Призма пораженного Я
- -
- 100%
- +
Леви Хейз – один из верстальщиков «Архитектурного», пришедший в самом начале пути издательства. Вероятно, во многом общение с ним повлияло на закрепленный за Легран статус. Леви – близкий друг издателя и по совместительству настоящий профессионал своего дела. По происхождению он чистокровный канадец, но родился в Нанте во время медового отпуска родителей. К двадцати семи годам Хейз сумел обзавестись женой и годовалым сыном, необычайно похожим на него. Светловолосый коллега отличается высоким ростом, маскулинностью, брутальной щетиной, всегда улыбающимися глазами и располагающей к себе мимикой. Во внешности Леви выделялся лишь один изъян – перекошенный нос, который в целом не делал его отвратительным, но бросался в глаза при первом общении. В раннем детстве он был активным ребенком и совершенно не глядел, куда несут его ноги, из-за чего был наказан качелью родного двора.
Жюль Тома́ – талантливый бильдредактор с запоминающейся колоритной внешностью. Средней длины темные кудри, черные глубокие глаза, впалые щеки, манящие пухлые губы и главная особенность – родинки над губой и подле правого глаза. По большей мере он рассудительный, однако, иногда выбирается наружу его пылкий темперамент – завораживающий и непредсказуемый. Внерабочее время Жюль проводит в джазовом кафе, где дает любительские концерты на фортепиано и между делом дегустирует вина, в которых, к слову, неплохо разбирается.
Сегодня был заурядный вторник – день далекий от выходных. Касио вошла в стены «Архитектурного» и, поприветствовав коллег, уселась в кресло. Поставив на рабочий стол кофейный напиток, внимание девушки привлек желтый стикер на окантовке компьютера, приглашающий пройти в кабинет начальства. Совсем недавно ей говорили о премии за хороший труд и большой вклад в развитие издательства, поэтому Легран смело направилась в назначенное место. Уверенность шага проявлялась в его громкости. Попав в кабинет, Кас размеренно присела на свободное кожаное кресло. Через мгновение вошел и Жюль, выражение лица которого было полностью противопоставлено настроению девушки. Пот, проявившийся на лбу Тома́, заставил Легран немного насторожиться.
«Дени, маленькая зараза! Вечно лезет на рожон!» – в конце разговора в кабинете произнес руководитель. Эта неугомонная коллега действительно уже в третий раз оказывалась в центре проблем, которые нарочно сама же и создавала. Конечно, теперь уже никто не сомневался в поджидающем ее за углом увольнении, однако организовать переполох ей удалось как никогда хорошо. На этот раз все заключалось в ее чувствах к Жюлю, который в последнее время совсем не обращал на девушку внимания, зато проводил каждый ланч в компании Леви, а главным образом Касио. Дени не могла наблюдать за совместным весельем и гармонией внутри маленькой коммуны. Ревность взяла верх над вспыльчивой блондинкой и девушка решила сделать то, что получалось у нее лучше всего – подставить соперницу. К сожалению, а лучше сказать, к счастью, коварная дама просчиталась за незнанием положения Леви в «Архитектурном». Ее перевели в издательство относительно недавно, поэтому она не успела осведомиться обо всех деталях и попала впросак. Хейз первым узнавал о любых сплетнях вне зависимости от того, насколько они непристойны или скучны. Хитрый и удачливый мужчина всегда оказывался в нужное время в нужном месте, а если и нет, то, как тот любил выражаться: «У стен есть уши, и они мои». Не осталась в стороне и информация о клевете Дени, так нелепо поддавшейся эмоциям.
