Вторая жизнь. Часть 2: Тайны степи

Вторая жизнь. Тайны степи

Вторая книга про Анну. В ней наша героиня отправится покорять степь. По ходу дела ей предстоит отбиваться от настойчивых желаний Августиана, найти таинственный город предков и раскрыть запутанное преступление.

– Леди Анна, вы готовы? Как нет? Я же вам еще вчера сообщил, что вы сопровождаете меня в этом официальном визите.

Августиан Третий развалился в кресле и насмешливо смотрел на своего министра по внешней экономике. Все-таки он всегда добивался своего, вот и кузина не устояла под напором патриотизма и любопытства. Заманить ее на эту должность было непросто, братец вцепился в супругу как клещ, одного ребенка ему, видите ли, мало. Но ничего, потерпит, наследник есть, так что пусть радуется. А у него неподписанный договор о сотрудничестве со степью, да и варвары последнее время чем-то недовольны. И вообще, он король или кто? А то упрашивает, уговаривает, горы золотые сулит. Тут Августиан, конечно, лукавил, он никогда и никого не упрашивал, он делал так, что человеку просто некуда было деваться.

Жаль, с Анной это не срабатывало, она уже несколько лет выкручивалась и всеми правдами и неправдами избегала близкого с королем общения. Себе Августиан говорил, что интерес у него к супруге брата чисто деловой, но при этом последние годы в любовницы выбирал только блондинок. Вот и сейчас глядя на эту женщину он думал не о договоре и не о степняках, а о том, что ближайший месяц они проведут вместе. Остальные члены дипломатической миссии и прислуга не в счет.

– Ваше величество, когда я соглашалась на эту должность, вы обещали, что в ближайший год мне не придется ездить в длительные командировки. У меня маленький ребенок и муж, мне бы не хотелось их надолго покидать.

– Кузина, дорогая, вашему ребенку четыре года, он у вас уже умеет читать и считать. Когда мы последний раз были у вас в гостях, он показывал моим сорванцам, как он делает лед из воздуха. А потом они вместе проводили эксперименты, успеет ли ваш сын заморозить лужу под ногами у служанки или нет. Я думаю, компания прадеда ему сейчас больше нравится, чем ваша. А про Двэйна я вообще молчу, он хоть ночевать домой приходит? Не подумайте, я ни на что не намекаю, уверен, он верный муж, только вот женат он на работе. Соглашайтесь, вы только представьте, каким фурором будет ваш приезд в степь! А степь в начале лета – это потрясающее зрелище: бескрайние поля цветов, разных, ярких, просто буйство красок и море пьянящих ароматов.

Августиан подарил Анне свою самую обольстительную улыбку, она еще ни одну женщину не оставила равнодушной. При этом взгляд его выражал дружеское расположение и утомленность беседой. Боже упаси показать этой умной женщине, что у него к ней совсем не деловой интерес, она обязательно найдет способ отвертеться от поездки в степь. А он не любил, когда его планы шли прахом. Августиан видел, что своими словами породил сомнения и в его силах было их усугубить. Во-первых, еще две недели назад он дал весьма непростое, но интересное задание Двэйну, так что был уверен в своих словах по отношению к нему. Во-вторых, не далее, как несколько дней назад своей милостью наградил герцога Анзорского поездкой на минеральные воды за счет короны и настоятельно намекнул взять с собой внука и правнука. Анна еще об этом не знает, но скоро она останется одна в большом и полупустом доме, что неизменно подтолкнет ее к правильному решению. Ну и в-третьих, главный козырь, который он готов был выложить прямо сейчас.

– А теперь серьезно, – придал король своему лицу официальный вид. – Вот список людей, которых я включил в делегацию. Ознакомьтесь, леди Анна. Вы ничего не находите в нем необычного?

Кузина взяла список и начала внимательно вчитываться, Августиан наблюдал, как она неосознанно хмурила брови и прикусывала нижнюю губу. Мужчина гнал от себя фантазии, как он целует эти губы, как сминает податливое тело… Желание обладать Анной превратилось для него в навязчивую идею. Прошло пять лет, а он так и не переболел этой женщиной, давно надо было себе в этом признаться. Король встречал много красоток куда ярче и соблазнительнее кузины, но только интерес к ним быстро угасал.

