AMENTRIS. Гримасы подсознания – 2

Известное дело, что Малену чрезвычайно гордился своим выбором. А именно, встретить Новый год в весьма солидном месте и с солидною публикой. Это было престижно, более того, он хотел показать Ниночке свою платежеспособность. Хотя чудовищный выбор оный и чудовищно бил по карману, если учесть, что 650 гривен нужно было выложить еще и за номер в отеле.

Из Дуян молодые люди приедут в центр Черновцов, в отель в 10 часов вечера, в 11 часов, спустятся в ресторан и примут участие в праздновании 2009 года в компании обеспеченных, крутейших персон. Красота!.. А потом, часа в два ночи, отправятся на Соборную площадь, что расположена у храма Святого Духа, и где установлена новогодняя елка для горожан и гостей.

Ну, а затем… Остаток ночи неисправимый романтик хотел посвятить амурным утехам. Однако, готова ли лечь на ложе Любви, блин, неподкупная козочка? Ведь сколько времени прошло с их давнего знакомства, но Нина ни за что, ни разу не дала понять, что, дескать, можно приступать к мужским обязанностям!.. Возможно, в новогоднюю ночь, в ознаменование витка Земли вокруг орбиты Солнца, прелестница позволит вставить саблю в ножны? Но если нет, Евгений не заплачет, ибо – он был уверен – звезда пленительного Счастья взойдет с могучей неизбежностью, взойдет, лишь нужно только верить…

Влюбленный тайно, я хранил молчание,Боясь тебя смутить безумной речью.В твоих глазах бездонных видел Вечность,Живя в плену убийственных мечтаний.Но больше не могу. И сила страстиДля нежной тайны, мне слова подскажет.Хочу в огне, я утонуть однажды —Твоей души, себя забыв от Счастья! —

как заклинание, твердил мечтатель стихи поэта Михая Эминеску.

…Одевшись по-праздничному, Евгений и Нина поехали на маршрутке из Дуян в Черновцы. Дивчина все переживала, что ее соболиная шубка помнется. Малену был в пальто, под которым грел душу еще и выходной черный костюм. Мадемуазель же приготовила вишневое вечернее платье с брошью. В руках она держала коробку с черными туфлями на каблучке.

Добравшись до Главной или Головной улицы, молодые люди вскоре сошли на нужной остановке. От нее было рукой подать до меблированных номеров отеля «Кнаус», что располагался метрах в трехстах, но не более. Зайдя в холл отеля, влюбленные показали паспорта и романтик небрежно расплатился с ухмыляющейся женщиной. Администратор вручила ключи от полу-люкса и вскоре «друзья» чувствовали себя почти как «белые люди», хотя и были таковыми.

Ниночка долго прихорашивалась у красивого зеркала в комнате. Евгений прикидывал, что такая гарная тахта будет ждать счастливую пару! Убрал все пылинки с черного своего пиджака и брюк и еще раз мазью почистил ботинки.

Наконец, все было готово к выходу, так сказать, на отборную публику. И шикарная ресторация, позже, приняла премного смущающихся искателей приключений в эту важнейшую ночь…

Вступление во мрак

Итак, группа капитана Нолта была окружена, вооруженными копьями всадниками кананга. Люди застыли на месте, ибо, в любой момент, могли быть повержены острыми наконечниками. Не произнося ни слова, не единого звука, они с ужасом ожидали, что же конная стража предпримет дальше. Но вот начальник верховых дал громкий приказ, копья были подняты вверх, всадники спешились и сняв темные шлемы, приклонили колена перед принцессою, низко опустив головы.

Эдгар, лекарь и оснеец поразились такому повороту событий. Однако, только не командор. Кирена же легко спрыгнула с коня и, подойдя к начальнику стражи, положила свою ладошку ему на плечо.

– Я очень рада вас видеть, сир Таргал! Встаньте! – спокойным и уверенным голосом, приказала она.

Ригобран всадников поднялся, тогда как остальные продолжали оставаться коленопреклоненными.

– Мы вас искали, принцесса! Долго искали!.. Осмотрели все окрестности, но не нашли ни единого следа! Отец, великий кананг, очень беспокоится и не может обрести себе места! Предполагает самое наихудшее и с нетерпением ждет от стражи вестей! Весь Зайнакан перевернули сыщики правителя, однако, до сих пор, поиски не увенчались успехом!

Наследница престола показала на команду путешественников.

