Ведьмы не проигрывают

Пролог

В небольшой квартирке стоял полумрак, лишь несколько свечей, расставленных прямо на полу, освещали лицо молодой девушки. Из-за огня ее волосы отливали насыщенным алым оттенком, а зеленые глаза сверкали безумным восторгом. Она выглядела словно ведьма, сбежавшая со страниц старинного предания. Хоть реальный мир вовсе не сказка, но вот ведьма была настоящей.

– Если любовь – это бабочки в животе, тогда ненависть – глисты в желудке? Ненавидеть значит презирать или же бояться? Это омерзительное чувство опустошает, выворачивает наизнанку, вытаскивает наружу всю желчь и тьму, которые прятались в самых потаенных уголках души. Стоит поддаться сладким уговорам ненависти, и ты уже никогда не сможешь вырваться из ее ледяных лап. Не успеешь опомниться, как внутри тебя ничего не останется: ни любви, ни понимания, ни сочувствия, только непроглядная тьма. Где же ненависть берет свое начало? Как ни странно, из любви. Чем сильнее любишь, тем больше будешь ненавидеть. Но есть ли у нее конец? Это прощение? Бред. Разве можно взять и простить того, кто растоптал твое сердце, а потом еще и в душу плюнул? Конечно же, нет. Конец ненависти – это месть, – возвышенным голосом зачитала девушка страницу из потрепанного блокнота, и с улыбкой посмотрела на черного кота, лежащего у нее на коленях. – Ну разве не поэтично?

– Твоя бабка знала толк в романтике, – недовольно буркнул кот и показательно зевнул. – Зачем она ведьминские зелья на черном рынке толкала, лучше бы роман написала. У нее явно был большой талант.

– Ничего ты не понимаешь, тупой комок шерсти.

Девушка разозлилась и скинула черное нечто на пол. Злобно прошипев что-то нечленораздельное, кот прищурил желтые глаза и осуждающе посмотрел на свою хозяйку.

– Ты же сам говорил, что моя бабушка была гениальной ведьмой. Вон какую толстенную книгу зелий написала.

– Да-да, все ради того, чтобы ее любимая внучка сжила со свету всех своих недругов. Именно для этого она это и накорябала. Молодец, ты разгадала ее злой замысел.

– Не пропадать же добру, в конце концов, – протянула девушка, бросая в маленький котел на газовой горелке, стоявший прямо посреди ничем не примечательной гостинной, скрюченную куриную лапку. – Я уверена, что бабушка бы одобрила мой план. Ну или хотя бы не стала мешать. Судя по ее дневнику, она сама проклинала всех направо и налево, так что ничего страшного не случится, если я позаимствую ее разработки.

– Как у тебя все просто. Силенок-то хватит? В отличии от тебя, безнадежной неумехи, бабка твоя могущественной была. Для нее варить эти зелья – все равно что конфетку у младенца отобрать. А вот ты можешь коньки отбросить случайно, и закончится твоя месть, так и не начавшись.

Котяра гневно махнул хвостом. Молодая ведьма уже сбилась со счета, так часто ее питомец повторял это движение. Она не могла перестать удивляться тому, что он до сих пор не улетел на своем хвосте, как на пропеллере.

– Уж переживу как-нибудь, спасибо за заботу, – кисло улыбнулась девушка и бросила в кота другую куриную лапу. Он лишь раздраженно фыркнул.

– Ты что-то путаешь, я не о тебе забочусь. Если ненароком помрешь, кто меня кормить будет?

– Ничего страшного, вернешься на помойку. Так сказать, дом милый дом. Ты, наверное, соскучился по нему. Может сходишь проведаешь? Уверена Рэкс по тебе ужасно соскучился.

При упоминании заклятого врага, у кота шерсть встала дыбом, и он злобно зашипел.

– Да делай ты, что хочешь, мне какая разница. Только потом не жалуйся, что все тело болит, я за тобой ухаживать не собираюсь.

– Не припомню, чтобы просила о таком.

Кот нарочито медленно повернулся к своей хозяйке задом и снова вильнул хвостом. Но вот его глаза продолжили внимательно наблюдать за ней, хотя она этого не замечала.