Насколько бы Тома́ не старался быть тактичным и сдержанным, осквернение чего-то для него важного всегда разжигало пламя внутри груди. Конечно, Касио было до глубины души приятно, как яро Жюль боролся за справедливость и защищал ее ценой своей репутации, однако мысль о том, что между ним и Дени, оказывается, что-то было, пускай даже очень незначительное, расстраивала девушку. Она отмахнулась от этих назойливых ощущений, сосредоточившись на том, что говорил приятель. Правда, получалось это не очень – все было как в тумане. Легран опомнилась лишь, когда Жюль резко вышел из кабинета, оставив после себя широко распахнутую дверь. Рядом лежащие стопки бумаг разлетелись от импульсивности бильдредактора. Он направился к рабочему месту, нервным движением снял пальто с вешалки, накинул его на себя и бросил разочарованный взгляд на Дени, сидящую с высоко поднятой головой за дальним офисным столом. Касио выбежала чуть позже, когда Тома́ уже покинул помещение. Она в спешке подошла к Леви и с досадой посмотрела на верстальщика. Тот выдохнул сквозь зубы и смешливо улыбнулся, побуждая приятельницу поспешить за самым эмоциональным из их компании. Задумавшись на секунду, девушка решила оставить все на потом и последовала за Жюлем.
Молодой человек, пребывая на свежем воздухе, приходил в себя. Легран вышла из стен высокоэтажного здания, оглянулась и, увидев нервно выкуривающего сигарету коллегу, направилась к нему. Девушка аккуратно дотронулась до спины молодого человека и заглянула в глаза, чтобы оценить его состояние. На секунду показалось, будто он был совсем спокоен. Однако стоило им переглянуться, Тома́ заполнил тишину негодованием, стараясь подобрать более или менее приемлемые выражения. Касио, изначально воспринявшая ситуацию спокойнее, почувствовала прилив негативных ощущений, порожденных бурной реакцией собеседника. Но она умела обуздать эмоции, находясь в обществе, поэтому направила все силы на воодушевление приятеля, чтобы далее спокойно обсудить произошедшее и прийти к какому-либо умозаключению. В ходе диалога казалось, будто Жюль оправдывался перед ней, пытался загладить вину, которая так сильно утрировалась в его сознании. Тома́ совершенно не мог перестать корить себя за то, что из-за него коллеге довелось услышать о себе долю неприятной информации и испытать стресс. Это означало, что ему как минимум небезразличны чувства девушки.
– Почему ты так волнуешься? – вдруг спросила Легран.
Молодой человек нелепо запутался в эмоциях разом нахлынувших и повергнувших в смятение. Это забавляло до тех пор, пока брови его не нахмурились, и он выжидающе не посмотрел в сторону Касио, словно предполагая, как изменится ситуация после его слов.
– Rendez-vous1? – коротко спросил Жюль, внимательно наблюдая за реакцией приятельницы.
– Свидание? Ты зовешь меня на свидание? – недоумевая переспросила Легран.
– Да! Как насчет четверга? Вечером.
Подумав пару мгновений, девушка ответила согласием. Тома́ радостно улыбнулся, прикусив нижнюю губу, а Касио, явно не ожидавшая подобного предложения, смущенно глянула на него исподлобья. Не проронив больше ни слова, они направились обратно в офис, где их ожидал взволнованный Хейз.
5.Встреча с прошлым
Он остался таким же, как был,Позабыл о скорости времени.Правда, ей теперь он не мил —Ощущается тяжким бременем.Во время ланча на следующий день, когда Хейз с Жюлем вышли на перекур, в кармане джинсов Касио завибрировал телефон. На автомате девушка открыла приложение для знакомств и внезапно иступлено застыла, уставившись в экран. Крайне необычайная личность соизволила напечатать ей следующее: «Не ожидал встретить тебя здесь, Касио. Как насчет пересечься, поболтать?» Легран было странно понимать, зачем Дюваль всполошил старое, да еще и после незаурядного недавнего сновидения. Доныне ей, конечно, снились вещие сны, однако такая практика в последний раз происходила достаточно давно. Иными словами, этот сон явно не должен был стать предвестником грядущей встречи со столь значимой для девушки фигурой. Однако все было в ее руках: здесь и сейчас пальцы могли написать пару ласковых и пожелать Клоду всего самого лучшего. Правда, Касио не спешила принимать решение, так как ощущала незавершенность, будто бы что-то все еще оставалось за кадром и связывало их. По крайней мере, девушка часто вспоминала его даже после очередного годовалого перерыва в общении. Совместные фотографии предательски всплывали в галерее телефона, знакомые моменты снились ночами – сознание все так и не могло освободиться от образа столь хорошо знакомого человека. Наплыв решительности не заставил себя долго ждать, и вскоре с детским трепетом Легран назначила встречу на грядущий вечер.
