Агент Джейн: плененная и свободная. Часть 2

-6-

Истощенный потрясавшими его бурями и ураганами эмоций организм напрочь отказывался просыпаться наутро. Алекс потом сказал, что никак не мог меня добудиться и уже было подумал, что меня заколдовали. Ага, та самая Спящая Красавица и Чудовище. Вывернулась я из объятий Морфея, когда услышала родной до боли голос, звавший меня по имени.

– Джейни, солнышко, ну проснись же, к тебе пришли, – промурлыкал Алекс, нежно выцеловывая мое ушко.

– Да что ты с ней церемонишься, братишка? Кружка воды на лицо – и я тебя уверяю, встанет весь дом!

Услышав этот насмешливый голос, я моментально распахнула глаза и села на разбросанной постели. Передо мной, так знакомо ухмыляясь и жмурясь от удовольствия, стоял Тикс. Шутливо приложив руку ко лбу, он притворно застонал:

– О, Джейн, моя королева, я ослеп от твоего вида… ммм… кстати, вполне ничегошного, – коварно подмигнуло мое наказание, указывая глазами на несколько оголенный верх моего тела. Вот черт! Судорожно подтянув к себе одеяло, я свирепо воззрилась на своего лучшего друга (ну точно не друг, а кара небесная на мою голову!):

– Тикс, кончай паясничать! Какого…ты вообще тут делаешь?

– Вот так она всегда меня встречает, – доверительным тоном сообщил Тикс Алексу, наблюдавшему за нами. – Она просто не понимает, – трагическим голосом пафосно продолжил парень, – как сложна и изворотлива моя любовь к ней. Жестокая!

Мстительно прищурившись, швырнула в этого клоуна подушкой, с удовлетворением отметив, что пригнуться он не успел. Естественно, подушка тут же прилетела ко мне обратно с возмущенными воплями в придачу.

– Ла-а-адно, Тикси, – угрожающе протянула я. – Если ты сейчас же не скажешь мне, что ты тут делаешь, я тебя…

– Джейн, может, ты нас познакомишь для начала, а потом уже казнить будешь? – неожиданно с усмешкой прервал мою обличительную речь Алекс. И ты, Брут, нашел, кого жалеть!

– Этот «милый» парень, забывший все правила приличия – мой лучший друг. Из ФБР. Работает он в тамошнем архиве и глотает отравленную пыль, что очень сказывается на работе его мозговых извилин. Сию болезнь мы в данный момент и наблюдаем, – мрачно глядя на друга, не осталась я в долгу за его бесцеремонное появление в квартире.

– Милая, вот вместо того, чтобы очернять меня в глазах своего…ммм…кстати, а кто это? Ну ладно, сейчас расскажешь. Так вот, лучше бы кофейку предложила бедному ребенку, – обиженно зачастил Тикс.

– Раз уж ты докатился до такого маразма, что впал в детство, то тебе светит исключительно молоко. Кипяченое и с пенкой! – мстительно проговорила я, прекрасно зная нашу с Тиксом общую ненависть к такому напитку.

– Это Алекс…и кофе здесь буду пить в первую очередь Я! – вздернула я нос и гордо удалилась в ванную, игнорируя обиженный скулеж друга.

Освежившись и разогревшись под душем, я немного подобрела и пошла проверять, как там моя кухня, уже погибла или нет. Парни, слегка присмиревшие, вовсю пытались хозяйничать. Роль повара традиционно Тиксу не удалась, поэтому пришлось срочно спасать обугливающиеся блинчики из какого-то невообразимого по виду теста. Алекс, довольно улыбаясь, наблюдал за бедламом, спокойно сделав свою часть – сварив на всех кофе. Видно было, что мой смешливый друг пришелся мужчине по душе.

– Ну, что нового, Тикси? – насладившись парочкой глотков ароматного напитка, соизволила я снизойти до парня, которому из вредности подложила самые пережаренные блины. Тикс, конечно, мужественно ими давился, помнил про наш еще с давних пор заключенный уговор – раз сам такое наготовил, значит, съесть обязан без вопросов. – С каких пор ты меня решил вспомнить?

