Мальварис. Битва тьмы и молний

Глава 9. Жаркий бой.

Александр.

  После неудачного проникновения на Ла-Мун прошло уже пара дней. Солдаты облетели по всему периметру защитного щита, и нашли с разных сторон несколько тел, я их не знал, и никто не смог опознать. Лица были обожжены защитой щитов, поэтому здесь мы были бессильны. Арий, похоже, задался целью проникнуть на остров, или проверить силы нашего щита.

  К его огорчению, и нашему счастью, все работает исправно.

  Виолетта с Леоном прибыли на Соле, но пока попыток нападения на солнечный Двор не было, что уже хорошо.

  Давина снова живет дома, но все так же продолжает делать вид, что ее совсем ко мне не тянет, а я в свою очередь не перестаю ее выводить. Вот и сейчас, я иду на задний двор, где они с Джеймсом устроили небольшую тренировку. Должен признать, друг знает своё дело, Давина отлично подготовилась даже за неделю. И сейчас, они устроили спарринг на кинжалах. Видимо, Давина выбрала себе именно это оружие, и должен согласиться, что с ним она выглядит бесподобно.

  Выполняет резко, но очень изящно каждое движение, грациозно уворачивается от ударов Джеймса. А пропустив удар, шипит, но продолжает тренировочный бой с удвоенным упорством. Вот она моя, девочка!

  Хмыкнув своим же мыслям, я выдаю им своё присутствие, и оба одновременно смотрят на меня.

– Любуешься видом? – смеётся Джеймс.

– Ты даже не представляешь насколько, – подмигнув, отвечаю ему.

– Так может, отряхнешь от пыли свои мышцы и разомнемся? – похрустывает шеей он. – Давина все равно на сегодня закончила, а мне нужен спарринг, с противником посерьёзней. Не обижайся, Ди.

– Не, все нормально, – пыхтя и держась за бок, говорит она, подходя к столику, чтобы взять стакан воды.

– Так что, Ваше Пылейшество? – скалиться друг.

– Ты нарываешься, генерал, – скалюсь в ответ. – Ди, не одолжишь мне свои кинжалы?

  Она обвела взглядом сначала Джеймса, затем меня. И с улыбкой на лице отдала кинжалы. И затем развернула кресло так, чтобы лучше видеть наш бой. Я хмыкнул и пошёл в сторону Джеймса, по пути расстёгивая рубашку и швыряя ее на землю.

– Выпендриваться будем? – хмыкнул генерал.

– Так удобнее, – развернувшись к Давине, сказал я с самым невинным видом, на который только был способен.

  От моего взгляда не ускользнуло, как она резко втянула носом воздух, и моментально заерзала на кресле, скрестив ноги.

– И долго вы тут флиртовать ещё будите? Или все же начнём бой? – оскалился Джеймс, тоже стягивая рубашку через голову.

  Что ж, я не против.

  И первым пошёл в атаку, зная, что друг именно этого и ждал. Завязался бой, кинжалы сверкали молниями, стараясь задеть каждого из нас. Я атакую, Джеймс уклоняется. Он атакует, я отстраняюсь. Эти бои мы проводим уже не одну сотню лет, знаем сильные и слабые стороны друг друга. Поэтому кружим в нашем танце, у каждого из нас движения отточены до идеала. Поэтому каждый надеется, что кто-то допустит какую-нибудь ничтожную ошибку. И победа.

  Я уже почти подловил Джеймса, как меня отвлёк такой сладкий и притягательный запах, который просто снес мне крышу. Давина. И Джеймс моментально воспользовался моей заминкой, быстрым движением сделал подсечку, повалив меня на лопатки. Я только хотел встать на ноги, как над моим лицом засверкал кинжал Джеймса, и его слишком довольное лицо. Мне не осталось ничего другого, как принять поражение, подняв руки, сдаваясь ему.

– Я уже не надеялся, – подал мне руку друг, помогая встать на ноги, и начал хохотать.

– Тебе просто повезло, – сквозь зубы рыкнул я, прекрасно понимая, что сам виноват, отвлёкся.

– Спасибо, Ди! Ты очень помогла, – он сделал поклон в ее сторону, все ещё продолжая ржать, как конь.

– Я? – она удивленно посмотрела на нас.

