Император Валгаллы
- -
- 100%
- +
Команданте выдохнул. Но нельзя сказать, чтобы с облегчением.
– Еще он мне подмигнул, – добавил Мигель. – Мне показалось – по-дружески.
– Рен тебе подмигнул? – не поверил Тутмос. – Ладно, веди этих надоед в гостиную.
– Всех?
– Что значит – всех? Обоих. Рена и полковника. Полковника, старого хрыча, лучше убивать в доме. Так ведь?
Мигель растерянно захлопал глазами, не зная, как понимать слова хозяин. Шутит тот, или говорит серьезно.
Наконец выдавил:
– С ними какая-то девица. Ее тоже…
– И девицу тоже тащи. Уж кого-кого, а девицу я точно не оставлю за воротами.
– Я так и думал! – Мигель помчался выполнять указание.
Тутмос кинулся в соседнюю комнату. Эта спальня была почти таких же размеров, что и комната команданте. Во всяком случае, кровать ничуть не уступала по габаритам ложу хозяина.
Едва скрипнула дверь, Ланьер вскочил. Был он в одних трусах, зато в руке – пистолет. Увидев команданте, Поль сел на кровать и спрятал оружие под полушку.
– В чем дело? Прибыл транспорт? – спросил Ланьер.
– Как бы не так! Прибыли рен Сироткин и полковник Скотт. Ты знаешь Сироткина? Ему можно доверять?
– Деньги можно давать в долг и на хранение. Себе не возьмет. А вот насчет тайн – не знаю. Ладно, поболтай с гостями о каких-нибудь пустяках, я скоро выйду к ним. Только про наши игрушки ни слова.
– Конечно, ни слова. Я же не дурак, как полковник! – приосанился команданте.
2
– Ничего себе поместье, – бормотал полковник Скотт, пока гости шли через холл в гостиную. – И этого человека называют бескорыстным! Видели, какие у него вазы? А люстра? А ковры? Кто за все это заплатил?
– У вас есть возможность спросить об этом у команданте, – отозвался рен Сиротин. – Впрочем, я уверен – он все это барахло мало ценит. – В отличие от своих спутников, рен свободно говорил по-испански.
– Ошибаетесь, рен, очень даже ценю, – команданте встречал гостей на пороге гостиной и отвечал по-английски. Говорил он довольно сносно, хотя и с сильным акцентом. – Особенно эту шкуру на полу. Прошу ступать осторожно. Она из Дикого мира, подарок друга, спасшего мне жизнь.
– Я бы на вашем месте носил эту шкуру на плечах, – сказал рен.
– Ого! Какая ж пуля может свалить такого зверя? – изумилась Женька.
– Двенадцатый калибр.
– Двенадцатый? – переспросила Женька. – Что же эта за пуля?
– Я имею в виду гладкоствольное охотничье оружие, – отвечал команданте, не скрывая самодовольства. – Двенадцать пуль отливаются из фунта свинца. Каждый мужчина должен разбираться в калибрах.
– Еще скажите, что этот дом вам тоже подарили, как шкуру.
– Вы угадали. А у вас, полковник, неужели нет собственного домика? – поинтересовался Тутмос.
– У меня нет таких друзей, команданте, – отозвался Скотт.
– Я столько лет жил под открытым небом, что имею право несколько деньков понежиться в мягкой кровати и поплавать в бассейне. Впрочем, полковник, не завидуйте: завтра я отправляюсь в поход. Когда уйду, можете расположиться в моих комнатах, как у себя дома. Мне не жалко. Плавайте в бассейне, загорайте, смотрите головидео в гостиной. Хотите?
– Мы хотим серьезно поговорить, – оборвал треп Тутмоса рен Сироткин.
– Неужели вы снизошли до серьезного разговора со мной? – хмыкнул команданте.
– Ну вот! Я же говорил! – возмутился полковник. – Этот человек – дешевый фигляр, разве можно иметь с ним дело?!
– Думаю, что да, – без тени насмешки отвечал рен.