– Эти благородные, но несчастные люди выручили меня из беды. Если бы не они, еще неизвестно, как бы разворачивались события. Помогите им и предоставьте все необходимые удобства и почести. Славные ребята сделали все возможное, чтобы я чувствовала себя комфортно, в безопасности!

– Хорошо, моя госпожа, как скажете, будет исполнено. Я преклоняюсь перед мужеством и бескорыстием оных израненных, честных друзей.

Повернувшись к ватаге, Кирена снова поблагодарила спасителей.

– Очень, очень я признательна всем! Да, действительно, капитан оказался прав – перед вами принцесса! Дочь самодержца Аргонии, которая тоже помнит визит командора в замковый зал. Но, извините, приходилось скрывать происхождение, так как времена сейчас весьма опасные и неизвестно, какие люди повстречаются на жизненном пути!..

Меня выкрали из собственных покоев ночью, когда я крепко, безумно крепко спала. Не знаю, отчего был сильный сон, но я очнулась лишь тогда, когда разбойники уже везли меня в мешке и связанной, неизвестно в каком направлении. В рот они вставили кляп и мне не то, что кричать, а и просто дышать было до чрезвычайности трудно. Более того, я ничего, увы, при всем желании, понять не могла: кто эти люди, куда они меня везут, и для чего, вообще, сие преступление было совершено!

Единственное, что с мерзким хохотом враги сказали: «Теперь папаша сделает то, что нужно, без проблем! А если нет – больше никогда ты не увидишь солнечного света! Ха-ха-ха-ха-ха!». И после, меня посадили в жуткую, вонючую, сырую яму под землей! Обращались, как с животным, кормили одним черствым хлебом с водою! Было очень тяжело дышать, от запаха подземелья тошнило, холод и голод бесконечно, постоянно мучили меня! И когда стало уже совсем невыносимо – появились вы, благородные спасители и настоящие рыцари!

– Отнюдь не сомневался, что вижу леди-наследницу… – с достоинством сказал командор, в то время как Карл и Стейт почувствовали себя очень неловко перед предводителем группы.

– Простите нас, капитан, что сомневались в словах истины, простите!

На что Нолт, лишь похлопал по плечу своих маловерящих подопечных.

– А сейчас, сир Таргал, отвезите свою принцессу к родному отцу! – приказала Кирена. После чего, вся процессия на верховых боевых лошадях тронулась, не спеша, по направлению к Зайнакану.

Путь грозный отряд держал далее и далее, вдоль реки Боолах. Через некоторое время, проехав старую заброшенную деревню, сделали небольшой привал. Ну, а ближе к вечеру, завиднелись окрестности гордой столицы и ее восточные мощные ворота. Командор и Эдгар здорово вымотались и благодарили судьбу, что вскоре, наконец, им окажут полноценную медицинскую помощь.

Однако город Зайнакан встречал мореходов совсем не так, как было раньше. По бокам дороги не стояли, как прежде, каменные вазы с цветами. Ее не обрамляли, также, вечнозеленые, ухоженные орманги и зорги. К ужасу принцессы и четверки сподвижников, по краям торчали, врытые в землю, копья, что венчали отрубленные головы каких-то несчастных! Багровая кровь струилась из этих омерзительных, рваных голов и стекала к самому подножию длиннющих, отвратительных «спиц». Бледные лица убиенных, искажали гримасы невероятнейшего, нечеловеческого страдания. Выткнутые глаза смотрели на людей невидящими, лишенными всякого смысла, дикими взорами!

О, милостивые боги, что же здесь произошло?! Кирена и команда капитана Нолта, вопросительно взглянули на начальника конной стражи Таргала.

– Я не хотел вам раньше говорить, но мы вступаем в войну, прекрасная леди! Не за горами тяжелые, страшные времена, мрак преисподней. Во избежание множества проблем были казнены более трехсот паразитов столицы. К их числу великий кананг отнес неблагонадежных, возможных предателей и вредителей, воров, убийц и прочих преступников!.. Да, солнце покрывается надолго черной тенью и кровью; впереди только горе и невыносимые страдания народа!

– Но милый Таргал! Неужели все это жестокая, горькая правда?!

