Тихий стон

ТИХИЙ СТОН

ТИХИЙ СТОН

Татьяна Бренная

Татьяна Бренная

В этом мире произошла ошибка,

Меня отправили сюда.

Заключили в непредсказуемую книгу,

Где смерть искать, увы, нельзя.

Да бросили еще в объятия ангела.

Золотому солнцу на земле.

Она спустившийся архангел,

Не завершивший дело при Христе.

Ее нежные руки сжимали мои, когда смертельно дышала,

И при слове: Помоги, будто боли забирала.

Своим добрейшем сердцем всех спасала,

Все потому, что не человек, она просто ангел-мама.

Мы говорим на разных языках, не найти единый,

Знай, если ты в пропасть, я к тебе назад.

Бегу, чтоб спасти непобедимых,

Исчезну я, наступит лето, снегопад.

Да, все верно, я психопат,

Но только ты даешь мне силу.

Сложно писать под слезный водопад,

Тебя не будет, спрыгну я в могилу.

Во мне нет место для души,

Я пропащая, да ты все видишь.

Мне обитать лишь среди глуши,

Я знаю, сейчас меня ты ненавидишь.

Но любишь до глубины души,

Не веришь, но я тебя, правда, тоже.

Да, мои речи больно скажешь хороши,

Что дрожь берет по коже.

Я буду век молить прощение,

Нет не у тебя, Христос, наверное, выше.

Я вызываю у тебя пока отвращение,

Возможно, справедливо, но судят свыше.

Мне не найти спасение,

Зачем спасала ты меня.

Говорю спасибо за лечение,

Да дайте мне коня.

И рядом одиноки,

На расстоянии никак.

Никому не простить мои пороки,

Ведь меня преследует мрак.

Когда умру-наступит ночь,

Но только ты не плачь.

И помни, я твоя блудная дочь,

Ты-моя любимая мать.

Упала на колени,

Сижу в тишине.

Да дайте мне смерти,

Похороните непрощенную при луне…

Аминь.

Отсутствие

Прошу не оставляй меня одну,

В эту ночь не светят фонари.

Я как будто бы лечу по дну,

Вокруг сияют янтари.

Тебе никогда не увидеть моих слез,

И не услышать мое молчание.

И не увидеть моих объятий, грез,

И не узнать мое заветное желание.

Я смотрю наверх и вижу пустоту,

Вокруг туман и словно уже осень.

Я будто бы ухожу в слепоту,

К знаку бесконечности-восемь.

Если я сегодня сойду с ума,

Что же будет с тобою завтра.

В отличие от тебя, я научилась находиться одна,

То, что ты не хочешь меня видеть-это неправда.

Мгновение

Биться о стекло-больно,

Смотреться в зеркало-дотошно.

Проклинать себя-любимо,

Ненавидеть-можно.

Ошибиться номером-нельзя,

Много смеяться-вредно.

Не пришел-ты тля,

Струсил-верно.

Сжать крест в руке, не рыдать-сильно,

К тебе в ноги, ты не прощать-стыдно.

Ты с поцелуем, к тебе с ножом-мило,

Ты уходишь, и один-зато красиво.

Она

Негоже так врываться в чужие сны,

Негоже.

Но ее манеры так нежны,

Что утопаю в них я тоже.

Негоже так завладевать чужим умом,

И после оставлять воспоминания.

При виде ее, я на небе седьмом,

Она перевернула мое самосознание.

Негоже оставлять на чужом сердце след,

Когда уходит, оставляет шрамы.

Я как будто в дымке сигарет,

Мир не видел подобной драмы.

Негоже вызывать чувство любви,

И в тоже время взрыв и слезы.

У меня повышается давление в крови,

Зато в сердце зацвели мимозы.

Негоже так ворваться в чужой мир,

В котором было дико и искусно.

Она, как дразнящий вампир,

Но с ней так легко и вкусно.

Негоже то, что происходит с нами,

Но она лучшая роза в моем диком саду.