– Да, крошка, премного благодарен, – подлетел к ней Джеймс, взял руку и поцеловал ее тыльную сторону, отчего брови Давины взлетели вверх, явно показывая ее недоумение и удивление.

  Я уже хотел на него наехать, чтобы не переходил берега, как он сверкнул зубами в мою сторону, показал мне средний палец и скрылся в доме. Вот ведь гавнюк! Я покачал головой, подхватил свою рубашку, перекинув ее через плечо, и медленной походкой подошёл налить себе воды к столу.

– Я ничего не поняла, каким образом я помогла ему? – Давина подошла ко мне вплотную, смотря своими синими глазами.

– Тебе понравился бой? – я решил зайти издалека, ну и немного полюбоваться попытками Давины не краснеть.

– Ну, да, – все ещё не понимая, ответила она.

– Увидела что-то интересное? – ее глаза мгновенно вспыхнули, но она быстро взяла себя в руки, стараясь всем своим видом показать, как возмущена. Но уже поздно, я почувствовал ее вспышку страсти. – Или возбуждающее?

  Спросил я, и стал медленно пить свою воду. Наслаждаясь моментом, когда Давина пытается обмануть саму себя и скрыть за своей гордостью, свои настоящие чувства. Но алая краска смущения, что уже начинала проявляться на ее прекрасном личике, мне уже сказала абсолютно все. Поэтому я, поставив стакан, с самой хитрой улыбкой наклонился к ней, вдыхая ее аромат. Который меня дурманит и опьяняет – аромат ее желания.

Давина.

  Когда Александр снял рубашку, мне стало слишком жарко. Так, что, кажется, моя кожа стала плавиться от одного только взгляда на него. А посмотреть там есть на что. Идеальное тело, с очерченными каменными мышцами, которые напрягались от каждого движения, приводя меня в необычайный восторг.

  Я взглядом жадно поглощала каждый участок его разгоряченного тела, которое покрывалось потом от поединка. Я даже успела проследить за одной единственной капелькой влаги, которая так завораживающе стекала по его телу, очерчивая каждый изгиб, каждую мышцу, по которой успевала скатываться вниз. И здесь я вспыхнула ещё жарче, когда та самая капелька влаги устремилась в самый низ, по прессу Александра, на котором ярко виднелись каменные кубики пресса. А затем эта капелька исчезла под поясом его брюк.

  Я тяжело сглотнула, облизав губы, еле сдерживая стон, который рвался наружу, когда я детально представила что у него под ними. Тело заныло, между ног стало слишком влажно, все покалывало от желания. Кресло стало жутко неудобным, я немного заерзала, не отрывая взгляда от мужчин.

  И в этот момент Александр на секунду замер, и Джеймс воспользовался моментом, уложив Александра на лопатки.

  Бой окончен.

  И теперь ещё оказалось, что благодаря мне.

  Ничего не понимаю.

  А спросив Александра, ещё больше прихожу в смятение. А эти его вопросы. Не увидела ли я что-то интересное? Возбуждающее? Конечно, увидела! Но ему ни за что об этом не скажу.

  Он как всегда слишком самодовольный. Хоть и на все его вопросы я мысленно проорала «да», это не значит, что ему я отвечу так же. Потому что он ведь не мог узнать о моих мыслях, желаниях…

  Твою-то мать!

  Кажется, я только сейчас поняла, чем себя выдала и как именно помогла Джеймсу.

– Вижу, что кусочки пазла сложились в твоей очаровательно умной головке, – ухмыльнулся Александр.

– Да иди ты! – отпихнув его, я постаралась уйти.

– Ди, ты сводишь меня с ума, – остановил меня Александр, прижав своим телом к столу. – Я полностью в твоей власти.

  Сказал он хриплым голосом, нежно касаясь носом моей щеки. Я тяжело выдохнула, потому что он вызывал во мне точно такие же чувства. Он осторожно, едва касаясь губами, стал оставлять невесомые поцелуи на моей щеке, плавно спускаясь к шее.

  Я едва слышно застонала, ощутив яркую вспышку желания, наслаждаясь его ласками. Голова полностью отключилась, я хотела просто наслаждаться моментом. Вместе с ним, рядом с ним. Он схватил меня за ягодицы, приподнял и усадил на стол, вставая у меня между ног. Я положила руки ему на грудь, и приподняла свой взгляд. Он, поглаживая мои бёдра, наклонился ко мне, и осторожно, видимо боясь спугнуть момент, или мое согласие, и быстро накрыл своими губами мои.

