Свадебное агентство в наследство

Глава 13

Но мои ноги словно вросли в пол, будто их приковали цепями из чистой драмы.

Спасибо, хронический недосып, ты как всегда вовремя! Но это состояние точно-точно не из-за уходящего Дариуса Вейла, чей плащ развевается за ним, как тень демона на дискотеке.

– Я – твой следующий клиент, – бросает он, и фраза звучит так, будто он заказал себе гроб с моим логотипом.

Что за чертовщина? Он что, нашел мое резюме в разделе «Жертвы самоуважения»? У меня клиенты не врываются, как ураган в чайную лавку!

Сначала – раскаяние, слезы, подарочный сертификат от небожителей, а потом уже мое агентство.

– Жаннет? – Голос Агнес звенит, как колокольчик, залитый жидким сахаром.

Передо мной стоит она – бледная, как призрак, но улыбается так, будто только выиграла в лотерею «Самый токсичный брак года». На запястье – браслет-кандалы, стиль «Темные не отпустят».

– Поздравляю, – выдавливаю я, представляя, как ее свадебный торт внезапно оживает и сбегает в лес. Сбежать бы и мне…

– Спасибо. Без тебя я бы не справилась. – Она касается моего рукава, и ее пальцы холоднее сердца Кира. – Поговорим наедине?

Оглядываюсь. Кир окружен родней, которая хлопает его по плечу так, будто забивает гвозди в крышку его совести. Он не смотрит в нашу сторону – видимо, тренирует роль счастливого мужа перед гостями.

– Ладно, но быстро.

У меня дедлайн на нервный срыв через полчаса.

Агнес уводит меня за колонну, ее дрожь передается мне, как цепная реакция.

– Я знаю, что между вами с Киром что-то было, – шепчет она, и воздух густеет, как суп из сплетен.

Ох, вот и приплыли! Кир, гад, наверное, хвастался за рюмкой эля, как «укрощал дикарку».

– О чем ты? – Я делаю вид «невинный одуванчик», хотя внутри – вулкан сарказма.

– Он все повторяет твое имя во сне… – Агнес глотает воздух, будто пытается проглотить собственную обиду.

Надеюсь, Кир видит меня в кошмарах.

– Это прошлое, – пожимаю плечами.

Как отношения с Киром в моей памяти – сожженное, закопанное и посыпанное солью.

– Для него – нет. – Агнес хватает меня за руку. – Я боюсь!

Ее пальцы – как пять ледяных кинжалов. Хочу дернуться, но ее взгляд останавливает. Я почему-то интуитивно считываю посыл: «Сыграй со мной, или я сыграю с тобой».

И замираю.

– Боишься, что он женился ради твоего рода? – угадываю я.

Классика жанра: «Любовь? Нет, это геополитика».

– Да. Я не хочу быть пешкой…

– Тогда зачем согласилась? – спрашиваю я, хотя уже вижу ее руку на животе.

О, драма!

– Потому что… – Она опускает глаза. – У меня не было выбора.

Тишина. Даже Шерх за воротником замирает, предвкушая сплетню века.

– Ребенок… Его? – шепчу, как актриса в мыльной опере.

Агнес едва качает головой. Кажется, в зале падает воображаемая булавка, и весь мир замирает.

– Бинго! – чуть не вырывается у меня.

Ангелочек-невеста оказалась лисичкой в белом платье!

– Теперь я понимаю, почему ты его ненавидишь… – Голос Агнес дрожит, но в ее глазах сталь.

В этот момент за колонной раздаются шаги.

– Милая, ты где? – Голос Кира режет воздух.

Агнес кусает губу.

– Спрячься! – толкает она меня в нишу, но поздно: Кир уже здесь, и его лицо искажено гримасой, будто он увидел свою совесть в зеркале.

– Нетти? – рычит он. – Ты пугаешь мою жену?

Шерх шипит у меня за воротником, готовый атаковать. Давай, дружок, впились ему в лодыжку!

– Обсуждали банкет. Хотели заказать торт в форме твоего эго – но он не поместился бы в зал, – парирую я.

Никто не говорил, что я буду милой с женихом.

Кир хватает Агнес за руку, но она вырывается с силой, которой я не ожидала:

– Не уйду, пока не согласишься, чтобы Жаннет организовала праздник рождения нашего ребенка!

