Конец Света? – Пока нет. Часть Вторая

VIII

И хотя эти ужасы изображают трагедию – не в ней здесь дело, а наоборот, – речь о:

– Победе Человека Разумного, – в Бога верующего.

Борис Парамонов успел влезть со своей прокламацией несколько дней назад:

– Ужасы Тараса Бульбы.

В кино сейчас слева от меня Ахиллес убил Гектора в личной дуэли, все плачут, как перед поражением, но всё равно еще надеются:

– Биться до конца, – а он уже оборван полным поражением.

Перед сном слушаю эту Илиаду уже много дней в исполнении Вячеслава Герасимова, – и:

– Легко думать, что люди только марионетки перед решениями богов повернуть направо или налево.

Бой идет только в рамках их решения:

– Кого убить сегодня, куда повернуть сражение.

Сомнительно, что это так, что люди не могут меняться местами с богами. Перевод же сделан так:

– Что между людьми и богами может быть только одно: людям просить у богов – наоборот:

– Да, не может этого быть!

Ахиллес сейчас прощается с Брисеидой, уверен, что погибнет.

В Евангелии, однако, два раза сказано:

– Не все умрут, – раз, – и два:

– Все живы.

Тем не менее, отчаяние трагедии:

– Чувствуется, чувствуется.

Как и печален неправильный выбор – всегда:

– Отец, сожги его, – говорит Парис своему отцу Приаму. – И, как правило:

– Делается всё наоборот.

Какое же здесь Исключение, если сам Конь Троянский – это исключение из правил.

Тарас Бульба распаковал старое дорогое вино, чтобы все пили за:

– Святую православную веру, – чтобы все, сколько ни есть бусурманов, все бы сделались христианами!

То, что этого уже мало, стоит только, как Фон, прямо нигде не говорится, что бой идет за:

– Новый Завет.

Выпьем:

– За веру! – загомонели все, стоявшие в ближних рядах, густыми голосами.

– За веру! – подхватили дальние – и все, что ни было, и старое и молодое, выпило за веру.

За веру, однако, Новую, окажется, как выйдет на Сцену из-за занавеса сын Тараса Бульбы:

– Андрей, – как первозванный.

– — – — – — – —

Точно также и Тарас Бульба не может не расписать Сцену Правды, как он убил сына своего разлюбезного красавца Андрея. Но во второй, имеющей у него запасной части:

– Не стал сознаваться, что не делал этого.

Ибо она для того и находится в запасе, чтобы исправить правду, которая в продолжении своем оказывается, наоборот, неправдой. Почему и в Библии написано:

– Что запланировано, то должно свершиться, – но это еще не значит, что не может быть исправлено!

Ибо:

– Есть такая возможность у правды.

Ибо и Новый Завет начался не сразу, а после Ветхого, – хотя и объявил намедни:

– Я был раньше.

– Да, раньше, но и позже тоже:

– Было, было, было.

Во! Вася Большаев приперся к адвокату, – которые – выходят – тоже:

– Были запланированы, хотя и не сразу показались на сцене жизни.

Тарас Бульба это знал, поэтому придержал декларацию о своей независимости от будущего, – промазал по сыну своему, над головой махнул своей огромной сабелькой.

– — – — – — – —

В одну строку – так как – правды-то на Земле – не бывает, оказывается.

– — – — – — – —

Можно казать правду, – но:

– Не всю!

Следовательно, можно, не заглядывая за кулисы знать, что там происходит. И этот момент только что был показан – не тем, что гайдук и Тарас Бульба непонятно из-за чего так лихо скандалили в таких закутках темноты почти кромешной Ветхого Завета, – а именно из-за того, что такая мистификация:

– Стоит, стоит даже того, как это делал Михаил Лермонтов на своей дуэли сразу и с Печориным, и с Грушницким.

Ай, да, Гоголь, ай, да, сукин сын!

Очень похожий на А. С. Пушкина.

Из чего и следует, что скандалил – выходит – не Тарас Бульба, а уже Остап Бульба, – именно, именно, дорогой сэр, чтобы выгнали даже:

– На свободу-то!

Шекспир и Пушкин – вообще – только этим освобождением людей и занимаются в своих:

– Почти цитатах Нового Завета.

