Империя Млечного Пути. Книга 2. Рейтар

Уви повела себя ожидаемо – тактично отвергла все знаки внимания со стороны Джерома. На что Доланго лишь усмехнулся, он не привык сдаваться.

Все это Ирби специально провернул в общественном месте, при свидетелях – публичность была важна для второго этапа плана.

Именно Ирби подкинул Доланго виртуальные контакты девушки. Джером не заставил себя долго ждать, тем же вечером послав Уви сообщение. Как только он это сделал, на канал связи тут же подцепился почтовый бот Ирби. И он начал свою тонкую игру на чувствах обоих участников общения.

Доланго без зазрения сыпал однозначными предложениями и обещаниями. Ирби превращал их в романтичные послания застенчивого мужчины. Уви отвечала сухо и официально, Ирби окрашивал ее сообщения в уклончивый флирт. В какой-то момент вообще перехватил инициативу и от лица Доланго предложил девушке встретиться, чтобы «он смог объясниться, а там будь что будет».

Дочь замминистра думала долгих четыре минуты, но Ирби не беспокоился, он редко ошибался в людях. И Уви, честная, открытая и откровенная, согласилась раз и навсегда поставить точку в этой истории.

Только вместо Доланго в уютном домике на окраине тихого марсианского предместья девушку поджидал Ирби.

Девушка под Ирби задергалась, тогда он, перехватив пальцами продолговатый имитатор, поднажал, проник глубже и выдавил содержимое. Уви выгнулась, из ее горла донесся сиплый клекот, а потом она разом обмякла, потеряв сознание.

Ирби еще несколько раз подвигал рукой туда-сюда, извлек инструмент и поднялся. Окинул взглядом распростертое тело девушки, убрал имитатор в пакет.

Генетический материал политика Ирби заполучил банально, взяв образцы слюны с одного из бокалов. Клонирование семенной жидкости поручил одному подпольному генетику, не задающему вопросов. Работа велась, конечно, не в самых лучших условиях, но зато на аппаратуре, не оставляющей на конечном продукте идентификационные номера.

Зато теперь на теле и одежде дочери замминистра было достаточно технически «чистых» сперматозоидов, чья генетическая конфигурация указывала на Джерома Доланго. Вкупе со свидетельскими показаниями Уви Юхани эти «улики» превратятся в могильный камень для карьеры политика.

Ирби, тяжело выдохнул, откинувшись на стенку лифта, ухватил себя за бок похожими на сардельки пальцами и потряс толстой складкой.

«Оболочка», в которой он сейчас находился, была немного ниже Доланго и грузнее в бедрах, спутать их можно было только в темноте. Но он – это лучшее, что Ирби нашел за короткий срок. Он пообещал этому мужчине по имени Нэйл, чье сознание сейчас блокировал встроенный шунт, большое вознаграждение, но знал бы сейчас этот Нэйл чем именно сейчас занимается его тело.

Ирби невольно крякнул, нагибаясь, просунул ладонь под волосы девушки и вытащил диск полицейского нейрошокера. Напрягся, готовясь ударить ожившую Уви, но та не шелохнулась, лишь грудь мерно вздымалась от дыхания.

Из дома Ирби вышел через парадный подъезд, мелькнув несколько раз в поле зрения камер патрульных дронов. Свернул на типичную для Марса бордовую глиняную дорожку, тянущуюся сквозь ажурный коридор алого виноградника. Оказавшись на стоянке, забрался в дешевую, взятую напрокат по поддельным документам машину, завел двигатель и полетел из города в сторону далеких скал.

Уви скоро придет в себя, активирует вырубленную шокером инбу и позвонит отцу. Дальнейшее разверзнет над Доланго чан с дерьмом, от которого ему придется долго и мучительно отмываться – обвинение в изнасиловании никому не прибавило рейтинг перед выборами. Да, Доланго попытается сделать хорошую мину при плохой игре, он прекрасно поймет, кто и зачем его подставил. Он бросится объявлять о своем алиби на всех информационных площадках, он покажет, что совсем не похож на того человека, чье изображение с камер так неудачно искажено странными помехами, он даже пройдет унизительную процедуру сравнения генетического материала. Да, он будет сражаться.

Но только Джером не учел одного – под гниющей поверхностью столичного истеблишмента его давно уже ждут голодные аллигаторы. Они разорвут его словно неосторожного оленя на водопое.

А Доланго был неосторожен. Он слишком нагло и быстро взлетел, открыто проявлял презрение к оппонентам и не желал следовать негласным правилам, тем самым нажив себе много влиятельных врагов. Поэтому теперь никто не станет с ним церемониться и играть по правилам, тем более если сезон охоты на Доланго откроет разъяренный замминистра. Вцепятся в глотку и утащат на дно. И даже если Джером сумеет как-то пережить ситуацию, в обойму он вернется очень не скоро.

Существовала, конечно, небольшая вероятность, что Уви не будет предавать огласке факт изнасилования. Истинная дочь своего отца, она, быть может, предпочтет сама разобраться с обидчиком. К примеру, застрелит его на каком-нибудь приеме. Что ж, Ирби устраивал и такой вариант развития событий.

Когда высокие марсианские горы поднялись до половины неба, рхейский агент свернул на широкую, накатанную карьерной техникой дорогу. В темноте проплыли предупреждающие знаки о ведущихся горных работах, об опасности камнепада.

Через пару километров дорога сделала кольцо перед покрытым пылью корпусом перерабатывающего поста. Оставив машину за камнями, Ирби прошелся пешком, зябко дергая плечами от опустившейся прохлады, толкнув незапертую дверь, вошел в темный короб цеха.

Ночные работы по переработке породы были запрещены, чтобы не создавать дискомфорт жителям близлежащего городка. Единственное, что работало в недрах чугунной коробки, это несколько мелких камнедробилок, сквозь которые безликие рабочие синты пропускали мягкую слюду и окаменевшие комья глины. За ними из маленькой будки под потолком должен был наблюдать дежурный оператор, но сейчас виднелся лишь сопящий на кресле силуэт. Действительно, зачем пялиться на монотонный процесс, если синты и так знают, что делать, и уж точно не создадут аварийную ситуацию?

Ее создал Ирби. Он бесцеремонно оттер одного синта от пульта управления камнедробилкой, сорвал пломбу и отключил предохранитель. Поднялся наверх конструкции, поднял защитный кожух. Перелез через перила и забалансировал над лязгающими жерновами, по которым прыгали мелкие камушки. Примерившись, прыгнул вниз, вырвав из затылка шунт.

Его сознание стремительно покинуло тело, уносясь прочь. Сознание Нэйла пробившей плотину водой заполнила освободившееся место. Возможно, Нэйл даже успел придти в себя, прежде чем его тело упало на барабаны камнедробилки и превратилось в фарш.

В нескольких километрах от места трагической гибели «оболочки», на кровати гостиничного номера космопорта «Гавань Уэллса», открыл глаза худощавый молодой человек с неприметным лицом. Отбросив одеяло, скатился на пол, где его стошнило в заранее подготовленный таз.

Ирби давно хотел разобраться с этой новой особенностью переноса. Но все откладывал, потому пока что приходилось мириться с этой «ментальной интоксикацией».

Что ж, дело сделано. Через несколько месяцев Демид Аладьев станет сенатором. А это значит, что еще на один шаг ближе к цели станет Ирби Юст Кааб, самый успешный агент-нелегал разведки Содружества Рхеи.