ей плохого про тебя не сказала, а ты, между прочим, уже давно пренебрегаешь своими отцовскими обязанностями. Раньше она чувствовала, что нужна тебе и любима. Теперь же ты превратился в тень того отца, что был у нашей дочери. Не удивлюсь, если очень скоро она будет воспринимать тебя как чужака.

– Неблагодарная! Я же для вас работаю!

– Хорошо, – я отхожу к кухонному островку и скрещиваю руки на груди, вперившись взором в мужа. – У твоей работы есть какие-то планки? Сколько еще ты хочешь заработать? Когда остановишься? Или ты так и планируешь положить всю жизнь к ногами бизнеса, жертвуя семьей?

– Я ничем не жертвую! Не утрируй! Мы только что вышли на международный рынок, и ты хочешь, чтобы я сбавил обороты, чтобы собирать с дочерью лего? – в его голосе слышится ехидство, а мне хочется ударить его по лицу, чтобы пришел в себя.

– Тогда не удивляйся тому, что через пару лет она просто не будет с тобой считаться. Даже твой отец проводит с ней больше времени, чем ты!

– Не сравнивай! Его компания и близко не стоит по масштабам с моей!

– Так это у тебя соревнование такое с родным отцом? Его переплюнуть хочешь? Поэтому решил не теряться и завел любовницу?

Лицо Егора каменеет, а в следующее мгновение искажается, и вот на меня смотрит не любимый муж, а разъяренный незнакомец.

– Что ты сказала? – шипит так грозно, что мне становится страшно. Вжимаясь поясницей в столешницу, стараюсь не демонстрировать свой ужас.

– Я не дура, Егор! – говорю спокойно. – Я вижу, как ты изменился. Ты же не был таким агрессивным. На ровном месте не бывает таких перемен. А в твоем окружении связи на стороне, как выясняется, норма.

Муж тяжело дышит и явно сдерживается от того, чтобы кинуть мне в лицо очередную порцию гадостей.

– С чего ты решила, что в моем окружении это норма?

– Думаешь, жены твоих друзей слепые клуши? Это не так. Все жены замечают, когда в жизни мужей появляются другие женщины.

Между нами повисает тишина, а затем воздух разрезает звонок телефона мужа. Он отворачивается от меня и принимает вызов, а я выдыхаю с облегчением.

– Да. Да, скоро буду, – говорит супруг сухо. – Завтракать не буду, – кидает через плечо и скрывается в коридоре.

Как только он уходит, я стараюсь занять себя чем-то: мою посуду, убираю со стола и достаю из морозилки курицу для супа-лапши на обед нам с дочкой.

Слышу, как Егор спускается со второго этажа и выходит из дома, громко хлопнув дверью.

Как только раздается этот хлопок, внутри меня что-то рвется. Я обессиленно опускаюсь на стул и начинаю плакать. Громко, навзрыд. Закрываю рот ладонями, чтобы не напугать дочь, и выплескиваю горечь.

Очевидным остается одно: наш брак не то что пошел трещинами, в нем настоящий раскол. И мне надо думать о том, что делать дальше.

Предложение пойти к семейному психологу муж явно отвергнет, потому что он считает это бредом. Но я знаю истинную причину: просто он не видит ценности нашей семьи.

А я? Я готова тащить в одиночку брак, в котором занимаю самую нижнюю ступень?

Раньше я чувствовала себя любимой и значимой. А сейчас все это ушло, оставив лишь грязь.

Сквозь слезы слышу детские шаги. Поднимаюсь со стула и отхожу к раковине, хватаю губку и начинаю тереть плитку.

– Мамочка, – говорит дочка, – почитаешь мне, когда освободишься? У меня глазки болят.

– Сейчас, солнце, – понимаю, что у дочери снова ползет температура. – Иди в комнату, я скоро приду, – говорю ей через плечо, чтобы она не видела моих слез.

Лиза подходит ко мне и неожиданно обнимает со спины.

– Я люблю тебя, мамочка. Ты у меня самая красивая и добрая!

– Я тоже люблю тебя, доченька, – подавляю всхлип.

Будто чуя мое состояние, дочь уходит в комнату. Продышавшись, я умываюсь, беру себя в руки и, вооружившись градусником, иду в детскую.

А после обеда курьер приносит два букета. Один – большой, состоящий из белых цветов, с прикрепленной открыткой, и второй – поменьше, из розовых.

“Не хочу больше ругаться. Давай забудем о ссорах. Я вас люблю”.

В этот миг я думаю, что это лишь способ успокоить меня. Но вечером муж приходит домой раньше, успев на семейный ужин. И тогда мне начинает казаться, что мы действительно можем перешагнуть через эти два дня, если он и дальше будет стараться все исправить, и только в том случае, если между ним и Мариной ничего нет.

Следующие несколько недель Егор становится похожим на себя прежнего. Он больше не кричит и не злится. Целует меня при встрече и на прощание, и закрепляет веру в нашу семью жаркими ночами.

Мне кажется, что мир снова играет всеми цветами радуги, и я даже планирую обещанный мужем совместный отпуск.

Но все переворачивается вверх дном, потому что я решаю привнести в нашу жизнь спонтанность…

Глава 8

– Беги, внученька, к деду, он даст ведёрко. Сейчас пойдём с тобой собирать клубнику!

– Ух ты! Клубнику! А кушать будем?

– Конечно будем, – улыбается Лизе мама. – Иди, дедушка тебя ждет, а я маму провожу.

– Пока, мамуля, – целует меня в щеку дочка.

– Пока, солнце! – обнимаю крепче её. – Вечером приеду за тобой.

– Хорошо, – радостно кричит она через плечо и скрывается во дворе родительского дома.

– Кирюш, не торопись возвращаться. Пусть Лиза переночует у нас. Внучка родная, а ты боишься оставить ее с нами, будто мы незнакомцы, – забирает мама у меня из рук пакеты с гостинцами.