Ворвались в мир друг друга и будто бы застряли,

Я влюбилась в эту розу, наверное, я больна или в бреду.

(Кто сказал, что мы не сможем быть друзьями. Кто сказал, что любить друзьям нельзя)

Обман

Время сейчас полночь, и я не сплю,

Не хочу, а может и не могу.

Меня преследует все со словом: Люблю,

Уже тошнит, мне кажется я сама себе лгу.

В моем сердце не задерживается никто,

Как просто мы находим лучших.

Я не желаю помнить: что было до,

Уверена, что этот мир состоит не из худших.

Мне нелегко сейчас писать,

Кажется, я начинаю бояться своих мыслей.

Как хочется превратить все вспять,

И не разбираться в ничтожном смысле.

Превратить этот мир в рубиновый сон,

И наслаждаться цветом глаз твоих изумрудов.

Мои стихи записать на диктофон,

Пусть черная ртуть вытекает из моих сосудов.

И пусть разум не в силах бороться с криками сердца,

Как, черт, хочется тебе написать.

Ты из немногих, кому приоткрылась в мою душу дверца,

А сейчас я боюсь тебе что-то сказать.

Б

ез

Я чувствую, как ты отделяешься с каждой минутной.

Я так боюсь тебя потерять.

Я, наверное, с причудой,

Дура, что любит помечтать.

В одном солнечном скверике,

Играют во тьме мои чудеса.

Знаешь, я сейчас в истерике,

Я реву уже два с половиной часа.

Я, наверное, больна, такого мое ощущение

Каждые пять секунд,

Смотря на твое имя, жду от тебя сообщение,

Я чувствую, как сейчас во мне происходит крушение.

Найдите кто-нибудь для моих чувств уже похоронное помещение.

Я не знаю кто мы,

Не хочу и не хотела знать,

Я, наверное, дитя полутьмы,

Только скажи и мы вернем все вспять.

Только я не смогу забыть,

До сих пор я за километры чувствую твое дыхание.

Я смогу тебя отпустить,

Только тогда начнется мое просто временное существование

Сласть

Жар твоих губ, словно в огне

Я сгораю в них как пепел

В твоих объятьях, тишине

Этот мир кажется великолепен……»

Слабая крепость

Мы же знали, что все не вечно,

И охотно продавались мысленным страстям.

Признавались друг другу чистосердечно,

Думая, что плывем не по тем путям.

Только позови, я прыгну и в огонь, и в воду,

В небеса или на окраину земли.

Я приведу тебя к восходу,

И поцелую сладко до зари.

Закрой глаза, принцесса, радуйся моментом

Ведь все не вечно, знаешь ты сама

Не хочу я быть твоим экспериментом

Я знаю, что в душе сейчас сходишь с ума

Пройдут года, ты останешься подругой,

А сейчас дай сердцу власть

Зачем мучиться разлукой,

Если понимаешь, что это сласть

Мы так охотно стреляли друг в друга,

Но, как оказалось не теми стрелами.

Внутренний голос сильней ультразвука,

И сердце обнажается, забыв гордость, ночами.

Что делать друг с другом никто не знает,

Не знает никто, кроме Бога.

Прислушайся, милая, он упоминает:

"Чем меньше становится людей, тем верней дорога"

Ты мой мираж, моя муза и искусство,

Прости за ревность, я люблю.

Еще такое непривычное чувство,

Хочешь, могу отпустить к королю.

Пыль

Вдали виднеется печаль,

Я наедине со своими мыслями.

Мне ни о чем теперь не жаль,

Я теряю всех, как кислород углекислый.

Я поднимаю вверх глаза,

И вижу небо чистое.

Я поняла, что не схожу с ума,

Просто я такая, а все вокруг тенистое.

Я блуждаю по мокрой дороге одна,

Мне кажется дождь-это слезы.

Одиночество-кровавая луна,

И я одна, во мне фантазия и грезы.

Я слышу пение птиц,

Вижу оттенки деревьев.

Этот мир и правда без границ,

Состоящий из параллелей.

Знай, когда тебе станет грустно,

Ты мне можешь позвонить.