– Да знаешь, милая, про тебя неожиданно решили вспомнить все, – невозмутимо отозвался друг, поглощая кленовый сироп прямо из банки. – Ты знаешь, что еще со вчерашнего дня за тобой пристально наблюдает руководство?

– А что же я такого натворила-то? – удивленно похлопала я глазами.

– Нууу…драку устроила на улице… и знакомства водишь какие-то неправильные… с подозрительными мужчинами.

Тикс так выделил слово «подозрительными», что мне немного поплохело. Похоже, Алекса раскрыли. Занервничав, я подскочила со стула и стала расхаживать по кухне, лихорадочно размышляя о дальнейших действиях.

– Пока что ничего интересного не планируется, – правильно понял мои метания Тикс, – но вот сегодня вечером наблюдение принимает Гарольд.

– Что?! Только не эта жирная свинья! – простонала я в шоке, внутренне содрогнувшись.

– Я так и думал, что здесь что-то нечисто, – с удовлетворением кивнул мой друг. – И тут вопрос: почему моя лучшая подруга мне так и не сказала, за что же она так ненавидит нашего доблестного сотрудника? И даже не думай отвертеться – твоя реакция тебя выдала! – пригрозил парень, пытливо глядя на меня.

Я метнула затравленный взгляд в сторону Алекса. Ну, Тикс, другого времени выяснять отношения не нашел! Как я могу при Алексе рассказывать, что Гарольд, этот тупой боров, мне с неделю всячески не давал прохода, ибо угораздило меня во время испытательного срока засветиться в его отделе.

– Нууу…, – попыталась я оттянуть неизбежное, – мы… мы просто однажды поспорили и… он проспорил, в общем. И обиделся.

– Джейн, – обманчиво мягким голосом позвал меня Алекс, вынуждая посмотреть ему прямо в глаза.

Понимая, что я не могу противостоять этому повелительному голосу, я обреченно вздохнула и рассказала, как Гарольд, заприметив меня в отделе, стал сначала нагружать меня кучей мелких поручений, причем заставляя о каждом отчитываться ему лично в кабинете. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы не догадаться, как во время очередного отчета Гарольд решил воспользоваться своим положением начальника и намекнуть мне, что успешность прохождения испытательного срока будет напрямую зависеть от того, как хорошо… я его порадую. Конечно, я послала этого гада куда подальше, ушла из кабинета, но буквально через день он подстроил так, что я спустилась в архив, где никого не было, а Гарольд, подкараулив меня, зашел следом и запер дверь.

У Алекса заполыхали глаза от гнева. Нервно я закончила рассказ, сказав, что ему удалось меня немного… погладить, пока я не извернулась и не врезала ему по тому самому месту. В дополнение вывихнув ему запястье на шаловливой руке.

После этого я, собственно, и очутилась в вынужденном отпуске, который мне дал Гарольд на следующий день. Скотина! Видимо, разрабатывал план мести и хотел отрезать меня от возможности пожаловаться кому-то из более могущественных руководителей. А я… тоже промолчала, мне нужна была эта работа, но выхода из ситуации я пока не придумала. Всем друзьям насочиняла про то, что штатный психолог посоветовал отдохнуть. Потом мне пришло уведомление о переводе в другой отдел, и когда я узнала, кто стал моим начальником теперь, то уже сама подговорила продлить мне отпуск. Встречаться с Патриком Холли мне хотелось еще меньше, чем с Гарольдом.

– А наш Цербер, между прочим, жаждет твоей кровушки, – заметил Тикс, выслушав мой рассказ и успокаивающе похлопав по плечу взбешенного Алекса. – С Гарольдом мы разберемся сами, Алекс, наши мальчики за Джейн ему голову оторвут и засунут куда следует.

Цербер – это и есть мой новый шеф. С Патриком мы были знакомы еще до моего приезда в Детройт. И расстались, прямо скажем, совсем не друзьями. Тут я попала в ФБР и, как назло, спустя всего лишь с пару месяцев после того дня, когда меня приняли на испытательный срок, в коридоре я наткнулась на Патрика.

