Страшная осень

12

Светлана быстро шла в сторону агрегата, эхо от её голоса и шагов гулко разносилось по складу, оно вспугнуло воробьев, и они с громким чириканьем рванулись под крышей к выходу из склада.

Борис и Ванька последовали за ней. Подойдя ближе, они увидели в пыли множество детских следов и следов от велосипедных шин.

– Они определённо здесь были, – сказал Борис и обошёл погрузчик, потом прошёлся до дальней стены склада, где деревянная лестница под наклоном уходила под крышу здания. Он встал на первые ступеньки и покачал их, лестница выдержала.

– И по лестнице они поднимались! – сообщил Борис, поднялся до середины и оглядел склад. – Здесь пыль сбита!

– И куда они могли подеваться?! – закричала Светлана, потому что склад поглощал звуки и эхом возвращал их обратно.

Борис спустился с лестницы, придерживаясь за перила, и подошёл к ней.

– Надо искать.

– Может, разделимся? – Светлана посмотрела на Ваньку с Борисом. – Так мы быстрее отыщем детей.

– Или потеряемся сами, – хмыкнул Борис.

Светлана прищурилась и посмотрела Борису в глаза.

– Ты что боишься?

– Ничего я не боюсь, – ответил тот и отвёл взгляд. – Просто предлагаю сначала пройти до проходной и посмотреть там. Вдруг правда есть сторож и он что-то знает, а потом уже бегать по территории.

– Хорошо, – согласилась Светлана.

Выйдя из склада, она повернула за угол и пошла между зданиями к центру элеватора. Вся территория густо заросла травой, даже выложенные бетонными квадратами дорожки едва угадывались в этих зарослях.

Пройдя между складами, они вышли на центральную площадь элеватора. Там, где раньше без остановки сновали машины и ходили люди, сейчас было полное запустение. Лишь стайка голубей, воркуя между собой, бродила по крыше склада справа от них. Часть листов железа сдуло ветром, или их сняли предприимчивые товарищи, но факт оставался фактом: изрядно прогнившая обрешётка оголилась, как рёбра полуразложившегося животного.

Светлана показала на кирпичный домик, расположенный в десяти метрах от центральных ворот.

– Нам туда. Я думаю, это и есть проходная.

Окна домика были разбиты, и внутри него гулял ветер. Дверь была закрыта на замок, который явно никто давно не трогал. Турникет, через который раньше шли на работу люди, заржавел и не двинулся с места, когда Ванька пытался его крутануть.

– Нет здесь никакого сторожа, – сказала Светлана и глянула на Бориса. – Поэтому я предлагаю разделиться и осмотреть территорию, пока совсем не стемнело. При этом будем кричать детей, вдруг они куда-нибудь провалились и не могут выбраться.

Ванька посмотрел на мать, а потом на Бориса.

– Может, всё-таки будем держаться вместе? Мало ли что может случиться.

– Что с тобой может случиться? – сверкнула злым взглядом Светлана. – Ты, что, всю жизнь будешь за мою юбку держаться и за мной по пятам ходить? Может, тебя ещё за ручку взять?

– Не надо! – ответил Ванька, резко развернулся и пошел в сторону первого от проходной здания.

Борис посмотрел на удаляющегося от них парня.

– Зря ты так с ним. Он же обиделся.

– Переживёт, – сказала Светлана, и голос её дрогнул. – Надо когда-то мужиком становиться, а не всё время за мамкину спину прятаться.

13

Большую часть территории старого элеватора занимали зерносклады различного назначения. В одном из них в своё время располагались сушильные агрегаты на основе природного газа. В результате того, что сжигался газ, образовывался горячий воздух, который и сушил зерно в колоннах, после чего всё подавалось в бункера погрузки. Под них заезжали машины и загружались. Однако теперь здание этого склада с комнатами для обслуживающего персонала, использовали совершенно для других целей. В нём трудились три родных брата, чётко распределившие между собой свои обязанности.

Средний – крепкий с широкими плечами бородатый мужчина – заклеил коробку скотчем и поставил на поддон, заполненный такими же коробками.

– Живём! – хохотнул он, оценив свою работу, и повернулся в сторону мужика постарше, который открывал ёмкость на сто литров, заполненную спиртом. – Руслан, ты плёнку куда положил?!

– Вон она, – ответил ему самый старший из братьев. – На соседнем поддоне лежит. Что ещё один готов?

– Ага.

Средний брат взял плёнку и начал обматывать поддон с составленными на нём коробками.

– Я же Гришке говорил, что сегодня мы закончим. Фуру можно подгонять.

Руслан оставил ёмкость и подошёл к мужику, обматывающему стрейч-плёнкой коробки на поддоне.

– Никола, у тебя в этом углу водка? А вискарь где?

Николай перестал на время ходить вокруг поддона.

