Блондинка неудачного цвета

То, что трудно – не нужно.

Ей тогда казалось, что отступить – будет правильнее. Она сама во всём виновата, только она! Её научили: не надо ждать любви – надо любить самой! Жизнь измеряется количеством любви, это вехи нашей жизни. Без любви нет жизни. Она любила. Бескорыстно. Беззаветно. Без оглядки. Любовь – это не сделка: я буду любить тебя, если ты полюбишь меня… Повезёт, если тебя полюбит тот, кого любишь ты. Ей не повезло….

Наступили 90-годы…. Несмотря на то, что Настя дневала и ночевала в школе (у неё была большая нагрузка и классное руководство, а по ночам она чертила студентам дипломы и курсовые) – денег катастрофически не хватало! Ей даже приходилось подрабатывать во время летних каникул: то оформителем в детских лагерях (какой-никакой, а отдых на природе!), то в строительных фирмах, куда её брали на время отпусков сотрудников (денег, чтобы поехать на курорт, у неё не было). Во всех конторах, где некоторые просто делали вид, что работают – она добросовестно трудилась, набиралась опыта.

В тот самый день рождения – в день тридцатилетия – Настя поняла: всё! Хватит! Так больше продолжаться не может! У неё давно сложилось ощущение, что она проживает не свою жизнь. А реинкарнации не будет. Жизнь одна! И другой у неё не будет!

Она даже составила долгосрочный план (чему-чему, а планированию работа в школе её научила!). Пора было переходить к активным действиям: сменить работу! Как-никак на работе проходит половина жизни человека!

Во-первых, за семь лет работы в школе, Настя со всех сторон разочаровалась в своей профессии. А разочароваться в работе, пустить корни сомнений – значит, в душе оставить ее! Во-вторых, ей нестерпимо захотелось воплотить в жизнь все свои мечты! Но для этого ей нужны были деньги. Большие деньги! А много ли заработаешь, работая учительницей черчения и рисования? (Пользоваться материальной поддержкой мужчин она не считала нужным, и всегда рассчитывала только на себя).

«И потом зачем напрягаться в поисках богатых мужчин – проще самой стать олигаршей!» – шутила она. Но выходило не смешно.

Как-то в начале июня, Настя устроилась менеджером в строительную компанию средней руки (на время отпуска сотрудника), и за три месяца прошла курс «молодого бойца». Она стала разбираться во всех видах строительных материалов; овладела тонкостями установки пластиковых окон; научилась делать компьютерный дизайн интерьеров (эта часть работы ей особенно нравилась!). А вскоре она узнала, что директор собирается продавать фирму со всем оборудованием. Настя поняла – это её шанс! И она решилась! Быстро продала квартиру, доставшуюся ей в наследство от бабушки (квартира была хорошая, в центре города), оформила в банке кредит, заняла денег у мамы.

Мать поначалу не верила в затею дочери:

– Увязнешь по уши в долгах, потом отмазывай тебя от кредиторов! Но денег всё же дала.

В конце августа, Настя выкупила строительную фирму и стала полноправной владелицей строительной фирмы, под названием «Профиль – строй».

1 сентября в школу она больше не вернулась.

Прогнозы матери не оправдались. Конечно, в первый год у Насти были страхи и сомнения. Да ещё какие! Но как ни странно, у Анастасии Николаевны (как уважительно называли её теперь не дети и родители, а прорабы, монтажники, рабочие) – получилось!

Спрос на услуги строительных фирм в начале двухтысячных резко вырос. Оправившись от кризиса девяносто восьмого года, народ вновь стал стремительно строиться. Фирмы и совместные предприятия появлялись как грибы после дождя, им требовались современные офисы для работы, а их владельцам – просторные особняки. А когда организовались кондоминимумы, владельцы приватизированных квартир стали массово менять старые изжившие свой век деревянные окна на новые – пластиковые, ремонтировать «вновь» приобретённые общедомовые помещения и фасады. Спешили обустроить собственное жильё в соответствии с новыми возможностями. В общем, недостатка в заказчиках не было.