Онемев, я даже не нашлась, что делать, единственное, что придумала, так попроситься в какой-нибудь отдел на стажировку – только бы от Холли подальше. Я не ожидала, что он после нашего не слишком приятного разрыва будет меня искать и вообще не откажется от своих матримониальных планов (ага, скорее рабовладельческих). А тут вышло, что влипла по самые уши благодаря этому похотливому борову Гарольду.

Патрик понимал, что давить на меня не стоит, поэтому перевод в его отдел был с условием, что он не против продления отпуска, и я вольна в это время присоединяться или уклоняться – по моему желанию – от любого расследования. Меня это более чем устроило, поэтому я спокойно стала заходить изредка в охранку к Рону и Майку, оставляя для очистки совести отчеты о криминогенной обстановке в районах Детройта.

Один раз проникла к Тиксу в архив, но эта собака Гарольд как-то прознал, что я в здании, и стал требовать его впустить в архив. Тикс вывел меня из здания по пожарной лестнице, так как я в невменяемом состоянии просила его избавить меня от встречи с моим бывшим начальником. После этого я не решалась вновь прийти в бюро. И вот неприятности нашли меня сами, раз я к ним не пошла.

-7-

Пока я вспоминала об этих событиях, в комнате раздался телефонный звонок.

– Это шеф, – мгновенно встав в стойку охотничьего пса, заявил Тикс, самым бесцеремонным образом облизывая пальцы от сиропа, – душа чует, что он!

– Ну что ж, тем хуже для него! – побежала я к телефону. И точно, звонил самолично Патрик.

– Доброе утро, Джейн, я тебя не разбудил? – приторно-медовым голосом начал Патрик.

– Нет, что ты, дорогой… шеф! – таким же тоном пропела я, погрозив пальцем Тиксу, давившемуся от смеха, – я поставила разговор на громкую связь, так что и Тикс, и Алекс все прекрасно слышали.

– Кх-кх! – поперхнулся от неожиданности Патрик. – Эээ, я тут… в общем, тебе необходимо вернуться в управление, твой отпуск решено закрыть.

– Что-нибудь случилось? – вложив в интонации как можно больше озабоченности и волнения, спросила я. – Ты же знаешь, как мне дорог каждый мой знакомый. Особенно такой, как ты, – голос мой завибрировал, Тикс схватил подушку, чтобы хоть как-то приглушить душивший его хохот, Алекс скептически закатил глаза, а Патрик, судя по звукам, явно что-то выронил из рук.

– Эээ, Джейн, нам лучше обсудить все на месте, – хрипло проговорил он, явно еле сдерживаясь. – Тебе лучше подойти… поскорее!

– Конечно, дорогой мой… шеф, – ласково пропела я, – в 3 часа тебя устроит?

– Д-да, Джейн, я буду на месте и ждать тебя, – с нажимом в голосе ответил бедный капитан Холли и повесил трубку.

Парни в голос заржали, особенно Тикс, тут же решивший изобразить в лицах нашу беседу, кривляясь и жеманясь.

– Тикс, перестань, – свирепо вращая глазами, ответила я, все еще никак не желая успокоиться от того, что этот голос в телефонной трубке, излишне сахарный, опять мешает мне спокойно жить.

– Что ты будешь делать, малышка? – успокаивающе приобнял меня за плечи Алекс, поняв по моему состоянию, что и тут у меня никаких приятностей. Да, вот такая я – лезут ко мне всякие мужчины, да все не те…

– Сегодня кому-то станет жарковато… – пообещала я угрожающе.

– Вау, такое многообещающее и страстное начало, – захихикал Тикс, зная, что в гневе я страшна. Это да, есть такое, и стыдно мне не будет. Ни капелюшечки!

– Тикс, ты побудешь тут с Алексом? Я боюсь, как бы на квартиру не нагрянули в мое отсутствие гости…

– Еще чего удумала! И пропущу самое интересное? – искренне возмутился мой друг. Алекс тут же поддержал его:

– Я тебя одну никуда не отпущу!

