Тень Нерона

Глава 3

Рынок “Изобилие”

Это утро началось точно также как и предыдущее: Корвина разбудил стук в дверь. Стук отозвался невыносимой болью в голове. Чтоб этот мерзавец провалился в Тартар! Чтоб его сжег Флегетон! Чтоб… Марк попробовал перевернуться и накрыть голову подушкой. Вместо подушки попался пузырь со льдом. Вернее, льда там уже не было – внутри плескалась вода. Корвин швырнул пузырь в сторону двери. Не добросил. Поднялся и пошел открывать.

Только в этот раз с утра пораньше его посетила не Верджи. На пороге стоял префект Главк.

Поначалу Марк моргнул в надежде, что Главк ему привиделся, потом ему захотелось заорать “нет” и двинуть префекту кулаком в лицо. Ведь Корвин здесь на отдыхе, а префект Главк должен оставаться на Лации и вести вместе с Суллой все важные уголовные дела. Или Главк тоже решил отдохнуть и составить Марку компанию? Корвин предпочел бы кого-нибудь другого в качестве компаньона. Честное слово!

– Привет, Марк! – Главк ухватил юного следователя за локоть, как будто в самом деле опасался, что тот сбежит. – Судя по твоему виду, ты, парень, не теряешь времени даром.

– Ну что еще? – спросил не слишком любезно Корвин.

Он шагнул к зеркалу и с изумлением обнаружил на лбу огромную багровую шишку.

– Кто тебя так приложил? – спросил Главк.

– Мой гид.

Корвин помнил, что вечером домой его привезла машина отеля, и наверх в номер ему помогали добраться два парня в форме отеля. Но руководила всем этим действом Верджи. Именно она уложила Марка в постель и принесла пузырь со льдом.

– Так можно одним ударом вышибить из головы всю патрицианскую память, – предрек Главк.

– Э, нет, у меня крепкий котелок!

– Надень мундир, совершенный муж, – посоветовал Главк. – Прилетать на место преступления в шортах даже на Островах Блаженных не принято.

– Место преступления?

Ах да! Позавчерашний взрыв в аквапарке. Получается, что Марку придется расследовать покушение на собственную особу, хотя он бы предпочел, чтобы этим делом занялся кто-то другой. Но так и быть ради собственной безопасности он разберется с этой троицей из лифта.

– Я не взял с собой мундир. У меня есть только шорты, свободные блузы и белый смокинг для вечерних приемов. Три пары плавок. Может быть, смокинг?

Главк протянул префекту по особо важным делам пакет с одеждой.

– Одевайся.

– А перекусить ты прихватил с собой? – Корвин с надеждой посмотрел на второй пакет Главка, правда, куда менее объемистый.

– Литр сока и пару булочек.

– И только? Я бы съел что-нибудь более существенное. Давай, закажем еду в номер. Позавтракаем вместе. Лососина, креветки, мидии. Ты не против креветок с утра? Преступники от нас не убегут.

– Мы летим на рынок. Можешь там чем-то перекусить.

– На рынок? – Марк уже протянувший руку к комустройству отеля, замер. – Разве? Но почему не в аквапарк?

– Тем делом занимаются другие.

– Не понимаю. О чем ты говоришь? Что стряслось? Кстати, ты, может быть, не слышал – меня позавчера пытались убить. – Корвин вдруг почувствовал какую-то детскую обиду на весь мир. Почему ему не дают развлекаться? Может он хоть раз в жизни как следует отдохнуть?! За все восемнадцать лет – восемнадцать коротеньких дней!

– Про твои приключения я слышал. Идем, я вкратце опишу ситуацию по дороге.

– Я собирался отправиться в аквапарк и выяснить, кто из копов хотел меня прикончить. Или про это ты тоже знаешь? Один из полицейских швырнул в меня гранату. К счастью, она не взорвалась, потому что коп забыл нажать на взрыватель. Моя спутница ее ловко поймала. Служители порядка, разумеется, все отрицают!

– Тебя приняли за бандита. Обычная некомпетентность колониальной полиции, – тут же ответил Главк.

