- -
- 100%
- +
– А парень-то лыком не шит! Быстренько поднялся на ноги! – похлопал по плечу мачтовой Галезия.
Его поддержал вышедший аж из дальнего камбуза кок:
– Настоящий герой! Сразу видно – закаленный морем и ветрами, «волк»! С такими хватами, ребятушки, проблем обычно не бывает!
– Ха! Если бы попался в лапы бабы – легко б не отвертелся! – ржал, нахально, вечно пьяный корабельный плотник Джон.
– Да не вводите же зря в краску парня-то! – заступился здоровущий боцман по прозвищу «Комод». – Он и без девчонок этих неплохо время скоротает! Верно ведь подмечаю соль, а, сукины вы дети?!
Разношерстная команда разразилась дружным гоготом.
На шум и крики подошли капитан Нолт и главный помощник Стейт. Шутники сразу утихомирились, подтянулись, слегка пристыженные взглядами начальства.
– Что здесь за кавардак?! – для проформы, строго обратился босс к матросам. Хотя и не смог, честно говоря, скрыть отеческой улыбки. – Да человек, можно сказать, едва вырвался из пасти смерти! Но безносая осталась на этот раз, к прискорбию, сама же «с носом»!
– Ха-ха-ха-ха! – всем, кто был, чрезвычайно понравилась шутка капитана.
Однако Справедливый Нолт, тут же призвал к молчанию жестом.
– Добрые мои товарищи! Вот что хочу вам сказать. Этого молодого героя зовут просто – Эдгар. К сожалению, парень все ж таки немного пострадал. От травмы головы он потерял на время частично память. Поэтому, прошу: шутки в сторону, если вдруг не совсем верно себя поведет.
Гул искреннего сожаления прошелся по толпе.
– Так вот. До Аргонии, куда направляется «Оморно», осталось, при хорошем ветре, десять дней хода. И за это время наш спасенный гость должен влиться в команду и показать, на что, в общем-то, способен. Каждый из вас честно отрабатывает свою порцию похлебки и жалование в золотых гиронах. Парня нужно как бы заново обучить морскому делу, хотя и оный, насколько понимаю, в морских вопросах отнюдь не новичок. Ему достаточно припомнить старые навыки и знания, и в этом плане прошу членов состава человеку, по возможности, оказать посильную помощь.
– Какая проблема, командор! – прокатилось тотчас же в толпе. – Мы для гостя станем не только помощниками, но и, разумеется, настоящими друзьями, семьей!.. Сразу ж видно, что вьюнош не из трусов и, вероятно, благородный и порядочный!
– Да, так оно и есть, верные сподвижники. Эдгар! Скажи что-нибудь для этих работящих, честных и отважных людей!
Бывший незнакомец чуть вышел вперед и, отчаянно волнуясь, проговорил:
– Я очень многим обязан команде и, в частности, капитану «Оморно» – Нолту! Фактически, вы спасли мне не только саму жизнь, но и даете возможность сызнова стать гражданином и моряком. То есть, по сути дела, тем, кем сравнительно недавно конечно и был, но потерял по воле обстоятельств многое. Со своей стороны клянусь, что буду исполнять любую работу и учиться морскому делу изо всех своих сил и оправдаю оказанную честь, потому как в неоплатном долгу перед членами ватаги и лично – командором, дорогим, э… э…
– Вы забыли упомянуть нашего замечательного лекаря, – напомнил растроганный приемный отец.
– О, незабвенно-заботливый и добрый Карл! – жарко обнял своего исцелителя бывший тяжко больной гость корабля. – Только такому человеку подвластны необычайные медицинские тайны и только такой человек способен оказать неоценимую помощь пациенту, который находится на грани жизни и смерти!.. Огромное спасибо, и мы еще, как говорится, сочтемся за спасенную душу и восстановленный организм, и за многое, многое другое и, конечно же…
– Но я не помог, пожалуй, в самом наиважнейшем: реабилитации потерянной памяти! – смутился не менее взволнованный док. – Впрочем, есть у меня одна неплохая задумка, еще неопробованное средство, которое, возможно, как раз и разрешит данную, очень больную вашу проблему. Нужно провести ряд алхимических опытов, дабы получить необходимое вещество. И, честно говоря, Карл уже весьма близок к тому, чтобы вещество это было, наконец-таки, образовано!