«Все дело в недоступности», – решил он и вот уже несколько месяцев разрабатывал план соблазнения Анны, причем собираясь провернуть его так, чтобы не испортить отношения с братом. Поэтому находка в степи оказалась как нельзя кстати, да и выгодный договор сотрудничества, который он уже не один год обсуждал в деловой переписке с Князем Объеденной степи.

– Ваше величество, я могу ошибаться, – неуверенно начала герцогиня, все еще не глядя на своего короля, – но зачем в деловой поездке три священнослужителя? И вот эти имена мне совершенно незнакомы: историк, географ, архивариус. Такое ощущение, что мы едем не в степь, а на поиски священной реликвии.

Молодая женщина улыбнулась собственной шутке.

– Не просто реликвии, моя дорогая, а затерянного города наших с вами предков. Да-да, в последнем письме Князь Джанжуур сообщил, что его разведчики наткнулись на загадочные развалины, и по описанию они очень сильно напомнили мне первый город араев. Я бы хотел рассказать вам больше, но не могу этого сделать, пока вы не дали своего согласия и не поклялись на священном писании о сохранении этой тайны.

О да, Августиан искусно владел концепцией «кнута и пряника», другой чуть надавил бы и дождался согласия прямо сейчас. Но тогда Анна испытывала бы вину перед близкими и подозревала бы своего короля в коварстве. Именно поэтому свою аудиенцию Августиан Третий закончил словами:

– Хорошо, я дам вам три дня на размышления. Посоветуйтесь с супругом, герцогом Анзорским, но без подробностей. А потом я вас жду с окончательным ответом, надеюсь, он не заставит меня разочароваться в вашем уме.

ГЛАВА 1

Я ехала в карете, она все дальше увозила меня от дома, любимого мужа, семьи. Как вышло так, что я согласилась на эту поездку? Ведь еще несколько дней назад, когда Августиан Третий сообщил мне о своих планах, я собиралась отказаться. Но вот я в карете, а наш монарх гарцует на коне напротив моего окна. Честно признаться, я бы с удовольствием сама поехала верхом, но приказ короля был однозначным – сидеть в карете, пока не покинем обжитые земли. Несправедливо. Но в этом был весь Августиан. Два дня назад, когда пришла давать ему ответ, я не удержалась от вопроса:

– Ваше величество, но разве ехать вам в степь безопасно? На нас могут напасть враги государства, бандиты и другие неблагонадежные жители. Зачем вам так рисковать? Ради договора?

– Договора? Нет, конечно. Он важен, как и находка степняков, но вы с министрами справились бы с этим и без меня. Чем вы и займетесь по приезду, – довольно улыбнулся Августиан. – А я еду развеяться. Князь обещал массу занимательного…

– Но это же … – я чуть не сказала «безответственно», но вовремя вспомнила с кем разговариваю. – Вы не можете бросить страну, королеву.

– Королева поглощена заботами о новорожденном принце. Вы знаете, что по вашему примеру она решила кормить нашего малыша грудью? По мне так это просто забава, надеюсь, скоро пройдет, ведь для этого есть кормилицы. Что касается страны, то она в надежных руках вашего мужа, леди Анна. Правда, мой дорогой брат об этом еще не знает, но я подписал указ о его регентстве на время моего отсутствия, если оно затянется, или смерти. Открою вам страшную тайну, кузина, теперь, когда у меня есть трое сыновей, я наконец-то могу выехать за пределы своего государства. Чему я несказанно рад.

Тогда меня удивили слова Августиана, я не понимала, чем вызвана его откровенность, пока в тот же день меня не вызвала к себе королева. Три беременности за пять лет сильно подкосили здоровье молодой женщины, но она не унывала, оставалась такой же жизнерадостной и влюбленной в своего короля. Сыновей она любила не меньше, но даже имея на руках младшенького, которому не исполнилось еще и трех месяцев, она рассуждала о том, что мечтает подарить Августиану дочь. Но вызвала она меня не для того, чтобы поделиться своими планами на будущее, она хотела заручиться моей помощью. Просила приглядеть в поездке за королем, боясь, что он увлечется какой-нибудь степнячкой.