Мой мозг взрывается фейерверком из «ЧТО?!». Агнес? Праздник? Ребенок НЕ его? Это… гениально.

Кир застывает, как статуя «ЯжеЕсть». Я едва сдерживаю смех:

– Вы… серьезно?

Я организую праздник, где главный приз – правда о папочке?

– Она лучшая в своем деле! – Агнес смотрит на меня, и в ее глазах вызов.

Ах вот как! Хочешь устроить мне проверку на прочность, милая? Играем.

Кир хрипло смеется:

– Ты с ума сошла! После всего, что между нами было?

– Именно поэтому. – Агнес поднимает подбородок. – Она сделает все, чтобы доказать, что лучше меня.

О, да ты хищница! Раньше я видела овечку, а теперь – волчицу в свадебном платье. Браво!

Кир поворачивается ко мне, ухмыляясь:

– Ну что, Нетти? Готова обслужить нас?

«Обслужить». Словно я официантка в адском кабаке.

– Я организую свадьбы, – улыбаюсь, представляя, как украшаю его фамильный особняк гирляндами из светлячков и надписью «Ложь и предательство» на входе. – Но детские праздники… Не мой профиль.

P. S. Шерх уже рисует в блокноте план: «Торт с сюрпризом. Внутри – портал в мир правды». Агнес? Она получит шоу века. А Кир… Кир заплатит за все. С процентами.

Глава 14

Банкетный зал особняка Шакли напоминает склеп, который попал в руки театрального декоратора-драматурга. Высоченные своды, украшенные витражами с изображением плачущих ангелов, черные бархатные драпировки с вышитыми серебром пауками, канделябры, где вместо свечей пляшет синее пламя, напоминающее замерзший адский огонь. Даже воздух пахнет дорогим ладаном и притворством.

Я прилипаю к входному порталу, наблюдая, как слуги в ливреях цвета воронова крыла снуют между гостями, словно стая теней с подносами. Мой план прост и элегантен, как удар молотком по пальцу: угостить Кира Шакли «коктейлем» из лаборатории Бри.

Назвала она его скромно – «Слабительный шторм», но я-то знаю: в ее пробирках рождаются составы, от которых драконы просят прощения за сожженные деревни.

– Ты уверена, что хочешь это сделать? – Бри материализуется рядом, словно джинн из облака дыма, потягивая из бокала вино, искрящееся, как слезы фей. – Для такого дела даже вызвала свою «ассистентку»? – Она кивает на Лулу, которая карабкается по шторам, переодетая в костюм летучей мыши, – мой отвлекающий маневр.

– Абсолютно! – Я хватаю кубок с ближайшего стола и залпом выпиваю. Напиток обжигает горло, словно плюнувшая в него саламандра. – Все будет выглядеть как романтическое отравление. Ну знаешь: «О, эта устрица явно была в плохом настроении!»

Бри фыркает и протягивает крошечный флакон, внутри которого булькает жидкость прозрачнее совести Кира:

– Только не перепутай с водой для бритья. В прошлый раз приударивший за тобой граф вампиров целую неделю пускал мыльные пузыри из интересного места.

Я сую зелье в складки платья, которое шипит при движении – то ли от магии, то ли от возмущения, что его надели на такое мероприятие.

Внезапно зал взрывается аплодисментами. В дверях замирают молодожены: Агнес в платье из ночного неба, усыпанного звездами-обманщицами, и Кир – в мундире, расшитом серебряными паутинами. Он сияет, как кошка, сумевшая поймать солнечный зайчик.

– Шоу начинается, – шепчу, представляя, как жених метнется к уборной с криком «Проклятые морепродукты!».

Ловко лавируя между гостями (один граф-оборотень чуть не лизнул мой кубок, приняв бокал за леденец), я приближаюсь к цели. Флакончик в моей руке дрожит, как адепт-неумеха на экзамене у дракона-ректора.

– Прекрасный вечер для маленькой катастрофы, не правда ли? – Холодный голос за спиной заставляет меня вздрогнуть.

Обернувшись, я встречаюсь взглядом с Дариусом Вейлом. Этот тип выглядит так, будто его нарисовали для обложки «Ежемесячника мрачных красавцев»: плащ цвета лунного затмения, волосы чернее космической бездны, глаза – два янтарных угля, готовых спалить мои планы дотла.