Как и написано здесь Гоголем про пре-любопытнейших женщин:

– Ах, какое мученье! – кричали из них многие с истерическою лихорадкою, закрывая глаза и отворачиваясь, однако же простаивали иногда довольно времени.

Спектакль, – как и написано далее:

– Иной, и рот разинув, и руки вытянув вперед, желал бы вскочить всем на головы, чтобы оттуда посмотреть повиднее.

Это Повиднее можно увидеть, однако, только с помощью, видящего невидимое:

– Нового Завета.

– — – — – — – —

– Происхождение Жизни на Земле.

Увидеть вот эту сцену обмена верительными грамотами между отцом и сыном, между Тарасом Бульбой и Остапом – может только Читатель.

Как и жестокость убийств объяснил сам Бог:

– Все живы.

– — – — – — – —

Фактически, отрицая эту расстановку частиц НЕ у Пушкина в Воображаемом Разговоре с Александром 1 – отрицают существование Евангелия – Нового Завета. Фантастической великолепности пример того, как можно выбросить ребенка Фейербаха, или Слона именно:

– Не заметить.

– — – — – — – —

– То, что вы – так сказать – чувствуете – есть тока-тока субъективная, – хотя и реальность.

Мнение Человека – заявляют – ничего не значит. Но не всегда и не везде же ж!

Ибо Книгу может читать только сей Субъектум! Кто еще может оценить правильно, что в ней написано, – тем более, – в:

– Художественной Литературе.

– — – — – — – —

Логика простая:

– Где Киты, где Слоны? – которые держат Землю на весу, покажите!

И все смеются, как:

– Чему-то радуются.

Но:

– Дак, они же ж не видны!

– Да вы что?! Почему, – спрашивается.

Именно потому, что Человек может видеть Невидимое из-за того, что мир состоит из Двух Частей:

– Одна является Посылкой другой.

Следовательно, если Это так, то уж Сие будет эдак. Мир вокруг нас, значит, разумен! А это и значит, что:

– Бог – есть.

– — – — – — – — —

Если Тарас Бульба не убил Андрея значит убил его, как Остап во время своего кровавого ответного похода на Польшу. И:

– Именно это и будет тем легендарным случаем, когда Каин убил благородного и кроткого Авеля.

– — – — – — – — —

– Привязать к голове пучок травы сможем, – чтобы ясно было:

– Раньше там был низ – теперь – верх.

И чтобы сделать этот переворот вверх тормашками, – надо только одно:

– Иметь Посылку происходящего, причину, почему именно так, а не, наоборот:

– Эдак происходит.

Рассуждения об ужасах, уже повторяемой войны, которую ведет против Польши Остап Бульба – это именно:

– ПОВТОР. – Что и значит по Королю Лиру, посадившему траву у себя на голове, а не на ногах:

– ВСЁ НАОБОРОТ-т

И скрыт был этот переворот, как скрыта правда Нового Завета, не разгромившего Ветхий Завет, – а:

– В себя его включившая, – как показал это А. С. Пушкин для наглядного разъяснения русским Текстом под названием:

– Когда Макферсон издал Стихотворения Оссиана, – где на вид:

– Война, – хотя и только на перьях, – а реально каждый из Героев – и Джонсон, и Макферсон:

– Буквально продолжают один высказывание другого, – но и сложность есть:

– Если один говорит в Тексте, – то другой продолжает это же предложение на Полях этого текста.

Правда эта требует не только желания учитывать Теорию Относительности, но и:

– Видеть доказательство Великой теоремы Ферма, – самим Пьером Ферма сделанное.

– — – — – — – — —

Как и у Пушкина в Дубровском:

– Всё кончено, очередная Маша на справилась со своим домашним заданием, не смогла сдать сия Марья Кириловна зачет г-ну преподавателю истины Владимиру Дубровскому:

– Не пришел учитель-то на сей зачет!

Но!

Чтобы обмануть всех – надо обмануть в первую очень одного главного соглядатая, как бога, так и нет, – этого самого из самых Смотрящего:

– Человека Читающего! – сию пропаганду истины.

След-но, Маша даже не Ах! – ибо ясно:

– Всё кончено, Юпитер, ты опять, как всегда оказался не прав в отношении счастья людей на Земле, – а он – Владимир Дубровский – даже ухом не ведет, чтобы ляпнуть на больших радостях:

– Эй, ты, милка моя, я же и есть твой не только князь Верейский, но и разлюбезный Дефорж, Владимир Дубровский:

– В первую очередь.

