Алиса Селезнева. Сто лет тому вперед
- -
- 100%
- +
– Да, – сказал он, – к маскараду.
– Ты неправильно оделся, – сказал старик. – В мои времена все мальчики ходили в так называемой школьной форме. Школьная форма состояла из темно-серых с синим отливом брюк и такого… как бы сказать… пиджака. Ты знаешь, что такое пиджак?
– Представляю, – сказал Коля. И чуть было не добавил, что у его отца пиджак и вообще у всех мужчин пиджаки. Но тут же спохватился: прошло много времени, наверно, ребята забыли про пиджаки.
Но старик не обращал внимания на ответы Коли. Ему самому нравилось говорить. В кустах, рядом с дорогой, стояла скамейка. Она была мало похожа на скамейки, которым положено стоять на улице. Она была низкой, похожей на диван. Когда старик слез со своего колеса и сел, пригласив Колю последовать его примеру, оказалось, что скамейка мягкая, словно набита пухом.
– Отдохнем, – сказал старик. – Пять минут. Я немного запыхался. Меня зовут Павлом. А тебя?
– Коля.
– Ты не спешишь?
Коля не знал, что ответить. Он не знал, спешит он или нет. Конечно, жалко было сидеть на мягкой скамейке и терять время на разговоры о пиджаках, в которых Коля разбирался лучше старика Павла. Но старик был первым человеком из будущего, с которым Коля встретился. И он ни в чем Колю не подозревал.
Старик не стал ждать ответа.
– Так вот, – сказал он, – я должен подробнее объяснить тебе, что такое пиджак. Это старинный род одежды, в которой мужчины ходили во времена моей юности. Происходит он от сюртука, который носил Пушкин…
– А почему вы не купите двухколесный велосипед? – перебил старика Коля. – Ведь неудобно на одноколесном ездить.
– Врачи рекомендуют, – сказал старик. – Для развития мышц. В моем возрасте нельзя пренебрегать советами врачей. Ты хочешь мои мышцы пощупать?
Старик согнул руку в локте и дал Коле пощупать мышцы. Мышцы были крепкие. Покрепче, чем у Коли.
– Так вот, – продолжал старик. – Пиджаки застегивались на пуговицы… Впрочем, ты об этом знаешь, в твоем маскарадном костюме есть эти неудобные предметы. Я рекомендую внести поправки в твой костюм.
– А мне кажется, – сказал Коля, стараясь говорить вежливо, – что у меня совершенно правильный костюм. Он не школьный, а так, на каждый день.
– На каждый день мы носили белые рубашечки, – возразил старик Павел, – и черные брючки. И сандалии. Да-да, сандалии.
– Так это когда было… – сказал Коля. – Совсем в другое время.
– Как так – в другое? – удивился старик. – В какое другое?
Коля на взгляд прикинул возраст старика – получалось лет шестьдесят. 2082 минус шестьдесят – получается 2022. Плюс десять или двенадцать лет. Получается 2032.
– Ну в тридцатых годах этого века, – сказал Коля.
Старик начал хохотать так, что два зеленых попугая взлетели с ветки и закричали человеческими голосами:
– Позорр! Позорр! Кто соррвал ррозу?
– Ну и наивность! – сказал старик, вытирая слезы. – Ну и шутник! Ты мне льстишь безбожно. Неужели я так молодо выгляжу?
– Не очень молодо, – сказал чистую правду Коля, – но на велосипеде вы катаетесь хоть куда.
– Тогда я открою тебе тайну. Мне завтра исполнится сто семнадцать лет.
– Не может быть! – сказал Коля. – Значит, вы из Абхазии?
– Почему?
– Там живут долгожители. Но они питаются сыром и вином и пасут овец.
– Нет. Я из Москвы, а питаюсь я большей частью кефиром и очень люблю бараньи отбивные. Ты любишь бараньи отбивные?
– Обожаю, – признался Коля. Он все еще не мог одолеть удивление. – Значит, мы с вами ровесники!