– Братишка, я тебе вчера ещё говорил, что вискарь у нас вначале.

Он махнул рукой в сторону выезда из склада, где были большие двухстворчатые двери.

Руслан тут же двинул вдоль ряда с поддонами.

– И коньяк тоже там?

Николай вновь пошёл вокруг поддона, накладывая очередной слой плёнки.

– Ага, и он родимый там же.

– Значицца, надо Гришке сказать, чтобы он завтра с утреца машину подгонял, и будем загружать, – Руслан широко зевнул и потянулся. – У нас спирта осталось пятьсот литров.

– Ну, пятьсот так пятьсот, – Николай закончил обматывать коробки, пошатал их рукой для уверенности, что всё надёжно закреплено. – На неделе с Гришкой сгоняем к поставщикам, ты им только звякнуть не забудь, чтоб всё приготовили.

– Гришка! – закричал Николай, почесал бороду и зашагал в сторону металлической закрытой столитровой ёмкости, в которой перемешивался спирт с водой. – Шлепок майонезный, ты где?

Гришка – самый младший из братьев – стоял у небольшой линии, по которой днём шла цепочка бутылок и заполнялась готовой водкой. Ему исполнилось сорок, но выглядел он намного старше. Седой, с кривым носом и бледный. Глядя на него, создавалось впечатление того, что он чем-то болен.

Николай подошёл к нему.

– Вот ты где, конь шахматный. Братан сказал, чтобы ты завтра фуру под загрузку ставил.

– Хорошо. Надо ему сказать, что этикеток на коньяк почти не осталось, и на вискарик мало. Придётся на следующей неделе одну водку разливать.

Николай потеребил бороду.

– Водку так водку. Зато её сбывать проще.

Гришка накинул капюшон куртки на голову, а затем снял.

– Точно.

Николай внимательно посмотрел на младшего брата.

– Ты зачем постоянно капюшон на голову напяливаешь? Нервишки опять расшалились?

– Я его не напяливаю, а поправляю, – буркнул Гришка и тут же перевёл взгляд на бутылки, стоящие на линии. – Я думаю, что на сегодня всё.

– Я тоже так думаю, – сказал Николай и пощёлкал пальцем по одной из бутылок. Та мелодично зазвенела. – Ты мою бензопилу не видел? Не могу вспомнить, где я её бросил.

– Не видел… А прикинь, нам бы линию, как на большом заводе. Вот бы мы развернулись.

– Ага, развернулись бы! – рявкнул тихо подошедший к братьям Руслан, чем напугал обоих сразу. – Да если бы не я, повязали бы вас давно. И разворачивались бы вы на зоне.

Гришка подошел к поддону, стоящему у стены и постучал костяшками по дереву.

– Да ну тебя. Скажешь тоже.

– А что, – сказал Руслан и посмотрел на среднего брата. – Вон Никола не даст соврать, что ты бы присел одним из первых.

– Почему я-то? – притворно обиделся Гришка. – Я, что, больше вас замазан в этом бизнесе?

Руслан сдвинул брови.

– Да потому, что ты опять играл. Мы тебе с Колей сколько раз будем повторять, чтоб ты с этим завязывал. Говорили?

Гришка опустил голову.

– Говорили, – буркнул он. – Да, я в последний раз.

– В последний раз было уже миллион раз! – крикнул Руслан, он хотел ещё что-то сказать, но у него в куртке зазвонил телефон.

– Да, я слушаю! – раздражённо ответил он, потом повернулся к переругивающимся братьям. – Тихо, охранник звонит, у него там проблема нарисовалась.

Гришка с Николаем притихли и во все глаза уставились на старшего брата. Наконец выслушав охранника, он ответил.

– Не суетись, так просто от них всё равно не отделаться, – он повернулся к братьям и продолжил. – Ты их запускай на территорию и скажи, что мы сейчас подойдём и вместе с ними всё осмотрим.

Руслан опустил телефон в карман.

– Так, ребятушки, у нас проблема. На территорию элеватора залезли дети и потерялись. По крайней мере, так думают их родители, которые подъехали к проходной.

Николай почесал бороду и посмотрел на Руслана и Гришку.

– И что нам делать?

– Вы сейчас пойдёте к проходной и встретите обеспокоенных родителей, потом вместе с ними прогуляетесь по территории и поможете найти этих чёртовых детей.

Гришка обвёл руками склад.

– А как всё это?

– А к этому складу их не пускайте, – Руслан покачал головой. – Скажите, что вы здесь целый день работали и никаких детей не видели. Или на крайняк скажите, что начальник строго запретил вход сюда посторонним.

– Блин, – разволновался Гришка и натянул капюшон на голову, а потом снял его. – Вот, попадос.

Руслан прошёлся к выходу и приоткрыл двери склада.

– Главное не нервничайте. Давайте, вообще, закроем этот склад и скажем, что ключей от него у нас нет.