Ничего не ответив на акт неуважения со стороны нахального животного, девушка взяла в руки острую иглу. Она с силой надавила ею на подушечку указательного пальца и слегка поморщилась. Дождавшись, когда старинные настенные часы начнут бить полночь, ведьма поднесла палец к котлу. Несколько капель темно-алой крови упали в кипящую жидкость, которая забурлила с новой силой и слегка задымилась.

На губах рыжеволосой девушки засияла довольная улыбка.

– Готово, – радостно захлопала она в ладоши. – Начало моей мести положено. Теперь все получат по заслугам. Вот увидишь, они будут ползать у меня в ногах и умолять о снисхождении. И плевать, чего мне это будет стоить.

Ведьма громко расхохоталась. Ее веселью не было предела, но продлилось оно недолго. Только часы пробили двенадцатый удар, как она закрыла глаза и погрузилась в глубокий сон. Ее тело горело адским огнем, каждая мышца невыносимо болела. Вот только девушка не кричала. Точно спящая красавица она не могла проснуться сама. Лишь спустя долгие часы непрекращающийся страданий ее глаза вновь откроются.

Минула полночь, и черный кот превратился в молодого мужчину. Не секунды не раздумывая, он подхватил свою хозяйку на руки и отнес на кровать, бережно закутал в одеяло и убрал с ее лба прядь вьющихся волос. Он и сам не понимал, зачем все это делает. Но каждый раз, когда смотрел на нее, внутри появлялась странная нежность, которая словно маленький котенок царапала сердце, от чего становилось больно и приятно одновременно.

– Сдалась тебе эта месть, – устало протянул мужчина, прикладывая свою прохладную руку к горячему лбу девушки. – Колдовство – это не детская игрушка. Почему ты никак не поймешь этого.

Он приложил вторую руку к старому ожогу на своей груди, расположенному ровно там, где под ребрами билось сердце, и криво усмехнулся.

– Я не смогу всегда быть рядом и следить, чтобы ты не свернула шею. Не хочу видеть, как ты сама себя разрушаешь, поэтому остановись, пока полностью не сломалась.

Глава 1

С самого детства Крис называли странной.

В детском саду все смеялись над ее волосами. В то время как у других девочек были послушные светлые или русые локоны, у Крис на голове была огромная копна рыжих кудряшек. Как-то раз, на утреннике, их группа показывала сценку по мотивам сказки “Гуси-лебеди”, в которой Крис хотела сыграть главную роль. Она готовилась несколько дней и заранее выучила все реплики. На прослушивании воспитательница похвалила ее за самое выразительное чтение, вот только ей досталась роль Бабы Яги, как раз из-за ее волос. Совпадение или злой умысел судьбы? В итоге Крис получила обидную кличку, которой ее дразнили до самого выпуска. Сама она не хотела мириться с такой несправедливостью. Каждый раз, когда ее обзывали, девочка устраивала кровавую бойню. Дети перестали над ней смеяться, они начали бояться Крис. И к “Бабе Яге” прибавилось “чокнутая”.

Чокнутая Баба Яга. Довольно жестокое прозвище для ребенка. И очень обидное. Но Крис не думала, что с ней что-то не так, наоборот она была уверена, что все вокруг не правы. Виноват не тот, кого дразнят, а те, кто это делает. Так говорила бабушка, и Крис была полностью с ней солидарна.

Стойко пережив тяжелые детсадовские годы, Крис полная надежд пошла в школу. Она была уверена, что теперь у нее появятся настоящие друзья, которые не будут обижать и дразнить. Поначалу все действительно было хорошо. Девочка нашла себе подружек, и они вместе весело смеялись на уроках. Да и в классе атмосфера была хорошей. Дети старались дружить и почти никогда не ссорились. Все учителя называли их самыми добрыми на параллели.

Когда Крис была на третьем году школы, у них стали проводится совместные уроки физкультуры с другим классом. Там она встретила девочку, которая ходила с ней в одну группу в детском саду. Та сразу же вспомнила рыжие кудряшки и старое прозвище. На очередном уроке сдавали норматив – прыжок в длину. У Крис никогда не получалось прыгать достаточно далеко, но в этот раз она решила приложить максимум усилий. Выслушав наставления учителя, Крис со всей силой оттолкнулась от земли. Она была уверена, что в этот раз ее непременно ждет успех, но так переволновалась, что забыла разогнуть согнутые ноги. Приземление было очень неудачным. К счастью, серьезной травмы удалось избежать, но коленки были разодраны в кровь, и та самая девочка из детского сада не упустила возможности подшутить.