– В известном смысле, – согласился старик. – Если принять во внимание твой костюм, мы ровесники. Но должен тебе еще раз с полной ответственностью повторить, что в мое время мальчики одевались иначе. Я мог забыть, что было пятьдесят лет назад, но что было в прошлом веке, помню.
Ну что ты будешь делать! Старик был так уверен, что спорить с ним невозможно. Да Коля и не хотел спорить. Он был поражен. Рядом с ним сидел его сверстник. Который через сто лет катается на одноколесном велосипеде и носит красные тапочки. Значит, может, и Коля будет жить еще сто лет?
– А как здоровье? – спросил Коля участливо. – Не беспокоит?
– Не жалуюсь. Спасибо медицине. Только сплю плохо.
– Ну это не страшно, – сказал Коля. – А вы какую школу кончали?
– Сто двадцать третью, английскую. На проспекте Мира.
– Я тоже в английской учусь, – сказал Коля. – Ду ю спик инглиш?
– Йес, ай ду, – сказал старик Павел. – И хорошо учишься?
– Когда как, – сказал Коля. – Задают много.
– А я думал, что теперь ничего не задают.
Коля спохватился:
– Иногда.
– А вот мои правнуки говорят, что ничего не задают. Наверно, я правильно делаю, что им не доверяю.
– А вы на какой каток ходили? – спросил Коля старика.
– Я – в Сокольники. А ты?
– Я – в Парк культуры.
Но тут Коля решил больше не углубляться в воспоминания, потому что он наверняка сморозит какую-нибудь глупость. Пять минут прошло, но старик Павел не спешил уходить. Ему нравилось беседовать с молодым человеком, который вдвое уменьшил его возраст. Как известно, пожилые люди обожают, когда им вдвое уменьшают возраст.
По небу протянулась белая полоса. Она так быстро возникла, что никакой реактивный самолет с такой скоростью не смог бы пролететь.
– Что это? – спросил Коля.
– Сплинтер, – сказал старик равнодушно. – А может, рейсовый на Луну. Там ведь фестиваль. Разве не знаешь?
– Знаю, – сказал Коля. – Но мы к маскараду готовимся.
Над улицей медленно летел перламутровый шар в полметра диаметром. Поравнявшись со скамейкой, шар изменил свой путь и направился прямо к ним. Коля немного испугался, но старик поманил шар и, когда тот приблизился на расстояние вытянутой руки, щелкнул пальцем по его боку. В шаре появилось отверстие, и из него на ладонь старику Павлу выпала черная штука, похожая на портсигар.
– Почитаем газетку, – сказал старик.
Шар взвился в воздух и отправился искать других читателей.
Коля искоса поглядывал на старика, который нажал какую-то кнопку сбоку портсигара, портсигар превратился в разноцветный экран, и по нему побежали различные кадры. Коле неудобно было заглядывать сбоку, он только услышал, как мелодичный женский голос произнес:
«…Фестиваль на Луне обещает быть самым интересным зрелищем этого года… Началась дискуссия в ООН…»
В этот момент Коля отвлекся, потому что по улице наперегонки, не касаясь мостовой, промчались три прозрачных шара, в которых на мягких сиденьях расположились люди. Они шарами не управляли, а один из них даже читал такую же газету, как старик Павел.
Коля вспомнил, что время идет, все куда-то едут, он один бездельничает.
– Простите, – спросил он, – который час?
Колин ровесник, не отрываясь от газеты, протянул к Коле руку. На запястье старика был браслет, широкий, но без всяких изображений. Вдруг на браслете вспыхнули слова и цифры:
Время 10.12.36 t +15 °C. Дождя не будет.
– Спасибо, – сказал Коля, который решил ничему не удивляться.
Глава 4
Синяя лошадь и другие лингвисты
Ровесник Коли, которого можно было бы назвать Пашкой, если бы он не был таким старым, углубился в чтение газеты и обо всем забыл. Поэтому Коля тихонько поднялся со скамейки и пошел дальше. У него появилась идея: попасть на космодром и, если удастся, сгонять на Луну. Туда же ходят туристские корабли, значит, это недолго. Конечно, Коля понимал, что, если он проживет столько, сколько старик Павел, или чуть поменьше, он еще не раз слетает на Луну или на Марс. Но это когда-то. А ведь человеку все хочется получить сейчас. Коля не стал спрашивать старика, как пройти на космодром, потому что каждый москвич через сто лет должен будет это знать.