Должна, как и в Тарасе Бульбы Гоголя – вся публика немного помучиться тем, что:

– Нич-чего нового не произошло с приходом на Землю Нового Завета, Иисусом Христом:

– Блестящего.

Также и здесь, у Гоголя:

– Тарас Бульба сделал всё, что его сын, как тоже Бульба, хотя и Остап, устроил своему Герою, Читателю, Человеку Разумному не только мир на земле, – но и немыслимую просто так:

– Победу, – с помощью именно Двух Скрижалей Завета, – как двух частей, а не одной – принципиально.

Как это и рассказал Иисус Христос апостолам:

– Видели ли вы Отца Моего?

– Нет, – вот это НЕТ и означает, что Бог, как Посылка любого утверждения:

– Невидим.

Король Лир изобразил сие великое доказательство переместив траву с поля, с низа, с земли – себе на голову, перевернув изображение, как фотоаппарат, – уже научно точно знающий эту Посылку, что оно в видоискателе:

– Переворачивается. – А значит, есть на чем, – а, точнее, на КОМ, – на каком Ките или Слоне в виде Посылки – ему этот кордебалет и провернуть.

Как:

– Это сделал и Гоголь в Тарасе Бульбе.

Следовательно, ужасы военной бойни так и прут, так и лезут изо всех щелей и даже просто на поле в виде дохлых лошадей валяются, – не просто так, – а:

– Нарочно, – чтобы их победить способом:

– Вот она была – и нету.

Как и сказал Гришка Отрепьев стражникам очень уж правописание гласных и согласных любящим на Польско-Литовской границе:

– Не всяко слово в ту же строку пишется. – Точнее, у Пушкина, сами стражники ему дураку, это и напомнили.

Если еще точней, то он им этот диалог и расписал, чтобы знали:

– И я знаю правду, – как перейти эту границу у реки, хотя и с Литвой только.

– — – — – — – —

Почему мнение фарисеев приведено в Библии, когда они обращаются к Иисусу Христу, что не понимают:

– Почему сие будет так, а не наоборот, эдак?

Можно подумать, что они пристают к нему, как местные интервью-эры:

– Только ради балагана, – а истина им и не нужна вовсе – даже наоборот – хотят ее затмить.

Ответ:

– Сии размышления – фарисеев – нужны только того, чтобы уловить маленькое чуть-чуть, но – по мнению Иисуса Христа – необходимое для понимания Нового Завета, его истин и формулировок, – а именно:

– Желание!

Ибо обычно интересуются вопиющими своей красотой открытиями – как Гаусс, например, в ответ на привет и здрассте Римана:

– Не очевидно!

Ибо видно будет только при склонности души в этому новому, – чем оно ни будь.

Поза оппонента – провал.

Почему и не поняли Повести Белкина Пушкина – искали новое только по очевидному содержанию, – фантастическая своим природным существованием форма:

– Только в сказке, когда царевна Лебедь – это действительно лебедь, – а так:

– Опять Нюрка в артистки играет, как в детстве играла в куклы.

В Евангелии подчеркнута удивительная наглость человека по поводу своего мнения в ответ на новые открытия в науке, литературе, живописи. Ибо думают:

– Тогда почему я думаю так, а вы наоборот, эдак?

Что получается, я неправ, а вы, наоборот, правы? И прет на рожон.

Однако такое априорное противостояние выбирают далеко не все, ибо читали, например, Робинзона Крузо и только и занимались тем, – что:

– Радовались, – а тут советские литературные работники, – бац:

– Около пятисот противоречий, вы, милые херцы, пропустили мимо ушей.

Следовательно, истину принимают всей душой, всем сердцем – автоматом, – но:

– До определенного предела, конечно.

Хотя и хождение по воде может не смутить их, как принципиальная возможность человека, и более того:

– Восхитительная.

Люди думают, что надо с детства, как можно раньше, лет с пяти, и то и с трех в успешный спорт на профессиональном уровне трогаться в путь этого хождения по воде – тогда:

– Может и получится, – а так с похмелья, конечно, нет.

Но!

Все удивительные возможности Иисуса Христа в Евангелии имеют в виду всегда только одно:

– Надо перевернуть мир – не меньше.