– О, мистер Я-Твой-Следующий-Клиент-Сюрприз! – Я фальшиво улыбаюсь. – Вы здесь, чтобы заказать свадьбу с гарпией?

Он наклоняется так близко, что нос щекочет запах корицы и опасности.

– Детка, твоя месть смешнее, чем гоблин в балетной пачке. – Его взгляд скользит к углу, где в тени маячит фигура в серебристом плаще. – Видишь того типа с лицом как у окаменевшего супа? Это аудитор небожителей. Он уже трижды нарисовал тебе крестик в блокнотике «Нарушители спокойствия».

Я фырчу, пряча флакон за спину:

– Пусть рисует! После сегодняшнего вечера Кир будет молиться, чтобы его отправили в ад РАНЬШЕ срока.

Внезапно Агнес взвизгивает. Ее брачный браслет вспыхивает алым, как сигнальный огонь в борделе троллей. Все замирают, а Кир поворачивается ко мне с улыбкой, от которой кровь превращается в ледяной компот.

– Друзья! – провозглашает он, поднимая бокал. – Давайте выпьем за… неожиданные сюрпризы!

А в это время Лулу, все еще висящая на люстре, сбрасывает что-то на стол, и торт в виде замка медленно едет в сторону. Кремовая башня рушится прямиком в рот мальчику лет восьми – он громко и с большим аппетитом не дает ни одному куску упасть мимо.

«Ну хоть кто-то сегодня получит удовольствие», – думаю я, разжимая руку.

Растворившийся от щелчка пальцев флакончик соскальзывает в бокал Кира.

Щелк.

Синее пламя канделябров вдруг начинает мигать веселым розовым. Похоже, Бри добавила в зелье бонус-сюрприз.

Глава 15

Синее пламя в канделябрах мигает розовым, будто кто-то поджег радугу в приступе веселья. Я прижимаюсь к колонне, стараясь дышать ровно.

Создатель, пусть никто не заметит, что это моих рук дело! Кажется, я перестаралась – это слишком феерично.

Гости застывают, как вампиры на рассвете, а мальчик с кремовой бородой замирает, словно медведь-оборотень, пойманный на краже меда.

– О, какая прелесть! – восклицает при виде мальца дама в черном платье, словно сотканном из паучьих лапок. – Это новая мода?

– Взрыв торта! Как оригинально! Еще нигде такого не видела, – слышу я со стороны гостей.

Кир вскидывает бокал с зельем и выпивает залпом. Его пальцы сжимают хрусталь так, что стекло скрипит, будто череп под пяткой тролля.

Я прячу дрожащие руки за спиной. Если он сейчас посмотрит в мою сторону, то все поймет по моим глазам.

Внезапно один из гостей поскальзывается на куске торта так, что улетает в фонтан с «кровью девственниц» – на деле гранатовым соком, но темные маги обожают драму.

Дариус Вейл, стоящий в тени, обхватывает меня за плечи и делает со мной шаг назад.

– Мило, – бормочет он. – Прямо как детский утренник у демонов. Вас как прорвало, хотя я предупредил. Настолько не дорога жизнь? Мало проклятий?

Кир тем временем зеленеет, как болотная тина, отставляет бокал и хватается за живот. Между нами с Дариусом повисает тишина, густая, как зелье в котле алхимика. Мы оба ждем, что же будет дальше.

Кир бросает на меня взгляд, полный обещания расправы, но его тело издает звук, похожий на рев дракона с несварением.

Он понял!

– Кажется, устрица была не в духе! – громко хихикает Бри, стоя среди гостей.

Моя подруженька! Всегда спасет ситуацию и поддержит алиби.

Гости отступают от Кира на безопасное расстояние, а Агнес прикрывает рот рукой, но я вижу смех в ее глазах.

Кир, дергаясь как марионетка, движется в сторону уборной. Он мчится к выходу, снося стол с элитным вином. Бутылки бьются, заливая пол жидкостью, пахнущей мятой и свершившейся местью.

– Лулу! – шиплю я. – Финальный аккорд!

Орчиха дергает шнурок. С потолка сыплются конфетти в виде летучих мышей с пожеланиями, которые так любят темные маги. Это мое прикрытие на случай вопросов, что там забыла на потолке моя помощница.

А еще я могу сказать, что красиво прикрыла спину жениха и отвлекла внимание. Правда же?