– И ты сам в это веришь?

– Процентов на двадцать.

– А я не верю и на сотую долю процента. Мне сказали, что не было никакой гранаты! Ладно, едем, – неожиданно уступил Марк. Потому что понял, что ради обычной мокрухи Главк не стал бы прилетать с Лация на Острова Блаженных. – Но неужели дело на рынке важнее покушения на патриция Лация?

– Ты скоро сам оценишь степень его важности.

– Погоди! Я должен звякнуть Верджи.

– Верджи? Кто такой? – насторожился Главк.

– Мой гид.

– Это он тебя разукрасил?

– Не он, а она. Придется сообщить моему очаровательному гиду, что сегодня утром я в ее услугах не нуждаюсь.

– Боюсь, и вечером – тоже, – усмехнулся Главк. – После того как она наградила тебя этой шишкой.

– Она спасла мне жизнь, так что я могу простить ей один синяк. Но только один. – Корвин еще надеялся, что сможет распутать это убийство на рынке за пару часов, а вечером позабыть обо всех делах и отправиться в Пирамиду.

– Объясни, наконец, в чем дело? – спросил Корвин, когда они вошли в лифт. – Мы же договорились: меня оставят на несколько дней в покое.

– Скажу кратко: убийство.

– Ага! И почему я сразу не догадался?! – Марк потер руки, как будто предвкушал самое лучшее развлечение на свете. – И где же место преступления? Ну, конечно! На том самом рынке, куда ты меня так настоятельно зовешь? Я угадал?

– Тело нашли всего в нескольких кварталах отсюда – возле рынка “Изобилие”. На площадке для флайеров.

– И что, местные копы не могут распутать это загадочное убийство?

– Это политическое дело, – сказал Главк.

На площадке перед “Жемчужиной” их ожидал двухместный флайер местной полиции: новенькая, выкрашенная светящейся синей и белой краской летучка. Главк уселся на место пилота, флайер бесшумно поднялся в чистое утреннее небо.

Уже когда машина висела в воздухе, Марк увидел на площадке Ири. Девушка в лимонном платье (видимо, этот ядовитый цвет доминировал в гардеробе блондинки) отчаянно махала им рукой и что-то выкрикивала. Но что – он уже не расслышал. Показалось, правда, на миг, что она выкрикивает имя Верджи.

Но в следующую минуту “Жемчужина” осталась позади. Справа мелькнул сахаристый конус пирамиды, и перед нею – две каменные статуи сидящих Рамсесов. Слева проплыло “Палаццо Венеции”, за ним – казино “Париж”. Перед “Парижем”, зданием опять же квадратным, многоэтажным и непропорционально огромным, сверкающим синевой псевдостекол и белым пластиком, возвышалась Эйфелева башня в половину натуральной величины. Рядом с одной из ее лап преданной собачкой примостилась Триумфальная арка. Прямо по курсу горел золотом двухсотэтажный небоскреб, на солнце здание сверкало так, что было больно смотреть. Два потока флайеров огибали золотой параллелепипед с двух сторон.

– Можешь объяснить подробнее, что стряслось на этой планете развлечений? Убийство туриста? Или проститутки? – спросил Марк. – Почему каждое слово надо вытаскивать из тебя клещами?

– Мне бы не хотелось влиять на твое мнение своими версиями, – опять ушел от прямого ответа Главк. – Могу кое-что объяснить в общих чертах. Мы нашли труп в контейнере для продуктов. Мужчина двадцати восьми биологических лет умер насильственной смертью вчера около семнадцати часов по местному времени. Личность установить не удалось.

– Почему?

– Судя по идентификационной личинке под кожей – это гражданин Неронии. Мы связались с посольством и службой иммиграции. По сведениям посольства, да и по нашим тоже, нер с такой личинкой не прилетал на Острова. Ни как иммигрант, ни как турист.

“Вот это да!” – шепнул голос.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Более того, неры очень забеспокоились, когда мы им сообщили код. Я велел сравнить его с кодами других неров. И вот что выяснили: личинка сообщает, что перед нами гражданин Неронии, и только. Больше никаких сведений.