– Всю остальную информацию, принцесса, вам поведает отец…

Вступая за крепкие ворота, Нолт и спутники заметили, что охрана была утроена. Повсюду кружили всадники, проходили отряды рыцарей, нервничало население. Город принял военное положение и это было заметно с первого взгляда. Делались запасы продовольствия, кузнецы ковали мечи, пики и сабли. Деятельность кипела на каждой террасе. Вся основная работа по вооружению и экипировке армии легла на первый трудовой уровень. Поднявшись по дороге на второй ярус, обратили внимание на хмурые, панические взгляды некогда счастливого народа. Состоятельный люд тоже находился в смятении от массовых казней и приближения войны.

На третьем ярусе, на вершине, над Верховным храмом Даргара горел Священный Огонь. Его разожгли по приказанию Салдага, главного жреца, верные краданги в черных сутанах. Огонь горел на крыше, в специальной чаше, предназначенной на случай экстраординарных событий. Тревога, охватившая Зайнакан, олицетворялась в этом огромном, пылающем факеле.

Мрачный замок кананга, с башнями и крепостными стенами, казался еще мрачнее. Отряд проехал по главной площади, минуя громадную статую Дракона. Вестник уже предупредил правителя о нахождении дочери в компании неизвестных личностей. Правда, один из них – подданный Аргонии, негоциант и капитан торгового судна Нолт. Перед входом в форт, ватага командора вынуждена была отдать оружие. А затем, пройдя целый ряд покоев и галерей, вошла, наконец, в Тронный зал. Вел по дворцу принцессу и ее спасителей все тот же Таргал, начальник конного разъезда. Раненые сын с отцом получили от эскулапа наркотик, чтобы не чувствовать адской боли при нанесении визита к самому Первому лицу.

Тронный зал поражал своей сумрачной красотой и величием. Гранитные стены его были украшены орнаментами из древней жизни Аргонии. В глубине пустующего колоссального зала, стоял высокий трон кананга. Путь к нему сопровождался гигантскими колоннами по бокам.

Место, на котором должен был восседать самодержец – пустовало. Представляло оно собой чугунного дракона, как бы обнимающего крыльями правителя. Гулкие шаги моряков отдавались эхом от внушительных стен и потолка помещения. Все стрельчатые окна были занавешены темной материей, передавая настроение, в котором пребывала царская особа. Лишь настенные факелы давали незначительное освещение холодному залу, мерцая как плеяды небосвода в тревожную, осеннюю, беспросветную ночь.

Мужчины, Таргал и принцесса приблизились, насколько возможно к престолу и преклонили колена, за исключением наследницы страны. Кирена искала глазами горячо любимого, несчастного отца. Он, в полутемном зале, в одиночестве, стоял у единственного светлого окна, спиною к вошедшим и глядел куда-то вдаль, отдаваясь печально-тяжелейшим думам о судьбах государства.

Новогодний сюрприз

Контингент отдыхающих ресторана «Кнаус» собрался в Европейском зале отмечать наступление Нового года. Человек, в эти роскошные «покои», набилось до трех десятков, возможно, и менее. Седовласые мужчины в солидных костюмах, дамы в чудесных туалетах, молодежь в дорогой выходной одежде. Настроение публики было приподнятым, праздничным; столы сервированы со вкусом, с белоснежными скатертями. Основная масса уже сидела у тарелок со сложными салатами, возле которых стояли бутылки с изысканными винами. Слышалась оживленная речь возбужденных людей, в том числе, и иностранная, больше английская.

Окна были задрапированы темно-синими шторами. Стены оказались пастельных, неброских тонов. Хрустальные люстры свисали с потолков, поблескивая в свете электрических ламп. В центре зала стояла украшенная гирляндами, игрушками и мишурой искусственная елка. Гирлянды и разноцветные надувные шарики вокруг лишь добавляли искрометного веселья. Пахло великолепными духами, одеколоном, запахами удивительнейших кулинарных блюд. На стенах висели красочные «лозунги», поздравляющие участников вечеринки с Новым 2009 годом. Причем на немецком, английском, украинском и русском языках.

Гостей обслуживали девушки-официантки в национальных костюмах. Дух старой доброй Германии присутствовал здесь, буквально, во всем. Евгений и Нина, сидя за столиком, уже, практически, освоились в новой атмосфере. Поначалу они очень стеснялись; казалось, что VIP-персоны, только и смотрят на них. Но потом поняли, что особого интереса ни для кого не представляют. Зал разделился на маленькие, тесные компании и ничего предосудительного в молодой паре никто не искал.

