- -
- 100%
- +
– Почему советник Касто начал военные действия против моего народа? – ворвался возмущенный Мерта в тронный зал.
– Потому что безумие сидеть и ждать, когда нам всем порубят головы, ваше величество! –заступился Арнод за отсутствующего в зале советника по войне.
– Арнод, вы вроде советник по золоту? – парировал Мерта, поднимаясь к трону.
– Вот именно, ваше величество. Даже советник по золоту понимает, что нельзя сидеть, сложа руки, – продолжал отвечать на повышенных тонах Арнод.
– Я с ним согласен, ваше величество, – поднялся Чун Хе, советник по связям, тридцатилетний верниец с рессарийскими корнями. Серокожий, как все северные соседи, но с широким лбом и мощной челюстью. – Мы долго делали вид, что ничего не замечаем, все спускали им с рук, но теперь, когда они дошли до самой столицы, в праве ли мы бездействовать? Ответьте мне, Синий царь, отец и гроза народов!?
Мерта не ожидал столь мощного напора в свою сторону, растерялся и промолчал. В тронном зале наступила тишина.
– Вы молчите, потому что и сами знаете ответы на мои вопросы, – продолжал Чун Хе. – И более того, хоть вы и не признаете этого, но в мятеже отчетливо отслеживается рука феррийцев. Потому я не удивлюсь, если завтра они объявят нам войну.
– Этого не может быть! – наконец, очнулся Мерта. – Им нет смысла помогать мятежникам. Мы с единокровной феррийской принцессой будем помолвлены.
– О, слепец! – театрально воскликнул Чун Хе, закатив глаза, и плюхнулся на стул, закрыв лицо руками.
– Вы забываетесь! – разозлился молодой царь.
– Именно так! – вновь поднялся с места советник. – Поэтому я снимаю с себя обязанности, впрочем, могу и голову снять, если это будет вам угодно.
Мерта опешил. Он не ожидал такого поворота событий, такой дерзости и уж тем более отставки одного из самых важных своих советников. Синий царь сидел на троне и растеряно смотрел по сторонам, не зная, что сказать.
– Чудесно, значит, голову оставлю при себе, – откланялся Чун Хе и широкими шагами удалился из зала.
Среди оставшихся установилось тяжелое молчание. Все ждали новостей с полей сражений, развернувшихся прямо на улицах столицы.
Часы пробили полночь, но известий от Касто Ренара не было. Советники начинали откровенно скучать. Арнод крутил на столе золотую монету, Маро Куйтен, советник по ресурсам, дремал на стуле, а Ферта Лартина, советник по науке и театру, и вовсе напевал что-то невнятное себе под нос.
– Ферта, что вы там поете? – грозно спросил Мерта, которого изрядно достало бурчание советника.
– Песню маленького пастуха из «Карса-Лавары», ваше синецарство.
– Не пойте, пожалуйста.
– Да, ваше величество.
– Разрешите дать вам совет, ваше синецарство, – вступил в разговор Арнод.
– Давайте, – настороженно произнес Мерта, опасаясь повторения диалога с Чун Хе.
– Будьте жестче с народом и слугами, иначе, ваше имя будет олицетворять падение империи.
– Вы излишне пессимистичны.
– К сожалению, нет, ваше величество, – советник по золоту поднялся из-за стола.
– И вы тоже желаете снять с себя обязанности? – расстроенно поинтересовался Мерта.
– Нет, синий царь, с вашего позволения я пойду спать. Завтра из соседних провинций приезжают купцы. Для счета денег нужна свежая голова.
– В этом вы правы. Все свободны, – отпустил советников Мерта, а сам остался сидеть на троне, набившем на его заду знатную мозоль, в ожидании новостей.
Глава 25
Звездный, Сарбия
17 день Синего Лета, 2368 г.
Три дня Труа ничего не мог разузнать о состоянии друга. Приносившие ему завтрак и газеты лекари не обладали нужной информацией. Зато он получил разрешение на отсрочку сдачи его отчета в университете, узнал о мятежах в Вернийской империи, о которых написали в газете «Путеводная звезда» от 17 дня Синего Лета под заголовком «Керны в огне». В статье говорилось, что вооруженные столкновения с протестующими охватили не только столицу, но и десятки городов по всей империи.