Я появляюсь у людей, в душе которых пусто,

Когда им лучше меня уносит от них.

Меня нет

Представь, что меня нет,

Что я стерта, как пепел с листа.

На земле остался мой портрет,

Для тебя это очередная новая глава.

Знаешь, я пока на земле,

Но мне, кажется, я не отсюда.

Остались мои стихи на столе,

И зарисовки небольшого этюда.

Страсть

Идет игра и светятся сапфиры,

Картина гаснет под луной.

Благоухают в ванне цветочные эфиры,

Я наслаждаюсь тишиной.

Нагой ногой я до коснусь до твоих коленей,

И нежной рукой проведу по твоей щеке.

Мир не видел такого танца теней,

Допей меня, я вся в одном глотке.

И страстный поцелуй дурманит душу,

И сердце замирает на миг с тобой.

Весь свой характер я обезоружу,

Ведь ты предначертан мне судьбой.

Мазохизмы

Я окружена сейчас молчанием,

Каким-то чужестранный, но родным.

Мое состояние не сравниться с заболеванием,

Оно, подобно рубцам кружевным.

Ты знаешь где растут мимозы,

Где тишина и нет людей.

Где по ночам грохочут грозы,

А по утрам летает стая лебедей.

Ты скажи, я брошу все,

Я готова улететь на окраину земли.

Давно мне не было на сердце так горячо,

И на душе, как будто ее обожгли.

Хуже всего приходится с мыслями,

Они разрывают меня на куски.

Разум затянут ночами мглистыми,

Его сковывают цепями тоски.

Мне хочется запереться в черной комнате,

Увидеть багровый туман.

Лучше застудить душу на холоде,

Полностью переписав этот чертов роман.

Я не знаю, как забыть тебя,

Пытаться забыть-значит помнить.

Думая о правильности, мы уничтожаем себя,

Давай все пожалуйста захороним.

Надежда

Как адски сложно, говорить: "Прощай",

Когда сердце твердит противоположно.

Возможно наша встреча невзначай?

Разве что предполагать, так лживо можно.

Ты знаешь, что все нам не вернуть назад,

Как бы не хотелось, пока это невозможно.

Вся моя стена состоит из великих цитат,

Можно ли забыть, как сон людей, это ли возможно?

Тоска так душит и терзает,

Прошу не мучай, просто жди.

Не вечно же душу нож пронзает,

Прощай, мартовское чудо, все лучшее впереди.

Когда на свет полягут тени,

И звезды проложат путь.

Если то судьба, через пару лет встретимся мы у сирени,

В таком случае, не позволим от себя ускользнуть.

Наигранность

Спорим, что сейчас в душе ты тонешь,

Тебе кажется, что выхода нет.

В сердце знаешь, что не утонешь,

Лживо улыбаясь, ты говоришь всем "Привет".

Ты наивно думаешь, что время лечит,

Ошибаешься, ведь это вовсе не так.

Часы раны, да ничего, они не залечат,

Пожар в душе твоей не погаснет, и это факт.

Ты будешь лежать, на звезды смотря,

Не зная: что делать с собой.

И будут губить твои мысли тебя,

Крики души становиться немой тишиной.

Тебе страшно оставаться одной,

Дурящий шипов аромат не дает тебе покоя.

Не уверена в том, что предначертано судьбой

Сомневаешься: остаться или убежать под звук пробоя.

И не бывать гармонии в душе и снах,

Когда в голове царит бардак.

Ты летаешь быстро в жемчужных облаках,

Пропуская мимо очевидный знак.

О, милое дитя,

Представь, как ты воскресаешь из янтаря.

Хочешь ли ты видеть то, что сейчас по-своему видеть нельзя,

Помни все зависит не от судьбы, а от ТЕБЯ.

Пожар

Я растворяюсь в тишине с тобой,

В молчание диком, но любимом.

И страшно остаться в том коридоре одной,

Всю серость мы разрисуем рубином.

Мы превратим ничтожные города,

В огромный изумрудный город.

