Миссия

Глава 1.

Лишь с наступлением сумерек движение в лагере силовиков прекратилось. Вертолеты больше не резали винтами небо, мутанты, казалось уже готовые броситься в город, обратились и исчезли в раскинутых палатках-шатрах. Смолк гул работающих двигателей. Лиам наблюдал за этим муравейником из окна пыльной квартиры и последний час сидел как на иголках, готовый сорваться с места, как только федералы начнут операцию по зачистке Дохлограда. Убедившись в том, что полиция отказалась от этой затеи (по крайней мере, этой ночью), он смог немного расслабиться. Осмелев, разведчик мятежников переместился на крышу. Наверху было заметно свежее, но костюм наемника с накинутой для маскировки грудой сшитых тряпок справлялся с холодом.

Со здания неподалеку сорвался нетопырь и быстро полетел в центр города. Понес добрую весть о переносе операции по зачистке. Вряд ли это кого-то сильно успокоит, подумалось Лиаму. Федералы не спустят это дело на тормозах. Слишком большой резонанс получила "успешно проведенная операция", как назвала ее Женевьева. Здесь разведчик мог бы поспорить – он не видел в убийстве распорядителя игр особой выгоды, тем более ценой жизни Ксавье, на плечах которого лежало управление боевыми действиями мятежников, прячущихся в Дохлограде.

Снова и снова Лиам мучил себя вопросом, мог ли он как-то повлиять на Ксавье, чтобы тот хотя бы отказался лично принимать участие в той авантюре. И в очередной раз приходил к выводу, что сделать ничего не мог. Самое главное, из-за чего "сопротивлению" удавалось выживать, была дисциплина и субординация. Как друг Лиам мог просить, но как член команды должен был подчиниться решению командира.

И вот Лискер убит, мертв и Ксавье, а полиция взяла мертвый город в кольцо. Судя по перехватываемым обрывкам переговоров и крупицам новостей, проникающим извне, Федерация и Организаторы Игры не могли понять, кто был ответственен за нападение. По имевшимся у федералов данным выходило, что на распорядителя игр напал игрок-одиночка, а Ксавье просто воспользовался подвернувшейся возможностью. В сухом остатке имелся один мертвый террорист, и два исчезнувших мутанта, одного из которых было невозможно связать с Ксавье. К тому же позже труп этого игрока нашли на какой-то отдаленной станции.

Видимо из-за неполной информации зачистка города и была отложена.

Женевьева, одна из лидеров мятежников, убеждала, что сейчас следовало зарыться поглубже, чтобы мысль о том, что Сопротивления больше нет, укрепилась в умах Ученого Правительства. Эта сухая женщина когда-то отвечала лишь за продовольствие и медикаменты, но мало-помалу прибрала к рукам и многое другое. Забрала у Дока медицину, что в общем-то было несложно, поскольку у того оставалась наука, кроме которой его ничего не интересовало. Медициной отнимала у него время, которого не доставало на исследования. На этом Женевьева не остановилась. Понемногу вникала в тему раскопок, где-то кому-то помогла, где-то поучаствовала в решении мелких вопросов, и получила в итоге управление "диггерами". В конце концов, в ее руках оказались почти все нити управления. Единственное, к чему она не смогла пробиться, были боевые действия и разведка. Этим занимался Ксавье и категорически отказывался даже близко подпускать к подобным делам Женевьеву. Она пыталась, изворачивалась, но "Меченый", был непреклонен. В конце концов она сделала вид, что сдалась.

И вот Меченого больше нет. Лиам был уверен, что этим она обязательно воспользуется. На место Ксавье будет выбран другой командир. И кандидатов на пост немного. Это будет либо старый Арчи, бывший военный, седовласый полковник с гипертрофированным чувством собственной значимости, либо Роман, парень на пару лет старше Лиама, который появился во второй команде разведчиков чуть раньше. Роман почему-то всячески старался выставить Лиама в плохом свете или в чем-нибудь превзойти. Напарник Лиама, Калеб, считал, что это из зависти к дружбе Ксавье с Лиамом. Сам разведчик объяснял все тем, что Роман просто говнюк.

Кого-бы из тех двоих не выбрали, было ясно, что все решения теперь будут приниматься Женевьевой. Арчи – ее закадычный друг, а возможно и больше. Роман – известный подхалим, который на деле и пальца Меченого не стоит. Если бы Лиам обладал более выдержанным нравом, умел бы сглаживать углы, то шанс стать преемником Меченого у него бы был хороший. Но все знали его взрывной характер, поэтому разведчик не питал особых надежд.

