Среди чудовищ и ведьм
- -
- 100%
- +
Видимо, я вскрикнула в полусне и разбудила Мадса. Он придвинулся ближе, обжигая теплом своего тела и обнял.
– Спи, – прошептал он.
И на этот раз я действительно заснула.
* * *Новый день выдался солнечный и яркий. Башню не штурмовали маги, посланные Бальтазаром Тоссой, а внизу в большом зале нас ждал завтрак.
Это ли не счастье.
Таинственный маг Ио встретил нас в том же костюме, что и вчера, разве что прибавилась накидка с широкими длинными рукавами, расшитая узором из тонких лиловых нитей.
– Как я понимаю, у вас двоих возникли непримиримые разногласия с верховным магом? – спросил Ио.
– Можно и так сказать, – в тон ответил Мадс.
– Не хочу критиковать, но ты тогда глупо попался. Вот учишь, учишь… и что? Мадс, как можно было так бездарно распорядиться силой, запутаться в пассах, а заклинание… ты что родился с волчьей пастью? Где четкость?
Произнеся эту тираду маг нахмурился и сокрушенно покачал головой.
– Да, знаю, я знаю, – ответил Мадс. – Сглупил.
– Теперь придется иметь дело с последствиями…
Ио перевел свой взгляд на меня.
Он стоял, покачиваясь с пятки на носок, заложив большие пальцы за отвороты накидки.
– А тебя я пока не понимаю. Но определенно, что-то странное. Что ж… загадки разнообразят наши будни.
– Я видел только Рона, а где остальные? – Мадс вклинился в разговор.
И спасибо ему за это, потому что выносить взгляд мага, то есть чародея, было тяжело.
– Ученички мои разлетелись. Направил их по делам.
– Я думал, вы закрылись тут от внешнего мира, – удивился Мадс и хмыкнул.
– Не настолько. Я не хочу иметь ничего общего с магами, но приходится наблюдать. Туманы рождают странных тварей. И мои силы возросли. Мне это не нравится.
– Почему? – спросила я.
Мне всегда казалось, что быть сильным – это хорошо.
– Потому, моя дорогая, что любое действие рождает противодействие. Изменение означает смещение баланса. Пока все снова придет в равновесие, нас всех ждут потрясения. Возможно, появятся новые монстры или начнутся ураганы, реки выйдут из берегов. Голод, мор… Мало ли.
Мадс наклонился к моему уху и прошептал:
– Не обращай внимание. Он давно ждет конца света, а тот все не приходит.
Кажется, Ио услышал. Он метнул на Мадса уничтожающий взгляд.
– Можешь не верить, игнорировать знаки и порхать по земле точно мотылек. Хотя с твоей родословной, ты верно и собираешься жить, как бабочка-однодневка – недолго, но по-возможности весело.
Мадс отсалютовал чародею чашкой:
– Именно.
Кажется, он совершенно не обиделся на это безжалостное замечание.
– А что ты скажешь на то, что число магов в Миравингии выросло? В ваших, так называемых школах, никогда не было такого количества адептов. Более того, среди женщин открывают подозрительно много одаренных. Так что?
– Ничего.
– Вот и молчи тогда.
Мадс примирительно поднял руки, мол молчу, больше ни слова ни скажу.
– Послушай, я окопался здесь довольно основательно, – продолжил Ио, – но где гарантии, что это место устоит, если вся Миравингия, стараниями напыщенных глупцов, скатится в пропасть. И я говорю о напастях гораздо худших, чем тролли.
Этот разговор разжигал во мне угольки жгучего страха. Чародей говорил с убежденностью знающего человека… ну или безумца.
– Вот ты, Мальта… – на меня был наставлен указательный палец, – когда ощутила в себе присутствие магии?
– М-м-м… Недавно, – осторожно ответила я.
– Сколько тебе было? – грозно рявкнул Ио.
– Пятнадцать.
– А до этого? Чувствовала искру?
Я поспешно замотала головой.
– Вот! Видишь, прямо в этом зале сидит живое подтверждение моих прогнозов. Магия взяла и возникла в ней. Хотя обычно дети начинают проявлять склонности лет с шести, а то и раньше.
– Я же не спорю, – примирительно сказал Мадс.
– Ладно! Не думайте, что можете целыми днями прохлаждаться, миловаться, да спорить и склочничать. Мальта!
Метла, что стояла в углу с громким стуком упала на пол.
От неожиданности я оказалась на ногах.
Ио довольно ухмыльнулся.