Восемь вечера. Луна освещает уже уставшие, но все еще шумные улицы. Центральный парк. Касио была как никогда хороша, несмотря на выбранный для встречи образ: достаточно простой, но при этом выигрышно сочетающийся по цветам и силуэту. На щеках яркий румянец, выдающий в девушке то ли большое волнение, то ли глубокий интерес к развитию событий. Первое, что бросилось в глаза, когда Легран приблизилась к ожидающему ее на тротуаре старому знакомому – его исхудавший побледневший вид и некрасиво лежащие на голове отросшие волосы. Переливающиеся от света фонарей женские глаза были готовы увидеть Дюваля любым, по крайней мере, так им казалось до тех пор, пока они все же не посмотрели на него. На губах застыл вкус горького алкоголя, почему-то теперь так страстно желанного. Маленькая девочка, все еще живущая внутри Касио, спряталась за свою старшую копию, уступив место дискомфорту и доле раздражения.
Они вошли в парк, Клод неловко старался поддерживать диалог, рассказывая о своей жизни. Однако Легран чувствовала исключительную скуку и едва ли сдерживалась, чтобы не зевнуть. Складывалось ощущение, будто в жизни Дюваля нет места ни для чего, кроме работы и его матери. Раньше у них было куда больше точек соприкосновения и общих шуток, а сейчас девушка даже не хотела рассказывать про себя, хотя это совершенно было на нее не похоже. Она пропускала слова некогда хорошего друга мимо ушей, лишь изредка задавая вопросы из уважения, а сама думала о том, как наконец-то перестала что-то чувствовать по отношению к Клоду. Всякий раз, когда она встречалась с кем бы то ни было, любого количества часов было мало для совместного времяпрепровождения, а в это мгновение ей хотелось поскорее сбежать, не придумывая даже оправданий. Как странно и стремительно запропастилась куда-то хранимая вечностью любовь… Раздался нервный смешок. Нежданный и неуместный. Клод уставился на ленивую собеседницу. Касио легким жестом руки указала на яркую вывеску кафе, тем самым завлекая внутрь.
Молодые люди расположились у столика рядом с окном. Детали интерьера были причудливыми: множество сюрреалистических картин, выкрашенные в насыщенные цвета стены, изогнутые ножки у мебели и необычайно красивая, вылепленная вручную в какой-нибудь локальной гончарной, посуда. Ожидая свой флэт уайт, девушка разглядывала эти элементы, в процессе чего неторопливо обдумывала нечто явно гениальное. Эта идея моментально изменила ее настроение и уничтожила томящую и убаюкивающую скуку.
Выпив кофе наполовину, Легран слабо улыбнулась, а глаза ее загорелись ярче прежнего. Не внимая на удивление и нервозность напротив сидящего молодого человека, Касио, не сглаживая углы, начала дерзко и напористо повествовать о переживаниях и терзающих чувствах. С самого начала и до конца она раскрыла ему без страха и сомнений историю своей любви, потому что теперь происходящее вокруг не щемило душу, а словно было чужой жизнью. Она честно произносила ругательства, которыми мысленно называла Клода в моменты гнева, и не скупилась на экспрессию. Девушка забыла, что такое тактичность высказываний, ведь сейчас она обнажала не душу, а затачиваемый годами клинок. К концу истории Кас заострила томный взгляд на вжавшемся в сидении Дювале и четко ощутила, как тяжелая ноша, наконец, упала с ее хрупких женских плеч. На мгновение даже почудилось, будто в ушах раздался звон от падения на керамическую плитку этого груза в виде несбывшихся мечт. Тем временем Клод выглядел предельно растерянным и уязвимым. Улыбкой и откровенностью Легран поразила его в самый центр зачерствевшего сердца. Окаменелость постепенно разрушалась, что ясно читалось во взгляде молодого человека, старающегося избежать прямого контакта. Не в силах совладать с накаляющей обстановку тишиной, он прервал ее низким осевшим голосом: «Ты, наверное, хочешь узнать, чувствовал ли я что-то?» Уверенная в том, что все время повествования Клод мечтал об окончании издевательства, Касио слегка приподняла бровь. Теперь, похоже, настал его черед объясниться. Однако давалось Дювалю это тяжело: минута, вторая – молчал. А она улыбалась – не получалось сдержаться. Глубоко вздохнув, он все-таки тихо произнес: «Давай, скажем, любил тебя всегда».