– Леди Рибианна, я так рада, что вы едете с Тиану, – с жаром говорила королева, держа меня за руку. – Я только вам могу доверять, все остальные в нашем дворце мечтают разрушить нашу любовь с Его Величеством. Каждая вторая хочет стать королевой, а те, что не так родовиты, просто пробраться в постель моего мужа. Стервы! Ох, простите, дорогая, но я устала уже с ними бороться. Это хорошо, что мой Тиану верный и любящий супруг, но на чужбине его может окрутить какая-нибудь ведьма. А вы, я слышала от детей, имеете дар в крови, вы ведь не допустите, чтобы вашу семью разрушила чужачка?! Мы ведь одна семья?

Я заверила, что мы семья, что ее дети для меня столь же родные, как свои собственные, и я не позволю «чужачке» забрать у них отца. Я не лукавила, Августиан не отличался верностью, но супругу свою нежно любил и ни на кого менять не собирался. А насчет «приглядеть за ним», то пусть за королем следят телохранители.

И все равно непонятно, почему я согласилась на поездку? Мне тоже захотелось новых впечатлений? Возможно, но я с большим удовольствием провела бы этот месяц с Двэйном. За пять лет мы так редко бывали вместе. Работа до сих пор отнимала у любимого много времени, например, последнюю неделю я видела его всего два раза. Один раз, когда пришла к нему в управление, и мы вместе пообедали, второй прошлой ночью. Задания, командировки, опасности, покушения. Первый год был самым тяжелым, после ранения Двэйна я не ложилась спать без него. Каждый раз сердце сжималось от страха, стоило ему задержаться на работе. А его поездки вообще вгоняли меня в депрессию. Но я не жаловалась, не пеняла мужу на это, ведь работа для него – жизнь. Когда родился Роберт, стало легче. Все мои страхи перекинулись на сына, он стал моим центром вселенной, немного потеснив оттуда супруга. Уже не получалось не спать ночами, мучить себя голодом из-за отсутствия аппетита, ведь для молодой матери важен правильный режим питания и отдыха. Да и Двэйн торопился домой, ему нравилось смотреть, как я кормлю грудью нашего сына. И он с удовольствием сам укладывал Роберта спать. Двэйн замечательный муж, вот только преступность не хотела исчезать, чтобы дать ему больше свободного времени.

А через полгода, после рождения Роберта, детей у нас прибавилось. Леди Монфри решила, что покорять Аризмат без нее моему отцу нельзя и, оставив Даниэля на нянек и деда, уехала вслед за супругом. Данька – это мой брат, он всего на месяц старше Роберта. На дворе стояла зима и, по словам матери, она не захотела рисковать здоровьем долгожданного сына. Дед оказался не столь глух, как он думал, и решил, что где один ребенок, то там и второму будет хорошо. Так в нашем доме появился Данька, спокойный, задумчивый малыш. Не знаю, почему в доме деда он плакал, может, зубы резались, или скучал по матери, но у нас он был тих и послушен. Удивительно, но Двэйн не был против присутствия Даниэля в нашем доме, даже наоборот. Хотя и говорил, что больше бы обрадовался, родись у нас второй ребенок.

Даньку поселили в комнате Роберта, сначала потому, что мать обещала забрать сына весной, и не было нужды готовить отдельные комнаты для маленького ребенка. А потом мальчишки сдружились и не захотели жить отдельно. Мы с Двэйном не препятствовали, у нас с ним не было ни сестер, ни братьев, и мы оба помнили свое одиночество в детстве. Мальчики не скучали, Роберт рос любознательным и подвижным, а если к нам приходил Августиан со своими сорванцами, то впору самим прятаться. Наследный принц Ренье был старше Роберта на полгода, а средний Илиан на год младше брата.

На моих губах появилась грустная улыбка, чем сейчас занимаются мои мальчики? Кто целует их перед сном? Рассказывает сказки? Слушает об их похождениях за день? И зачем только дед решил взять их с собой на море? И ведь главное сумел так их заинтересовать, что отказать детям не повернулся язык.