– Метла упала. Значит, в доме ведьма, – он пристально посмотрел на меня. – Отлично. Поможешь мне с алектриомантией. А ты, Мадс, отправляйся на мельницу. Там найдется для тебя работа.
Чародей отошел, принялся возиться около большой корзины в дальнем конце зала.
– С какой мантией? – тихо спросила я Мадса.
– Понятия не имею.
Он быстро допил воду из кружки.
– После поговорим, – весомо сказал он. – Не буду больше испытывать его терпение.
Мы с Ио вышли на улицу. Чародей нес поднос, на котором лежали бумага, перья и чернильница. Мне он вручил увесистый мешочек с ячменными зернами, метлу и колышек.
– Я надеюсь, ты обучена грамоте.
– Да.
Он привел меня на хорошо утоптанную площадку, окруженную кустарником.
– Подмети тут все как следует, – приказал он, – затем нарисуй круг, раздели его на двадцать четыре части и в каждую впиши букву. Не слишком сложно?
– Нет. Все ясно. А что такое эта алек-, алектрио-.
– Алектриомантия. Сделай и узнаешь.
Ио поставил поднос с письменными принадлежностями и удалился. И хотя само поручение выглядело как детская забава или шутка, я вознамерилась выполнить его в точности. Мне хотелось показать, что уж написать-то алфавит в круге я могу.
* * *Стук-стук… стук-стук… Ворона ударила клювом в оконное стекло. Неплотно затворенная форточка распахнулась настежь. Ворона вскочила на раму и склонила голову. Черные умные глазки осматривали кабинет Захарии Ламми в Башнях Пепла.
Птица легко впорхнула внутрь.
Она принялась расхаживать по столу и ворошить бумаги. В движениях прослеживалась система. Более того ворона очень аккуратно подцепляла листки и переворачивала. Она сделала круг по комнате и, вот же удивительно, принялась рассматривать портрет Алонсо Коды.
Как будто среди пернатых имеются ценители живописи.
За дверью кабинета загремели шаги, в замке звякнул ключ. Птица прислушалась, расправила крылья и устремилась к форточке.
Грохнула о стену дверь. Сквозняк взметнул вверх бумаги.
– Пшла! Пшла! – Медея замахала рукой на ворону.
Та ловко выскользнула на улицу и, сделав небольшой круг, уселась на карнизе. Вслед за Медеей в кабинет ввалились несколько магов. Они топали сапогами, бесцеремонно выдвигали ящики. Редкие магические книги, которые Захария брал исключительно в перчатках, летели на пол. Трещали разрываемые переплеты.
Досталось и Алонсо Коде. Портрет сорвали со стены. Раму попытались разбить каблуками, но от времени дерево сделалось твердым, как сталь. Обыск больше напоминал разрушение. Медея взирала на это все с философским спокойствием. Лишь изредка морщилась, но молчала.
Но кое-что из вещей Захарии было сгружено в большую корзину. Магов заинтересовали письма, череп, который обнаружился в подвалах, кристаллы и магические артефакты.
Все это время ворона проявляла невероятное терпение, она сидела практически не шевелясь и зорко следила за каждой вещью, которую ломали или забирали.
Один из магов нагнулся, схватил портрет и запустил им в окно.
Ворона вспорхнула.
Стекло разбилось.
– Нельзя было без этого? – с укором сказала Медея. – В Башнях и так почти не осталось стекол.
– Ничего. Одним больше, одним меньше, – хохотнул маг.
Никто из них не выглянул в окно, а ворона села на землю и бочком, бочком, подпрыгивая двинулась к картине. Она замерла и долго рассматривала лицо Алонсо Коды. Дневной свет теперь падал на бывшего верховного мага. Хотя краска порядком потемнела, теперь можно было рассмотреть старомодную мантию, различить вышивку на воротнике, три перстня в ряд на холеной руке и медальон на длинной витой цепочке.
* * *Я вынырнула из видения и принялась торопливо подметать площадку. Никакая это была не ворона! Ведьма – посланница Ории, которую отправили искать артефакт, дарующий или отнимающий магию.
Захария говорил, что род Кода прервался, в живых не осталось никого. Род Ламми одержал над ними победу. Выходит, ведьма разведала это все и по каким-то соображениям решила посетить Башни Пепла. Неужели, камень Элстин действительно существует и сейчас лежит где-то в вещах беглого мага.