Девушка замерла. На каждый удар сердца приходилось слово «всегда», раздающееся эхом в голове. Едва сдерживая нервный смех, она пыталась сопоставить события и понять, где было место любви, когда на ее признание он ответил отсутствием чувств, когда мог не писать неделями, хотя накануне были важные события, не вступался, когда Кас обзывали и унижали в школе, исчезал и, возвращаясь с цветами, напоминал о дружбе. Всякий раз, когда речь заходила о чувствах к этому противоречивому мальчишке, он либо притворялся дураком, либо его мозг отключал уши, что, конечно, звучит абсурдно. Кроме негодования Легран не испытывала ничего больше. Ей, в самом деле, просто было интересно понять, как же она могла упустить эту вечную честную любовь?
Следующие несколько часов они провели в эмоциональном обсуждении, временами буквально кричали друг на друга – энтузиазм стирал рамки. Клод обосновывал прежнее поведение страхом, нерешительностью и сомнениями. В раннем юношестве он понимал, что еще слишком неопытен, финансовые возможности не позволяли вкладываться в отношения или он просто был несколько туповат. В другие моменты ему казалось, что Касио видела в нем исключительно друга и пресекала всякие попытки проявления чувств. Напрягало Дюваля и наличие другого возлюбленного в определенный момент времени в жизни подруги. Это все сбивало с толку и рушило мечты Клода. Даже мотивационные речи близкого друга не помогали ему набираться смелости. Трезво оценивая ситуацию, Легран все еще не могла допустить, что при большом желании он так и не мог признаться в любви, к тому же в его оправданиях оставались несостыковки. Ей мало хотелось копаться в этом снова, тем более, в конечном счете, молодой человек признал, что будь у него больше мужества, все было бы иначе. Но иначе уже никогда не будет – слишком много ошибок для хэппи-энда. Правда, теперь Дюваль, кажется, предполагал, что есть возможность исправить положение и подруга юношества все еще готова быть его парой. Касио понимала это, но свои мысли предпочла не раскрывать. На такой загадочной ноте душещипательная встреча окончилась, оставив после себя предвкушение и, стало быть, интригующую развязку.
6.Селин Де Фрей
Подруга юности поддержит в трудный жизненный момент,Но не откроет тайную завесу, оставив времени секрет.Победу в споре одержать и разговаривать по фактам —Куда важнее чувства такта и дрожи легкой на губах,Когда напротив человека не остается на глазах.Первой о необычной встрече, конечно, узнала Селин – давняя подруга Касио. Они познакомились в модельном агентстве, когда Легран была еще совсем юна – ей едва ли исполнилось шестнадцать. Де Фрей старше на пару лет, однако, общий язык девушки нашли легко, даже невзирая на то, что поначалу подруга видела в Касио ребенка, что совсем немудрено. Временами посмеивалась с ее решений и действий, но всегда понимала, что Легран взрослее своих сверстников. В личной жизни Селин все складывалось иначе – в ней не было места многочисленным интригам, незаурядным «сюрпризам» со стороны партнеров или погоне за глубоким и душевным. Здесь все строилось на стабильности, консервативных взглядах на жизнь и, разумеется, женской хитрости и проворности. У Де Фрей на все было собственное мнение, переменить которое, в самом деле, казалось невозможным. А ее едкие высказывания почему-то всегда слишком плотно прилипали к сердцу, отчего Легран иногда погружалась в думы и ловила нотки легкой печали. Что говорить о приложениях для знакомств – Селин отрицала какую-либо возможную пользу от подобных игрушек и всегда, стараясь быть хотя бы чуточку тактичной, отговаривала Легран от использования дейтинговых сервисов. Девушка мечтала о семье, задумывалась о том, какой матерью будет и как назовет детей. Внешность сочеталась с характером: взгляд несколько грозный и пронзительный, широкие брови и главная особенность —гетерохрония. В голубизне глаз затерялся зеленый островок, как в океане прячется суша. Де Фрей была счастливой обладательницей шикарных светло-русых волос и стройной фигуры с эффектным бюстом. Касио невольно сравнивала подругу с кошкой – ловкой, грациозной и своенравной.