А еще этот отъезд Двэйна в одно герцогство, где произошло таинственное убийство, а найти преступника всегда являлось первостепенной задачей для любимого. Прошлой ночью супруг был особенно нежен, будто и не прошло пять лет брака, не притупились чувства, не утихла страсть. Нет, нам все так же было хорошо вместе, а понимали друг друга мы зачастую без слов, но как же мне не хватало того взрыва эмоций, что опалял нас в первый год супружества. Рано утром Двэйн уехал, по-моему, так и не услышав, когда я пыталась ему сказать, что отправляюсь с дипломатической миссией. Супруга больше заботило собственное расследование и то, что он не увидит сына две недели. Надо было сказать ему, что я уезжаю на месяц, но в тот момент меня очень обидело его невнимание. Я промолчала, думая о том, что если бы Двэйн проявил хоть капельку интереса, то знал бы все о моей поездке. Может, расставание пойдет нам обоим на пользу? Я на это очень надеялась, потому что любила мужа ни капельки не меньше, чем в первые дни после брака.

– Леди Рибианна, у вас бледный вид, – поравнялся с моим окном Августиан Третий. На людях он называл меня полным именем, а в более тесной компании Анной. – Позвать для вас доктора?

– Спасибо, ваше величество, но я хорошо себя чувствую, – склонила голову в благодарственном поклоне. – А бледность всего лишь следствие легкой усталости.

– Через четверть часа мы остановимся на привал. Нас уже ждут накрытые столы и места для отдыха. На ночь же остановимся в поместье барона Гетана. Право, моя дорогая кузина, не думали же вы, что мы всю неделю будем есть походную пищу, а ночевать у костра? – с поистине королевским снисхождением спросил Августиан.

– Я восхищена вашей дальновидностью, мой король, – подарила я монарху нейтральную улыбку.

Знаю, она его раздражала, но это единственное мое оружие против него. А именно ни в коем случае не выказывать своей симпатии к этому незаурядному мужчине. Права наша королева, всех женщин в той или иной мере привлекал Августиан. Кого-то его статус и богатство, кого-то властность и красота, лично мне импонировали живой ум и доля здорового цинизма, который король не скрывал. А еще он интересный собеседник, когда отвлекался от своей роли «недалекого монарха», я уже не говорю о своеобразном чувстве юмора. Да, мне тоже нравился Августиан, по-другому и быть не могло, ведь он уже пять лет пытался завлечь меня в свои сети. А такой мужчина, как он, знал все свои сильные стороны. Прямо он о своих желаниях никогда мне не говорил, но глупо не замечать очевидного. Слепой я не была, понимала, что меня от Августиана защищал только брак с Двэйном. Я люблю мужа, и как бы мне ни был симпатичен король, изменять ему не стану. А наш монарх мужчина принципиальный, силой или шантажом в свою постель никого не тащил. Когда я это поняла, мне стало значительно легче находиться в его обществе.

– Не сомневаюсь, леди Рибианна, – так же нейтрально ответил Августиан, но глаза его опасно сверкнули. Похоже, у него на языке вертелись другие слова, но даже король не все может произнести вслух. – Вы успели ознакомиться с договором? Я хотел бы, чтобы вы очень внимательно его прочли и высказали свое мнение.

– Я изучала договор все дни до нашего отъезда, ваше величество. У меня составлен список вопросов и замечаний, который я собиралась озвучить на первом же совете…

– Вы же знаете, леди, я не люблю сюрпризов, – немного раздраженно произнес король. – Свой список вы мне покажете сегодня вечером. Уверен, у барона найдется свободный кабинет для своего короля.

– Прикажете созвать министров для внепланового совета?

– Нет, каждый из них уже представил мне свои замечания, остались только ваши, дражайшая кузина, – подарил мне свою самую очаровательную улыбку Августиан Третий и направил коня во главу колонны. Животное фыркнуло и устремилось вперед, с гордостью неся своего венценосного седока. Хороши заразы. Но мы со Снежинкой красивее.

Я откинулась на спинку сиденья и задумалась, как обезопасить себя от сплетен и кривотолков? Я не боялась оставаться с Августианом наедине, прошло то время, когда меня пугало его внимание. Но мне совершенно не хотелось, чтобы всяческие «доброхоты» разносили слухи о нас с королем. Хоть Двэйн и стал менее ревнивым с годами, но полностью от этого «недуга» не избавился. В высшем обществе герцога Варрийского считали тираном и монстром, и то, что я не появлялась на балах, а платья носила в большинстве своем закрытые, только подтверждало сей факт, по их мнению. А уж когда я стала министром, а не придворной дамой, Двэйна вообще стали обвинять в скупости. Шептались, что это он заставил жену, то есть меня, работать. На меня взирали с жалостью, выискивая на лице следы недоедания и побоев, не находили и с еще большим сожалением смотрели на мои платья, подозревая, что именно под ними я прячу синяки. В чем-то они были правы, только прятала я не следы побоев, а любви. Моя кожа оказалась нежной, а наши ночи с Двэйном были страстными в первые годы супружества.