– Как тут здорово! – поделилась чувствами восторженная барышня. Малену же лишь «благосклонно» кивнул, прислушиваясь к приятной, очаровывающей музыке. Да, скоро подобная сказка станет обычной реальностью для разбогатевшего торговца янтарем! Он сможет заказывать апартаменты в отеле и покруче, да и ресторации в городе найдутся подороже! Вот тогда-то и грянет, вроде, Эдем на земле!.. А пока что, «негоциант» неловко репетировал предстоящие праздники жизни, в которых его крошка будет блистать прекрасным диамантом в богатой оправе!

На небольшую сцену вышел ведущий и поздравил гостей с Наступающим. Одет он был с иголочки, красная бабочка на шее подчеркивала аристократические манеры. Чел объявил о культурной программе вечера, о выступлении приглашенных артистов. В программу входили также различные розыгрыши, конкурсы, приветствие деда Мороза, Снегурочки. «А пока, господа, предлагаю сказать тост за яркую Новогоднюю ночь, предоставленную усилиями персонала сего заведения и, лично, владельцем и устроителем его, уважаемым Александром Кнаусом!».

Компания жарко зааплодировала, выслушав витиеватую тираду ведущего в форме четверостишия. И осушила бокалы с восхитительным букетом немецкого вина под маркою «Maybach» Riesling. А именно – белого сухого виноградного вина, производимого в Земле Рейхессен Петером Мертесом. Затем выступила, приглашенная аж из Франкфурта певица Гертруда Шварц с веселой песенкой «Санта к нам приедет…». После чего, публика еще раз осушила сосуды и азартно принялась закусывать.

Между тем, стрелки часов приближались к 12-ти по украинскому времени. Все ждали Вайнахтсмана – германского Деда Мороза, который обычно появляется на ослике. Но никакого заморского деда не оказалось, не было и длинноухого осла. Как ни странно, о наступлении Нового года объявил украинский «святой Николай» (Санта Клаус), который в Западной Украине вытесняет радянского «оккупанта». Отрицательно к советскому Морозко относятся не только националисты, но и греко-католическая (униатская) церковь. Однако Снегурочка – симпатичная дивчина – все-таки была. Древним прообразом лапоньки считается святая Люсия. Более всего праздник в ее честь укоренился в Швеции, в 18 веке, под Рождество. Видимо оттуда в русский фольклор и пришел этот сексуально-студеный персонаж с длинною косой…

«Святой Николай» поднял бокал искристого шампанского и выдал тост за здравие гостей. Все дружно выпили, лишь трезвенник-Евгений слегка пригубил волнующую жидкость. Вообще, они с Ниной, как белые вороны, кушали только экзотические салаты, а затем и свиную рульку. Скромно пересмеивались и не участвовали от души во всеобщей новогодней буффонаде. Давал о себе знать довольно малозначащий их социальный статус, но «маленький человек» на то и маленький, чтобы изо всех сил стремиться стать когда-то и «большим».

Начались разнообразные конкурсы, перемежающиеся с танцевальными выходами. Малену приглашал дамочку на медленные танцы и шептал ей приятные комплиментарные разности. Впрочем, на быстрые телодвижения, романтик, как и в ночном клубе, старался не реагировать. Уж очень его раздражали полупьяные господа, к которым он испытывал смесь уважения и отвращения.

Ведущий объявил о конкурсе «Лучшая пара ночи в ресторации «Кнаус». Претендентами на приз оказались, как говорится – и стар, и млад. Нужно было ответить на шутливые вопросы, станцевать знаменитый вальс Штрауса; учитывался и «экстерьер» конкурсантов, выходные платья и костюмы. Евгений с Ниночкой, разумеется, не участвовали в этом фешенебельном шоу. Они залились краскою стыда и наотрез отказались, сославшись на «головную боль» партнерши кавалера. Первое место заняла седовласая пара из Франции, получившая чудную вазу из богемского желтого стекла.

Между тем, публика пьянела на глазах, и от легких напитков переходила к крепким. Блюстителю нравов все больше не нравилось развязное поведение некоторых членов «английского клуба». Малену уже хотел предложить пассии оставить заведение и отправиться на Соборную площадь, но тут объявили любопытный конкурс, где грех было не принять участие.