Он поднял бинокль. Нет, полицейские определенно не планировали начинать операцию этой ночью. Быть может, пронесет, и власти все же отзовут их? Тогда у Сопротивления появилось бы время для взвешенного принятия решений. Не придется зарываться в землю. По крайней мере, не так глубоко, как планировала Женевьева. Дорвалась до стратегии.

Лиам поморщился. Нет, она не была плохим лидером, и в принципе справлялась со своими обязанностями, которых сама себе набрала. Но Лиам полностью разделял мнение Ксавье, что подавляющее большинство представительниц слабого пола нельзя подпускать к военным делам.

Вот та, с кем Ксавье ушел на свою последнюю вылазку, была другой. Зеленоглазая появилась недавно, но быстро покорила Лиама своим духом и жаждой борьбы. Кроме того, она была красива. Поначалу Ксавье отнесся к ней настороженно и считал, что эта девушка опасна для Сопротивления. Как понял Лиам, дело было в ее одержимости местью. Таких людей невозможно контролировать, им нельзя доверять – свое мщение они всегда поставят выше чьих-либо интересов, говорил Меченый. Но то, что он взял на убийство Лискера именно ее, говорило о том, что он изменил свое мнение. И все лишь после одного разговора наедине.

С ней появился мужчина. И если о девушке мнение друзей сначала разнилось, то в оценке ее спутника они были единодушны – этот блондин им не нравился. Ксавье, следивший за проходящими Вызовами, знал больше, чем Лиам, и все же не мог объяснить, чем вызвано недоверие к этому игроку. Только интуиция. Грегори оставили, но лишь потому, что у Зеленоглазой вроде бы был с ним роман. Это немного раздосадовало Лиама, но последив за новичками, он не увидел в глазах девушки никакого огня, когда та смотрела на своего спутника. В таких случаях ни о каком кодексе Лиам не думал. Разбить такие отношения – считай освободить девушку. При первой же возможности разведчик собирался заняться этим.

Чуткий слух уловил шум крыльев. Лиам оглянулся. С севера летел нетопырь. По некоторым признакам он узнал в нем Калеба – своего сменщика. Он посмотрел в навигатор – что-то рановато. Обычно друг Калеб не рвался в дозор раньше срока, и его раннее появление говорило о том, что произошло нечто важное.

Вампир спланировал на крышу и неловко приземлился, скользя когтями по поверхности. Остановившись, Калеб начал мутировать в человека. Лиам отвернулся и еще раз посмотрел в бинокль на блокпост. Огней почти не было. Джипы, вертушки, все стояли брошенные. Полицейские набились в свои мобильные шатры-казармы, откуда иногда долетали приглушенные расстоянием веселые вопли.

Лиам почувствовал прикосновение к ноге. Он опустил бинокль и, не разворачиваясь, отполз от края крыши. Повернулся и встретился взглядом с Калебом, накинувшим на себя камуфляжные тряпки.

– Что случилось?

– Ты нужен "дома", – сообщил Калеб, – видел вертушку днем?

– Угу, – Лиам помнил пронесшийся к центру города вертолет без опознавательных знаков.

– Угадай, кто в ней был.

– Когда ты начнешь ценить наше время? – нахмурился Лиам.

– Да ладно тебе, – Калеб усмехнулся, но увидев, что на лицо напарника набегает грозовая туча, поспешно добавил, – ладно – ладно, там был игрок, которому помогал Ксавье.

– Помог с распорядителем?

– Вот именно, – Калеб кивнул.

– И что?

– А то, что он искал встречи с нами. Ну, с боссами, – пояснил напарник.

– Ну и что же они?

– Они собираются принять его, но зовут и других. Романа и других "шишек" – в последнее слово Калеб вложил изрядную долю иронии.

– Получается я шишка? – усмехнулся Лиам.

– Ну если только очень маленькая, примерно, как моя на таком холоде, – ежась, осклабился Калеб.

– Так зачем им я, не сказали? – Лиам начал раздеваться. Калеб подхватывал части костюма и натягивал на себя.

– О, тепленькая… неа, не сказали. Женевьева приказала – я здесь.