– Вы дарите самую драгоценную надежду, о которой можно только мечтать! С нетерпением буду ждать позитивных результатов опытов, потому что они и помогут, вероятно, обрести несчастному горемыке подлинного себя! А это значит и раскрыть, как думается, загадочную тайну того, что в действительности с ним произошло волею злосчастной Судьбы, неизвестно в каком пределе древней земли Арседеи!
– Но достаточно на сегодня слишком ярких переживаний! – вмешался обеспокоенный капитан, видя сильную тревогу, что охватила приемного сына. – Достаточно, милый мой Эдгар. Сейчас отправляйтесь пока обратно в каюту, отдохните, а уж потом можно постепенно, включаться в какую-либо работу, как и порешили только что с командою «Оморно».
– Все по своим местам! – скомандовал Нолт, повернувшись к бравым морякам. – Нужно отдраить палубу, чтоб сверкала, как прекрасный, драгоценнейший диамант. И горе тому, кто осмелится не выполнить этот великолепный и достойный приказ! – пошутил напоследок старый морской волк, утирая, между тем, невольную слезу тихой радости.
Маленькое чудо
…А потом друзья, еще бродили по уютным аллеям Шевченковского парка. Обоих друг к другу словно, притягивало каким-то мощным магнитом. Такое было впечатление, что не могли наговориться, наобщаться вдоволь. Евгений даже признался, что будто бы знает Ниночку уже давным-давно… Он рассказывал девчонке о древних цивилизациях: Египте и Месопотамии. О шумерах, их клинописи и зиккуратах – храмах, похожих на египетские пирамиды, но более позднего происхождения. Кстати, зиккураты были не только у шумеров, но и у вавилонян и ассирийцев. Эти многоступенчатые, храмовые башни свойственны и эламской древней архитектуре.
Дама с удовольствием слушала красноречивые «обзоры» кавалера. Какой же он увлеченный, знающий, интересный, необычный человек!.. Но шумерские клинописи, жречество или божества, почему-то не слишком трогали ее воображение. Ведь гораздо любопытнее современные страны! Например, США, Эквадор, Аргентина, либо Испания, Великобритания или Франция! Вот бы там побывать и окунуться в яркую атмосферу американского либо европейского образа жизни! Живут же где-то счастливые люди, наслаждаясь несравненными красотами, богатством, возможностями и просто замечательной свободой, которыми в Западной Украине, к сожалению, и не пахнет!
– Но поймите, милая, все это «великолепие земного рая» только кажущееся! Везде есть место нищете, эксплуатации, неравенству и несправедливости! – пытался опустить на землю Малену мечтательницу.
– Да боже мой, будто я не в курсе всех перечисленных ужасов! Но, согласитесь, хочется, порою, действительно помечтать, унестись в далекие земли вечного Счастья!
– Как это ни печально, счастья никогда много не бывает. Однако не будешь ведь грезить о каких-нибудь жутких страданиях!.. Я, например, очень ценю культуру древней и средневековой Японии. Весьма утонченная, экзотическая, необычайно интересная страна. Достаточно вспомнить кодексы чести самураев, либо ниндзя; буддизм и синтоизм; икебану или хокку и танка!
– Вы такой начитанный! А я обожаю испанские танцы, особенно пасадобль и фламенко. В них столько драматизма, пламени, экспрессии!
– А Париж, франкскую изысканность вкуса, как понимаю, тоже не обходите вниманием?
– Какая девушка не мечтает о Париже, – городе влюбленных! Но, к великому несчастью, вынуждена пока жить в наших Черновцах!
– Черновцы, кстати, Нина, называют еще «маленьким Парижем»…
– Уж больно маловат он и невзрачен по сравнению с оригиналом!
Задетый Малену тут же начал защищать родной город.
– Да у нас такая богатейшая история! Уникальный, чудом сохранившийся ансамбль архитектуры центра! Непостижимые шедевры разнообразия архитектурных стилей!
Барышня парировала:
– Об этом знают все, кому не лень! Расскажите еще, что гитлеровцы, дескать, не бомбили Черновцы!
– Да, не бомбили! Говорят, что на город упало всего несколько бомб. Я подозреваю, что фашисты это сделали умышленно. Чтоб не разрушать красоту оригинальных зданий XIX – начала XX века. Потому что здесь царила фактически, австро-немецкая культура. Иначе – неоценимое наследие династии величайших Габсбургов.
– Ну хорошо, хорошо. Спорить не буду. Ой, смотрите, какие любопытные качели! – вдруг остановилась пораженная мадемуазель.