– Ого! Оказывается, рен Сироткин умеет быть мудрым! – Тутмос захлопал в ладоши. – Ну что ж, я буду говорить серьезно, только разговор этот будет кратким. Вот моя речь, я ее заготовил на тот случай, если появится мудрый человек. Итак, господа, слушайте речь, предназначенную для мудрого человека. – Команданте поднял руку и застыл в позе римского оратора. – Я чувствую, что-то не так! Я чувствую – воняет дерьмом. Любой из политиков, писателей и комментаторов тут же заявит: дескать, только он знает, что нам всем делать. Я же говорю: «Не знаю». Я кричу: «Оглянитесь! Задумайтесь!» Меня не слышат. Тогда я беру автомат и начинаю стрелять, тогда меня слышат. И все тоже начинают стрелять. Мы все стреляем. – Команданте замолчал и опустил руку. – Ну, как?
– По-моему, вы сказали слишком мало, – заметил рен.
– Вообще-то он ничего не сказал. Переливал из пустого в порожнее, – буркнул Скотт.
– А что после пальбы? – спросила Женька.
– Девочка все поняла! Можно я тебя расцелую, крошка? – Не дожидаясь ответа, команданте чмокнул Женьку в губы. – Так вот, господа, я вас обманул! Я знаю, что делать! Надо идти в Чичен-Ицу!
– Мы хотим к вашему маршу присоединиться, – заявил рен Сироткин. – Я даже готов пожертвовать десять тысяч евродоллов на ваше дело.
– Поразительно! – команданте не сразу нашелся, что ответить. – И что… Полковник тоже пойдет с нами в Чичен-Ицу?
– Разумеется. В первых рядах, – подтвердил рен. Полковник лишь надменно сжал губы и кивнул.
– Это какая-то шутка? – не мог поверить команданте. – Рен Сироткин в рядах моей герильи? Вы же всегда были моим рьяным противником, рен! Я уж не говорю про полковника!
– Думаю, на время нам придется объединиться, – отвечал Сироткин.
– Не получится, – пожал плечами команданте. – Вы пойдете в одну сторону, а я в другую. Даже если вам будет казаться, что вы идете за мной.
3
Поль Ланьер наблюдал встречу на экране в соседней комнате.
– Значит, рен догадался, – пробормотал герцог. – Этого стоило ожидать. Он принял приглашение. Эх, Даня, Даня, ты хоть знаешь, каков будет итог? – Потом герцог перевел взгляд на Женьку и улыбнулся. – Из этой дикарки выйдет неплохая охотница. Ей понравится в Недоступных горах.
Поль прошелся по комнате, размышляя. И хотя он давно уже все решил, и оставалось только воплотить задуманное, его смущало присутствие рена. На первый взгляд казалось, что Сироткин принял правила игры, однако Ланьер чувствовал подвох. Вряд ли рен Сироткин захочет быть марионеткой. У него наверняка тоже есть свой план действий, но какой именно – Ланьер не знал. Почти наверняка план рена не совпадает с планом герцога по многим пунктам.
Война
Глава 7
1
Утро выдалось радостное, с легким морозцем. Снег искрился, деревья закутались в белое так, что лишь кое-где проглядывали темные ветви. Каланжо никогда не видел такого леса. На той стороне не осталось уже ничего подобного. Спору нет, в Вечном мире есть множество уютных уголков, красивых мест, парков и островков леса, похожих на парки. Но чтобы вот так в ряд стояли древесные великаны, – один к одному, такого нигде не найти. Разве что в заповедниках, куда не пускают людей. Да еще, говорят, в сибирской тайге остались такие места, если суметь прорваться через завалы мертвого рыжего леса, оставшегося от последней войны. Но туда лишь сумасшедшие пытаются пробиться. И никто не возвращается. Никогда.
На этой стороне Каланжо не бывал зимой. Теперь в первый раз смотрел, обмирая от незнакомого почти чувства, на белые, все в инее, деревья на фоне ярко-голубого неба.
Назад в крепость ехали по знакомой дороге. В этот раз машину вел Том. Парнишка был молчалив и мрачен.
– У нас тут больше суток прошло, – сказал Каланжо. – А в крепости сколько?
Раф зачем-то посмотрел на свои механические часы.
– Часов пять. Или шесть.
– Не так много. Я думал, замедление куда больше. До бессмертия еще далеко, – заметил Каланжо.
– Пять жизней вместо одной? – удивился Димаш. – Мне бы хватило!
– Раф, неужели тебе ни разу не хотелось в наш Вечный мир заглянуть – хоть одним глазком поглядеть, каково там? А?
Раф стиснул зубы и ничего не ответил.
– Может, этой осенью с нами уйдешь? – продолжал как бы между прочим Каланжо.
– Да что там у вас такого есть? Ничего хорошего, – буркнул Раф. – Машины повсюду, шпионство. Не хочу я к вам.