Приз состоял в том, что победившая пара получает туристическую путевку аж в Зальцбург! Австрийский Зальцбург, родину Моцарта, музыку которого романтик не просто любил, а обожал! И условия-то состязания до смешного просты. Гостям предлагается фирменное десертное блюдо ресторана «Кнаус» – вишневый пирог. Кусок пирога, естественно, выносится официантом на тарелке. И такие тарелки будут у всех счастливчиков праздничного действа. Правда, лишь на дне одной из них кто-то должен отыскать затейливо нарисованную букву «К», как фирменный знак хозяина богатого заведения!

Кому же повезет?! Каждый из гостей, в тревожной радости даже не испробовав блюда, отодвигал кусок и возгласы разочарования следовали шквалом! Евгению и Нине – десерт поднесли, фактически, последним. Но что это?! Когда барышня обнажила дно красивой тарелки, то увидала сей знак Судьбы, и вдруг вскричала так, что уши заложило у партнера, включая и сидящих за соседними столиками!

О, Боже! Ужель удача, блестящая удача улыбнулась двоим несчастным, но очень славным влюбленным! Ужель их скромный союз вовсю расцветет в чудесной поездке в изумительный Зальцбург, где все пронизано Историей, эпохой Классицизма?! В это было трудно поверить, однако ведущий сказал, что отправиться туда можно практически в любое время с вновь сформированной группой! Да, такого триумфа, сюрприза на Новый год молодые люди и представить себе не могли!.. Да, видимо, Бог, действительно есть и благоволит любящим, нежным сердцам!

Безумное обвинение

Кананг Номиэль гоя Рингстон так и не поворачивался в сторону вошедших. В Тронном зале не слышалось ни единого звука, лишь слегка потрескивали горящие факелы. Затянувшаяся пауза становилась пугающей, но правитель, казалось, онемел в нескончаемом горе.

– Отец!! – что есть силы, вскричала Кирена, бросившись, наконец, к «изваянию». Кананг резко развернулся и принял в объятия дочь, прижимая тесно к груди. Но слезы радости не текли по щекам его, лицо было мрачным, как Зайнаканская ночь. Ночная темень уже опустилась над столицей, охватив ее, словно удушающими тисками. Ветер, завывая, раскачивал деревья, их ветви бились в занавешенные окна старинного замка.

Тем не менее, счастье постепенно растапливало измученное сердце. Человек заново обрел родного ребенка, наследницу престола. Появился свет в глазах, и надежда вдруг проснулась там, отражая душевное состояние волнения. Номиэль гоя Рингстон попытался что-то произнести, но слова, увы, застревали в горле.

– Я, я… – старался что-то выдавить отец, однако перебила правителя Кирена.

– Знаю, что хочешь поведать. Мне тоже пришлось много пережить, все мысли были о тебе!

– Слава Даргару, что дочь цела и невредима! Как же получилось, что разлука так зло разъединила нас?!

– Присядь, папа, вижу ноги тебя почти не держат! Присядь и выслушай печальную историю своего несчастного дитя!

Кананг буквально рухнул на трон, а принцесса встала рядом с драконообразным престолом. Коленопреклоненные парни Нолта еще ниже опустили буйные головы.

– Мой самодержец, мы нашли леди в сопровождении этих людей, в долине реки Боолах! – держал слово Таргал, поднимаясь с колена.

– Они спасли меня, повелитель; если бы не помощь, я бы не стояла никогда здесь сейчас!

– Спасли, говоришь?! – вдруг возопил правитель Аргонии, впадая в безудержный гнев, разом поднявшись в безумстве. – А может, твари выкрали тебя из покоев после круэнды, бала, который состоялся в честь продолжения торговых отношений и мира между нами и другими странами Арседеи?! Криптус, Кайнас и Лаврия на деле оказались лукавыми, подлыми баскардами, а сама уния дешевой фальшивкой, созданной лишь для отвода очей!

– Нет же! Нолт не такой! Это благородные люди, заслуживающие только снисхождения и государственных высоких наград!

– Наград?! Да они же предали кананга, Кирена! Подкуплены гнусной страною, являются оружием в руках мерзкого врага! Пойми, Криптус, Кайнас и Лаврия объединились в тайный союз и хотят воздействовать на меня, украв единственную наследницу престола, чтобы реализовать свои интересы! Хотят захватить бесповоротно Гарден, богатый залежами золота и другими ценными, природными ресурсами! А кто будет владеть островом, тот и будет владеть всей Арседией! Но я воспрепятствую отвратительным планам – даже жертвуя собственной дочерью! Я готов был заплатить высокую цену и объявил захватчикам, конечно, войну! Аргония всегда была другом и защитником племени; дано было слово чести вождю Тальцкутеху! И нарушить клятву – значит стать совершенно никчемным, низменным и безнравственным человеком!