В мире бизнеса, где царили хаос и беспредел, Настя чувствовала себя намного уверенней, чем в отношениях с мужчинами. Помогли нереализованные амбиции «сильной женщины». А, как известно, если женщина в коммуникации, кроме активности проявляет еще и непомерную жесткость, по типу: «только так как я сказала», «на лицо» явное агрессивное поведение, имеющее в своей основе скорее слабость и страхи, нежели силу. Как и любая женщина, она хотела быть слабой, женственной, но вынуждена, борясь с жизненными трудностями, стать сильной личностью. Но были вещи, делать которые она не могла органически: признавать свою неправоту и прощать. А уж признавать собственную неправоту перед мамой было выше её сил при любых раскладах.

И, чем больше в Насте копилось внутренних страхов и неуверенности, тем ярче проявлялась в ней эта внешняя «сила»: она выказала себя довольно жестким руководителем. Как управленец – она не обладала фантастическим талантом руководителя, но максимально реализовывала имеющийся потенциал своих подчинённых. (Для этого Настя даже освоила специфическую терминологию и могла, как заправский прораб, изъясняться с рабочими на понятном им языке). От себя требовала больше, чем от других. За это её уважали.

Одного Настя не учла: когда женщина становиться «бизнес-леди» – а в бизнесе мало кто из мужчин «подаст руку помощи» женщине, в особенности из числа конкурентов, – она начинает учиться отстаивать свои интересы сама. И со временем у неё складывается впечатление, что никто за неё уже никогда не заступиться, никто не поможет. А если и встретился бы такой – случайно – да еще и заступился, она, наверное, расплакалась бы, как раньше!

Постепенно Настя окончательно превратилась, как она сама себя называла – в «мужчину в юбке». Она давно перестала жить чувствами, эмоциями как женщина. Она жила анализом, как мужчина. Она пыталась убедить в этом себя и других. В нашем мире мужчин, активной деловой женщине оставаться настоящей женщиной – трудно.

Неужели ей, сильной женщине, никогда не обрести нормальной семьи?  Сильные и властные мужчины не хотят конкурировать в семье – этого им хватает на работе. В спутницы жизни они, как правило, выбирают – мягких и уступчивых. Дома такие мужчины хотят покоя и умиротворенности, симбиоза тихой гавани и уютного домашнего очага. Настя никогда не была мягкой и уступчивой. И не желала быть слабее партнера, она просто не привыкла к этому. Поэтому став успешной бизнес-леди, Настя не верила в счастливое замужество. Но ни при каких условиях женщина не способна превратиться в мужчину – ни в бизнесе, ни в социальной жизни, ни в любови!

Только боль и любовь может заставить человека измениться. Но вот куда эта боль может привести? Стань она мягче, женственнее – это могло негативно отразиться на её работе. Ей перестали бы доверять коллеги и партнеры. Они же привыкли к ней сильной и жесткой! И откуда-то возьмутся  женственность и мягкость? Быть многоликой Тарой – у неё не получалось. Она старалась быть женственной с возлюбленными, но выходило у неё неестественно. Насте было бы некомфортно в таком «навязанном» состоянии.

В последующие десять лет ритм её жизни напоминал священническую жизнь: без просвета и без отдыха. Ни режима дня, ни режима труда и отдыха, ни отпусков, ни выходных – ничего этого не было! (Раньше Настя хоть изредка позволяла себе побездельничать). Спросите её: когда она в последний раз была в нормальном отпуске; когда у неё в последний раз был выходной? Нет, не вспомнить…. Она не помнила, что такое полноценные выходные. Иногда больше делала, иногда меньше, и тут раз – просвет: можно положить голову и поспать чуть-чуть, или вырваться зимой, когда заказов меньше, на недельку в заморские страны, и – снова за работу.

Настя изменилась не только внутренне, но и внешне: сменила причёску, гардероб, даже манеру общения с людьми – в общем, полностью поменяла свой имидж. Что, кстати, только способствовало её успеху в делах.

Настя не могла понять только одного: почему в бизнесе всё было прекрасно, а в личной жизни – сплошное «фиаско»? (Рифма случайна, дорогой читатель).