“На Неронии полно таких людей. Около десяти процентов населения, – тут же принялся комментировать голос предков. – Аристократы – прежде всего. Плюс еще несколько миллионов убежденных сторонников независимости личности. Они согласны платить своей безопасностью за право ни перед кем не отчитываться. Никого там это не смущает. Потому что неров вообще смутить нельзя. Возможно, этот тип решил сбежать со своей планеты, никого не ставя в известность, и поселиться на Островах Блаженных. Забыл, бедняга, что здесь совсем другие законы. У нас о каждом гражданине известно все. Или почти все. Интересно, почему этого парня убили? ”

“Главк что-то не договаривает, что-то очень важное”, – подумал Корвин. И опять удивился подобному поведению префекта. Но решил не давить на него – по собственному опыту знал, что это бесполезно. Вскоре все должно было разрешиться.

Еще подлетая к рынку, Марк заметил висящий в воздухе огромный флайер технической службы колониальной полиции. Несколько полицейских скутеров и флайеров сгрудились на самой стоянке. Три гражданские летучки сиротливо застыли на огромной площадке: в этот час рынок мало кто посещает: на Островах очень поздно ложатся и поздно встают.

Главк посадил машину в пустом секторе и выбрался наружу. Какой отличный день! Теплый, но нежаркий. На небе перистые облачка. И небо само не голубое, а какое-то изумрудное. Губы Марка невольно вновь сложились в улыбку.

Марк одернул белый мундир с широкой пурпурной полосой на груди, немного помявшийся на плечах во время пребывания в пакете Главка, и направился туда, где плотной группой стояли служители порядка. После позавчерашнего заплыва префект по особо важным делам шел как на протезах, смешно подпрыгивая.

– Убитый там, – Главк догнал Корвина и указал на открытый контейнер.

Трое полицейских стояли на значительном расстоянии от контейнера, а еще один – в защитном комбинезоне и в маске – обследовал место вокруг страшной находки с помощью “биосканера”. Один из копов держал портативный голопроектор. В воздухе вертелись пять или шесть голограмм.

– “Собачий нос” что-нибудь обнаружил? – поинтересовался Марк.

– Пока не слишком много, – ответил тот из копов, что держал голопроектор.

Марк шагнул ближе к раскрытому контейнеру.

Полицейский в прозрачном балахоне обернулся.

– Назад! – крикнул он. – Ну вот! Вы принесли мне миллион лишних тварей, – прозрачный колпак в ярости был сорван с головы, рыжеватые волосы рассыпались по плечам, и Корвин увидел, что перед ним женщина. – Или вас не учили, как себя вести, когда идет биосканирование? – Она в ярости хлопнула по рукояти сканера, отключая прибор.

– Префект Корвин! – представился Марк.

– А, патриций с Лация! Ну, как же! Вам не нужно делать никаких замеров! Вам папа с дедушкой через две минуты скажут, кто убийца.

– Простите, а вы не желаете представиться? – спросил Корвин.

– Полина, – сообщила женщина в балахоне. – Пойду, переоденусь. Все равно мне здесь больше нечего делать. Вы слили в сортир всю мою работу.

– Вы, Полина, полагаю, эксперт-криминалист? – уточнил Марк.

– Угадали, умный вы мой.

– Что-нибудь удалось обнаружить? – префект по особо важным делам сделал вид, что не замечает дерзкого тона. Сам он говорил ровно, чуть-чуть снисходительно. Горячность женщины его даже забавляла.

– Да в том-то и дело, что ничего. Все биоотпечатки принадлежат убитому. От посторонних – ни единого чиха. Контейнер простерилизовали перед тем как запихать в него труп. Даже обслуга не наследила. Впрочем, это понятно, здесь прибирались андроиды, а они всегда надевают стерильные перчатки. И все же такая чистота подозрительна. Наверняка убийца обработал чем-то контейнер, прежде чем положить в него труп. Он ожидал, что мы применим биосканеры.