– Ты превзошла все мои ожидания, – говорит Дариус, и в голосе звучит… восхищение? – Но аудитор пишет отчет. Тебе нужна помощь.

– Помощь? – фыркаю я.

Не доверяю я ему. Это ловушка?

– В вашем резюме есть пункт «Спасение от небожителей»? – Я поворачиваю голову и чувствую его дыхание на своей щеке.

Отстраняюсь вперед.

– Есть пункт «Уничтожение доказательств». – Он щелкает пальцами. Блокнот аудитора вспыхивает синим. – Но это будет стоить тебе кое-чего.

– Я не просила о помощи. Может, это мой способ избавиться от агентства, а вы мне помешали?

– Не благодари. Я свое еще возьму.

Свет гаснет. Когда канделябры вспыхивают вновь, Дариуса нет. В воздухе витает запах серы и неразгаданной угрозы.

Агнес подходит и бросает мне:

– Ну ты и стерва!

Я? Может быть. Зато душу отвела.

– Не понимаю, о чем ты. За блюда на банкете отвечает кухня господина Шакли. – Я вежливо улыбаюсь, хотя уверена, в моих глазах пляшут демонята.

Агнес разъяренно раздувает ноздри:

– Так и знай, я этого просто так не оставлю. Завтра с тобой перестанут работать все декораторы, кондитеры и ведущие.

Я молча улыбаюсь в ответ.

– Конечно, если ты не возьмешься за организацию празднования рождения нашего ребенка, – задирает нос она.

Агнес так упорно склоняет меня к этому, что я просто уверена: она задумала подставить меня по полной. Так что мой ответ…

– Никогда, – говорю я с милейшей улыбкой.

Интересно, Дариус действительно уничтожил все доказательства?

P. S. А Кир? Уходя в покои молодых, он клянется, что мое следующее проклятие будет включать вечность с говорящими слизнями. Отлично. Как раз хотела завести новых друзей.

Глава 16

Агнес фыркает, как раздраженный кот-оборотень, разворачивается – и шлейф ее платья взметает в воздух россыпь конфетти в виде летучих мышей. Одна шлепается мне прямо на лоб и прилипает.

Отлично! Теперь я официально «Повелительница Хаоса с живым аксессуаром».

– Госпожа Жаннет? – Из-за колонны появляется Юди, держа в руках обугленный свиток, с которого сыплются искры. – Небожители прислали письмо. Оно… пахнет горелым.

– Моей горящей репутацией? – нюхаю воздух. – Да, похоже на то.

Разворачиваю пергамент – и буквы вспыхивают в воздухе, выжигая послание: «Завтра на рассвете свадебное агентство "Счастливая пара" ждет аудиторская проверка. Приготовьтесь продемонстрировать искусство организатора или отправиться в трясину Вечных Сомнений. С уважением, Канцелярия Небесной Справедливости».

– Трясина Вечных Сомнений? – Бри выхватывает письмо у меня из рук. – Там же те самые слизни, о которых Кир трещал!

– Идеально. Слизни, аудиторы, вечное проклятие… Может, сразу в ад податься? Там клиентура явно лучше и больше шансов открыть кондитерскую.

Шерх, мой розовый змей с талантом жрать важные документы, тем временем умудряется прожевать половину «Свидетельства о заключе…».

– Упс! – Я смотрю на остатки.

Ну, хоть молодоженам будет что вспомнить: «А помнишь, как мы три дня бегали за дубликатом?»

– У нас проблема похуже. Как насчет плана? – Бри щелкает пальцами, и в воздухе вспыхивает огненная схема:

«1. Подкуп аудиторов (тортом с ромом и намеком на яд).

2. Побег (если Шерх не сожрет карту).

3. Взрыв офиса (оформим как фейерверк для молодоженов)».

– Пункт четвертый, – добавляю я. – Признают профнепригодной и, наконец, оставят в покое.

– Или отправят к слизням, – заканчивает Бри. – Ты же сто раз пыталась свалить из агентства. И что?

Накатывает апатия, густая, как болотная жижа.

– Может, там спокойнее? Здесь я организую свадьбы, там – похороны амбиций. Разницы ноль.

– Хватит ныть! – Бри тычет в меня пальцем. – Вспомни про императорский торт! Свою мечту!