После завтрака Феро заказывал книгу у больничного библиотекаря, ходившего по палатам в таком же белом одеянии, как и пациенты. Попросить можно было почти любую книгу, поэтому Труа заказал труд Каро Фурье «Основы понимания физики частиц». Написанный сложным научным языком он трактовался каждым по своему, потому одни называли труд Фурье бредом, а другие – прогрессивным и будущим науки. Раз выдалось время, Труа решил составить свое мнение. Хоть он и был историком, но физика его интересовала всегда. Наверное, если бы отец когда-то не настоял на историческом, Труа мог бы податься и на механико-технический факультет. Впрочем, он реалистично оценивал себя и понимал, что вряд ли бы смог проучиться все четыре года, гением в механике он не был, а МТФ заканчивали только лучшие.
На третий день к Феро наведалась уже знакомая ему Верховный лекарь Рафи Ух. Труа обрадовался, увидев ее, ведь она знала о состоянии всех пациентов в попечении больницы. Его же интересовал вполне конкретный человек – Верна Уонса.
– Ну наконец-то вы, – радостно вскочил с кровати Феро, убирая в сторону увесистый том Каро Фурье. – Уж вы-то точно сможете мне рассказать, как обстоят дела у моего друга.
– Да, смогу, – сухо ответила женщина.
По тону и сжатым губам Феро все понял – хороших новостей ему ждать не стоило.
– С ним все хорошо? – настороженно поинтересовался парень.
– Нет, он умер.
От неожиданности у Феро закружилась голова, и он плюхнулся на кровать.
– Но как? Ему всего восемнадцать! В таком возрасте не умирают от болезни.
Ух присела рядом с ним на кровать.
– От «холодной смерти» умирают. К сожалению, он умер в тот же день, когда его привезли.
– И вы все это время скрывали от меня?
– Прости, мы не знали как ты отреагируешь, боялись, что запаникуешь, узнав о болезни. Даже сейчас я не должна была рассказывать тебе о причине смерти твоего друга. Но и промолчать я не могла.
– Понимаю. Болезнь, которая чуть не погубила весь Анхар, вернулась. Расскажи я кому об этом…
– Вот и не надо рассказывать.
– Да, я понимаю, – глухо ответил Феро. – Я тут надолго?
– Еще пару-тройку дней, – Рафи Ух сочувствующе положила руку на плечо парня. – Если никаких признаков болезни не будет, отпустим тебя домой.
– Хорошо, но сейчас я бы хотел побыть один.
Верховный лекарь кивнула, затем поднялась и ушла, тихо притворив за собой дверь.
Остаток дня Феро лежал на кровати, уставившись в стену. Он не мог поверить в то, что произошло. В голову лезли навязчивые мысли о смерти. О хрупкости бытия и скоротечности жизни, о том, что сегодня ты смеешься, а завтра над твоим телом стоят родные, склонив головы и о том, что иногда нечего даже похоронить.
На следующий день Феро вернулся к трудам Фурье. Вопросы жизни и смерти его больше не занимали. Труа решил, что если постоянно думать о смерти, можно упустить жизнь. Поэтому он вернулся к своему обычному распорядку дня: с утра новости за завтраком, затем труды по физике, а после ужина – разгадывание исторических кроссвордов.
Как и обещала Верховный лекарь, не обнаружив у Феро признаков «холодной смерти», через четыре дня его выписали. Возвращаться в комнату общежития, где на втором ярусе кровати больше не дремал Уонса было непривычно грустно и одиноко. К тому же все вещи Верна забрали родственники, отчего комната казалась еще более пустой.
Сев на свою кровать, Труа обнаружил на подушке записку: «С возвращением, Феро. Собрание завтра в шесть». По почерку он понял, что сообщение было от Луре Аро – предводителя сообщества «Гаши», в котором состоял Труа. Несмотря на сухость, присущую Аро, записка приободрила Феро, дав ему почувствовать себя снова в деле. Тем более что сегодня предаваться грусти было просто некогда – нужно успеть сдать отчет по практике и подумать над тем, как распорядиться выпускными тридцатью лунными. Труа предстояло найти съемное жилье, желательно недорогое, и интересную работу по душе. Поэтому он решил не отсиживаться в четырех стенах, а после сдачи отчета пройтись до бюро объявлений в квартале от университетского городка.