Лиам начал обращаться. Калеб подполз к краю крыши и замер, рассматривая позиции полиции в бинокль.

Обращение заняло несколько секунд, вскоре вместо молодого двадцатипятилетнего мужчины на крыше распростерлась еще одна огромная летучая мышь. После нескольких ударов крыльями по поверхности, Лиаму удалось подбросить свое тело и взлететь. В воздухе он обрел грацию, недостаток которой семибисты-вампиры испытывают на земле. Несколько сильных взмахов крыльями разогнали его до скорости, с которой мало кто мог поспорить. Разведчик спланировал с уровня высотки к десятым этажам и, маневрируя между зданий, полетел к Укрытию.

По заваленному хламом подвалу НИИ уверенно продвигалась худая женщина лет сорока пяти. Когда-то ее можно было назвать красивой, но трудная жизнь наложила свой отпечаток – шеки впали, кожа приобрела болезненный оттенок, светлый цвет коротко стриженных волос не мог скрыть появившуюся преждевременную седину. Большие необычайно синие глаза оставались красивыми. В них нетрудно было разглядеть ум и проницательность. Женевьева считалась одним из лидеров сопротивления, и, как ей казалось, после смерти Ксавье, стала единственной, кто мог сохранить их сообщество.

Женщина уперлась в стену, у которой стоял древний автоклав. Тупик? Отнюдь. Женевьева просунула руку между механизмом и стеной, нащупала и повернула невидимую для постороннего взгляда ручку. С неопределенной стороны донесся приглушенный металлический звук. Женщина отступила. Через несколько секунд квадрат пола перед ней дрогнул и опустился; ее встретил ствол винтовки и настороженный взгляд человека, охранявшего вход. Увидев, кто пришел, он издал удивленный возглас. Женевьева жестом остановила извинения охранника, и двинулась по ступенькам вниз. Часовой посторонился, пропуская ее, а затем закрыл люк.

Всё было так как и должно быть. За те два года, что она фактически руководила "диггерами", было сделано немало. Сопротивление когда-то было разобщено – по всему городу были раскиданы точки, но попасть из одной в другую было очень непросто. Только под покровом темноты можно было перемещаться, не опасаясь быть замеченным. И то если семибисты-наемники не выходили на охоту. "Материальные потоки", как она выражалась, были практически исключены. Она все изменила и гордилась этим. На одном из "советов", Женевьева предложила соединить разрозненные "представительства" Сопротивления подземными тоннелями. Когда она не встретила понимания, то представила свой план, где подробным образом было расписано как соединить медчасть и "квартиры". Ознакомившись, лидеры молча переглянулись. Старший "диггер" возмущенно воскликнул: "Это же не одна сотня метров пути". Чувствуя, что уже победила, Женевьева высокомерно ответила: "У вас есть более важные дела?". После того совета она получила еще немного власти. И к сегодняшнему дню не без оснований считала, что успешно выполнила возложенные на нее задачи. Сопротивление имело разветвленную систему тоннелей, и остались считанные места, куда попасть можно было только через поверхность. Да и их уже не было бы, не приди в голову Женевьеве создать дерево тоннелей – "норы" – еще одним уровнем ниже. "Норы" были нужны, чтобы "залечь на дно" в случае необходимости. И теперь, зная, какая грозная сила концентрируется на границах города, Женевьева не могла не поздравить саму себя с предусмотрительностью.

Она не без оснований считала себя хорошим руководителем, все, за что она бралась в Сопротивлении, "оживало". Единственное, к чему ее не подпускали – это боевые действия и разведка. А ей очень хотелось попробовать себя и в этом. Но Ксавье был непреклонен. Теперь все изменилось. Она ждала этого шанса очень долго, но сейчас ей было страшно. Она любила новые вызовы, но прекрасно понимала, что на Ксавье держалось очень многое и заменить его будет непросто. Но ей придется. Все должно было решиться на выборах, но для нее было очевидно, что два основных претендента не потянут. К счастью, оба находились под ее влиянием. Были, правда достойные среди разведчиков, но она сомневалась, что кто-то выдвинет свою кандидатуру. Ну, разве что Лиам. Он дружил с Ксавье и без сомнения обладал большинством необходимых навыков. Кроме дипломатии. Он открыто позволял себе высказывать свое мнение о любом. Даже о ней. Поэтому между ним и Женевьевой пробежала черная кошка. Но и окончательно портить с ним отношения она не хотела, потому что понимала, что у него был талант, а такие люди нужны. Выиграть ему она не даст, но предпримет попытку заполучить его в ряды своих "друзей". Нужно только придумать как. Ах, если бы у него была хоть капля того тщеславия, что была у Романа… Женевьева вздохнула.