– Император – гордость нации. Ему точно не быть моим клиентом.

– По секрету скажу: наследный принц – тот еще мерзавец.

А это вариант!

Пусть это не кондитерская, а агентство, я все еще могу показать свои умения на весь мир, чтобы родители меня заметили.

***

– Госпожа! – Лулу ломится в дверь так, будто за ней гонится разъяренный тролль. Дверь с треском распахивается, но она ловко хватает ее на лету. – Аудиторы уже здесь! Они выглядят как два грозовых облака в костюмах!

Я вскакиваю, спотыкаюсь о Шерха (он спит, обвившись вокруг ножки кровати) и за три минуты превращаюсь из «только что проснувшейся катастрофы» в «фанатку бюрократов».

– Ситуация на данный момент? – спрашиваю я, на ходу заплетая розовые волосы.

– Копаются в документах. Пока все чисто, но… – Лулу понижает голос, – они рыщут на предмет вчерашнего инцидента с графом в фонтане и женихом с притяжением к уборным.

– Пустяки, – машу рукой. – Скажем, это был перформанс «Любовь – это водоворот».

Врываюсь в агентство с видом королевы, которая вот-вот кого-нибудь казнит.

– Вечного светила, господа аудиторы! – говорю я, и воздух дрожит от магии показной любезности.

Они поднимают головы синхронно. Близнецы? Или один организм в двух телах?

– Опаздываете, – бурчит женщина, поправляя очки, из которых сыплются цифры.

– Спасибо, что подождали. Чаю? – предлагаю я, показывая на диван.

– Мы здесь не для чаепитий, – рычит мужчина, и его борода чуть не встает дыбом.

– Документы в порядке? – киваю на папки, которые Юди проверял всю ночь.

– Слишком… идеально, – шипит аудиторша. – Но вчерашний банкет! Жених… напиток… ваши руки!

– О, это был сюрприз для молодых! – восклицаю я, доставая свиток с печатью «Секретный Магический Перфоманс». – Они хотели незабываемый финал.

Аудиторы переглядываются.

– «Перформанс»? – переспрашивает мужчина. – Слово-то какое иноземное.

– Модное, – киваю я. – Искусство требует жертв.

Я парирую и мысленно молюсь: «Только бы Шерх не сожрал их портфели…»

– А как же инцидент с напитком, госпожа Востич? – Аудиторша щурит глаза, и ее взгляд напоминает кота, унюхавшего подгоревшие сливки. – Свидетельские показания сводятся к тому, что жених пострадал от ваших рук.

– К еде и напиткам на банкете я не имею никакого отношения, – отвечаю сладчайшим тоном, будто объясняю ребенку, почему нельзя есть волшебные грибы. – Свадебное торжество молодые отмечали на территории особняка Шакли – это было желание жениха. И если честно, я до сих пор в восторге от их выбора – фонтан добавил столько… драматизма.

Проверка только началась, но я уже знаю: либо торт, либо трясина. А я, черт возьми, не намерена становиться слизнекоролевой.

До самого заката я из кожи вон лезу, как наг перед девственницей. Даже не знаю, кто больше устал – аудиторы с их вечными «а вот здесь печать кривая» или мы с командой, которые к пятой чашке кофе начали видеть в узорах на пергаменте пророчества о конце света.

Но итог отличный – они уходят без доказательств, лишь погрозив пальцем, как бабушка, застукавшая внука за поеданием варенья.

– Если будет повторение вчерашнего инцидента, госпожа Востич, доказательства обязательно найдутся.

– О, я уверена, в следующий раз все будет строго по протоколу. – Я улыбаюсь так широко, что чувствую, как щеки вот-вот треснут.

Когда они в конце концов исчезают за дверью, мы закатываем пир! Во-первых, месть удалась. Во-вторых, гроза прошла мимо. Ну а в-третьих, я наконец-то увидела, как осуществить свою мечту через это проклятое агентство.

Шерх пускает довольные пузыри, обвивая свой кубок с сидром. Юди молча, растекаясь по стулу, ест тефтели – свое любимое блюдо, а Лулу с жаром рассказывает, как трижды метилась ножом в аудиторшу, представляя ее лицо в случае попадания.

– Поздравляю! – Бри поднимает бокал сока (она, как всегда, на детоксе после «магических перегрузок»). – Это была первая проверка, и ты ее с честью прошла.