Коля поглядел по сторонам и увидел знакомый дом. Дом стоял на высоком склоне холма, его колонны белели за деревьями. Сто лет назад дом стоял на Гоголевском бульваре, в нем был Союз художников и даже висела памятная доска, что здесь жил Тургенев.
– Здравствуй, старый знакомый, – сказал Коля. – Приятно встретиться со старым домом.
– Здравствуйте, – ответил кто-то рядом. – Разве мы с вами раньше встречались?
Коля оглянулся, но никого рядом не было.
– Я с вами и сейчас еще не встретился, – сказал Коля. – Вы где?
– Если вы сделаете еще шаг, то обязательно на меня наступите. И это будет грустно.
Коля посмотрел под ноги и увидел светло-зеленого котенка с одним сиреневым глазом посреди лба.
– Нет, – сказал Коля, присмотревшись к странному животному. – Мы с вами еще не встречались. У нас такие не водятся.
– Тогда разрешите представиться: я известный космический археолог, специалист по вымершим языкам профессор Рррр.
– Коля.
– Очень приятно. Почему же вы остались в городе в этот воскресный день? Все мои друзья разъехались кто куда.
– Мы к маскараду готовимся. Из жизни двадцатого века, – сказал Коля. – А вы с другой планеты?
– Разумеется. Я здесь на семинаре по структурной лингвистике. Вы не интересуетесь структурной лингвистикой? Это очень увлекательно. У нас в семинаре два семиклассника и один третьеклассник. Не считая профессоров и академиков.
– Нет, – признался Коля, – лингвистикой я не интересуюсь. Я интересуюсь футболом.
– И я тоже, – сказал Рррр. – И даже иду на футбол. Какое совпадение!
– А кто играет? – спросил Коля.
– А вы не знаете! – От удивления Рррр развел зелеными пушистыми ручками. – Это же матч века! Сборная Марса со сборной внешних баз. На Кубок Системы.
– А когда начало?
– Через полчаса. Мы успеем. У вас есть билет?
– Нет у меня билета, – сказал Коля. И расстроился. На матче тоже стоило побывать. Хотя на космодроме нужнее.
– Погодите немного, мой молодой друг, – сказал археолог Рррр. – Сейчас подойдет доцент Спуси-ва-пус-ва-пас-ва-пос. Может быть, у него есть лишний билет.
– Хорошо, – согласился Коля. – Подождем доцента. А скажите мне, пожалуйста, как проехать на космодром?
– Не может быть, чтобы вы не знали! – воскликнул Рррр. – Вы шутите!
– Ни в коем случае, – сказал Коля. – Я забыл.
– Так садитесь на третий автобус, – сказал Рррр. – Выйдете на проспекте Мира. А оттуда флипнете до космодрома.
– Спасибо, – сказал Коля. – А где третий останавливается?
Рррр засмеялся тонким голоском и не мог остановиться. Видно, слова Коли показались ему очень смешной шуткой. Он собирался смеяться до бесконечности, но тут рядом раздался строгий бас:
– Что смешного? Юноша играет свою маскарадную роль.
– Ах, – сказал археолог Рррр. – Разрешите представить: мой друг доцент Спуси-ва-пус-ва-пас-ва-пос. А это мой новый друг Коля.
– Очень приятно, – сказал двухметровый аквариум на трех ногах. Внутри аквариума сидела небольшая синяя лошадь. Перед ее мордой висел в воде микрофон, а снаружи аквариума высовывался небольшой рупор. – И не смотрите на меня квадратными глазами, молодой человек. Я же не виноват в том, что на Земле никуда не годная атмосфера и приходится ходить в скафандре.