– Но, Алекс…

– Не обсуждается! – металлическим голосом отрезал мой спаситель. – Или тебе напомнить, при каких обстоятельствах мы познакомились?

Я вспыхнула, но перечить, конечно же, не решилась. Ладно-ладно, двое на одного! То есть одну. Потом отомщу, пообещала я себе, и сразу повеселела.

– Ладно, идем все вместе, только укройтесь в охранке, там как раз и запись с камеры будет идти – Патрик же сам все кабинеты приказал напичкать ими! Помнишь, Тикс, я еще Рона просила, если он увидит, как я кого-то из начальства порешать буду, чтобы не смел даже и пикнуть? – коварно улыбнулась я. Вот и шутка стала явью, что называется!

– Отличный план, подруга! Идем скорее – мне не терпится занять место у монитора! – подпрыгивал в предвкушении занимательного зрелища Тикс.

Быстро собравшись, я двинулась завоевывать свою свободу…

Джейн сидела на подоконнике и с интересом рассматривала дома Еврейского квартала в Праге. Услышав, как внизу хлопнула входная дверь, девушка кошкой метнулась к лестничной площадке. Как всегда, со слоновьим топотом, прыгая через две ступеньки сразу, Тикс быстро взбежал наверх.

– Приве-е-ет, подруга! Танцуй!

– Что-о? – опешила Джейн.

– Танцуй, говорят тебе! Да позаковыристее – я парень искушенный, мне надо что-нибудь такое… – размахивая перед моим носом какой-то коробочкой, вещал важно мой излишне увлекшийся шутками друг.

– Тикс, считаю до трех – и убиваю на месте!

– Эх, ну что за девушки пошли… Никакого удовольствия, одна расчлененка. Ладно, пошли в комнату, все сама и узнаешь.

– Ну, что там, говори скорее, – и в самом деле затанцевала на месте от нетерпения Джейн. Уже несколько дней Тикс не являлся, а ей было запрещено выходить одной на улицу.

– Во-первых, Патрик вчера вернулся на работу.

– Какая жалость! Зачем его так быстро выписали из больницы? – с явным сожалением в голосе протянула девушка, сверкая своими большими серо-зелеными глазами в обрамлении длинных ресниц.

– Ничего, к сотрудницам на рабочем месте приставать он еще долго не будет… По крайней мере пока гипс не снимут. Ты его знатно отделала, не волнуйся! – с обожанием посмотрел на свою взрывную подругу Тикс.

– Да, я рада, что обо мне теперь будет всю жизнь вспоминать прекрасный капитан! – съязвила Джейн. – Ладно, не будем о противном… А что у тебя «во-вторых»?

– А во-вторых – это! – и Тикс протянул девушке коробочку, с интересом предвкушая ее реакцию.

Джейн, ахнув от пронзившей ее радостной догадки, вырвала коробочку из рук и убежала к окну. Лихорадочно сдирая упаковку, девушка в надежде и нетерпении кусала губы. Открыв коробку, она увидела прекрасный золотой медальон в форме сердца с выгравированным на нем изящным замочком. Внутри лежал крошечный листок бумаги с одной-единственной фразой: «Ты – ключ от моего сердца». На глазах у девушки заблестели слезы, а Тикс, подкравшись, протянул ей маленький конверт. Джейн разорвала его, дрожащими от нахлынувших чувств пальцами вытащила письмо:

«Милая моя Джейни, – писал Алекс. – Надеюсь, что твое сердце все еще открыто для меня, свое же я отдал тебе бесповоротно. Я рвусь к тебе всей душой и очень скучаю по тебе: по твоим глазам, по твоей нежной улыбке, по ласковым пальчикам… Скоро мы увидимся, малышка! Надолго ли? Не знаю. Но я верю в свою звезду и в твою любовь. Помни, что ты МОЯ… моя жизнь и мое счастье. Мечтаю прошептать тебе на ушко только одно слово – люблю!»