– Не знали, что в Шевченковском парке есть такой аттракцион? – Евгений удивился.
– Представьте себе – даже понятия не имела! Пиратский корабль с «Веселым Роджером» на флагштоке, на мачте!
– Так давайте покатаемся! – товарищ, недолго думая, подошел к окошечку кассы. «Пожалуйста, нам два билета!», – и вскоре хохочущая парочка раскачивалась на пиратском «фрегате», по «бушующим волнам» несуществующего моря…
А потом галантный «кавалер де Грие» пригласил сияющую от счастья «Манон Леско» в близлежащее кафе. То есть, находилось оно тут же, в парке, и называлось, как по заказу, «Рандеву». Местечко оказалось весьма уютным и превосходно обставленным. Стояли немногочисленные столики, звучала спокойная, приятная музыка, цвет окружающих стен был пастельных, приглушенных тонов.
Романтик заказал любимый салат юной спутницы – «Оливье». А также куриные ножки под соусом и на десерт – воздушные пирожные с шоколадом и кофе. Весь этот «джентльменский набор» поднесла опрятная, услужливая официантка в кружевном белом переднике. Евгений расплатился и в тревожном состоянии постепенно стал готовить даму к сокровенному и очень важному для него разговору…
От нерешительности своей, пока прелестница скромно кушала, парень долго ходил вокруг да около, но так и не мог взять быка за рога. Наконец, когда десерт подходил уже к концу, влюбленный задал сакраментальный, весьма неоднозначный вопрос.
– В общем, Ниночка… Извините, конечно. Как вы смотрите на то, чтобы, как сказать?., стать моей постоянной… девушкой?
Красавица от неожиданности чуть не поперхнулась пирожным. Лицо пошло пятнами, потом побледнело, а затем стало пунцовым, вроде спелой помидорки.
– Вы предлагаете, что ли, дружить? Или же… более того?
– Именно так! Пока что дружить… Ниночка, вы очень мне нравитесь! Давайте встречаться, говорить! Может быть спорить, но не расставаться! Никогда!
Момент был критическим. Романтик больше всего боялся, что такая привлекательная барышня вдруг возьмет и… откажет! Бедняга напрягся, руки его вибрировали, лицо сильно раскраснелось, а во рту пересохло.
Затяжная пауза, казалось, длилась целую вечность… Но внезапно личико принцессы… стыдливо улыбнулось! Мадемуазель ничего не ответила, однако чуть заметно кивнула! Боже мой! Да это же настоящее чудо! – едва не вскричал Евгений Онегин, тьфу, извините! Малену. От нахлынувших чувств наш герой поначалу потерял дар членораздельной речи, но потом разразился потоком ничего не значащих, но таких прекрасных, чарующих слов! Дама с упоением слушала этот бесконечный «лингвопоток» и, вероятно, была на седьмом небе от счастья!
Кофе влюбленные пить не стали, но отправились еще гулять по судьбоносному парку. На этот раз мечтатель слегка обнял юную спутницу и вещал, и вещал самозабвенно все что приходило в одурманенную чувствами голову. В конечном итоге, когда стало уже заметно темнеть, парочка вышла из Шевченковского парка, и отправилась на остановку троллейбуса. Проехав несколько остановок, затем пересела в маршрутное такси и помчалась с ветерком в свои родимые Дуяны. Леди, как оказалось, жила совсем недалеко от дома Малену, тоже в этом небольшом, местечковом поселке…
– Не надо меня провожать, – попросила тихо, когда прибыли на место расставания.
– Понимаю. Тебе неловко перед родителями…
– Ну тогда пойду уже? Не обижайся только, ладно?
– Можно поцеловать ну хотя бы в щечку? – Евгений обнял девушку.
– Нет. Не стоит… Люди могут увидеть.
Но он поцеловал персиковый румянец и отпустил, Нину, как птичку, улетающую в родные края… Начало новым, уже любовным, отношениям, фактически, было положено.
…Таковы были полукоматозные воспоминания больного, что отличались, резко, от его галлюцинаций. И, тем не менее, связь фантастических видений с прожитым опытом тут явно прослеживалась. Имелось трудноуловимое, но – сходство, которое присуще раздвоению психики и личности. Хотя и возникала иллюзия, казалось бы, разительно непохожих начал в человеке. Однако в сущности, человек этот оставался ведь одним и тем же индивидуумом. А точнее, паранойяльно запрограммированным мечтателем, так сказать, не от мира сего.