Их дружба представляла собой тот тип взаимоотношений, когда можно было подолгу не видеться, но знать наверняка, что каждая помнит друг о друге. Вероятно, если бы они начали общаться как никогда активно и видеться по несколько раз в неделю, обе бы почувствовали, как излишнее притирание напрягает и в некоторой степени отталкивает. Раз в месяц-два они предпочитали встречаться в какой-нибудь уютной кофейне, съедать по нежному эклеру и рассказывать друг другу произошедшее с ними за это время. Истории Легран отличались непредсказуемостью, обилием интриг, множеством имен, в которых Де Фрей частенько путалась, и особенной эмоциональностью, в то время как Селин рассказывала спокойнее и сдержаннее, сохраняя некоторые подробности в тайне. Временами девушка старалась давать Касио советы, в которых та чаще всего не нуждалась. Иногда это вызывало у Легран раздражение, но в большинстве случаев все-таки благодарность за то, что подруга вникает в проблемы и пытается что- то предпринять. Селин к большому разочарованию Кас была не самым тактильным человеком, поэтому зачастую смотрела на нее с ноткой презрения и непонимания, когда та нуждалась в объятиях. На некоторые вещи у Де Фрей не хватало эмпатии, из-за чего она могла невольно задеть чужие чувства. Легран хорошо помнила, как вернувшись однажды с тяжелым сердцем от психолога, решила поделиться с ней личным и сокровенным. Однако Кас вскоре с досадой поняла, что под ее историю о детских травмах, выбирающихся наружу, подруга нажала на кнопку смыва в туалете, а после отправилась мыть руки, бездумно отложив в сторонку телефон с повествующей о чем-то приятельницей. После подобного в периоды сильных переживаний Легран старалась самостоятельно совладать с бушующей внутри тревогой и закрывалась от мира внутри своей укромной студии.
– Пф-ф-ф-ф. Зачем ты согласилась на эту встречу? Это бессмысленно, – прошипела в трубку разочарованная то ли действием подруги, то ли поведением Дюваля Де Фрей.
– Я же сказала, что это наитие. Я почувствовала, будто мне нужно что-то завершить.
– Но ты не завершила и пойдешь на еще одну встречу с этим маменькиным сынком!
– Да! В этом вся суть, ты меня не понимаешь! Настал мой коронный час. Все еще помню, как четыре года назад сказала себе, что сделаю так, чтобы Клод признался мне в чувствах. Я этого добилась – теперь дело за малым.
– Ладно, а что там с твоим кучерявым коллегой? – Селин наверняка улыбалась, ехидно проговаривая это.
– Завтра иду на встречу. Чувствую себя будто во сне! Мы столько времени работаем вместе… Мне всегда казалось, будто мои чувства – это просто игра в соло, которая никогда не станет реальностью. Слуша-а-а-й, – снимая носок Касио, едва ли не уронила телефон, – Дени просто стерва! Я же не до конца рассказала, что она там наплела про меня.
После этих слов начались самые, что ни на есть, настоящие женские сплетни, без фильтрации слов, с удивленными и возмущенными возгласами. Примерно через полчаса болтовня прекратилась, кот лениво спрыгнул с кровати, желая утолить жажду, а девушки сошлись на одном: белокурой коллеге отнюдь житься будет не сладко.