“Что, Яга? Забыла как летать?” – спросила она, пока учитель ходила за перекисью, и оба класса, включая подруг Крис весело расхохотался.

Тут-то и всплыло старое прозвище. Все с интересом расспрашивали, откуда оно появилось и кто его придумал. Со временем “Баба Яга” забылось, а вот “чокнутая” осталось. Именно так начали называть Крис все параллельные классы. Ее неудачный прыжок еще несколько лет был поводом для всевозможных шуток, а она больше никогда не старалась сдать этот норматив. Теперь над ней смеялись не из-за внешности – это плюс. Дети начали смеяться над ее способностями – это жирный минус. Крис сильно расстраивалась по этому поводу, но бабушка ее успокоила.

“Хоть у тебя не получается прыгать, но зато ты прекрасно читаешь стихи. Вся школа не может нарадоваться. Пусть в чем-то ты плоха, но и о сильных сторонах не стоит забывать”, – сказала бабушка, и девочка ей поверила.

С тех пор Крис стала еще активнее выступать на конкурсах чтецов и получала много грамот и дипломов. Она не считала себя странной, просто что-то у нее получалось хорошо, а что-то не очень.

Крис очень старалась поладить с одноклассниками, но дружить с теми, кто в лицо называл ее чокнутой, совсем не хотелось. Поэтому выбор был невелик. В седьмом классе во время подготовки к очередному конкурсу она начала общаться с девочкой из параллельного класса. Получилось это как-то само собой. Ее звали Катя, и стихи она читала изумительно. На каждом конкурсе жюри захлебывались слезами. Но сама Катя терпеть не могла все это, и уроки ее раздражали, поэтому она частенько прогуливала. Чтобы ее не раскрыли, врала учителям, что готовится к конкурсу, а в кружке говорила, что у нее очень важные занятия, которые никак нельзя пропускать. Удивительно, но это работало. Взрослые настолько верили в ее невинность, что не допускали мысли, будто звезда школы может прогуливать. Для большей достоверности она просила Крис прикрывать ее, так они и сдружились.

Одним холодным зимним днем, после уроков Катя потащила ее за гаражи возле школы. Крис никак не могла понять зачем, и только когда ей протянули сигарету, она неожиданно для себя осознала, что ее новая подруга та самая “плохая компания”, которой ее всегда пугала бабушка. Разумеется она отказалась, но Катя была крайне настойчива. Подруга уговарила, угрожала и даже пыталась взять на слабо, но Крис была непреклонна. В итоге между ними завязалась ссора, из-за которой мимо проходившая учительница заметила их компанию и сразу же потащили к директору. Вызвали родителей, был грандиозный скандал, вот только бабушка Крис не смогла прийти из-за работы. Тринадцатилетняя девочка осталась наедине со своими так называемыми друзьями, их разъяренными родителями и негодующими учителями. Ее было некому защитить.

– Во всем виновата эта маленькая беспризорница, – кричала Катина мама. – Моя дочь никогда бы сама до такого не додумалась, она послушный и разумный ребенок. Наверняка эта девчонка понахваталась у каких-нибудь хулиганов, а теперь подсаживает невинных детей на всякую дрянь.

Директор старался успокоить негодующую женщину, обещая обязательно во всем тщательно разобраться, но мать и слышать ничего не хотела. Ей не нужно было расследование, она и так знала, кто во всем виноват, и требовала самого жестокого наказания.

– Давайте дождемся, когда придет бабушка Кристины, и вместе все обсудим, – настаивал директор.

– Понятно, как она следит за ребенком, раз не удосужилась прийти. Очевидно же, что во всем виновата эта малолетняя преступница. Кто ж еще? Органов опеки не хватает на ее бабку, а на нее саму отдела по делам несовершеннолетних!

Кое-как учителя смогли успокоить Катину мать, и она, пылая праведным гневом, ушла вместе с дочерью, небрежно бросив на прощание: “Что взять с девчонки, у которой нет родителей?”

Вернувшись домой, Крис долго думала о произошедшем и о тех словах, что услышала в кабинете директора. У нее было какое-то странное чувство, что что-то не так, но она не понимала, что именно.