Слишком много событий сразу. Смерть Ксавье, убийство распорядителя игр, последовавшее за этим стягивание сил полиции, теперь вот этот гость.

О том, кто это, сообщил ей Грегори – новый член сопротивления, появившийся вместе с зеленоглазой девчонкой. Женевьева сразу поняла, что приобрела нового союзника. Он сразу разобрался, кому следует целовать задницу и всячески старался угодить. В глубине души Женевьева хотела бы, чтобы ее окружали искренние люди, которые ей симпатичны, но на практике такие почему-то оказывались в оппонентах. Вот и в Грегори она увидела потенциал, но дружить с ним ей не хотелось.

Итак, гостем оказался игрок, с которым Ксавье снял с доски Лискера. Но Страйкер (Грегори называл его иначе) прилетел на вертолете, значит, вряд ли собирался просто присоединиться к мятежникам. Чья это была машина? Не правительственная – на федеральных вертушках всегда были номера. И уж, конечно, не мог принадлежать вертолет организаторам Вызова. Сильно заинтриговал Женевьеву Док, который по внутреннему каналу Совета сообщил, что встречался с этим человеком, и мутаген, носителем которого он является "представляет собой большую ценность для науки и огромную опасность для окружающих". Женевьева тут же поспешила к ученому, чтобы поговорить с глазу на глаз хотя бы несколько минут.

Тоннель, наконец, привел ее к лаборатории. Она приложила палец к сенсору. Двери открылись, и женщина попала в вотчину Дока. Помещение было окутано полумраком, приборы не работали. Свет давала только лампа, стоящая на столе, сплошь покрытом раскиданными листами бумаги. Изучавший документы усатый мужчина услышал шаги и встрепенулся. Увидев гостью, он вскочил и посеменил ей навстречу.

– Здравствуй, Женя! – ученый галантно поцеловал руку женщины, которая благосклонно улыбнулась, – Что привело тебя в мою скромную обитель?

– Ах, оставь, Леша, – чуть кокетничая, сказала Женевьева, – Я пришла, чтобы забрать тебя на совет.

– Ах да, встреча с гостем… Но я же знаю дорогу.

– Перед встречей хочу услышать подробности: когда ты его встречал, что это за мутаген. Хотя бы в общих словах.

– Его зовут Кори, – начал Док, и Женевьева кивнула, вспомнив, что именно так называл гостя Грегори, – Он выполнял задание Ксавье и был при этом опасно ранен… Не знаю, зачем, но кто-то ввел ему мутаген. Очень редкий. В большинстве случаев даже введение его в организм фатально. Но он выжил. И благодаря кое-каким моим разработкам, выжил и при активации, которую мы провели, чтобы попытаться спасти его от ранения.

– Зачем?

– Это было решение Ксавье! – развел руками Док, – Я полагаю, что все, что он делал, совершалось на благо Сопротивлению.

– Разумеется, – неохотно согласилась Женевьева, – ну и что с мутагеном?

– Носитель нестабилен, для обратимой мутации необходимы постоянные инъекции стабилизатора. И мы снабдили его запасом, – после паузы Док неуверенно добавил, – Возможно, он вернулся за добавкой.

– Это нелогично! – покачала головой Женевьева, – Для этого ему нужен только ты, а он хочет встретиться со всеми.

– Или он думает, что теперь, когда Ксавье нет, для решения таких вопросов нужно разрешение кого-то другого, – с легкой улыбкой посмотрел на нее Док.

– Может и так. Нам пора.

Тревога Женевьевы не прошла, но ее деятельный мозг уже прокручивал варианты манипуляции, основным из которых был стабилизатор Дока.

– А в кого он мутирует? – поинтересовалась она у Дока на пути в "зал".

– Не знаю, как бы тебе объяснить, Жень… Ты же видела оборотней?

– Разумеется!

– Так вот, в момент первой мутации, он был сильнее практически любого из них раза в полтора-два.

– Первой? – вопросительно подняла брови женщина.

– Для этого мутагена характерно развитие носителя. Он становится сильнее.