– Эй, подруга, кончай реветь! Я еще не все новости рассказал, а тут уже потоп! – бросился Тикс вытирать щеки девушки от града льющихся слез. – Твой запрос уже рассмотрели и вынесли решение!

– Ну и? Меня уволят? – мрачно проговорила девушка, шмыгая носом и крепко прижимая к груди медальон и письмо от ее самого любимого мужчины.

– Представь себе, нет. Конечно, нанесение тяжких физических повреждений начальству несколько шокировало нашего главного, но записи камер его убедили в том, что это была самооборона. Кстати, Гарольду тоже не поздоровилось.

Джейн с укором посмотрела на друга.

–Тикс, я же просила…

– Нет уж, извини, дорогая, – сурово помахал пальцем перед ее носом парень. – Еще не хватало поддерживать моральное разложение наших сотрудников.

Девушка фыркнула, закатив глаза, но послушно уселась в кресло, внимательно слушая Тикса.

– Так вот, принимая во внимание твои достижения во время испытательного срока, наказание одной непокорной сотрудницы предусматривает работу в пражском архиве полиции в течении 10 месяцев. После этого ты можешь продолжить службу в Детройте, – торжественным и очень официальным тоном заявил парень.

Джейн изумленно смотрела на друга, выслушивая его тираду.

– И это все? И даже бить меня не будут?

– Не будут, не будут, это право лишь у твоего «контролера» есть, – ухмыльнулся Тикс.

– И? Кто это будет? – с некоторой опаской спросила Джейн. Неужели Патрик? Самоубийца!

– К несчастью… – выдержал парень тягучую паузу, – это я!

– УРА! – Джейн повисла на шее друга, крепко сжимая руки от радости и облегчения.

– Спасите, душат! – смешным голосом завопил Тикс, отбиваясь. – Отойди, я тебя боюсь – на что ты способна, попробовав крови начальства? Джейн, слезь, а то точно побью!

– Бейте, сэр, от вас я приму все! – заверила друга Джейн, порываясь расцеловать в обе щеки. – Спасибо тебе огромное, Тикс! Я снова твоя должница!

– Так мы же друзья, нет? – смущенно улыбнулся молодой человек, радуясь в душе за свою милую подружку.

– На всю жизнь! – пылко заверила Джейн.

– О нет, ты меня преследовать будешь! – снова начал дурачиться Тикс, пытаясь вызвать очередную улыбку девушки, – в душе он даже на миг ощутил укол зависти к счастливчику Алексу, которому достанутся помимо самых радужных улыбок и ямочек на щечках еще и многие другие приятности.

Джейн была удивительной девушкой, и Тикс был бы рад стать для нее кем-то большим, чем друг, но так уж сложилось у них с момента встречи. В любом случае, парень твердо знал, что готов действительно быть всю жизнь рядом со своей подругой.

Они еще раз обнялись, потом Тикс потащил Джейн за руку на улицу, в золотистый осенний день, наслаждаться теплом и радужными надеждами. Бурно обсуждая, килограмм какого именно мороженого они возьмут для поднятия настроения, Джейн и Тикс не заметили стоявшего в тени дерева человека в черном кожаном плаще.

Алекс с улыбкой посмотрел вслед дурачащимся друзьям и пошел искать комнатку Джейн, из окна которой она так искренне демонстрировала свои чувства, читая его послание. На счету мужчины было множество побед и поражений, крови и жестокости, вынужденных скитаний и одиночества. Но теперь в его жизни перевернулось все, его личная планета сошла с орбиты, чтобы начать новый танец, древний и прекрасный, как все живое…

Алекс заранее предвкушал реакцию Джейн, когда она войдет – и увидит его. Мечтал о том, как она вспыхнет от смущения и радости, как доверчиво приникнет к его груди, раскрывая свои сладкие, как мед, губы для поцелуя… Он знал, что эта смелая – и в то же время очень нежная и ранимая девочка – крепко держит его сердце в своих руках, и никому уже не отдаст. К большому удовольствию самого Алекса… Ведь любовь должна быть вечной, и их чувство таким и будет – назло всему миру!