На следующий день бабушка долго ругалась с матерью Кати. В итоге директор пришел к решению, что все девочки будут наказаны уборкой школы. Дружбе с Катей пришел конец. Кроме того они стали врагами. Катя затаила обиду, искренне считая, что именно Крис виновата во всей этой ситуации, а та не собиралась молча терпеть оскорбления, поэтому отвечала такой же злобой. Во время уборки между ними произошла настоящая драка, в которой девочки старательно выдергивали друг другу волосы. Катя испачкала свою новую блузку, в чем незамедлительно обвинила Крис, хотя ее форма пострадала не меньше.

“Чокнутая сирота”, – сказала в порыве гнева Катя и ушла, забыв про уборку.

И тут Крис поняла, что все это время не давало ей покоя. Она вспомнила кабинет директора, Катю, ее мать, других девочек и их родителей, а еще свою бабушку.

Крис никогда не задумывалась об этом, она не считала себя неполноценной из-за отсутствия родителей, ведь не помнила их. Они погибли, когда ей было два года. Крис всегда воспитывала бабушка, и девочка не знала никаких проблем, всегда была окружена любовью. Но теперь она осознала: и правда странно, что у нее нет родителей. Все вокруг говорили, что это ненормально. И Крис в это поверила.

“Я действительно странная”, – подумала она.

С тех пор Крис больше не надеялась завести друзей. Но через год, когда она пошла в восьмой класс, к ним перевелась новенькая, Вероника. Это девочка была настолько прекрасной, что Крис считала ее настоящей принцессой. Ника была не только красивой, но еще очень умной и талантливой. Вся школа моментально была ею очарована. Крис захотела подружиться со столь удивительным человеком, и это была ее главная ошибка. Именно с того момента все пошло наперекосяк.

Глава 2

Крис стояла в их с бабушкой квартире, перед закрытой спальней. Пять минут отчаянных попыток войти в комнату ни к чему не привели. Девушка то решительно бралась за ручку, то снова отпускала. Она не заходила туда уже целый год. Наверное, на полках скопились залежи пыли, поэтому уборка была необходима, и дальше откладывать ее нельзя. Но ей было страшно. Крис грустно усмехнулась. Она подумала, что если бы бабушка увидела столь жалкую картину, то обозвала бы ее трусихой. Девушка отдала бы все на свете, лишь бы еще хоть раз услышать, как ее ругают. Уже давно никто этого не делал. Бабушки не стало в прошлом году.

Собравшись с силами, Крис все-таки открыла дверь. Внутри все было по-старому. На кровати лежал любимый бабушкин плед, который она вязала всю зиму, на тумбочке стояли их совместные фотографии и духи со вкусом лаванды, а рядом – небольшая открытка. На ней кривым почерком было написано: “Любимой бабуле на ее очередной день рождения. Тебе уже 65! До сотни осталось совсем немного, так держать!”. Крис взяла открытку в руки и долго на нее смотрела, потом с силой отшвырнула на пол. Если бы она знала, что тот день рождения станет для бабушки последним, то написала бы что-нибудь более трогательное, а не эту ерунду. Она должна была сказать, что очень сильно ее любит и пожелать здоровья. Нужно было делать так на каждый праздник, а не придумывать дурацкие шутки.

В углу спальни стояло любимое бабушкино кресло, а на нем лежал недочитанный ею роман. Он так сильно ей понравился, что она не могла оторваться, и даже один раз, зачитавшись, сожгла ужин. Крис было грустно от того, что бабушка не успела дочитать книгу до конца.

Идеальный порядок на полках, одежда в шкафу висела строго по цветам, обувь была аккуратно убрана в коробки – все, как бабушка любит. Точнее любила. Вот только комната казалась пустой без своей хозяйки. Здесь совсем не чувствовалось ее присутствия. Крис осознала, что бабушка действительно ушла и уже никогда не вернутся в эту спальню, и по щекам потекли обжигающие слезы. Именно поэтому она и не хотела заходить сюда. Прибраться значит окончательно принять тот факт, что самого дорого человека в ее жизни больше нет.