Касио нарушила покой волос, взъерошив их махровым полотенцем. Длинная безразмерная футболка едва закрывала ягодицы. Легран прошлась по густым бровям короткими движениями пальцев,и по вискам побежали струйки воды. Полотенце вмиг оказалось на батарее, а ручка ванной двери преисполнилась недовольным скрипом. Теперь следовало хорошенько выспаться, предвкушая сладость грядущего дня. Наверняка завтра Кас почувствует долгожданный трепет, легкую щекотку под ребрами. Так интересно было узнать, каково это – ощущать сбывшиеся мечты, которые доныне, не успев толком родиться, были похоронены скептицизмом! Что говорить о Дювале – он снова появился, когда его не ждали, чтобы внести в жизнь девушки серо-буро-малиновых красок. Вероятно, не будь на горизонте Жюля, задумчивая Легран крутила бы в голове мысли о старом друге, но реальность вмиг изменилась: то никого, то все сразу – как и следовало ожидать.
7.Ужин с Тома́
Длинные мужские пальцы создают мелодию любви,За окном темнеет рано и становится манящим визави.Сохнут губы, кровь алеет, замирает сердца стук —Голос бархатный напротив совершает хитрый трюк.Наступивший четверг обещал быть интересным из-за предстоящей после работы встречи с Жюлем. За весь период знакомства они редко проводили время вместе за пределами издательства, обсуждая рабочие или личные моменты и прогуливаясь по набережной. Пересекались они в большинстве случаев в присутствии Леви, задающего позитив и всегда имеющего парочку интересных новостей для обсуждения. Сегодняшний день проходил до ужаса заурядно. Дени отрабатывала последние дни, после которых ее переведут в какое-то богом забытое издательство, где задержаться надолго ей наверняка тоже не удастся. Закончив смену, Касио забежала домой, чтобы освежить внешний вид и подобрать что-нибудь подходящее для случая. Выбор пал на излюбленный образ: черные брюки свободного кроя, просторная рубашка с мужского плеча лавандового оттенка, скрывающая под собой черный топ, минималистичные лоферы и в завершении винтажный темно-синий тренч. Обязательное дополнение – серебряные кольца и румяна на и без того пунцовых от спешки и волнения щеках. Улыбнувшись своему отражению в зеркале, Касио попрощалась с котом и, схватив маленькую черную сумку, поспешила на встречу.
Вскоре девушка подъехала к назначенному месту, где у входа в ресторан ее дожидался Тома́ с симпатичным букетиком, составленным из нежной мальвы, хорошо дополняющей его брючный костюм. Блеск лаконичных туфель на слегка массивной платформе, начищенных до идеала, был заметен издалека. Когда Жюль разглядел приближающуюся коллегу, он поспешил выпрямиться и, поправив лацкан, поспешил навстречу. Они поприветствовали друг друга короткими поцелуями в обе щеки. Касио, приятно удивившись, приняла цветы, улыбнулась и поблагодарила. Изящный букетик пришелся ей по вкусу. То, как одевался молодой человек, всегда приводило Легран в восторг, поэтому при каждом удобном случае она не упускала возможность отметить это. Сегодняшний вечер также не оказался исключением. В сторону девушки посыпалось еще больше приятных слов, совсем разрумянивших и без того розовые ланиты. Наконец, обменявшись любезностями, молодые люди вошли в заведение. Внутри ресторана было довольно просторно и уютно. Интерьер, выполненный по канонам эклектики, пришелся Касио по душе. Приятной наружности официантка разместила гостей за забронированным столиком близь приоткрытого окна, за которым расстилался озаренный прелестью вечерней луны пруд. Теплая весенняя тишина манила на прогулку, однако для этого еще было рано. Удобные глубокие кресла охотно принимали в объятия и одаривали теплым ощущением, словно прижимаешься к груди любимого человека, находишься в безопасности и комфорте. Касио чувствовала на себе постоянный заинтересованный взгляд Жюля и первое время смущалась. Они обсуждали многое: несомненно, работу, высокую моду, разностороннюю личность Рериха, неуклюжесть бывшей коллеги Сандры и Дени, хотя совсем скоро сошлись на мысли, что не стоит портить ужин. Диалог строился непринужденно и экспансивно, уводя беседующих в совершенно разные направления. Изысканное выдержанное вино украшало окружающий мир и делало визави привлекательнее.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Rendez-vous – свидание, встреча.