– Так будет правильней, – согласился Николай. – Выходим отсюда пока не поздно и гасим свет. И все идём искать этих малых отморозков.

– Не все! – гаркнул Руслан. – Я рядом со складом побуду. Покараулю его на всякий случай. Мало ли что придёт в голову нашим нежданным гостям.

14

Николай и Гришка вышли к проходной. Охранник уже открыл ворота и впустил на территорию Королёва, и теперь возился с замком и цепью, закрывая ворота обратно.

– Нахрен ты их запираешь?! – закричал Михаил Владимирович. – Я сейчас ребяткам своим позвоню, и они на твоих воротах камня на камне не оставят!

– Так положено, – невозмутимо ответил охранник. – А вот и начальство идёт.

Королёв тут же обернулся.

– Начальство? Посмотрим, что тут у вас за начальство.

Он не успел рассмотреть, что за типы к нему приближаются, как один из них вскинул руки и завопил:

– Вот так встреча! Кого я вижу! Мишаня, дружище!

– Да уж, – пробормотал Михаил Владимирович, и громче добавил. – Вот, значит, кто здесь заправляет. Михевич, собственной персоной. И когда это ты в начальники-то выбился?

– Растём, – сказал Николай, он подошёл к Королёву и протянул руку.

Михаил Владимирович уставился в глаза Михевича и не сразу пожал её. Николай сделал вид, что не заметил его промедления.

– Как сам? Наслышан, что дела у тебя в гору идут. Мы с тобой после школы и не виделись совсем.

– На жизнь не жалуюсь. Всё у меня нормально.

Николай повернулся к Гришке и стал ему объяснять:

– Это Мишка Королёв, однокашник мой. Я после школы в армейку, а потом по вахтам болтался, а Мишка своё дело открыл. Ресторан у него в центре, да ты знаешь его.

– Да, – неуверенно пробормотал Гришка, здороваясь кивком с Михаилом Владимировичем и Леонидом.

– Как там все наши? Я хоть несколько лет назад вернулся, а всё времени нет пообщаться.

– Давай мы в следующий раз это обсудим, – прервал Николая Королёв. – У нас здесь дела поважнее есть. Ты уже в курсе, что на территории элеватора дети потерялись?

– Да-да, – закивал Николай. – Степан доложил, что вы ищете детей. А почему вы решили, что они именно здесь потерялись?

– Один из них раньше домой уехал, – вклинился в разговор разволновавшийся Леонид. – И рассказал, что они залезли на территорию элеватора. Он сразу домой уехал на велосипеде, а остальные остались.

– Так, может, и остальные тоже уехали? – сказал Николай и махнул рукой в сторону ворот. – Что им тут делать?

Леонид повернулся к Михаилу Владимировичу за поддержкой.

– Они и телефоны не берут. Вызов идёт, а не отвечают.

– Так, может, они их пооставляли где-то, – не сдавался Николай. – Сами подумайте, что здесь интересного.

– Так! – резко сказал Королёв. – Хватит словоблудия. Давай осмотрим территорию и разберёмся, здесь дети или нет.

– Хорошо, – согласился Николай и украдкой подмигнул Гришке. – Давайте разделимся и осмотрим территорию. Так быстрее будет.

– С чего будем начинать? – спросил Леонид.

– С начала, – отрезал Михаил Владимирович и повернулся к Николаю. – Давай показывай, где у вас что.

Николай тут же закивал.

– Да-да. Степан нам тоже поможет. Пусть они пойдут с твоим другом в сторону мельницы и по пути двенадцатый, четырнадцатый и шестнадцатый склады осмотрят.

– А мы? – холодно осведомился Михаил Владимирович.

– Мы с тобой и Гришкой цеха сушки осмотрим, – ответил Николай и махнул Степану. – Если, что, звони Руслану.

– Понял, – ответил охранник и подошёл к Леониду. – Пойдёмте, что ли.

– Да-да, пойдёмте.

Леонид с охранником зашагали в сторону ближайшего склада, на стене которого виднелось едва заметное число двенадцать, написанное белой краской.

– И давно здесь идут работы по демонтажу? – поинтересовался Леонид.

– Работы-то, – замялся Степан и покрутил головой. – Так давненько. Я сам-то здесь недавно работаю. Так что извиняй, не в курсах.

– А вы сутками работаете или как?

– Сутками, – ответил охранник и первым подошёл к большим двустворчатым дверям склада и остановился. – С этой стороны двери заперты. Но сбоку есть дверь для персонала.

Он прошел вдоль больших дверей и повернул за угол. Леонид поспешил за ним. Охранник приблизился к небольшим деревянным дверям в боковой стене склада и с усилием потянул на себя. С громким скрежетом дверь начала открываться.