Бедный Сэм
Час спустя, успокоившись и отдохнув, Эдгар вновь вышел на освещенную солнцем палубу корабля. Причем вышел самостоятельно, уже без сопровождения лекаря. Работа команды под ярким полуденным светилом в буквальном смысле кипела. Матросы отчаянно драили грубые палубные доски и вообще наводили порядок на любимом гукоре «Оморно».
Молодой человек тут же хотел включиться в общее дело, попросив у боцмана швабру. Однако Комод лишь отечески похлопал его по плечу и сказал, что «работа, дескать, не волк».
– Еще успеешь, парень, повкалывать на своем веку, да и на этой утлой лохани. Ну, а сейчас посмотри лучше, как вламывают другие «невольники»!.. Короче, опыта набирайся пока – горбатиться станешь, когда толком поправишься!».
Эдгар, смутившись, отправился ближе к корме, где народа было поменьше. Смотрел, долго на умиротворенное море, но чувство беспомощности оставляло очень неприятный осадок. В стороне от всех кое-как драил палубу матрос, который почему-то, привлек внимание печальным выражением лица. На «Оморно», царил дух веселья и энтузиазма, а этот человек не вписывался как-то в общую атмосферу делового подъема.
«Видимо, здесь тоже какие-то серьезные проблемы… – догадался парень. – Может, стоит подбодрить горемыку, нуждающегося в теплом участии? Чувствуется, что товарищ, никого особо не волнует, а ему одиноко, очень одиноко быть наедине со своей нелегкою болью! Люди, к несчастью, зациклены сами на себе, и до остальных, как правило, им обычно нет вроде и дела…».
– Извините, что помешал, но хочу спросить, – подошел новичок к унылому бедняге.
Тот, будто не слыша, продолжал орудовать шваброй.
– Вероятно, у вас не совсем благополучно на душе. Я это чувствую, потому как у самого большие неприятности.
Но трудяга ничего на вопрос не ответил. Лишь глянул мельком в глаза и снова уткнулся в монотонную работу.
– Ну, извините за беспокойство… – смешался невольно новичок и уже было отправился идти восвояси. Однако молодой матрос, тронутый участием, вдруг тихо кашлянул и сдавленно проговорил:
– Подождите. На меня и впрямь обрушилась страшная беда…
И в его грустных глазах блеснули навернувшиеся слезы.
– Ну-ну… – взял за плечо сердягу растрогавшийся Эдгар. – Может, не все так уж плохо, как порою нам кажется!
– Прошлого не изменить, настоящего нет, а будущее неизвестно. Что предназначено Судьбой, то, видно, и случится неизбежно…
– Но что же все-таки у вас приключилось, если не секрет?
– Что приключилось? Вам это важно так знать?.. Ну что ж, тогда слушайте, коли есть на то необходимость.
И матрос поведал трагически-щемящую, удивительную историю.
– Зовут меня Сэм-неудачник. А родом я из города Кайнаса. Там и провел свое детство и юность. Позднее стал рыбаком: выходил, на суденышке в Китайское море. Уловы были небольшими, в отличие от других товарищей. Сводил концы с концами, потому и назвали неудачником.
Но однажды, как считаю, недотепе крупно повезло. Встретил он юную танцовщицу необыкновенной красоты. И не только, Ария была красивою и стройной. Отличалась также и приятным нравом, добротой и честностью.
Я влюбился в девушку буквально с первого же взгляда. Да и милая, со временем, крепко полюбила молодого парня. А потом уж чувство наше расцвело, подобно белоснежному цветку эрикои. Минуты даже не могли мы обходиться друг без друга! Сэм смотрел в волоокие глаза своей возлюбленной и невольно утопал в их темно-синей глубине! Ну а волосы ее были черными-черными, что лишь оттеняло белизну крутобедрого, гибкого и манящего тела!..
Я наивно полагал, что наконец поймал птицу счастья и удачи. Тем более, уловы рыбы стали вдруг на редкость обильными и частыми. Теперь уж в золотых гиронах неудачник Сэм почти не нуждался. Влюбленные, имея состояние, подумывали о совместной, постоянной жизни.