– Это известие было бы приятным, если б он был на нашей стороне, – сокрушенно покачала головой Женевьева. Ее тревога росла.

– Это еще не все. Я ушел из Федеральной Лаборатории Мутаций, когда работы над мутагеном еще велись. Я не знаю всего, что там еще удалось обнаружить. Но узнаю – по старой дружбе удалось достать документы, – сообщил ученый, поднимая руку с зажатой папкой, – Когда ты пришла, я как раз изучал последние отчеты. Скоро я смогу сообщить о мутанте больше.

– Хорошо.

Они вошли в "зал". О прежнем назначении этого помещения никто уже и не помнил, все прежние пути, ведущие на поверхность, были аккуратно завалены, заварены или уничтожены другими способами. Теперь попасть в эту комнату с низким потолком без углов можно было лишь по тоннелям сопротивления. Здесь обычно проходили небольшие собрания командиров. Сегодня "зал" был забит под завязку – осторожная Женевьева решила, что лидеры должны затеряться в общей массе. Мало ли.

В центре бетонной шайбы со снисходительным видом стоял гость – мужчина за тридцать. Двухдневная щетина, обветренное лицо с едва заметной сеткой шрамов. Казалось -обычный наемник, но проницательный взгляд обнаружил бы в серых глазах недюжинный интеллект.

Женевьева не спешила выходить вперед, смешавшись с толпой разведчиков. Док, напротив, торопливо вышел к гостю. Тот увидел ученого, и надменное выражение на его лице сменилось улыбкой искренней радости.

– Здравствуй, Кори!

– Здравствуйте, Док! Очень рад видеть вас во здравии, – отозвался наемник, пожимая руку ученого, – Жаль, что так вышло с Ксавье.

– Да-да, нам тоже, – с грустью ответил Док.

В эту секунду вперед вышел молодой человек, которому незаметно дала знак Женевьева.

– Хватит любезностей. Что тебе нужно, наемник? – на круглом лице говорящего совершенно отчетливо читалась неприязнь.

Кори повернул к нему голову.

– Ты сам-то кто? – насмешливо осведомился он, – Я собирался поговорить с правителями вашего небольшого царства… но ты на такого совершенно не тянешь. Только на придворного шута.

Лицо молодого человека залила краска гнева. Он сжал кулаки и сделал шаг к гостю. Тот не выказывал никаких признаков беспокойства и с интересом ждал, что будет дальше.

– Будет, Роман! – начал увещевать молодого человека Док, положив ладонь ему на плечо, – мы не должны терять головы из-за пустяков.

Может слова ученого охладили командира, а может многозначительное женское покашливание откуда-то из толпы, но он остановился. Тряхнул головой и выдавил гримасу, которая могла не смогла бы сойти за улыбку ни при каких обстоятельствах.

– Я командир разведчиков, меня зовут Роман. Здесь собралось достаточно людей, имеющих у нас вес. Так что ты можешь говорить.

– Хорошо, – наемник обвел всех внимательным взглядом, – вам почти наверняка известно кто я, хотя бы та часть истории, которую знает Док. Я помогал Ксавье, а значит и вам с решением одной проблемы. А он спас меня с помощью Дока. Надеюсь, этого достаточно, чтобы считать, что мы с вами не враги. Пока что.

Наемник сделал паузу. Все молчали, ожидая продолжения.

– Я получил предложение от Ксавье присоединиться к вам. Но прибыл сюда не для этого, а со встречным предложением. Человек, интересы которого я сейчас представляю, предлагает вам работать на него. Вы должны…

– Должны? – с усмешкой перебил Роман.

– … будете беспрекословно выполнять его приказы. Вы, конечно, вправе отказаться, – не удостаивая молодого командира взглядом, продолжил наемник, – но должны представлять какие последствия будут у такого решения. Этот человек содержит небольшую армию наемников-мутантов, среди которых есть очень необычные особи. У него есть деньги и власть. Достаточно и того и другого. Если вы не поверите мне на слово, то вскоре убедитесь в этом лично. Он не сомневается, что справится с вами даже без помощи правительства. Это его слова.

– Если найдет, – пробормотал кто-то.

– Я же нашел, – повернулся Кори на голос. – И уверен, что смогу сделать это снова.

– Если выйдешь отсюда, – вызывающе сказал Роман.