Выйдя на улицу, Феро пожалел, что остался в фелоновой рубашке и перках. Надвигающиеся холода давали о себе знать: ветер стал холоднее и задувал сильнее. Но солнце всё ещё продолжало припекать по-летнему. Феро поежился – порыв ветра забрался под тонкую рубашку – и поспешил к одному из каменных домов в конце улицы. С виду он ничем не отличался от других, табличка рядом с массивной дверью гласила: «Бюро объявлений». Парень потянул за деревянную ручку и оказался внутри небольшого помещения. Из него вели еще две двери – налево и направо – но ни одна из них ему была не нужна. В центре за столом, спрятавшись за стопкой свежераспечатанных газет, сидела миниатюрная пожилая сарбийка и читала книгу. Взяв из стопки газету, Труа вышел из здания и, прислонившись к стене, начал изучать объявления.
– Феро! – неожиданно раздался знакомый голос. Труа взглянул поверх газеты и увидел веселого Уфрана, быстро приближавшегося к нему.
– О, святая Анастасия! – выругался себе под нос Феро. Сейчас он пребывал совсем не в том настроении, чтобы с кем-то общаться, и особенно с Уфраном.
– Как дела? Как съездил на острова?
– Если ты не против, давай поговорим об этом позже. – угрюмо заворчал Феро. – Извини, но я сейчас совсем не в настроении.
– Работу ищешь? – заглядывая в газету, поинтересовался Уфран.
– Да, и ее тоже, – тяжело вздохнул Феро, поняв, что в покое его не оставят.
– А что еще?
– Дом.
– О, это ты по адресу! У меня тетушка сдает один из своих домов. Если хочешь, можем прямо сейчас сходить до него, посмотреть.
– Далеко? – заинтересовался предложением Труа, смягчаясь по отношению к другу.
– В получасе ходьбы отсюда.
– Близко, – рассудил он. – Много возьмет?
– Два лунных плюс содержать хозяйство.
– И большое у нее хозяйство?
– Да десять кур, – усмехнулся Уфран.
– Неплохо. А я тебя не отвлекаю? Ты же вроде куда-то направлялся? – Феро подумал, что несправедливо портить человеку настроение своим, тем более Уфран уже не первый раз проявлял доброту и помогал выпутаться из затруднительного положения. Да и Феро сейчас, даром что говорил иное, больше всего нуждался в друге и поддержке.
– Я просто гулял. Можем поехать хоть сейчас. Она дома, а по дороге я бы тебе рассказал о своей находке в библиотеке, – загорелся Уфран, расплываясь в счастливой улыбке.
– Хорошо, поехали, – взглянул на него с легкой усмешкой Феро. В такие моменты Уфран ему казался вечным ребенком, но надо признать, у парня была удивительная способность во всем находить хорошее и заражать всех вокруг своим оптимизмом. – Друг.
Глава 26
Керны, Вернийская империя
17 день Синего Лета, 2368 г.
– Снимите с него кандалы! – приказал страже Мерта.
Освободившись от цепей, Ренар Касто потер покрасневшие запястья.
– Прошу прощения, – продолжал Синий царь, нервно расхаживая взад-вперед по тронному залу и заламывая пальцы рук. – Я поступил опрометчиво по отношению к вам. Керны устояли только благодаря вам.
Касто молчал и угрюмо глядел исподлобья на Мерту.
– Я возвращаю вам статус советника и все сопутствующие регалии. А также выплачу тысячу зофет[44].
– Не нужны мне ваши деньги, ваше величество, – обиженно и в то же время злобно ответил советник.
– Что же вы желаете? Землю, дворцы? – оторопел испуганно Мерта.
– Оставьте все это себе, – с сарказмом ответил царю Касто. – А мне оставьте родину. Я хочу, чтобы мои внуки жили в Вернийской империи, а не на ее руинах.
– Но я… – расстерялся Синий царь.
– Сначала я решил, что заключив меня под стражу, вы, ваше синецарство, проявили слабость. Но потом до меня дошло, что вы поступили верно, ведь я ослушался вашего приказа и заточение – было самым мягким наказанием.
– Значит, по-вашему, я проявил слабость, вернув вас из заточения? – в голосе Мерты послышалась сталь.
– Без меня империя не выживет, ваше величество, – самодовольно произнес Ренар.
– Почему вы так считаете?
– Потому что вы не ваш отец, ваше синецарство.
Мерта дернулся, будто получив пощечину, но ничего не ответил.