Мы расстались только утром, а я уже по нему скучаю. Мысль о том, что мы не увидимся целый месяц, заставляет мое сердце тоскливо сжиматься. Хотелось развернуть карету, а лучше пересесть на Снежинку и мчаться домой. Наверное, я так бы и сделала, если бы Двэйн остался дома, но он уехал в который раз. Нет, надо пережить минуты слабости, собраться с духом и достойно показать себя в степи. Возможно, если Двэйну придется две недели ждать меня из поездки, он поймет каково это? Я ведь уже много раз ему говорила, что полевую работу ему необязательно делать самому…

***

Обеденная остановка по своему масштабу и размаху выглядела выездным пикником. Кстати, половина двора присутствовала на этом мероприятии. Оказывается, особо «умные», которых набралось немало, выехали раньше нас и решили с помощью такого «приятного» сюрприза проводить своего любимого короля в дальнюю дорогу.

На большой поляне установили шатры, откуда-то привезли мебель, посуду. Стояли живые цветы в вазах, между шатрами были натянуты ленты и флажки, неподалеку жарились туши животных. А меж этой красоты ходили разряженные дамы и кавалеры, судя по их раскрасневшимся лицам, проводы короля они начали отмечать с утра, как приехали на место. Я смотрела на это безобразие и понимала, что совершенно ничего не потеряла, не посещая балы и другие подобные мероприятия. Находиться среди этой пестрой толпы, взирать на фальшивые улыбки было выше моих сил и я, обменявшись приветствиями в рамках приличий, отправилась на берег реки. Есть не хотелось, в дороге особо занятий не нашлось, зато в наличии имелась корзинка с фруктами и напитками. Да и с утра я плотно позавтракала, думая, что на обед у нас будет что-то простое и походное. Кто же знал, что из серьезной дипломатической поездки сделают подобный цирк.

За мной следовали охранник и горничная, нёсшая в руках плед и корзинку со снедью, хоть я и говорила, что не голодна. Но у Розы было свое мнение на этот счет. Вообще-то, она у нас в доме работала при кухне, помощницей повара. Женщина средних лет, вдова, статная и еще симпатичная, она имела взрослую дочь семнадцати лет, которую примерно месяц назад удачно выдала замуж. Но поехала она со мной потому, что была единственной женщиной в нашем доме, которую можно смело брать с собой в степь. Остальные либо замужние, либо девицы на выданье. Первые отказались бы из-за мужей и детей, вторых не взяла бы я сама, поскольку не горела желанием следить, чтобы они не наделали глупостей.

– Роза, расстели плед в тени, я хочу прилечь, – распорядилась я. – И еще, раз уж ты взяла с собой еду, съешьте ее с Сантано. Вы ведь еще не обедали.

– Но, миледи, это же я для вас, – возмутилась Роза, будто я ей предложила что-то кощунственное.

– Я не хочу. В карете меня немного укачало, мне сейчас не до еды, – солгала я, картинно приложив ко рту кружевной платочек. Чего только не сделаешь, чтобы не портить себе поездку, даже опустишься до вранья прислуге. – И, Роза, отойдите чуть в сторону, боюсь, от запаха пищи мне станет нехорошо.

Я легла на плед, собираясь полюбоваться проплывающими облаками и подумать о чем-нибудь отвлеченном. Например, набросать план беседы с королем или структурировать полученную накануне информацию о варварах, которых давно не мешало приструнить. Но бессонная ночь дала о себе знать и я задремала.

– Вы слишком беспечны, моя дорогая, – разбудил меня тихий голос короля. Он присел рядом, на губах улыбка, в руках веточка первоцвета, а в глазах раздражение, смешанное с чем-то еще. Со стороны могло показаться, что Августиан вел какой-то фривольный разговор, но он таким не был: – О чем вы думали, когда ложились спать здесь? Решили облегчить работу вашим врагам? Или дать какой-нибудь живности полакомиться вашей кровью? Вы знаете, как много людей умирают от банального укуса змеи?

