Неприятности в старшей школе

В какую игру ты играешь, детка?

С ним, но бьешь за нас.

Ничего не даешь нам, но борешься за нас.

За нас.

Я дергаю головой, опускаю подбородок. Черт, они же правы.

– Зачем она это делает?

Мы с братьями переглядываемся и киваем друг другу.

Вот в чем вопрос, блин.

– Поехали на тренировку, пацаны. – Ройс улыбается, доставая телефон, чтобы спланировать вечер, хотя мы договорились не праздновать. – Нам нужно место для вечеринки. Йоу, Бак! – он смеется в телефон, выходя из дома. – Это Ройс.

Кэп следит за ним взглядом, а потом поворачивается ко мне.

– Как думаешь, с ним все в порядке?

– Ты когда-нибудь видел, чтобы ему было на кого-то не наплевать, Кэп? – спрашиваю я его, наблюдая за Ройсом, смеющимся в телефон на подъездной дорожке.

– Только ее. Ему нравилось, что можно поговорить с кем-то, кроме нас. И он оставался самим собой рядом с ней.

Я киваю.

– Она, блин, определенно стала центром его мира.

– А потом ее у нас украли, – заканчивает он, снова глядя на меня. – Но мы ее вернем.

Да, черт подери, мы это сделаем.

– Поехали, засранцы! – кричит Ройс со двора. – Чем быстрее мы покончим с делами, тем быстрее наступит вечер!

Мы смеемся и идем к машине, но при приближении к игровой площадке настроение меняется, потому что мы знаем, что сегодня нам придется разделить ее с Грейвеном.

Как мы и предполагали, Коллинз уже бегает по площадке в экипировке для разогрева.

– Надо переехать этого мудака, – ворчит Ройс. – Могу поспорить, его колени еще никогда не касались гравия. Мерзкий ублюдок.

Кэп глушит двигатель и наклоняется ко мне.

– Что? – рявкаю я.

– Мы не знаем, что на самом деле происходит между этими двумя, – в голосе Кэпа слышится обеспокоенность. – Он собирается поиметь тебе мозги, чувак.

– Пусть делает, что хочет. Позволим ему считать себя победителем. – Я отворачиваюсь к окну. – Я уже говорил вам, парни, я никому ее не отдам. А теперь идем.

Примечания