  Я раскрылась навстречу ему, впуская его напористый язык, который по-хозяйски начал свои крышесносные ласки, приводя меня в восторг. Наше безумие начало набирать обороты, потому что Александр был ощутимо возбужден, упираясь тем самым возбуждением мне в живот. Я успела застонать, на что он хмыкнул мне в рот, продолжая жаркий танец языков.

– Ничего не хочу сказать, – начал голос откуда-то сзади.

– Ну, уж нет! Я скажу! Хватит трахаться на столе, за которым мы едим! – чересчур громко прокричала Кассандра, явно возмущённая нашей выходкой.

– Черт, неловко вышло, – совсем не раскаиваясь, сказал Александр, сверкая своими хитрыми глазами.

– Ты думаешь? – сказала я, нервно посмеиваясь.

  Отодвинув Александра, прекрасно понимая, что он мне позволил это сделать, я спрыгнула со стола. Чувствуя, как на моем лице не просто расцветает, а вовсю сверкает и пылает краска смущения. И поэтому, стараясь ни на кого не смотреть, я прошмыгнула в дом, чтобы, наконец, вымыться после тренировки. И охладиться после нашего сумасшествия на столе. Но должна признать, что это было возбуждающе, даже слишком.

– Скажите Милли, пусть протрет стол, чтобы вам было приятно, – усмехаясь, говорит Александр.

– Да иди ты в задницу, Ксандр! Сам пойди и скажи! Ты тут разложил своё хозяйство и Давину заодно, – не унималась подруга.

– Но она была не против, – самодовольно ответил ей Александр.

  И это было последнее, что я услышала, когда начала подъем по лестнице. И ответ Касси я к счастью уже не услышала.

  Уже стоя под струями холодной воды, я прикрыла глаза, размышляя о случившемся на заднем дворе. И из моей головы не выходила одна единственная мысль: что мне понравилось, и что я была бы не против повторить все эти действия на столе, с продолжением. Еще много и много раз.

  И в этот момент я готова поклясться, что в моей голове появилась картинка того самого продолжения, отчего я застонала, включая воду похолоднее. Прекрасно осознавая, что Александр только что послал мне картинку из своей головы по нашей связи.

Глава 10. Приключение намечается.

Александр.

– Так что, ты примешь предложение Элиана? – спрашивает меня Джеймс, в который раз за это утро.

– Возможно, – уклончиво отвечаю я, попивая горячий кофе.

– А чего думать? Элиан – наш союзник, а сейчас нам нужно укрепить все наши отношения.

  Я прекрасно понимаю, что друг прав, но у меня слишком много «но» есть по этому вопросу. Видимо, заметив мое напряженное от размышлений лицо, он снова заговорил:

– Так, выкладывай, в твоей голове слишком много всякого дерьма вращается, я чую это, – строго сказал он, словно это я его подчиненный.

– Да особо… – я не успеваю договорить, как к нашей трапезе присоединяются девушки.

– Всем доброго и приятного! – пропела Кассандра, подходя к Джеймсу и целуя его в губы. Отчего тот поплыл, и его улыбка растянулась от уха до уха. Я улыбнулся им одним уголком губ, и бросил мимолетный взгляд на Давину.

– Что? – спросила она, дерзко вздёрнув свой носик. – Не, от меня даже и не мечтай получить подобное.

  И с довольным видом уселась в кресло напротив. Что ж, она думает, что уделала меня, но это вряд ли. Раунд ещё не окончен. Все только начинается.

– Как вчера прошёл вечер, понравились картинки? – ехидно спросил я Давину.

  Она на секунду зависла, ее глаза расширились от испуга, но затем она втянула воздух носом и спокойно уставилась на меня своими сверкающими глазами.

– Да не особо, ничего увлекательного я там не заметила, – сложив руки под подбородком, сказала она с тем же спокойствием.

– Странно, а мне показалось, что они были вполне неплохи. И что они пришлись тебе по вкусу, – ещё больше подзадоривал я свою принцессу.