Стоп! Я замерла с метлой в руке. Ведьма-ворона точно знает, где находится Белый Замок! И Она должна туда вернуться. Значит, если нам с Мадсом удасться ее разыскать, то…
– Хватит мечтать о своем красавчике! Гляжу, не очень-то ты стараешься в мое отсутствие.
Ио вернулся, держа под мышкой здорового петуха. Тот обладал ярким красным гребнем, внушительными шпорами, черные перья отливали зеленью, а рыжие горели точно огонь.
Я принялась торопливо дометать площадку, потом быстро начертила круг и вписала алфавит.
Ио сидел, ласково поглаживал петуха.
– Буквы ты знаешь, – вынес он вердикт. – Теперь бери зерно и насыпь около каждой.
Это тоже было несложно выполнить.
– А теперь смотри в оба. Петух начнет склевывать, а мы будем записывать буквы и составлять слова.
Я едва не рассмеялась, думая, что чародей меня разыгрывает, но Ио выглядел серьезным.
– Но для чего? – изумилась я.
– Алектриомантия – это весьма надежный вид предсказаний, – сообщил он.
– Что может предсказать петух? – вырвалось у меня.
– Ха! Ревнуешь! Ты из вещательниц? Верно я истолковал твои способности? Нет, мой Лекта по части предсказаний превосходит вашу братию. Шатаетесь по городам и селам со своими бубенчиками, да, не очень-то вы что-то можете.
Я не спешила разубеждать чародея относительно своей магии, тем более не стала ему сообщать, что увидеть можно только настоящее. Поэтому я взяла бумагу, обмакнула перо в чернильницу и приготовилась записывать.
Ио с величайшей предосторожностью поместил петуха в центр круга. Тот сразу же бросился к букве «Т», потом переместился к «Й», «У», «Н», подлетел и тяжело опустился на «О».
– Бессмыслица, – сказал Ио.
– Он же петух, а не грамматик, не стоило ждать от него слишком много.
Он сощурился.
– Или кто-то нерадиво выполнил мое поручение. Магии в тебе…
Ио поймал петуха и поволок его с площадки, а я взглянула на листок.
«Т», «Й», «У», «Н», «О».
И вдруг сложилось! Если поменять буквы местами, то получится: Йотун.
– Какой был вопрос? – я побежала вслед за чародеем.
– О! Я всего-то хотел узнать имя человека, который спасет Миравингию.
Глава 2
Я ждала, когда у Мадса выпадет свободная минутка, чтобы рассказать ему о ведьме-вороне. Кружила вокруг мельницы и представляла, как он обрадуется.
Несколько раз я бралась за дверную ручку и порывалась войти. Но каждый раз меня охватывало неприятное предчувствие, как будто там я могла увидеть что-то, не предназначенное для моих глаз. Сердце начинало отчаянно стучать, во рту пересыхало, и я оставалась снаружи.
«Подожду», – говорила я себе.
Воздух запел. Наполнился протяжным воем и звоном, за ушами заболело, а челюсть заныла.
И тут-то вожделенная дверь открылась.
Рональд и Мадс выскочили наружу.
– Скорее в башню, – сказал Рональд.
– Что случилось?
Я изо всех сил старалась поспеть за парнями. Мы почти бежали.
– Мадс? Что происходит?
– Ио зовет, – ответил он.
Мы почти вбежали в большой зал.
Ио выглядел встревоженным. Перед ним на полу лежали свернутая сеть и багор.
– Мадс, Рон, нужно помочь снаружи. А ты, Мальта, поднимайся в комнату и жди там, пока не позовут.
Казалось, что в неведении пребываю только я, потому что Мадс и Рон взяли предложенные инструменты и без вопросов последовали за Ио.
Я же осталась в одиночестве.
Когда шаги стихли, я решила, что не желаю сгорать от любопытства. Сосредоточилась в надежде увидеть, куда отправился Мадс.
Несколько мгновений перед глазами было черно. Потом чернота «проредилась» и я поняла, что смотрю на вороньи перья, крылья упруго хлопали по воздуху. Я оказалась в центре вороньей стаи. Птицы кричали и кружились в живом вихре.
Я удивленно моргнула.
Нет. Мне нужно увидеть Мадса. Я в деталях представила его: острую линию скул, глаза, улыбку. Но… перед внутренним взором возникло совершенно другое лицо…
* * *Король троллей полулежал на широком ложе. Алая рубашка валялась на полу. Его рука рассеянно перебирала волосы Ории. Из-за тяжелых занавесей в комнате царил мягкий полумрак, несколько свечей мерцали яркими огоньками.