Надеюсь если пройдут года,

Наш огонь растопит дикий холод.

Моему Ангелу

Знаешь, на тебя можно смотреть веками,

Мой дивный ангел средь облаков.

Нашу любовь не измерить верстами,

Мы находимся среди игроков.

Однажды ты проснешься утром,

На одном из шикарных морских берегов.

Все вокруг засияет перламутром,

Утихнут волны от твоих шагов.

Ты найдешь меня среди морских аккордов,

Я подбегу, сожму в объятьях так.

Ты улыбнешься, мило сказав доброе утро,

Все проблемы превратиться в былой пустяк.

Ты не смотри на то, что я молчу,

В моей голове происходит такое.

Если оставить меня одну, я закричу,

Моя жизнь-это кино немое.

Иногда хочется взять тебя за руку,

Окрылиться, улететь на край света.

Преодолеть немощную скуку,

С космоса ожидать рассвета.

Но, увы ты реалист,

Что не верит в волшебное чудо.

Экстраверт, и такой порой оптимист,

Такой быть, наверняка, круто.

Ты стоишь на огромной скале,

Над девятнадцатью метрами над уровнем океана.

Ты, мой ангел, как на швейцарском хрустале,

Светишься, звездочка, огнем среди тумана.

Я подойду к тебе с теплым объятьем,

Нет, сегодня мы не будем никуда лететь.

Мы отпустим мысли, поддадимся воспоминаньям,

Разговор, чашечка чая, звезды, и будем млеть.

Я люблю тебя, мой белокрылый ангел.

Светись, радуйся, сияй.

Ты самый родной и светлый архангел,

Ты только не гасни, блистай.

Плен

Сияет черная дыра,

В моей душе не умолкает.

Бесконечное вчера,

Тишина которого уже терзает.

Я в плену у одиночества,

Визуально которого и нет.

Интересно, мое сердце когда-нибудь расколется?

Или суждено ему мучиться век.

И пускай страдаю от одиночества,

Выходить оттуда не хочу!

Может это и пророчество,

Стиснув зубы, я громко молчу.

Ты не подумай, я не одна,

Наедине со мною меланхолия.

В бездонном омуте схожу с ума,

Такова моя история.

Тому же ангелу

Время двенадцать, ночь.

С дрожью в сердце, набираю текст.

Пытаюсь прогнать все мысли прочь,

Уже не мечтаю на что-то получить ответ.

Я пишу к тебе, мой ангел белокрылый,

Вспоминая поминутно дни.

Все погрузились в мир уныний,

В котором солнце вызвало дожди.

Черная роза

Раскрась мое тело черными розами,

Добавив багрово-яркие цвета.

Зачаруй меня некими гипнозами,

Утонул мой разум в руках шута.

Я буду твоей безмятежной царицей,

Утопающей в объятьях твоих губ.

Ты станешь мастером, я мастерицей,

Создавшие любовный куб.

Ты становишься моим притяжением,

За твое прикасание, я отдам все.

Ты уже давно был моим воображением,

Наши сердца преодолевают чертово колесо.

Согрей меня поцелуем,

Вколи противоядие любви.

Сейчас мы оба рискуем,

Но ты люби меня, люби.

Мы должны расстаться на красивой ноте

Мы должны расстаться на красивой ноте,

Не выдать все, в словах создать интригу.

А вы, то душу настежь распахнете,

То на публику прочтете свою жизненную книгу.

Знаете, я пятые сутки не сплю,

Каждую ночь гляжу в потолок.

Задаю вопрос: правда ли я люблю?

Или я все-таки ничтожный мотылёк.

Меня атакуют белые, мертвые стены,

С ними я становлюсь точно немой.

То ли у меня по всему телу гангрены,

Либо я стал психически больной.

Как-то ночью ко мне проник ваш образ,

Тут либо вы молчали, либо я был глухой.

Возможно увидел я прообраз,

Мы, колдовав, игрались темнотой.

Я видел вас всего мгновение,

Белые стены таяли, как лед.