– Все петли заржавели, – заворчал охранник, ухватился двумя руками за ручку и ещё основательней потянул на себя дверь.

Леонид посмотрел на громадное строение, крыша с одного угла была лишена железа, и было заметно прогнившую обрешётку. Наконец охраннику удалось справиться с дверью, и он заглянул внутрь. Леонид тоже попытался увидеть, что там внутри склада.

– Темно, как сам знаешь где, – пробурчал охранник, протискиваясь внутрь.

Леонид не услышал, что тот сказал.

– Не понял, – взволнованно проговорил он. – Что вы сказали?

– Я говорю, назвался клизмой, полезай, сам знаешь куда. Ёк-макарёк!

Леонид зашёл на склад и огляделся. После яркого света улицы, глаза не хотели привыкать к полутьме склада. Свет проникал внутрь сквозь прорехи в крыше и приоткрытые двустворчатые двери с противоположной стороны. Но этого было маловато, свет не мог охватить все внутренности этого мрачного строения. Поэтому Леонид достал из-за пояса фонарь, который он прихватил с собой из дома, и стал освещать помещение.

Прямо под раскрытым участком крыши располагалась завальная яма, в которую раньше с той стороны склада грузовыми машинами свозили и сваливали сухое зерно, а уже с внутренней стороны ковшовыми погрузчиками поднимали и распределяли по территории склада. Тогда на ней была железная мелкоячеистая решётка для безопасности персонала. Сейчас она отсутствовала, и яма была заполнена грязной с примесью топлива или мазута, судя по характерным разводам, водой.

«Видимо пригодилась кому-то» – отстранённо подумал Степан про решётку, вглядываясь в яркое пятно сбоку от ямы.

– Что за чёрт?! – неожиданно заорал Леонид.

Он сорвался с места и подбежал к яме. На краю валялась подростковая куртка, один рукав был наполовину в воде. «Это же Костика», – мысли галопом понеслись в его голове, он похлопал по карманам и вытащил телефон. – «Чёрт! Что здесь произошло?! Почему он её тут оставил?».

Леонид покрутил головой по сторонам, затем посмотрел вверх. Под крышей проходили леса, по которым передвигались в своё время рабочие. Над самой ямой они были подгнившие, судя по цвету древесины. И в досках был пролом.

В голове Леонида застучали молоты: «Костик был наверху. Доски проломились, и он свалился в яму, а куртка упала рядом. Ребята от страха разбежались». От своих мрачных предположений Леонид побелел в одно мгновение. Слишком всё это было похоже на правду. Леонид даже представил, как проламываются доски лесов, Костик выпускает из рук куртку и летит вниз прямо в эту мутную воду.

Леонид заскулил, как раненый волк. Он в считанные секунды отбросил фонарь и куртку с телефоном в сторону и прыгнул солдатиком в яму. У охранника челюсть отвисла, он не ожидал такого спонтанного и глупого поступка.

– Куда ты, дурила?! – завопил он, подбежав к яме. – Там же железяк немерено. Покалечишься, ёк-макарёк.

Леонид мгновенно погрузился в воду с головой на довольно приличную глубину, но до дна не достал. Он открыл глаза в надежде хоть что-нибудь увидеть, и их тут же защипало. Вокруг была непроглядная тьма.

Леонид сделал несколько гребков и начал шарить руками в склизкой каше, толстым слоем покрывавшей дно ямы. Под руки попадался всякий металлический хлам, но на ощупь он не мог понять, что это вообще такое.

Вскоре Рыжиков наткнулся на что-то очень рыхлое: то ли на полусгнивший мешок, то ли на кофту какую-то. Он стал продвигаться дальше и вдруг почувствовал, что за что-то зацепился.

Леонид резко рванул вперёд, и это что-то оказалось очень массивным и неустойчивым, и стало заваливаться прямо на него. Все его попытки отцепиться не увенчались успехом. В конце-концов это тяжёлое нечто основательно придавило его правую ногу. И как он не пытался с этим справиться, у него ничего не получалось. Воздуха не хватало, лёгкие горели огнём.

В голове застучали молоты, Леонид чуть не заорал от нахлынувшего на него ужаса. Он плотнее сжал губы, но немой крик вместе с остатками воздуха вырывался из его лёгких. Вокруг лица забурлили пузырьки. В отчаянии он рванулся в сторону. Дикая боль пронзила всю его ногу. И ситуация от этого рывка ни капельки не улучшилась.

Охранник Степан в это время бегал по краю ямы, пытаясь увидеть хоть что-то в мутной глубине.

– Где же ты? – забормотал он и присел на колени у края ямы. – Давай уже вылазь.

Внезапно вода в центре ямы забурлила. Понимая, что произошло что-то ужасное, Степан рванул к выходу из склада. Выскочив наружу, он заорал во весь голос:

– Помогите! Тута человек гибнет!

Глава вторая

В плену у страха