Кожа Ории казалась сахарно-белой по сравнению с темной кожей короля.
Беседа шла на тролльем.
– Но ты же король, – сказала ведьма и капризно нахмурилась.
– Да, моя дорогая. Но это не значит, что я могу поступать, как вздумается. Быть королем – это опасная и тяжелая доля. Если не начать вторжение, весьма вероятно, что они обратят оружие против меня.
У него была робкая, какая-то даже мальчишеская улыбка.
– Но почему бы не покончить с предателями. Если военачальники не повинуются тебе…
– Увы! Троллям далеко до единства, – перебил он ее. – Некоторые племена со мной, потому что хотят вернуть себе Миравингию.
– Но мой план лучше.
– Да, он весьма хорош. И я не отказываюсь от него. Твоим ведьмам будет проще искать артефакт, когда мои воины погрузят королевство людей в туманы.
По лицу Ории скользнула тень, но она быстро овладела собой.
– Твой колдун меня ненавидит. Все из-за него. Он мутит воду и подбрасывает вредные идеи.
– Это не так. Я не приказывал ему ненавидеть. Он моя тень.
– Где он, кстати?
Король усмехнулся:
– Еще немного и я начну ревновать. Почему мы так много говорим о Йотуне?
Он притянул королеву к себе и принялся целовать ей шею.
– У меня плохое предчувствие, – сказала Ория.
– Глупости, – сказал король. – Мы победим… так или иначе. Силой оружия или магии – финал неизбежен.
Она приподнялась на локте, отстраняясь от поцелуев тролля. На губах заиграла озорная улыбка.
– Скоро моя красотка доберется до места назначения. Мы получим много интересных сведений.
Король вздохнул.
– Оставим ненадолго магов. Твои мысли так далеко, а я хочу, чтобы ты побыла со мной. Так мало удается урвать приятных минут.
Он снова потянулся, чтобы поцеловать Орию. И на этот раз она ответила со страстью…
За дверью спальни грохнуло, что-то зазвенело, повалилось.
– Чертова девка! – сквозь зубы процедила королева ведьм.
Король вздохнул и поднялся с ложа. Выглядел он не слишком довольным.
– Прости, – сказала Ория и тоже легко соскользнула с кровати.
Она набросила на плечи накидку.
– У ведьм есть одна уязвимость.
– Только одна? – бровь короля взлетела вверх.
– Одна, которая вызывает слишком много проблем.
Королева ведьм вышла.
Я заранее предположила, кого увижу.
Бьянку держали две ведьмы. Янеж – наполовину тролльчанка старалась особенно.
У всех троих были всклокочены волосы и следы царапин на щеках. У Бьянки один глаз наполовину заплыл, и веко приобрело пурпурный оттенок.
– Ну? – грубовато бросила Ория.
– Она пыталась сбежать, – Янеж озвучила очевидное.
– Отпустите ее.
Ведьмы нехотя выпустили свою добычу.
Бьянка не стала оправдываться, а лишь скривилась.
– Ничего не хочешь мне сказать? – спросила Ория.
– А что тут скажешь? Я совершила то колдовство, которое ты хотела. Теперь я ухожу.
– Хорошо. Ты свободна.
Бьянка несколько мгновений потопталась на месте. На лице Янеж отразилось недоумении.
– Можешь идти, – подбодрила Бьянку Ория. – Хотя, вот…
Она подошла к шкафу, выдвинула ящик и достала увесистый мешочек.
– Тут кое-что на первое время.
– И ты так просто ее отпустишь? – не выдержала Янеж. – Тогда зачем мы гнались за ней по проклятому туману?
Бьянка стиснула мешочек. Недоверие на ее лице сменилось радостью.
– Я говорила, что в идеальном мире, каждая ведьма, проживающая в Белом замке, находится здесь добровольно. Наше сестринство основано на доверии. Я благодарю тебя Бьянка за то, что ты была с нами и помогала в колдовстве. Наши двери всегда открыты для тебя.
Бьянка развернулась и двинулась к выходу. В этот самый момент Ория послала ей вслед заклинание. Тонкая блестящая нить устремилась от ее руки и ударилась Бьянке под лопатку.
Девушка неловко взмахнула руками, мешочек выпал, монеты со звоном покатились по полу.
Я вскрикнула от возмущения и обиды.
Бьянка начала медленно оседать на пол. Глаза ее закатились, и она повалилась на бок.
– Можете идти, – сказала Ория двум другим ведьмам.