– Я могу быть свободен, ваше величество? – после напряженной непродолжительной паузы спросил Касто.
– Да, я позову вас, как понадобитесь.
Выйдя из тронного зала, Ренар разминулся со своими тюремщиками, которые молча поклонились ему, соблюдая этикет. В замке царил полумрак, все огни были уже давно погашены. Коридор освещал лишь пробивавшийся сквозь окна лунный свет.
Уставший от плена советник торопился занять отведенную ему комнату. Всё, о чем он сейчас думал – ванна, настоящая кровать и сон. Вдруг за одним из поворотов Ренар заметил темную фигуру, стоявшую у окна. Он напрягся и машинально потянулся к поясу, вот только его меч всё еще был у тюремщиков.
– Кто ты? Враг или друг?
– Друг, – ответил знакомый голос. Это оказался Арнод, советник по золоту.
Поняв, что угрозы нет, Касто тоже подошел к окну.
– Не ожидал кого-то встретить в столь поздний час.
– Бессонница. Не могу сомкнуть глаз с самого восстания в Кернах.
– Теперь можете спать спокойно, – посмеялся Ренар.
– Не могу! – вдруг изменившимся, жестким голосом ответил Арнод и в его руках блеснул клинок.
Советник по войне вскрикнул и схватился руками за лезвие, не давая ему войти еще глубже.
– Ты убивал мой народ, шакал, а теперь умрешь и сам! – сквозь зубы процедил Арнод. – Слава валантийцам!
– Предатель! – прохрипел Касто, выплевывая кровь, и повалился на пол.
Глава 27
Звездный, Сарбия
22 день Синего Лета, 2368 г.
– Неужели я дома, – облегченно и радостно вздохнул Лери Фери, престолонаследный принц Сарбийский, смотря из окна кареты на Звездный. С его отъезда прошел год и только теперь он возвращался домой. По ощущениям самого Лери прошла целая вечность, за которую столица Сарбии в его глазах стала только краше, даже несмотря на серость нависших сегодня над городом туч.
В холле дворца Лери встретил старина Мар, заменявший ему вечно занятых отца и деда. Первого он так и вовсе не видел уже несколько лет, со времен его отъезда на паллиановые рудники. – Анвест Вери пропал во время визита на южные паллиановые рудники.
– Мой любимый Мар! – воскликнул Лери, бросаясь обнимать старика. – Ты еще живой! Как я рад!
– От меня не так просто избавиться, – улыбнулся слуга.
– Мой дед у себя? – поинтересовался наследный принц.
– Да, ваше высочество, его величество ожидает вас у себя. С самого утра только и разговоров, что о вашем возвращении.
– Странно, не думал, что кто-то будет мне рад.
– А как же я, ваше высочество?
Лери рассмеялся и обнял старика.
– Прикажи набрать мне ванную. Я с дороги, воняю, как крот, и переодеться не помешает.
– Будет сделано, ваше высочество, – поклонился Мар.
Лери отправился в свою спальню. Он шел по коридору и думал, изменилась ли его комната или в ней все осталось нетронутым со дня его отъезда на острова. Сейчас весь дворец казался принцу каким-то новым и незнакомым, хотя вроде бы ничего не поменялось.
– Лери! – окликнул парня на полпути дедушкин голос. Внук тяжело вздохнул и выругался про себя. Видимо, отдохнуть и помыться ему удастся не скоро.
– Дедушка! – обернулся на оклик Лери, натягивая улыбку.
– Я жду тебя с самого утра, а ты объявился во дворце и не сообщил мне.
– Я хотел сначала принять ванну и переодеться с дороги…
– Все потом. Сначала дела государственные. Идем в кабинет.
– Как скажешь, дедушка, – обреченно вздохнул Лери и последовал за старым императором.
– Как добрался?
– В море начались шторма, так что сильно качало, а в остальном хорошо.
– Надеюсь, тебе понравилась наша резиденция на островах? – Фели был непоследователен в вопросах, а, значит, вел беседу из вежливости и вряд ли слушал ответы. Лери знал об этом качестве дедушки, но каждый раз обижался на него.
– Да, она красивая.
– Ты давно в столице не был. Изменилась она на твой взгляд?
– Давай уже по делу поговорим, – разозлился внук.
– Мы уже дошли.