– Конечно, я не удивляюсь, – сказал Коля. – Вы ведь тоже с другой планеты?
– Из другой галактики, – пробасила синяя лошадь.
– Послушай, доцент, – спросил Рррр, – у тебя нет случайно лишнего билетика для нашего друга Коли?
– У меня было четыре билета, потому что я не умещаюсь на одном месте. Но один билет я отдал моему коллеге доктору Команьяну с планеты Кроманьян. А вот и он идет.
Коля с некоторой опаской поглядел в ту сторону, потому что ждал уже кого угодно. Но доктор Команьян с Кроманьяна оказался обычной садовой лейкой с ногами и руками.
– Так что же нам делать с Колей? – расстраивался археолог Рррр.
– Он может сесть на меня сверху, – сказал доцент Спуси и так далее, – и спустить ножки в аквариум-скафандр.
– Нет, – возразил Команьян с Кроманьяна, похожий на садовую лейку. – Зрители сзади будут сердиться. Они и без того будут на тебя сердиться за то, что ты заслоняешь им зрелище.
– Пускай смотрят сквозь меня. Я частично прозрачный, – сказала синяя лошадь.
– Не расстраивайтесь, – успокоил ученых лингвистов Коля. – У меня другие дела. Я на космодром съезжу.
– Нет, – сказал археолог Рррр, – я этого не допущу. Я отдам тебе свой билет. Моя подруга Алиса сделала бы то же самое.
– Ничего не выйдет, – сказал Команьян с Кроманьяна. – Ты забыл, что у тебя не полный билет, а четвертушка. Ты сам будешь сидеть у меня на коленях.
И чтобы ни у кого не было сомнений, что у него есть колени, доктор Команьян с Кроманьяна щелкнул костяным пальцем по костяному острому колену.
«Бедный Рррр, – подумал Коля. – Эти колени проткнут его насквозь».
– Ну, до свиданья, – сказал он. – А то вы опоздаете. При встрече все мне расскажете.
Космические гости поспешили дальше, и, пока они не скрылись из виду, Коля смотрел им вслед. Справа шел аквариум с синей лошадью, слева – садовая лейка, а посередине – котенок без хвоста. Они уже забыли о Коле и громко обсуждали проблему расшифровки восьмого главного ряда.
Космических гостей обгоняли другие болельщики. Некоторые шли пешком, иные летели над самой землей в прозрачных шарах, над головой пронеслась стая мальчишек с крыльями за спиной. Они махали этими крыльями, как стрекозы. Все они были одеты ярко и даже легкомысленно, а некоторые, несмотря на прохладный день, в одних плавках. Друг другу они совсем не удивлялись и даже космическим гостям не удивлялись, а вот на Колю смотрели с изумлением, а одна девочка, которая делала шаги по десять метров, потому что вместо туфель у нее были пружины, подпрыгнула к Коле и сказала:
– А у нас маскарад интереснее. Мы в рыцарей одевались.
– Погоди, ребенок, – сказал Коля. – Скажи мне, где найти третий автобус?
– Иди налево по бульвару, – сказала девочка. – Он у памятника Гоголю стоит.
Глава 5
Ты любишь мангодыню?
Бульвар сильно изменился за прошедшие годы. Во-первых, он стал втрое, если не впятеро шире, так что, если идешь посредине, краев не видно. Во-вторых, деревья и вообще растения изменились. Правда, осталось несколько старых деревьев, лип и кленов, но между ними росли цветущие яблони, груши и даже пальмы. Когда Коля подошел поближе, он обнаружил, что некоторые из деревьев, видно самые нежные, были окутаны тонким прозрачным пластиком, а вокруг других циркулировал теплый воздух, который поднимался из решеток, спрятанных в молодой траве. Рядом с дорожкой стояло странное дерево – будто лопух или, вернее, щавель, увеличенный в тысячу раз. Между листьями висела гроздь зеленых бананов. А на земле рядом с деревом сидела мартышка и чистила сорванный банан.