Короче, дело подвигалось к свадьбе. Родители сторон нарадоваться не могли, что скоро будут нянчить внуков. Плюс мечтал, преподнести любимой, необычный свадебный подарок. И Судьба как будто вновь пошла ко мне навстречу. Однако думать так, как оказалось, было полным заблуждением…
Как-то ранним утром Сэм отправился на шхуне в открытое море за рыбой. Забросил, как обычно, мелкоячеистую сеть и с первого улова вытащил на борт необыкновенного тунца-альбакора. Цвет чешуи его был, увы, не серебристым, а, к удивлению, ярко-алым с золотистыми крапинками! На фоне других пойманных рыб, тунец будто бы горел, напоминая, вместе с тем, человеческую алую кровь.
Здравый рассудок говорил мне, что нужно выбросить находку обратно в море. Уж слишком странной она казалась и даже чуть зловещей. Однако любопытство, как обычно, взяло верх, и Сэм внимательно стал рассматривать необычное это создание, (автор путает 1-е и 3-е лица грамматических категорий: Сэм сделал, я подумал)
Когда дело дошло до пасти тунца,(кто?) едва не вскричал от удивления! В горле прощупывался какой-то небольшой твердый предмет. Достав его наружу, честно говоря (кто?!) не поверил своим глазам! Это было изумительное золотое кольцо с обсидиановым стеклом сиреневого цвета. Но цвет на солнце поразительным образом менялся. Из сиреневого он становился вдруг кроваво-черным, и наоборот! «Что за наваждение такое?! Не иначе, дело тут не чисто!» – подумал незадачливый рыбак. И, тем не менее, трудяга, несмотря на мрачные сомнения, упорно для себя решил, что обязательно преподнесет чудесное кольцо возлюбленной…»
Взволнованный рассказом, Сэм прерывисто вздохнул.
– И что же было дальше? Вы сделали любимой Арии подарок? – дрожа от напряжения, спросил заинтригованно Эдгар.
– В том-то и дело, что в самый канун свадьбы (кто?) торжественно преподнес сию страшную находку!
Впечатлительный парень, услышав такое, чуть было не лишился чувств.
– Боже праведный! Что вы наделали! Вероятно, это было заколдованное кем-нибудь, кольцо!
– Да уж, так оно и оказалось! Проклятие свершил не кто иной, как черный маг – злобный Гарсиэль!
– Рассказывайте дальше… – скорбно молвил подавленный слушатель.
– Дальше и случилось самое жуткое, что даже трудно представить человеческой душе!
Реальная любовь
Прошло три недели с того времени, как Евгений и Нина познакомились. После Шевченковского парка молодые люди не видались несколько дней. Потом были незначительные короткие встречи, потому что у обоих появилась серьезная загруженность. Малену, как каторжник, пропадал на работе, а девчонка с головой окунулась в сессионную кутерьму. Однако влюбленные регулярно перезванивались. Взаимное томление и желание увидеться развивали нешуточные обороты…
Когда же появились свободные вечера, товарищ немедленно набрал номер барышни. А было это утром – он хотел заранее договориться о прогулке по городу. Но пассия почему-то не торопилась брать трубку – слышались лишь долгие монотонные гудки. «В чем, собственно, проблема? – Евгений забеспокоился. – Такого еще не было, чтобы птичка – да не ответила по телефону!».
Черновицкий романтик звонил целый день, однако милая как в воду канула. «Неужели все кончено?.. Неужели солнышко решило разорвать отношения? – в смятении недоумевал несчастный повеса. – Нет! Такого просто не может быть! Вероятно, что-то случилось неприятное; а может необходимо срочно готовиться к экзамену. Поэтому и получается, что студенточка, пока что, не выходит со мною на связь!».
Наконец поздно вечером пропажа внезапно объявилась.
– Что случилось у тебя? – поинтересовался встревоженный Малену.
– Серьезная проблема… – подавленно ответила испуганная Нина. – Одним словом, у нас дома произошел… пожар!
А приключилось-то вот что.
Отец девчонки уехал в Герцаевский район к своим родственникам. Дома, по сути дела, остались матушка и 17-ти летняя дочь. Коттедж двухэтажный, с семью комнатами и другими помещениями. Дочь готовилась к экзаменам, когда вдруг почувствовала запах гари. Запах шел, как выяснилось, из комнат на первом этаже. Барышня крикнула мать, и они вдвоем, в смятении, сбежали по лестнице. Весь первый этаж заволокло едким, удушливым дымом… Женщины были вне себя от страшного потрясения! Тут же набрали по телефону «01» и, перепуганные насмерть, выскочили вон из жилища!