Те удалились из комнаты без лишних вопросов. Тогда из спальни вышел троллий король.
– Я думал, ты все-таки ее отпустишь, – сказал он.
– Со временем, – уклончиво ответила ведьма, глядя на Бьянку. – Пока наш мир не идеален и на кону слишком много. Не время для любовных глупостей. Она слишком сильна и талантлива, чтобы бросить свою магию под ноги какому-то магу, который быстренько ее обрюхатит и пойдет развлекаться с другими дурочками.
Мне сделалось обидно за Мадса. Он не такой.
– Не слишком ты высокого мнения о человеческих магах.
– Это все правда, – категорично заявила Ория. – Она потом мне спасибо скажет, что уберегла ее от глупости.
Судя по выражению лица короля он был настроен скептически.
Ведьма тоже это заметила:
– Ты не согласен со мной?
– Твое королевство. Со своими подданными ты вольна поступать, как знаешь. – В голосе улавливалась тень недовольства.
Но все равно такой ответ пришелся Ории по вкусу. Она торжествующе улыбнулась.
– Поверь, эта девушка одарена сверх всякой меры и сослужит нам хорошую службу. Я раскрою ее способности. Увы, Бьянка совершенно одурела от любви. Немного трезвости и холода, который потушит избыточный огонь в сердце. Я еще подправлю ей память…
– А это не повредит?
Король подошел и склонился над Бьянкой, стал с любопытством рассматривать ее лицо.
– С чего бы? Говорю же, ей станет только лучше. В голове прояснится. И она не будет пытаться сбежать.
– Я думаю, – сказал тролль, – для разумного существа важны его порывы и привязанности. Нас формируют чувства и предпочтения в той же степени, что и ограничения с правилами. Убери любовь и это уже не тот человек.
– Да, вы философ, ваше величество. – Она отвесила шутливый поклон, – Такие мысли приводят к маранию бумаги и переписке с учеными мужами.
Тролль ухмыльнулся. Видимо, ведьма попала в точку.
– Вернемся в постель? – сказала она.
– Увы, мне нужно вернуться к своему двору. Да и тебе вижу предстоит какое-то захватывающее колдовство.
Король направился к выходу, но в самых дверях остановился:
– А она сможет избавиться от заклятия?
– Самостоятельно? Маловероятно. Говорю же, как только Миравингия будет наша, я освобожу ее. Вот только захочет ли она вспомнить своего Мадса – большой вопрос.
Король ушел.
Ория опустилась на колени перед Бьянкой и принялась водить ладонью над ее головой.
– Любовь умрет. Она всегда умирает, если нет подпитки. Ты будешь свободна.
Последние слова Ории звенели у меня в ушах. От этих слов по спине пробежал холодок. Что эта ведьма сотворила с Бьянкой?!
Бедный Мадс! Как он отреагирует, когда я ему все расскажу. И теперь наше дело значительно усложняется: нужно не просто найти замок, но и уговорить Бьянку бежать из него.
А еще тролли готовят нападение на Миравингию… Война, туманы и кровь.
Я снова задумалась о загадочной природе своего дара. Любой контроль над ним – это иллюзия. Я не выбираю, что видеть. Гораздо важнее было увидеть разговор короля троллей с Орией и последующее проклятие Бьянки, чем пытаться проследить за Мадсом и чародеем.
Вскоре они вернулись в башню в сопровождение еще двух учеников Ио. Каждый был нагружен увесистым мешком, который покрывали бурые пятна.
– А, Мальта, не скучала без нас? Знакомься, это Клаус и Магнус, – сказал Ио.
Трудно было представить себе молодых людей, которые бы так отличались. Они были прямой противоположностью друг друга. Клаус – высокий и, чего уж скрывать, полноватый, Магнус – наоборот маленький и худощавый. У Клауса были светлые гладкие волосы, у Магнуса – темные и курчавые. Первый был бледен до прозрачности, от чего выделялись синие жилки, второй наоборот смугл.
Но меня не слишком интересовала эта парочка: все мои мысли были устремлены к предстоящему разговору с Мадсом. Ладони сделались влажными, и я ощутила отнюдь не радостное предвкушение.
– Нам пришлось сделать изрядный крюк, – низким голосом сказал Клаус. – Я глазам своим не поверил, когда увидел магов, вынюхивающих что-то рядом с убежищем.
– Да, уж, – подтвердил Магнус, – плохо вышло, если бы нас взяли с этим.