Слуга открыл перед ними дверь, и они оказались в мраморном кабинете. В дальней стене была высечена фигура Анастасии, как бы наблюдавшая за всем происходящим из-за спинки императорского кресла. У противоположной стены стоял камин, из окна открывался чудесный вид на зеленый сад, за которым текла река, а дальше виднелись одноэтажные дома с красными крышами.
– Присаживайся, – указал дедушка на кресло рядом с камином, а сам уселся за стол.
– Какие любезности.
– Не ерничай. Я не за тем тебя сюда позвал. Лучше расскажи, как прошли испытания?
– Удачно.
– Это все, что ты можешь сказать?
– Все, как мы планировали. Заряд передается на двадцать километров, сами же кристаллы выращиваются за три-четыре месяца.
– Почему так долго?
– Наши ученые постоянно работают над тем, чтобы рост происходил быстрее и заряд передавался на большее расстояние. Но мы же не можем за один год достичь всего и сразу!
– Плохо. Пока мы тратим время и деньги на теорию, феррийцы вовсю разрабатывают новые источники энергии, – недовольно произнес Фели.
– Разве? Всего за год они совершили такой большой скачок? – удивился Лери. – Когда я уезжал, у них даже в планах ничего подобного не было.
– Наверняка было и есть. Они всегда скрывают.
– Значит, доказательств у тебя нет? – еле сдерживая ликование, произнес внук.
– А они мне и не нужны, – твердо ответил император. – Даже дураку понятно, что братья Раши не сидят, сложа руки. Все их принимают за детей, но они умны и чертовски хитры. Не стоит их недооценивать.
– По-моему, это уже паранойя, – усмехнулся Лери, -первокровному всего четырнадцать, он даже младше меня.
– Именно поэтому ты и не у власти. Веришь всему, что говорят, а в политике говорят либо о деле, либо о женщинах. Но и там, и там всегда врут.
– Не могут все всегда врать…
– Завтра ты поедешь в Рею, будет открытие нового стадиона, а оттуда поедешь в Япет, там библиотеку на тридцать тысяч книг построили.
– Но я же только приехал, – запротестовал внук.
– Сегодня помоешься, переоденешься, а завтра в путь с новыми силами.
Лери не ожидал, что его возвращение в столицу будет столь скоротечным. Он хотел подольше насладиться пребыванием в Звездном, но упрямый дед был непреклонен.
– Хорошо, – сквозь зубы процедил принц.
– Если у тебя нет больше вопросов, можешь идти, мне еще поработать надо.
От дедушки Лери вышел в расстроенных чувствах. К счастью, в комнате его уже ждала наполненная ванна и Мар.
– Дружище, Мар, – радостно воскликнул Лери, словно не видел его несколько лет, – долго ли ты меня ждешь?
– Ваше величество можно ждать вечность, – съязвил старый слуга.
– Ах ты, плут! – рассмеялся юноша. – Помоги лучше раздеться. Ты говорил с охраной?
– Да, они на вашей стороне, ваше высочество.
– Чудесно! А что народ? – оставшись голышом, продолжал расспрашивать слугу Лери.
– Думаю, что в ближайшие дни начнутся протесты, ваше высочество. Молодежь хочет быть услышанной.
– Что же они хотят? – задумчиво поинтересовался принц, усаживаясь в ванную.
– В первую очередь, ваше высочество, чтобы император разделил духовную и церковную власть. Во-вторых, они недовольны сближением с вернийцами.
– Почему же?
– Они их боятся.
– Отлично, – Лери откинул голову назад и закрыл глаза, – завтра он отправляет меня в Рею и Япет, так что будьте готовы начать сразу, как только вернусь.
– Да, ваше величество.
Глава 28
Звездный, Сарбия
25 день Синего Лета, 2368 г.
Встречи общества «Гаши» проводились в подвалах домов его участников, каждый раз место встречи менялось, чтобы не быть пойманными. Сегодня члены общества встречались у главы сопротивления – Ике Руссо в доме на Солнечной улице. Никаких паролей у участников не было, все знали друг друга в лицо, но не по именам. Считалось, что такой подход снижает риски выдать друг друга, будучи пойманными харами[45].
От нового дома Феро ехать было далеко, и хотя он вышел за час до назначенного времени, все равно опоздал. На пороге его встретил хозяин дома, невысокий черноволосый парень с острыми чертами лица. С Ике Феро был знаком с первого курса университета, они часто пересекались на общих предметах, но на людях старались не показывать своего знакомства и не говорить о делах.