У меня началось головокружение,

Вы испарились, словно кислород.

Мы же должны расстаться на красивой ноте,

Дурные мысли травят, точно кислотой.

Я жду, когда вы еще хоть раз мелькнете,

Когда увижу вас живой или в облике святой.

Облик

День сменяет ночь, вы снитесь вновь,

Поминутно ваша смоляная тень приходит ко мне по ночам.

Иногда, ваш неповторимый облик олицетворяет любовь,

А порой, он схож сокрушительным смерчам.

Никто

А знаете, я никто

И звать меня никак.

Я только знаю, что

Люди, даются нам не просто

Так.

Что я-никто, живу в прекрасном мире,

Любя одиночество, я распадаюсь в нем.

И вижу сигналы в каждом пассажире,

Они либо тускнеют сразу, либо вечно. светятся огнем

Мне не слышны просто крики;

Поддаются влиянию крики молчания, тишины.

Здесь все настолько многолики,

Уже молчу про то, насколько мы страны.

Я не понимаю значения многих,

Но судьба держит их со мной вплотняк.

Хотя нет, я говорю о немногих,

Пускай и круг друзей давно иссяк.

Мы улыбаемся экрану,

Когда нам пишет человек.

Он подобен шейному талисману,

Который возможно хочется, но кажется, не снять навек.

Я не знаю, зачем мне люди,

Может я помогаю в чем-то им.

А что, если они дают многое по сути,

Куда больше, меняют нас, просто мы видеть. не хотим.

А знаете, я Никто

И звать меня Никак.

Я только знаю, что

Люди, даются нам не просто

Так.

Идиот

Она пролила кровавые слезы,

Рев, истерика и ты уже чудак.

Наркотики, передозировка дозы,

Ее начал преследовать полумрак.

Она молилась, стоя на коленях,

Звала тебя, крича громко имя в слух.

Видела тебя на бюллетенях,

Рвала и бросала их, как пух.

Ей больно ходить по родным когда-то местам,

В каждом углу она видит влюбленных.

Жаль не может не дать волю слезам,

Бродит по океанскому дну, среди утопленных.

А ты тотчас любуешься девицей,

Приготовившей для тебя арбалет.

Идиот, зовешь ее императрицей,

Она пиковая дама, ты слепой валет.

Погляди, ты стал участник стаи невольных птиц,

Глупый, черный человек!

Стал очередным рабом для темных жриц,

Оглянись, позади тебя стоит ковчег.

Однажды ты к той придешь,

Что молила быть с тобой еще мгновение.

Но от её взгляда ты замрешь,

Нынче ты вызываешь у нее внутреннее отвращение.

Рано

Я сегодня выйду на улицу рано,

Не подумайте, не в городе, в селе.

Исполню я свое сопрано,

В рассеивающейся полутьме, в восходе.

Я буду запевать с пением птиц,

Вдыхать капли росы, свежего дождя.

Запрячусь в густоте золотистых пшениц,

Какая нынче безмятежная весна.

Я буду слышать звон колоколов,

Звенящие в драгоценные минуты.

Завораживающие вплоть до листвы стволов,

Схожей на искрящееся изумруды.

Я сегодня выйду на улицу рано,

Буду наслаждаться, любоваться листвой.

Сам исполню я сопрано,

Буду восхищаться ранней золотой весной.

У сатаны

Я только снял пиджак,

Ко мне подошло столько девиц.

Этакий ты чудак,

Глаголет столько посторонних лиц.

Я сейчас безумно пьян,

Не владею здравым смыслом.

Уберите свой баян,

Я в каком-то аду углекислом.

Я нахожусь будто бы в тумане,

Все вокруг кружатся, глумятся надо мной.

Я сейчас в адовом карнавале,

Схожу с ума от боли головной.

Я стою на коленях посреди зала,

Все указывают пальцем, водят хоровод.

Как сильно меня душа терзала,

Один зверь то рыкнет, то обзовет.

Звери эти когда-то были люди,

Сейчас они в масках свиньи, кабана.