Женевьева, стоящая в толпе, закатила глаза. Как же досадно, что придется работать с такими, как Рома.

Наемник обвел взглядом собравшихся. В глазах многих читался немой вызов.

– Если среди вас нет таких же мутантов как я, то прежде чем вы меня поцарапаете, я положу четверть присутствующих… Черт возьми, я пришел к вам без оружия, с деловым предложением, с предложением покровительства, а вы позволяете себе угрозы, позволяете этому клоуну открывать свой рот, – Кори в раздражении показал на Романа.

– Что же в тебе такого особенного? – спросил седовласый полковник Арчибальд.

– MX-157.

Полковник пожал плечами, всем видом показывая, что это ему ни о чем не говорит.

– Я уверен, что Док сможет многое рассказать, – кивнул Кори на задумчиво стоящего ученого. – И еще, думаю вы в курсе, что после вчерашнего полиция стянула к границам города значительные силы. Как вы думаете, что удержало их от немедленной зачистки? Мое предположение – босс использовал свое влияние, чтобы притормозить федералов. Для того, чтобы вы успели узнать про его предложение… Если же вы откажетесь, он отпустит ниточки. А когда полиция закончит, я лично приду добить уцелевших.

– Почему мы должны тебе верить? – спросил Роман, – что, если это блеф, уловка твоих хозяев, чтобы заставить нас выйти?

"Все-таки он не безнадежен" – подумала Женевьева.

– Я говорю правду, – холодно ответил наемник, – когда я отправлялся сюда, мне было сказано, что можно действовать как крот, а можно открыто. Ксавье звал меня, а Док об этом знает и мог подтвердить. Так что я без проблем мог сыграть двойного агента. Но действую открыто и прямо. А ваши лидеры попрятались за вашими спинами, – Кори обвел обвиняющим взглядом молчащих мятежников, – А знаете что? Я прямо сейчас отправлюсь к ждущей меня вертушке и сообщу боссу, что вы не желаете и слушать его предложений, и его протекции вам не нужны.

Наемник уверенно двинулся к одному из выходов, вызывающе глядя на стоявших на пути мятежников. Те хмуро смотрели на него, но расступались.

– Стой! – раздался в "зале" женский голос.

Кори остановился и обернулся.

– Ну, наконец-то, – воскликнул он, увидев выходящую на передний план Женевьеву, – Символично, что яйца нашлись только у женщины.

– Мы осторожны и только, – пожала плечами она, – я один из лидеров и могу говорить от имени остальных… которых тебе знать ни к чему.

– Хорошо, будем считать, что еще часть своей работы я сделал, – улыбнулся наемник, – хоть и не думаю, что именно ты заменяешь Ксавье. Итак, каков ответ?

– Сейчас ты его не получишь, – твердо ответила Женевьева.

– Опять двадцать пять… – начал было Кори.

– Такие важные вопросы мы решаем вместе, на советах. Это займет какое-то время.

Наемник несколько секунд смотрел на Женевьеву.

– Вообще насчет времени на размышления меня не инструктировали. И, возможно это потому, что он не желает ждать… Давайте так: я отойду в вертолет, свяжусь с боссом и получу ответ. Если он даст отсрочку, я сразу улечу и вернусь потом.

– Как мы узнаем срок?

– Отправите со мной кого-нибудь… А теперь, у меня остались еще вопросы.

– Тогда и ты ответь на наши, – сказала Женевьева.

– Пинг-понг? Ну что ж, это честно, – улыбнулся Кори, – пропущу даму вперед, начинай!

– Кто твой босс?

– Его зовут Бруно, если тебе это о чем-то говорит.

– К сожалению да, – скривилась Женевьева, – Один из спонсоров Вызова.

– Он самый. Моя очередь – кто кроме тебя ходит тут в королях? Кстати, ты до сих пор не представилась.

– Женевьева. Еще один лидер – Док.

– Предсказуемо. Не сказал бы даже, что это новость, ну да ладно. Твой черед.

– Почему ты не с нами? Ты сильно отличаешься от наемников, которые работают на спонсоров.

– Потому что Бруно предложил больше, чем вы.

– Вот это похоже на наемника, – усмехнулась Женевьева, – и все-таки, может мы сможем перебить ставку?

– Нет, не сможете. Стабилизатор Дока не дает подохнуть от необратимой мутации, а инъекции Бруно дают над ними полный контроль.