  Она уже начинала терять своё напускное спокойствие, и на ее щеках стал расцветать милый румянец.

– Почему мне кажется, что речь идёт вовсе не о картинах? – тыча в нас вилкой, спросила Кассандра.

– Касси, на что ты намекаешь? – с напускной оскорбленностью я посмотрел на неё.

– Этот идиот вчера вечером, послал мне по нашей связи картинки продолжения того, на чем вы нас вчера остановили, – не выдержала Давина.

  После чего сразу стала покрываться густой краской смущения, а вот Джеймс с Кассандрой, кажется, зависли. Но их вытянутые лица от удивления и осознания сказанного Давиной, стоили того. Я тоже не выдержал и засмеялся в голос. Давина смущенно подняла на меня глаза, но я увидел на ее лице такую же расползающуюся улыбку от всей этой ситуации. И затем Джеймс присоединился к нашему смеху. Одна только Касси смотрела на нас с Ди с нескрываемым любопытством.

  Наконец, успокоившись и стерев выступившие слёзы в уголках глаз, я все-таки продолжил завтрак, но уже в молчании.

– И каково это было? – спросила шпионка, не понятно к кому конкретно обращаясь, ко мне или к Давине.

Я вопросительно уставился на неё, прожёвывая свой бекон, а вот Давина немного поперхнулась кофе, чуть не выплеснув его на меня.

– Ну, я имею ввиду, что вы – первая истинная пара за столько лет, и мне интересно. Я не про содержание картинок, – затараторила она, поднимая руку, в просьбе не перебивать. – А о том, какие ощущения от появившихся картинок, или от того, когда вы их передаёте. Как это?

  Я немного расслабился, и по лицу Давины я понял, что она тоже. На секунду задумался, чтобы я мог правильно подобрать слова, но меня опередила Давина.

– Это как будто тебя касается луч солнца с небольшим электрическим импульсом, ты видишь картинку в голове, словно смотришь на неё своими глазами. И по телу разливается тепло и спокойствие. Но это лично я чувствую, когда Александр показывает мне что-то. Я сама пока не пробовала ему что-то показать, не знаю как, – пожала плечами она.

– А я просто показываю ей то, что происходит в данный момент, концентрируюсь и думаю о Давине, о ее тепле, которым она меня обволакивает, а затем мысленно позволяю ей взглянуть на все моими глазами. Она откликается мгновенно. А когда я хочу посмотреть на все ее глазами, действую также, фокусируюсь на ощущениях ее эмоций и тяну за самую яркую, и «оп» я уже смотрю ее глазами.

– Я, конечно, как-то читала про истинные пары, но слушать из первых уст, совсем другое, – сказала Касси с горящими глазами.

– Блин, как я не догадалась спросить у тебя про истинные пары. Ты же ходячая энциклопедия, – сказав это, Давина стукнула себя по лбу, чем вызвала у меня легкую ухмылку.

– Я всегда к твоим услугам, – подмигнула ей Касси.

– И раз уж мы заговорили так откровенно, – глубоко вдохнув, начала говорит Ди. – У меня будет к тебе просьба.

  И она повернулась ко мне, слегка закусив губу. От этого жеста у меня всегда сносит крышу, она это знает. Я подавляю рвущийся наружу стон. Немного кашлянул, чтобы прочистить горло и, не разрывая с ней зрительный контакт, спросил:

– Да, все, что угодно. То есть, все что хочешь, – слишком хрипло и слегка жалко прозвучало, сам понимаю.

– Черт, детка, да ты уже уложила его на лопатки, – хохотнул Джеймс, после чего молниеносно получил кусочком яблока в лоб.

– Ауч! – засопел он, потирая ушибленное место.

– Так что ты говорила? – более твёрдым голосом уточнил я.

– Научи меня пользоваться силами, – немного смущенно сказала моя любимая.

–Для тебя, все, что угодно, душа моя! – улыбаясь, сказал я. – Однако, у меня есть одно условие.

– И какое? – с сомнением спросила она, сощурив свои синие глазки.

  И зная ее, могу предположить, что в ее прекрасной головушке уже пролетели тысячи разных вариантов моего условия. И все они непременно касались нас двоих в горизонтальных положениях. Я, разумеется, ничего не имею против, но я ведь джентльмен, и позволю своей даме самой решать, когда и где.