“Наблюдательная дамочка, – отметил про себя Марк. – Но к чему сразу делать выводы? Кто ж теперь не знает про биосканирование? В любом детективе умный следователь непременно его применяет, находит плевок убийцы или его соплю, или каплю пота, упавшую на тело жертвы. Так что более или менее умелый преступник знает, что именно нельзя оставлять рядом с трупом или, напротив, что нужно оставить”.

Вслух же Корвин спросил:

– Когда наступила смерть?

– По предварительным данным – вчера около семнадцати часов по местному времени. Но, возможно, немного раньше.

– А тело обнаружили?..

– Вам что, Главк ничего не сказал?

– Мне хотелось быстрее осмотреть место преступления.

– Ну да, кончено. Явиться и сразу же все угадать! – вот роль патриция. А тут ни хрена не понятно. Тело обнаружил покупатель. Вызвал контейнер, включил кнопку “открыть”. А там внутри сюрприз. Вон тот мужик нашел тело. Он даже выблевал свой завтрак, бедолага! – Полина указала на парня в просторной пестрой рубахе и синих бриджах. – Хорошо, что отошел в сторону, а то бы испортил мне всю работу прежде вас.

Свидетеля о чем-то расспрашивал полицейский в форме местного подразделения, делая записи на пентаценовой планшетке.

– Проверили, что за человек его нашел? – повернулся Корвин к Главку.

– Местный. Работает официантом в ресторане. Зовут Джошуа Рик, – префект, державшийся до этого в стороне, приблизился.

– Карманы убитого обыскали? – Марк задавал вопросы почти наугад. Он знал, что самое важное ему еще не сообщили.

– Они пусты. Этого человека ограбили перед тем как запихать в контейнер.

– Или просто уничтожили все улики, – предположил Корвин.

– Такое тоже возможно, – согласился Главк.

– Уже изъяли записи наблюдения, сделанные камерами на стоянке?

– Все записи, начиная со вчерашнего полдня.

“Главк мог бы сообщить мне все подробности по дороге, – рассудил Корвин. – А не сделал он этого потому, что все эти факты не важны. А важным является совсем другое”.

– Ладно, хватит! – Корвин неожиданно повысил голос так, что в его сторону все повернулись. – Что я должен узнать, прежде всего, но что ты упорно не желаешь мне сказать? То, ради чего ты вытащил меня из отеля и испортил весь отдых. Ну!

На площадке воцарилась тишина. Полина, складывавшая свои инструменты в ящик, повернулась и посмотрела на Марка. Ему показалось даже, что с некоторым удивлением.

– У этого человека на плече кожная голограмма. Кинжал и змеи, – сказала Полина. – Знаете, кто себе делает на коже такие знаки?

“О, нет! – мысленно воскликнул патриций. – Наемный убийца Неронии. Браво! Только не это!”

Убийство браво. Это дело попахивает политическим скандалом. Будем надеяться, что посольству Неронии ничего не известно. Хотя нет, они уже знают идентификационный код. Они встревожились. Мерд! Кто-то затеял большую игру.

– Мне нужны все записи, которые сохранились. Все! – голос Корвина сделался ледяным. – Возможно, убитый или убийца бывали здесь раньше, и нам что-то удастся обнаружить, – он огляделся.

Обычно хозяева рынков устанавливают в торговых залах камеры кругового обзора. Но стоянки не слишком балуют вниманием: зачем следить за тем, как покупатели трамбуют в багажники многочисленные покупки. Данный рынок не был исключением: камеры имелись только по углам стоянки. Совсем не трудно припарковать флайер так, чтобы на записи нельзя было разглядеть, что загружают в багажник, или, наоборот, выгружают из машины.

– И еще… – Марк на миг задумался.

“Покупатели”, – шепнул голос предков.

Мог бы не шептать: Корвин и сам догадался.

– Список всех посетителей. Всех, побывавших вчера на рынке, скажем так, с пятнадцати часов вчерашнего дня и до сегодняшнего утра.

– Но это же тысячи людей, – заметила Полина.

– Мне все равно. Список покупателей. Впрочем, не всех. Только тех, кто брал не более десяти вещей. И среди них обязательно – стерилизатор. Или жидкость для стерилизатора.