Крис, шмыгая носом, принялась протирать пыль, попутно разбирая вещи. Она не решалась что-то выбрасывать, поэтому пока просто перекладывала все в картонные коробки. Девушка долго разглядывала и изучала содержимое шкафов и тумбочек, вспоминала знакомые вещи и иногда обнаруживала совсем необычные находки, которых раньше не видела. В одной из тумбочек Крис нашла закрытый ящик. Пришлось повозиться с поиском ключа, но любопытство было слишком велико, и то, что она увидела внутри, окупило все старания. В ящике стояло множество странных баночек, содержимое которых не вызывало доверия. Одна из них была яркого синего цвета, а этикетка гласила “сонное зелье”. На другой было написано “зелье правды”. “Зелье памяти”, “зелье удачи”, “зелье обаяния” и еще множество всяких “зелий”. Крис была потрясена. Ее бабушка не была суеверным человеком, она всегда руководствовалась логикой и любила читать научные журналы. Неужели столь разумная женщина могла верить в волшебные зелья? Крис никогда не замечала за бабушкой таких странностей, и ни за что бы в это не поверила, если бы не увидела собственными глазами. Рядом с разноцветными склянками лежало несколько потрепанных блокнотов. Крис достала один, и из него выпало письмо. Оно было написано ровным бабушкиным почерком.

“Дорогая моя внученька, Кристина.

Я никогда не собиралась рассказывать этого, но раз ты читаешь это письмо, значит меня уже нет в живых, и ты осталась совсем одна. Я больше не могу тебя защищать, и ты должна научиться делать это самостоятельно. Видишь ли наш мир совершенно удивительное место, в котором есть множество необъяснимых загадок. Одной из них является колдовство. Моя дорогая, ты, как и я, ведьма, а ведьмы всегда знают как за себя постоять. Ты, наверное, думаешь, что твоя старуха сошла с ума, но не торопись с выводами. На правах бабушки я прошу тебя о доверии. Проверь сама. В этих блокнотах ты найдешь все, что я узнала о колдовстве за свою долгую жизнь. Используй с умом и только в случае опасности. Надеюсь, такой необходимости никогда не возникнет, и ты не станешь, как и я, заложником этой силы. Знай, что у любого заклятья есть своя цена, и порой она слишком высока.

Люблю тебя, твоя бабушка

P.S. не грусти без меня слишком сильно, живи дальше и улыбайся почаще”.

Крис несколько раз перечитала письмо, но так ничего и не поняла. Она считала все это странной шуткой, точнее для нее было дикостью то, о чем писала бабушка. Какая сила? Какое колдовство? Его попросту не существует и не может существовать. Все это детские сказки. Ведьма? Еще смешнее. Неужели бабушка на старости лет начала бредить? Как объяснить то, что в ящике лежали блокноты, исписанные от и до какими-то странными рецептами?

“Положить в кипящую воду перо павлина, две капли слизи лягушки и чешуйки красного (подчеркнуто) карпа. Варить на медленном огне 20 минут, потом добавить несколько капель свежей росы, собранной на заре. Выключить огонь и оставить настаиваться двое суток”.

Не очень похоже на фирменный бабушкин пирог. И что за странные ингредиенты?

Крис громко рассмеялась. Одно из двух: либо ее бабушка была рьяной фанаткой ведьм, либо и правда сошла с ума. Девушка с шумом захлопнула странный блокнот и открыла другой, там было множество каких-то странных рисунков, напоминающих круги. Записи, сделанные бабушкой, гласили, что эти каракули называются колдовскими рунами, и они могут творить самое настоящее волшебство. Крис закрыла и эту тетрадь. Последним блокнотом оказался дневник бабушки, которой она вела в юности. Там рассказывалось о странных историях, которые с ней случались, о людях, с которыми она была знакома и, разумеется, о ведьмах. Это больше походило на фэнтезийный роман, чем на правдивый рассказ. Может бабушка мечтала стать писательницей и все это наработки ее романа?

Не зная, что и думать, Крис листала страницы дневника и читала все подряд. Хоть и звучало как абсолютный бред, она не могла оторваться. Перелистывая страницы, исписанные изящным почерком, девушка чувствовала незримое присутствие бабушки. Ей казалось, что они снова пьют чай, болтая ни о чем и обо всем сразу.