– Точно не хочешь? А может, наоборот, очень-очень хочешь, только мама с папой не пускают? – хмыкнул капитан.
Раф бросил на него полный ненависти взгляд.
– Мой отец – самый лучший! – заявил. – Он – герцог. Он – первый человек в этом мире!
– Мы в этом не сомневаемся, – хмыкнул Каланжо и, похоже, этим смешком еще больше Рафа оскорбил.
– Не зовите его с собой, – сказал Том. – Кто вырос в этом мире, для того, завратного, уже не пригоден.
– Заткнись! – в ярости выкрикнул Раф. – Это, может быть, ты не пригоден. А я смогу!
– Ну, так что, уйдем осенью? – подмигнул мальчишке Каланжо.
– Я подумаю, – Раф отвернулся и принялся смотреть в окно, чтобы ни капитан, ни сидящий рядом с ним Димаш не видели его лица.
2
У ворот крепости их встретил Хьюго. Стоял, засунув руки за широкий кожаный пояс, и смотрел, как тряский джип вползает в ворота. Двор был пуст. Лишь на башнях виднелись дозорные. Похоже, в крепости все занялись делами, даже ребятни не было видно во дворе.
– Вы что, господа, наш вездеход поменяли на этот драндулет? – ухмыльнулся начальник охраны.
– Нам надо переговорить с генералом, – заявил Каланжо, вылезая из джипа. Меньше всего сейчас он хотел давать отчет о случившемся Хьюго.
– Погодите, господа, не надо торопиться. Тут все не так просто. А где наш друг Ланьер? – Хьюго, прихрамывая, обошел джип. – Решил остаться в картофельной деревне? И вправду, там сытнее зимой, и не так хлопотно, как у нас. В крепости – куча голодных дармоедов, которыми трудно управлять, а у старосты Михала – всегда полный порядок. А почему? – Хьюго сделал паузу, словно ожидая вопроса, но никто из вновь прибывших разговор поддержать не стремился. – Потому что Михал из крепости все соки тянет, – продолжал Хьюго, сделав вид, что не заметил демонстративного молчания. – За наш счет жирует. Ну ничего, этому мы скоро положим конец.
– Ланьера похитили, – сообщил Димаш.
– Что вы сказали? Похитили? – шутовски передразнил Хьюго. – Не может быть! Он что, красна девица, чтобы его умыкать? Или ребенок? Раф! Почему ты не приглядел за дорогим братцем? Почему не объяснил ему, как опасно гулять в одиночку по нашим дорогам?
– Слушай, хватит кривляться, приятель! – одернул его Каланжо. – Где генерал?
Он выпрыгнул из джипа и направился к дому. Но Хьюго тут же заступил дорогу.
– Не надо обижаться, приятель! – сказал он. – Прежде расскажи, кто похитил вашего ненаглядного Ланьера? Кому он так понадобился? Или ты забыл, что я – начальник охраны? Мне нужно все знать.
– А нам нужно поесть! – заявил Каланжо. – Сначала накормите, а потом спрашивайте!
– Так это же вы, друзья мои, отправились за припасами! – рассмеялся Хьюго. – Что привезли, то и есть будем! Чем угостите, господа?
– Привезли два мешка картошки. Староста Михал дал, – похвастался Димаш.
– Два мешка? На всех? Это несомненный успех. Каждому достанется по картофелине. Отлично! Я потрясен вашими достижениями!
Бурлаков возник рядом. Как всегда – неожиданно и бесшумно, будто вырос из-под земли.
– Каланжо, что случилось? Где Виктор Павлович? – Он произнес эти слова скороговоркой. Как пароль. Как будто при этом думал совсем о другом.
– По моим прикидкам, Ланьера в Валгаллу увезли, – брякнул без всяких предисловий Каланжо.
При слове «Валгалла» Хьюго так и вытянулся струной. Бурлаков же окаменел. Несколько секунд он стоял неподвижно, потом дернул подбородком:
– Идемте со мной, Каланжо.
Бурлаков так спешил, что капитану пришлось за ним бежать.
«Куда он меня ведет? – размышлял он по дороге, пытаясь предугадать события. – В свой кабинет? В столовую? Ого! В госпиталь! Это еще зачем? Я же давно поправился, опять на больничную койку не хочу».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Свершившийся факт (фр.)
2
Пестун – подросший медвежонок из предыдущего помета.