Только теперь Корвин посмотрел на убитого. Ничего себе! Перед ним лежал тот самый крепыш из аквапарка! Парень не погиб в кабине лифта, хотя все видели объятую огнем кабину, которая падала вниз. Никто не заметил, как парень оттуда выпрыгнул. БравО мог воспользоваться векторным переносом, как Верджи сделала это, спасая своего клиента. Надо срочно выяснить, что такое векторный перенос и как возможна нуль-транспортировка на планете. Друз, помнится, утверждал, что нуль-портал на планете работать не может. А он неплохо разбирается в технике.

Ладно, о теории нуль-переходов поговорим потом. Сначала дела конкретные.

Корвин внимательно оглядел тело погибшего. Среднего роста, могучего телосложения, широкоплечий. Со светлыми, коротко остриженными вьющимися волосами. Одет в рубашку с короткими рукавами и шорты. На ногах – башмаки с толстыми подметками. Убили из бластера. Два выстрела – в грудь и в голову.

– Узнал? – спросил Главк. – Ты его уже видел? Так?

– Этот человек пытался меня убить в аквапарке. Но я думал, – и не я один, – что он погиб. Кабину лифта, в которой он спускался, сожгли плазменным зарядом. И вот он здесь, то есть опять-таки труп, но без всяких следов ожогов. Выходит, что на другой день после покушения на меня уже ближе к вечеру киллера застрелили, труп привезли на стоянку рынка и оставили в контейнере для покупок.

– Это осложняет дело, – только и сказал Главк.

– А, может быть, наоборот, облегчает. Я могу расследовать покушение на собственную особу одновременно с убийством нера. Итак, что мы имеем? – принялся рассуждать вслух Корвин. – Тот, кто привез тело, должен был взять контейнер, отправиться с ним в торговый зал, что-то наспех купить, выехать из зала, вынуть покупку и затолкать в контейнер труп. Его флайер стоял при этом в седьмом или четырнадцатом секторе – они хуже всего просматриваются.

– Мы двигаемся в нужном направлении, – сказал Главк. Но в его голосе слышалось явное разочарование. Корвин говорил очевидные вещи. От генетического сыщика требовалось большее.

– Мы примерно знаем сектор, знаем, что покупатель купил всего несколько вещей. Он торопился, и побывал здесь, скорее всего, ночью, когда людей на рынке мало. Вряд ли ранним утром, потому что тогда посетителей практически нет. Убийца наверняка боялся, что его запомнят.

– Чип контейнера сломан, – сообщил один из полицейских. – Реагирует только на команды “закрыть” и “открыть”, все время сообщает, что контейнер пуст.

“Специальная программа”, – подсказал голос.

– Специальная программа. Ее можно найти в галанете, – заметил Марк. К этой уловке прибегали еще во времена его отца. Но кое с какими преступными новинками юный префект успел познакомиться лично.

– Вот распечатка, – полицейский протянул Корвину бумажную страницу. Для префекта по особо важным делам распечатали весь список покупателей на одной странице, всего около сотни имен. Отлично!

Марк положил бумагу прямо на мостовую, разгладил ладонями. Начал просматривать. Взгляд его скользил по графе покупок.

“Вот!” – выкрикнул голос.

Корвин ткнул пальцем в нужную строку.

Куплено всего три вещи: салфетки, стерилизатор и герметик. Одно это уже бросало тень подозрения на покупателя. Но и само его имя было замечательное. Покупатель – Грация Фабия. Она расплатилась картой. Да и как еще она могла оплатить покупки? Электронными купюрами? Это вызвало бы подозрение в таком месте как “Изобилие”.

Итак, Грация Фабия. Дочь сенатора Фабия, патрицианка и наследница знаменитого рода? Скорее всего, она. В списке покупателей не указано, кто тратил кредиты на рынке – патриций или плебей. Номер карты и имя. Что делает на Островах Блаженных Фабия? Да то же, что и все – отдыхает, развлекается. Или нет? Разве может патриций развлекаться просто так?