Они наводят чувство страшной жути,

Раздваиваются в глазах, при мне восстал Сатана.

Зима

Вокруг февральские сугробы

Стужа, холод, глыбы льда.

Буран, несущий грезы

Разыгрался вот вчера.

Девственный снег окутал сосны и ели,

Кристаллический иней сверкает опять

Искрятся, мерцают разноцветные сети,

Бушует и тлеет слепящая мать.

Февральский снегопад предвидится снова,

Свинцовый, палящий, седой.

Томится голая босая стужа,

Хладнокровно и с тоской

Чародейкою зимой,

Околдован лес прозрачный

Неугомонная душа просит безудержных страстей,

В стылом воздухе вязком.

Звезды кристальные кружат,

Искрятся серебром снега

Белизна ослепляет снова мое лицо, мои глаза.

В жемчуга облачены деревья, в алмазные цвета листва

Золоторогая луна светит с ели свысока.

В королевские кобальтовые узоры,

Расписаны окна, обрамлена душа.

Зима-время сказок, чудес, волшебства.

Закат

Кроваво-огненный туман заливает очи мне,

Бессметной красотой глядя.

Растворившись, я лечу к тебе,

Словно окутавши меня, крадется истины обман

Короткометражный точно фильм

Сводит лишь меня с ума,

И только жаль, что красота заката не вечна,

Мотивом грустным озарена, пьяна уже моя душа.

Человеку

Нельзя так привязаться к человеку,

Которого знаешь едва.

Обняв его, попадаешь в негу,

Становишься главой торжества.

Нельзя так сильно привязаться к тому,

При виде которой, появляется улыбка.

Из тьмы попадаешь в весну,

Приплывает золотая рыбка.

Нельзя так привязаться к тому,

Чей встречи ждешь годами

Сердце становится приближено ко сну,

Пусть будет это чувство веками.

Нельзя так сильно привязаться к тому,

О ком вспоминаешь с улыбкой часами.

На настроение пришиваешь бахрому,

Смотришь на мир иными глазами.

Можно ли так привязаться к человеку,

К тому, кто тебя взаимно едва знает.

Ее слова подобны жизненному треку,

Я спрашиваю, она мудро отвечает.

Загадка

Подарите этому мартовскому чуду,

Прекрасной погоды и вечной любви.

Одну не истекаемую счастливую минуту,

Что будет вечно жить в ее крови.

Я узнаю ее смех среди сотни тысяч звуков,

Ее изумрудные с оттенком карие глаза.

На мировой выставке зеленоглазых кукол,

Интересно, у нее когда-нибудь катится слеза?

Я не знаю ответов, на связанные с ней вопросы,

Я лишь могу чувствовать людей изнутри.

Я знаю, что ей также нравятся розы,

И как ребенку, большие мыльные пузыри.

Пускай если и разведет судьба,

Пройдя мимо, мы кивнем в знак головой.

Нас, тот час, разлучит толпа,

Видимо, я неправильно тогда вас понял, друг мой

Подарите этому мартовскому чуду розу,

Судьба не сводит просто так людей.

Видимо, ваш взгляд, схож смертельному гипнозу,

А я еще, тот, для всех чародей.

Вальс

Закружи меня в небосводе,

Мы будем парить в небесах.

Станем главными героями в одном эпизоде,

Я зачарую тебя в своих снах.

Я предстану перед тобой богиней,

Ты спустишь мне звезды с небес.

Мое сердце зажжёт, растопит на нем иней,

Я окуну тебя в мир сказочных чудес.

Я никогда не слышала мелодию снега,

Не создавала во всем мире листопад,

Ты стал героем, я обрела негу,

Мои мысли превратились в водопад.

Ты научил гадать меня по звездам,

Всемирный я обрела покой.

Весь легендарный мир стал мной воссоздан,

Я начала управлять любовью, будто колдовской.

Твой поцелуй сравниться с жарким хладом,

Объятья с взволнованной негой.

Твои слова с горьким мармеладом,

Взгляд твой чужестранный, но родной.