Пожарную бригаду долго ждать не пришлось. Вой сирены заслышался уже через десять минут. В Дуянах находилась своя пожарная часть и это, собственно, не дало пламени охватить весь коттедж. Сгорело три комнаты, но были уничтожены ценные вещи и документы. В частности, паспорт «солнышка», который потом пришлось восстанавливать.
Приехавший в тот же день отец, естественно, был в шоке. Причиной пожара оказалась неисправная электропроводка. Потрясенная девушка, понятно, не могла ответить на страстные звонки Евгения. Когда же все постепенно успокоилось, пассия, наконец, подняла трубку…
– Вот этого я никак не ожидал! – признался поражение, Малену. – Если требуется какая-нибудь помощь – только скажи!
– Нет, спасибо. Чем ты можешь, в общем, помочь? Главное, что переживаешь за меня, и это радует! – ответила Ниночка.
– Удивительно, но почему я не слышал ничего о пожаре? Ведь Дуяны хоть и велики, новости распространяются тут быстро!
– Если бы сгорел весь коттедж, тогда бы и узнал весь поселок. А так – три комнаты – вроде бы и несущественная мелочь. Словом, понимаешь ситуацию? Прости уже, что еще сказать…
Несмотря на случившуюся беду, дивчина дала согласие встретиться. Но только на следующий день, часов этак в пять или шесть. Потому что утром хотела сходить в храм Всех Святых – поставить свечи и помолиться. Нина – религиозный человек и это, в принципе, нормально. Днем она будет штудировать билеты, ну, а потом можно и погулять по городу.
…Влюбленные рука об руку шагали по улице Ольги Кобылянской. Затем свернули на Украинскую, к армянскому католическому собору. Он находился немного правее, в стороне. Евгений поставил целью осмотреть несколько близлежащих церквей. Практически один за другим тут возвышались шедевры полиэтнического религиозного зодчества. Только располагались они на разных улицах: в частности, Кафедральной Украинской, Армянской и Русской.
О кафедральном соборе Святого Духа мы упоминали немного ранее. Его считают главным православным храмом всей Буковины. Под величественными сводами чудом сохранились великолепные росписи. Во времена советского богоборчества их смывали – вы не поверите! – брандспойтами. На территории Свято-Духовского храма расположен памятник вдохновителю его строительства в 1844 году. А конкретно – памятник черновицкому епископу Евгению (Гакману), внесшему неоценимый вклад в культурное наследие города.
Армяно-католическая церковь (кемалие) спроектирована чешским архитектором Йозефом Главкой. Предназначалась для религиозных отправлений армянской общины Черновцов. В архитектуре храма соединены черты романского византийского и готического стилей. Здесь невообразимая восхитительная акустика. Поэтому главный зал используется для концертов классической и камерной музыки. В церкви в 90-х был установлен внушительный орган чешского производства. И с этого времени в старой кемалие проходят органные музыкальные концерты.
Осмотрели греко-католическую (униатскую) церковь Успения Пресвятой Богородицы. Однако, как и в другие соборы, внутрь сей обители заходить уж не стали. А затем на улице Русской любовались необычными куполами храма Святого Николая. Его называют еще «новой» русской (русинской (или украинской)) церковью. И плюс за причудливо крученые башенки куполов, как ни странно, и «пьяной». Строил храм румынский архитектор И. Нанеску в тридцатых годах, по образцу средневекового валашского зодчества, в городке Куртя-де-Арджеш.
В планах влюбленных на будущее было – посетить, также, иезуитский костел на улице Бахрушина. Глянуть на широко известную, турецкую криницу, посетить художественный музей и музей народной архитектуры. Несмотря на то, что все эти достопримечательности, Малену и Ниночка видели по нескольку раз, сейчас они как бы, заново открывали для себя Черновцы. Глаза девушки буквально сияли от счастья и любви. Она была благодарна Евгению только за то, что родной человек просто существует на свете!
Далее, друзья вошли в небольшой сквер, где уселись немного отдохнуть на скамейке. Кавалер обнял даму и, не сдержав сильных чувств, поцеловал милую ну прямо в алые губки. И барышня на этот раз сопротивления практически не оказывала. Взаимные поцелуи следовали один за другим, и хотелось думать, что неземному блаженству, конца не предвидится! Оба, буквально ошалели от счастья и не могли насмотреться, друг другу в глаза. Тем более, что подобного ни один из них, еще не изведывал в жизни…