Сборник Литклуба Трудовая – 2020. Третья часть

Не понимая отчего, но это понравилось Светлане, она внимательно посмотрела на Илью и ей показалось что от него повеяло теплом, но не комнатным, а теплом душевным.

– А вас как звать? – обратилась она к Егору.

– Егором папа с мамой нарекли, – он также склонил голову, но не принимал стойку «смирно».

– А, вашего отца как звали?

– Егор Фомич, но можно просто Егор, или дядя Егор для вас.

Светлана протянула ему руку, Егор слегка её сжал.

– Ну вот что, господа, может быть я приеду посмотреть на вашу работу ещё не раз. Всё зависит от свободного времени, но в основном за работой будет следить ваш куратор Евгений Викторович. Все возникающие проблемы решаете с ним. А мне пора руководить. Евгений Викторович вы со мной, или останетесь согласовывать текущие вопросы?

– С вашего согласия я останусь, нужно обсудить кое-что. Через пару часов буду на рабочем месте.

– Максимум через полтора.

– Хорошо Светлана Викторовна.

Все вышли проводить хозяйку. Когда машина выехала со двора, Егор закрыл ворота, а Илья и Женя вошли в дом, обсуждая что-то на ходу.

…

Скоробеев вышел из вагона на перрон того же вокзала, на который месяц назад прибыл поезд Березова. Снег на платформе растаял, но ночные морозцы держали лужи во льду. Раннее утро, на автостанции водители возились вокруг своих машин. Здесь же суетились и частники. К одному такому бомбиле на двухсотом мерсе и подошёл Скоробеев.

– До райцентра довезёшь сынок? – обратился он к водителю.

– До которого, папаша, райцентров много.

Василий Павлович открыл заднюю дверь, ловко для его лет сел в машину:

– Поехали сынок, по дороге расскажу.

– Ты папаша хоть бы спросил сколько я возьму за провоз.

– Тысячу хватит?

– Ого, ты что папаша повышенную пенсию получил?

– Получил сынок, за 20-ть календарей сразу.

– Понял тебя, у дяди «гостил»?

– Угадал, за чужой грех от звонка до звонка.

– Теперь домой возвращаешься?

– Нет теперь у меня дома, должок нужно возвернуть. Никогда никому не был должен. Вот и этот долг заплатить надо.

– Уважаю, папаша. По всему видно ты хорошую закалку прошёл.

– Что было того не вернёшь, а что, впереди колея сама выведет. Ты сильно не гони, хочется посмотреть на родную сторону, вспомнить памятные места.

– За 20-ть календарей, как ты говоришь, многое изменилось, вспомнишь ли?

– Поэтому прошу не спеши, за обратный рейс ещё половину добавлю.

– Спасибо папаша, желание клиента закон даже для бомбил.

– А вот сынок указатель показывает дорогу на мой райцентр. Поезжай туда.

– Ты знаешь отец, что удивительно, может быть, после развала союза всё вокруг развалили. Даже крупные предприятия в областном под нож пошли. А в этом райцентре мебельная фабрика выжила, даже ещё больше укрепилась. Из областного центра много народу там работает.

– Это же хорошо, что фабрика выстояла. Людям на кусок хлеба дают заработать. Значит грамотный директор на фабрике.

– Директора убили лет 18-ть тому назад. А фабрику развалить не сумели. Теперь там хозяйка его дочь. Фамилия у неё такая странная, что-то про варенье, в голове крутиться, а вспомнить не могу.

– Малина.

– Точно, отец – Малина, я же говорю, что варенье напоминает.

– От этого варенья у меня изжога. Приеду в райцентр, может пройдёт.

– Да-а-а, от тюремной баланды не только изжога бывает, а ещё что похуже.

– Ладно сынок, внимательно смотри за дорогой и давай помолчим немного.

…

– Кто сумел такую красоту написать на стенах? – Женя обратился к Илье, когда вошли в дом.

– А это стараниями Егора Фомича, – ответил Березов.

– Егор Фомич, вы что художественное училище закончили? – спросил Женя.

– Нет, я военный в запасе. А всё это нарисовал мой бывший солдат. Служил в моей роте, потом местную дивчину в жёны взял и остался здесь. А то, что он знатно малюет, мы узнали, когда поручили ему стенгазету оформить. Он её так оформил, что командир полка увольнительную в город приказал выдать. Я с ним с тех пор поддерживаю знакомство. Позвонил, попросил помочь. Вот он и расстарался.

– Если надумаете ещё что-то в этом стиле оформлять, посоветуйтесь со мной, чтобы угодить хозяйке. Она женщина настроения. Одинокая, вся в делах, вот нервы и пошаливают.

Смету мы согласовали Илья Михайлович, фронт работ налицо. Посему я отчаливаю. Все проблемы решаемы, я имею ввиду по ремонту.

– Женя пожал обоим руки и вышел к машине.

– Пойду выпущу его, – сказал Илья и вышел следом.

– Нужно созывать команду дед, – сказал Илья, когда вернулся. – Ты распредели кому что делать, а я всех обзвоню. Думаю, следующий на очереди зал.

Ну не как у царя, но должен выглядеть как у знатного помещика. Помнишь по старым фильмам залы, где балы давали.

– Ты размахнулся Березов, там залы были других размеров и форм. А здесь дача, да ещё советской постройки. Тогда ещё строили по проекту. Не то, что нынешние уродцы по желанию нуворишей строят.

– Вот дед тебе и карты в руки, пошевели серой массой мозга, поскреби там по сусекам. Зал должен выглядеть на Ять.

– Мне почему-то Ильюша не даёт покоя чувство, что у тебя сегодня произошла мощная подзарядка твоего энтузязизма, как говорит Петросян. Весна на тебя так действует, или другая напасть?

– Что дед с энтузиазмом работать не с руки?

– С руки, с руки Ильюша, но этот энтузиазм, по-моему, сегодня был в женском обличье. Не целовать мне до конца жизни баб и не пить водку, если я ошибаюсь.

– Березов расплылся в улыбке. Не было слов, чтобы ответить Фомичу. Но он почувствовал, что произошли какие-то изменения, непонятные и необъяснимые в его душе.

…

– Притормози здесь сынок, – Скоробеев увидел дом в котором жил до посадки.

Водитель припарковался у тротуара и повернулся к пассажиру: – Приехали значит папаша?

– Вот держи, как обещал, может ещё попутчика найдёшь, – Скоробеев вышел из машины и огляделся…