– Лучше порадуйся, что я вторую ночь буду спать нормально! – Я зеваю, потягиваясь. – У меня пока нет клиентов, а это значит – никакого проклятия и здоровый сон и никаких срочных заказов на «свадьбу в стиле апокалипсис».

Но утром, когда я, довольная и выспавшаяся, захожу в агентство, Юди встречает меня с лицом фаната-мясника, который только что узнал, что его любимый дракон – вегетарианец.

– Госпожа, все подрядчики прислали уведомления, что отказываются с нами работать.

Я застываю на пороге.

– Все?

– Все.

– Даже пекарня «Сладкий грех»? Они же нам должны!

– Особенно они.

Вот тебе и прекрасное утро.

Я медленно закрываю глаза и считаю до десяти. На семерке слышу, как Шерх где-то в углу чавкает очередным важным документом. Дурная привычка образовалась после банкета, надо переучивать.

– Значит, так, – говорю, открывая глаза. – План Б.

– У нас есть план Б? – хором спрашивают Юди и Лулу.

– Конечно! – Я улыбаюсь. – Не зря же я окончила столько курсов. Похоже, бабуля именно к этому меня и готовила.

P. S. На пороге я нахожу коробку конфет «Трюфели из трясины» с припиской: «На десерт для Повелительницы Хаоса».

Глава 17

На следующий день я, засучив рукава своего самого дорогого костюма (который стоил как годовая зарплата бытового мага) и припудрив щеки пудрой «добродушие-плюс-терпение-экстра» (купленной втридорога у алхимика-афериста), отправляюсь на охоту за подрядчиками.

Первая цель – кондитерская «Сахарный кошмар».

– Добрый день! – улыбаюсь так сладко, что у меня моментально появляется три новых кариеса. – Мне нужны торты для свадеб на постоянной основе.

– Для вас у нас только хлеб, – перебивает меня кондитер, разглядывая меня так, будто я была первым блином комом. – Черствый. С плесенью. Возможно, ядовитой.

– Я хорошо плачу!

– Особенно поэтому, – говорит он и буквально выталкивает меня из лавки.

Я пытаюсь сунуть ему золотую монету, но дверь захлопывается так быстро, что монета остается торчать в щели, как золотой зуб у дракона.

Ла-а-адно, едем дальше.

Флорист из «Розового чуда» при виде меня сразу же вешает на шею табличку «Закрыто на вечную сиесту» и притворяется одноклеточным.

– Я вас вижу, – стучу я по столу.

– Простейшие не разговаривают, – бормочет он.

– А те, что разговаривают, обычно не курят трубку.

Он вздыхает и позволяет себе выпустить клуб дыма прямо мне в лицо:

– Шакли сказал, что, если я вам продам хоть один цветок, он превратит мой магазин в общественный туалет для гоблинов.

– А если я предложу вам… – Я достаю флакон с надписью «Эликсир вечной страсти» (побочные эффекты включают временное превращение в лягушку после окончания действия, но зачем ему это знать, когда он такой хам?).

Флорист жадно смотрит на флакон, потом разочарованно на меня, потом снова на флакон.

Я оказываюсь за дверью быстрее, чем успеваю запустить руку в сумочку за Шерхом.

Что ж, хорош-ш-шо! У меня еще есть варианты.

Магическая лавка «Волшебный пустячок» встречает меня громким криком.

– НЕТ-НЕТ-НЕТ! – вопит хозяин, прячась за прилавком. – Я уже получил письмо с угрозами, три проклятия и визит налогового инспектора! И это только за сегодняшнее утро.

– Но я всего лишь хочу…

– НЕТ!

– Даже если я…

– НИ ЗА ЧТО!

Я тяжело вздыхаю и достаю Шерха. Мой розовый змей лениво облизывается, глядя на витрину с бумажными предсказаниями.

– О боги, только не это! – кричит маг. – Он же сжует мою коллекцию редких заклинаний!

– Он просто хочет помочь с сортировкой, – пожимаю я плечами. – По вкусу.

В итоге мне удается выторговать три волшебные гирлянды (которые при попытке потренироваться в офисе почему-то зависают в форме неприличного жеста) и обещание подумать над моим предложением (что на языке магов означает «Простите, мы слишком заняты в этом веке. Обратитесь к кому-нибудь другому»).