– Опаздываешь, – с усмешкой упрекнул его Ике и приобнял за плечи, проводя внутрь. – Я рад тебя снова видеть. Как там рыжеволосые поживают? Было хоть с одной?
– Ну… пару раз, – смущенно улыбнулся Феро, не любивший рассказывать о своих любовных похождениях.
– Ах ты, плут! – рассмеялся Ике, придержав перед Феро дверь на лестницу, ведущую в подвал. – И как они, местные аборигенки?
– Крепко слажены. Не отпускают до последнего, так что, думаю, на дальних островах скоро появятся маленькие Труа, – пошутил Феро, поддерживая тон беседы.
– Маленькие рыжие Феро… им повезло, что на острова приехал такой красавец, – ухмыльнулся Ике.
В плохо освещенном подвале было душно из-за толпы собравшихся участников общества. Но никто не толкался и не ругался, все разбились на группы и тихо переговаривались. Одни обсуждали окончание университета и дальнейшее устройство на работу, другие – только что завершившуюся практику, третьи – вчерашнее неожиданное поражение столичного ФК Звездного от «Академии Висейшу» с невероятным счетом 1:4, некоторые уже строили планы на ближайшие акции протеста.
Феро остановился на последней ступеньке лестницы, потому что внизу ступить уже было некуда, Ике Руссо полнялся на две ступеньки выше, чтобы его могли не только слышать, но и видеть. Хотя в царившем сумраке вряд ли кто-то, кроме Феро, мог бы разобрать черты его лица.
– Прошу внимания! – громко воззвал к собравшимся Ике.
Толпа зашевелилась, видимо, стараясь повернуться лицом к хозяину дома.
– Мне, как и вам, надоело терпеть пренебрежение, – продолжил он. – Пренебрежение к святой Анастасии, пренебрежение к ее заветам. Не может быть мужчина помазанником нашей богини! Не может власть быть единой над миром людей и миром духов! Все вы знаете, я не раз посылал жалобу к императору с возмущениями и требовал отречься от власти духовной в пользу женщины. И что, разве Вери услышал нас?
– Нет! – послышались выкрики снизу.
– Разве достоин быть во главе нашей священной державы человек, который не слышит народ? Который плюет на сами принципы построения власти в Сарбии? – речь Ике стала прерывистой, он нервно жестикулировал в такт словам.
– Нет!
– Мы говорим ему, что против сближения с вернийскими варварами. А император приглашает в наши чистые университеты их вождя! Грязное животное, которому ничего не стоит разорвать человека на части за то, что тот посмел украсть книгу. Разве стремление человека к знаниям может быть так жестоко наказано? Разве не стоило вместо этого поощрить его желания и устроить в школу или гимназию?
– Все правильно говоришь! Да, верно! – поддержали его пришедшие, все знали эту неприятную историю, участником которой был молодой Синий царь.
– Почему мы игнорируем наших феррийских соседей? Они ближе и более образованы. Почему мы должны терпеть самодурство старика? Ему пора отойти в сторону, пропуская вперед молодую кровь! Дорогие мои друзья, нам надо действовать! Предлагаю собраться на улице Сетуари второго числа Серого Лета и выдвинуться к дворцу. Собираемся в девять утра. Зовите родных, друзей и знакомых. Мы должны показать императору, что это мы правим Сарбией, а не он!
– Да, да, да! – послышались восторженные крики.
***
Звездный, Сарбия
1 день Серого Лета 2368 года
За переездом в новый дом и поиском работы Феро не заметил, как наступило Серое Лето. Сегодня был последний день, когда ему надо было забрать свои вещи и полностью съехать из комнаты в общежитии университета, в которой он провел славные три года. Вещи Феро перевез раннее и отчет по практике был сдан, так что ему было больше незачем оставаться здесь, но он все же зашел попрощаться с комнатой, в которую скоро заедут уже другие молодые студенты.
Как же быстро бежит время! Теперь он – Феро Труа – дипломированный специалист, да и еще при работе. По просьбе профессора Персути его взяли в Свитчейскую библиотеку, что считалось очень приличным местом для выпускника. Однако особой радости по этому поводу Феро не испытывал. Он потерял друга, три года веселой студенческой жизни остались позади, а жить ему теперь придется в десять раз дальше от центра.