– Вам не о чем переживать, ваше величество. – Я села, стряхивая с платья лепестки цветка, который Августиан раскрошил от злости. Нас никто не мог слышать, поэтому я особо не следила за словами, надо дать ему понять, что подобная забота несколько выходила за рамки обычной вежливости. – Наследника Двэйну я родила, то есть свой долг перед Родиной выполнила. К тому же я убеждена, вы не оставите брата чахнуть в одиночестве и найдете ему новую жену.

– Анна, не зли меня.

Очень редко Августиан позволял себе разговаривать со мной в таком тоне, и зачастую для этого были веские причины.

– Что-то случилось, мой король? Провокация? Убийство? Диверсия? – спросила я, почувствовав небывалый подъем душевных сил. О да, наконец-то что-то интересное, а не обсуждение одних и тех же тем.

– Миледи, вы невыносимы, – теперь уже с искренней улыбкой поднялся Августиан и подал мне руку. – Как вы смотрите на то, чтобы продолжить наше путешествие?

– С радостью, ваше величество.

Я приняла руку венценосного родственника. Он помог мне встать, но отпускать не торопился, положил мою руку на сгиб своего локтя и повел к стоянке.

– Анна, пообещайте мне, что впредь будете внимательнее к своей безопасности. Необязательно это было бы нападение врагов, вас могло укусить ядовитое насекомое, или вы могли простудиться. Весна коварное время. Вы только представьте, что будет со мной, если я вас не уберегу? – с самым серьезным видом проговорил Августиан Третий, как бы в задумчивости поглаживая мои пальчики. Нет, я не готова к таким признаниям! Мы родственники, максимум соратники и друзья, но не… – Мне придется просить политическое убежище у Князя, потому что Двэйн убьет меня, если я вернусь без вас, Анна.

Он был не прав, потому что если наше общение с Августианом будет проходить в таком ключе весь этот месяц, я лично задушу нашего монарха. И тогда политическое убежище придется искать мне. Я ведь за эти несколько секунд приготовила целую речь с перечислением причин, почему не могу ответить на его чувства. А он просто играет, словами и моими нервами.

– Да, вы поторопились оставить его регентом, – язвительно произнесла я. – Зато вы можете не волноваться о сыновьях.

– Уверен, ваш супруг достойно их воспитает. Даже женится на вдовствующей королеве, если это будет нужно на благо страны.

Теперь уже король давил на мое больное место. Он откуда-то знал о моей ревнивой натуре, но я не собиралась сдаваться в этом противостоянии.

– Королева замечательная мать и красивая женщина, – с фальшивым смирением в голосе произнесла я.

– Она тоже любит вас, Анна, и если бы она могла выбирать для меня жену в случае своей безвременной кончины, то ей бы стали вы.

– Хватит того, что она мне доверила вас на время поездки, – проболталась я. Глаза Августиана опасно сверкнули, и он сжал мою руку, требуя объяснений. – По-родственному. Ее Величество переживает о распутных девках в гаремах Князя. Я пообещала не дать вам запутаться в их сетях.

– Тогда вы просто обязаны быть рядом со мной круглосуточно. Вы же не хотите подвести свою королеву? – ехидно сказал король, одаривая меня многообещающим взглядом.

Думаю, он этот разговор не забудет. Я хотела ответить, что полностью доверяю своему монарху и не опущусь до слежки за ним, но мы уже подошли к шатрам. Естественно, все то время, пока мы шли, за нами следовала охрана, примерно метрах в трех. Наш разговор они не слышали, потому что Августиан не расставался с артефактом-глушителем.

Ладно, я потом польщу королю, а пока можно поразмыслить над одним риторическим вопросом. Политическое убежище или каковы шансы спрятаться в чужой стране? Нет, я никуда не собираюсь, но отходные пути на всякий случай все равно нужны. Вообще-то, у меня есть два места, где меня примут безоговорочно. Сестренка всегда рада моему приезду, а князь Мансур все так же продолжает слать цветы два раза в год, на мой и день рождения нашего с Двэйном сына.