Незаметно для себя, Крис уснула в окружении дневников и ей снилось, что бабушка укладывает ее непослушный волосы, прямо как в детстве.

Глава 3

Проснулась Крис уже под вечер и с ужасом обнаружила, что опаздывает на подработку. Она решила разобраться с бабушкиными дневниками как-нибудь в другой раз, если вспомнит о них. Бегая по квартире так, словно опаздывала на сольный концерт любимого айдола, девушка смогла управиться за десять минут. Надев непримечательную одежду и забрав непослушные волосы в странное подобие пучка, она вылетела из дома и направилась в бар, который располагался в пяти минутах ходьбы. Крис подрабатывала там официанткой в вечернюю смену: надо же на что-то жить. К счастью, она не опоздала.

Была пятница, поэтому бар утопал в людях, даже все вип-комнаты заняли. Крис бегала от барной стойки к столикам, постоянно поднималась по лестнице, чтобы отнести важным гостям их очередной коктейль, и все это с профессиональной улыбкой, от которой спустя два часа начали болеть щеки. Работа не особо приятная, но за ночные часы платили хорошие деньги и не нужно было тратиться на проезд.

Смена хоть и была суетной, но довольно мирной. Никто из гостей не буянил, не ругался и не затевал драку. Крис уже понадеялась, что так и будет продолжаться до самой ночи, но ее желания редко сбывались. Ближе к десяти часам в бар ввалилась шумная компания из нескольких человек. Это явно была не первая их остановка, и молодые люди уже порядком опьянели. Они с шумом ввалились на второй этаж и начали скупать все подряд из барной карты. Если бы Крис увидела, кто нарушил спокойную атмосферу в заведении, то не секунды не раздумывая, сняла свой фартук и тут же уволилась. Но она была занята в подсобке, поэтому ничего не знала.

Забрав очередной заказ с барной стойки, девушка направилась на второй этаж, к той самой компании. Она безразлично отдала напитки, особо не вглядываясь в лица, и уже собиралась уйти, но ей помешал до боли знакомый голос, который она предпочла бы больше никогда не слышать.

– Чокнутая, ты что ли? – как и раньше насмешливый тон, и кличка, которая заменяла имя.

Крис испуганно вскинула голову и встретилась взглядом с красивой девушкой, которая в ту же секунду подбежала к ней и крепко обняла. Крис растерялась и хотела рефлекторно оттолкнуть ее, но в последний момент опомнилась и замерла как статуя. Аромат дорогих духов ударил ей в нос и, она мечтала высвободиться из объятий, походивший скорее на захват с удушением чем на проявление дружеской нежности. Крис осмотрела свою бывшую мучительницу беглым взглядом. Дорогая одежда, длинные идеально прямые волосы, яркий макияж и ослепительная улыбка. Она изменилась, стала выглядеть немного взрослее и увереннее, но при этом все еще оставалась той самой Катей, которую Крис уже успела позабыть.

– Сколько лет, сколько зим, – продолжала радоваться бывшая подруга. – Мы так давно с тобой не виделись. Уже два года прошло с выпуска. Ты где пропадала и почему не пришла на прошлую встречу выпускников? Я же специально тебе написала, чтобы ты точно не забыла.

Крис ничего не ответила. Даже если бы захотела, то не смогла. Ее горло сдавило невидимой рукой, стало тяжело дышать; хотелось бежать и как можно скорее, но ноги не двигались: они словно приросли к полу.

Не обращая внимания на ее растерянный вид, Катя окликнула парня, который был слишком увлечен рядом шотов и не замечал ничего вокруг.

– Виталик, оторвись наконец от выпивки и посмотри кто тут.

От этого имени у Крис обожгло лицо. Если встреча с Катей встревожила, то сейчас ее окутал непреодолимый стыд и смущение. Против своей воли она покраснела.

– Какая встреча, – воскликнул парень и широко улыбнулся. – Кристинка, какими судьбами тут?

Уголки губ Крис слегка дрогнули, и она мысленно ударила себя по лицу. Не в силах смотреть на кого-либо она опустила голову.

– Работаешь здесь? – спросил Виталик, разглядывая ее фартук. – Как всегда трудишься?

– Да, – еле слышно ответила Крис. Ей не пришло в голову, что еще можно добавить, поэтому она продолжила молча сверлить взглядом свои кеды.