Веками, со времен прапрадеда Заркона Рингстона-Старшего, Гарден бескорыстно снабжал державу всем необходимым. И благодаря оному, государство стало самым процветающим и могущественным в Арседее! Потому оно беспрекословно и выполняет условия договора, в соответствии с которым обеспечивает постоянную защиту людей, в том числе и в случае нападения! Пойми, Кирена, что остров находится под юрисдикцией нашей страны, но де-факто остается относительно свободным, хотя и находится под неусыпным контролем-охраной!

– Я встану на колени ради спасителей! – принцесса не находила себе места. – Они не имеют абсолютно никакого отношения к тем, кто украл меня! Командору Нолту спасение это далось нелегкой ценой! Погиб верный друг и товарищ, в схватке с проклятыми негодяями!

Однако Номиэль Рингстон ничего и слушать не хотел. Им владела паранойя, сердце было взбешено яростью, везде чудились враги. Разум помутился, он жаждал мести и крови, и предательство, как самый низкий порок, доводил аргонийского правителя буквально до белого каления!

– Триста так называемых людей, что на самом деле слыли ворами и убийцами, будущими провокаторами и вредителями – все они кричали, что ни в чем не виноваты, когда рубились конечности, а тела жгли огненными прутьями! Палачи рвали поганцев на части, трещали кости, но ни один не признался в откровенных злодеяниях! И если б дерзких паразитов отпустили и не пытали – те бы продолжали вершить свои черные дела! Поэтому считаю, что лютые смерти послужат уроком для других оставшихся мерзавцев! Поэтому и вы, криптусские лиходеи, примите участь «трехсот», чьи головы торчат на копьях, украшая мощеную дорогу к Зайнакану!!

– Как же так?! – вскричал до основания души оскорбленный капитан. – Я верою и правдой столько служил вашему величеству! И мои соратники – никакие не злодеи, а замечательные люди, которых теперь, можно сказать, ни за что накажут, казнят?! Где справедливость?! Кананг, неужели вы не помните старого морского волка, которому сами же и прикрепили к груди высшую награду «Орден великого Дракона»?!

– Таргал, под стражу их! И с самого рассвета – расчленить! – громоподобно зарычал умалишенный правитель.

– Но мой лорд, разрешите не согласиться, я не вижу вины, и я…

– Как ты смеешь обсуждать приказ, знай свое место, солдат!!

– Отец, умоляю, сжалься! – Кирена бросилась на колени.

– Я сказал, под стражу!!! Таргал, выполнять!!!

– Да, кананг, подчиняюсь… – упавшим голосом, произнес бедолага.

Казалось, что Тронный зал становится темнее и темнее. Сильный сквозняк едва не затушил несколько факелов. Вдруг на стене возникла длинная тень невесть откуда-то взявшегося «духа». Но пока это был не сам человек, а его силуэт, фигура в темной мантии с капюшоном. Таргал, уже было, собрался позвать разъяренную стражу, однако прервал его громкий голос, пронесшийся эхом по всему колоссальному залу. Голос, от которого холодные мурашки пробежали по телу. «Номиэль гоя Рингстон! Стой, не очерняй себя! Остановись!..».

На Соборной площади

…Малену вновь находился в полукоме. Медики разводили руками, пытаясь понять, что же происходит. Ведь парень внезапно вроде пришел в себя, порвал вязки и даже сидел. Глаза его открылись, хотя и взор был направлен в одну точку. Несомненно, галлюцинации, по-прежнему, владели им, однако владели-то в бодрствующем состоянии, но обездвиженном.

А после врачи сняли необходимые физиологические показатели. И тут… странная находка на теле! В районе сердца был обнаружен напоминающий стигмат таинственный знак! Откуда ему взяться?! Несомненно, здесь задействованы какие-то потусторонние, мистические силы, ибо другого объяснения эскулапы попросту не могли отыскать!.. А потом, внезапный крик пациента: «Amentris! Amentris!!!». Причем, душераздирающий крик невероятнейшей силы! Как будто больной переживал нечто экстраординарное, на грани жизни и смерти – либо такое, чему нет пока разумного толкования!..