Он свалил свой мешок на пол и принялся развязывать бечевку.
Внутри оказалась отрубленная голова чудовища. Огромные зубы торчали в застывшем оскале, шерсть больше походила на стальные иглы, а запекшаяся кровь была темно-синего цвета.
– Что это? – я в ужасе отшатнулась от мешка.
– Новые порождения тумана. Мы ходили на охоту. Теперь, мэтр, вам будет что изучить.
В другие мешки я побоялась даже заглянуть. Их содержимое судя по довольным лицам магов было столь же омерзительным.
Я подошла к Мадсу и тихо сказала:
– У меня было видение. Нужно поговорить.
– Да и у меня есть новости.
Пока Ио с учениками занялись разбором своих трофеев, мы с Мадсом выскользнули из башни и пошли к мельнице. Мы уселись прямо на траву.
– Давай сначала ты, – предложила я, малодушно надеясь на отсрочку, – что ты узнал?
– Бальтазар Тосса принял слишком близко к сердцу наше исчезновение и послал четырех магов. Среди них пара очень талантливых ищеек. Мы с ними пересекались в мою бытность палачом. Неприятные типы.
– Они смогут нас тут выследить?
– Нет. Но мы не можем задержаться надолго. А насколько я их знаю, они будут кружить поблизости, если что-то их не отвлечет.
– Думаешь, Ио попросит нас уйти?
– Наоборот, – хохотнул Мадс, – он попросит присоединиться. Жить отшельниками в этой зачарованной дыре, так себе перспектива. С утра до ночи слушать потоки его «мудрости». Ты пока еще не столкнулось, но поверь, он себя проявит.
– И что же нам делать?
– Придется сразиться. Едва ли Рон согласиться помочь, но если все-таки удасться привлечь его на свою сторону, будет хорошо.
– А начавшееся вторжение троллей – это хорошая причина, чтобы они убрались обратно в столицу? – спросила я.
– Весьма…
– Скоро. Я сама слышала, как их король говорил об этом.
Я набрала побольше воздуха и начала рассказ. Не утаила ничего. Мне было больно говорить про Бьянку. Мадс слушал внимательно, не перебивал, только напряглась линия челюсти.
– Можешь сейчас посмотреть, что с Бьянкой? – деловито осведомился он.
Но несмотря на тон, в его вопросе была бесконечная забота.
Я прикрыла глаза, настраиваясь на видение.
Бьянка металась в кровати. Ее волосы липли к вспотевшему лбу. Она выкрикивала что-то бессвязное, порывалась встать, но без сил падала на подушки. Рядом сидела Ория. Временами королева ведьм подносила к губам Бьянки смоченный в зелье платок. Она заботливо подтыкала одеяло, которое Бьянка норовила сбросить.
– Не борись. Не надо. Это бесполезно…
Я взглянула на Мадса. Он не выдержал, вскочил на ноги и немного прошелся взад и вперед.
– Она борется, Мадс, – сказала я.
– Бьянка очень сильная. Чтобы эта тварь с ней не сделала… – его голос предательски дрогнул.
– Но я еще кое-что увидела. Это поможет нам ее разыскать.
Запинаясь и краснея, я пересказала увиденное в Башнях Пепла о ведьме-вороне и обыске в кабинете Захарии.
Мадс молчал, глаза его сделались дикими, он дышал глубоко, как после долгого бега.
– Ну? – не выдержала я. – Это же зацепка! Ворона точно знает, как вернуться в Белый замок.
– Да, – коротко сказал он. – Мне нужно подумать, Мальта. Одному.
Глава 3
Время близилось к полуночи, но в комнате, которую мы делили с чернокнижником, я находилась в гордом одиночестве.
Мысли крутились вокруг Бьянки. Странное дело, я ей завидовала, горячо и остро. Нет, конечно, не тому, что королева ведьм наложила заклятие, а тому, что у нее есть Мадс.
Он думает о ней и сделает все, чтобы спасти.
А если бы я попала к ведьмам – никому бы не было дела.
Точнее не так! Бальтазар Тосса объявил на меня охоту, но это другое. Ему нужен мой дар, мое умение подсматривать и подслушивать, но сама я безразлична.
Когда на меня смотрят маги, они не видят Мальту. Для них я всего лишь инструмент для вещания. Инструмент, который используют, а если он перестает работать, выбрасывают без колебаний и сожалений.
К горлу подступила горечь. Я рисковала сорваться в пучину жалости к себе. Но все эмоции исчезли под натиском подступающего видения.