При виде такого тропического зрелища Коля вспомнил, что он голодный. Кроме стакана кефира и бутерброда с чаем, он ничего с самого утра не ел. Кроме того, он любил бананы. И он подумал: если обезьяне можно питаться плодами на Гоголевском бульваре, то человеку это тем более не запрещено.
На всякий случай Коля осмотрелся, но никого не увидел. Он подошел к банановому дереву и сказал мартышке:
– Отойди, а то укусишь.
Мартышка оскалилась, но отошла и снова принялась чистить банан.
Коля встал на цыпочки и начал отрывать банан от грозди. Банан отрывался с трудом, все дерево раскачивалось. Еле-еле Коля отодрал один плод от грозди и только хотел сесть рядом с мартышкой и очистить его, как из кустов вышел здоровый парень постарше Коли, в красных трусах, на которых были нашиты кометы, и сказал:
– Дурак! Что ты делаешь?
Если бы это был взрослый, то Коля, наверно, извинился бы, но перед парнем Коля извиняться не хотел.
– А что? – сказал он. – Обезьянам можно, а мне нельзя?
– Он же незрелый. И вообще кормовой, для скота выведен. Ты что, бананы любишь?
– А тебе какое дело?
– А мне никакого.
– Так и иди своей дорогой.
– Не пойду. Я селекцию провожу, а ты себя ведешь как грудной ребенок.
– А обезьяна? – спросил Коля. – Ты посмотри, сколько возле нее кожуры валяется.
– Сравнил себя с обезьяной! – сказал презрительно селекционер. – Для нее же это основная пища.
Мартышка заметила, что на нее смотрят, и на всякий случай сиганула с бананом в лапе на ветку липы.
– Пойдем, – сказал селекционер.
– Не пойду, – сказал Коля.
– Боишься, что ли?
– Я? Боюсь? Да я таких, как ты, десяток одной левой перекидаю!
– А я с тобой и связываться не буду. Мы в разных весовых категориях, – сказал селекционер. – А банан ты ешь, если хочется. Мне не жалко. Все равно уже сорвал.
– Я его для обезьяны сорвал, – соврал Коля. – У меня дома обезьяна живет, вот я и сорвал.
– А ты где живешь?
– Далеко, – сказал Коля.
– Не в Москве?
– Нет, не в Москве.
– А где?
Коля стал быстро думать и вспомнил, что его бабушка живет в Конотопе.
– В Конотопе, – сказал Коля.
– Знаю, – сказал селекционер. – Оттуда родом Милена Митина, правда?
– Правда, – согласился Коля. Надо же так: сейчас будет спрашивать про какую-то Милену Митину, а Коля даже не знает, чем она знаменита!
– Нет, – поправил сам себя селекционер. – Милена из Костромы. В Конотопе шахту к центру Земли роют.
– Роют, – сказал Коля убитым голосом.
– Странный ты какой-то, – сказал селекционер. – Тебя как зовут?
– Коля.
– А меня Джавад. Ты в чем специализируешься?
– Как так?
– Ну, кем будешь?
Коля не успел придумать ответ. Он уже понял, что всякие там старики куда менее опасны, чем свой брат школьник.
К счастью, Джавад тут же отвлекся. Они вышли на поляну, посреди которой был большой бассейн. За бассейном – поляна, усеянная цветами и небольшими кустиками. Среди цветов виднелись яркие одежды людей.
– Эй! – крикнул Джавад. – Лена, выходи, дело есть!
В центре бассейна вода забурлила, и в брызгах появилась девочка. Не вынырнула, а словно поднялась по пояс. И тут Коля понял, что девочка сидит верхом на огромной рыбе. Рыба быстро поплыла по кругу, выставив из воды гладкую блестящую спину. А когда рыба подплыла к краю бассейна, где стояли Коля с Джавадом, оказалось, что это не рыба, а дельфин. Дельфин замер у кромки воды, глядя на Колю веселым маленьким глазом, и Коля протянул ему банан.
– Не сходи с ума, – схватил его за руку Джавад. – Ты его потом будешь от поноса лечить? Разве дельфины едят бананы?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.