Логика противостояния 17-го года Вере в Бога тоже не совсем простая. Не просто ответ, что:

– Мы не собираемся строить из нашего чинного и благородного мира Театр, – а побольше будет, – как-то:

– Да, скорее всего, можно, – но мы смело в бой пойдем!

Именно:

– Против Этого!

Сознательное, агрессивное противостояние, что мы именно:

– Нарочно против!

Чего нельзя сказать про Белинского, когда они критикует Горе от Ума Грибоедова.

Он идет от нормы Ветхого Завета, основанного на вид только на содержании текста, от здравого смысла, трезвого взгляда на мир, – а эти Чацкие и Хлестаковы выступают, как из:

– Себя вышедшие.

Более конкретно:

– С корабля на бал.

И Белинский имеет в виду: так вам и надо, господа Чацкие и Хлестаковы играть в этот Марди Грас там, на корабле, какого вы сюда претесь с этими же заморскими правилами?!

А:

– Той буквы И, которая имеется в известном словосочетании А и Б сидели на трубе, – не замечает, как тоже участвующей во этом перевороте мира с ног на голову.

Что и Чацкий, и Хлестаков:

– Вяжут своим поведением эти два мира, – мир корабля и бала.

И вот эта правда СВЯЗИ миров бала и корабля – значит – была известна 17-му году, – почему для победы над этой Связью ему – 17-му году – понадобилась такая вещь, как:

– Агрессия, – ибо аргументов логики против связи миров уже нет.

Христианство – это высший пилотаж логики, поэтому логикой его не взять. Только сознательным противостоянием.

Можно думать, что противостояние проясняет истину, как это на поверку получается у Белинского. Ибо можно даже заметить, что Лиза, Фамусов, Скалозуб говорят словами Чацкого, но автоматически – по душе – принять это как правду, не задумываясь:

– Почему так получается, – Белинский акцентирует внимание:

– Белиберда-а! – точнее, еще хуже:

– Ошибка еще малограмотного в этом литературном деле автора.

Считает, следовательно, Белинский, что такой лабуды не может быть, так как не может быть:

– Никогда!

И это верно, если принять Ветхий Завет, созданным навсегда правильным, так как неизменным.

И:

– Ужас в том, что эта установка правильная! – если иметь в виду только содержание, но оказалось форма любит себя не только за красивые глазки, – а:

– Тоже имеет содержание!

В Евангелии эти рассуждения не приводятся, предполагая, что люди сами додумаются до остального, если, – вот это ЕСЛИ:

– Есть желание!

Приводятся видимые противоречия:

– Последний будет первым, – например, что некоторых даже раздражает:

– Ну, как это может быть, ибо даже Венечка Ерофеев, если встал в литературе последнего времени первым, последним за парочкой бутылочек коньячка всё равно не был никогда, а где-то всё равно близко к кассе.

А то, что один, никогда не упоминаемый в фундаментальных законах физики Хомик, вдруг и неожиданного встанет в эту длинную очередь к счастью:

– Да вы что?!

И – в Новом Завете:

– Человек встал СВЯЗНЫМ между мирами, коих оказалось – в Новом Завете, не один, – а:

– ДВА.

Почему и слов – даже в персональной речи Героя – оказалось чуть – но больше, чем обычно.

Что и заметил Белинский в речах Фамусова, Лизи и Скалозуба.

Что и наглядно показал Пушкин в Джонсоне и Макферсоне:

– Половину слов в каждом предложении говорит один из них, а половину слов этого же предложения – другой.

И происходит это только потому, что идентификатор стал не просто штангенциркулем, – а:

– Человеком настолько живым, что мог назвать себя Читателем.

Вот этот переход слов от одного героя к другому – в пределах одного предложения – может заметить только он:

– ЧИТАТЕЛЬ.

Вот именно этой логике изумлялись фарисеи, слушая Иисуса Христа. Читатель, настолько не первый в художественном произведении, что и вообще его там нет, – как в мире, – становится там, на СЦЕНЕ Жизни, первым, ибо больше никто, кроме него, не видит реальной, но невидимой невооруженным глазом, жизни героев.

И именно это Белинский назвал грубой ошибкой Грибоедова, потому и не тянущего на профессионального литератора. Получается в философии, краеугольным камнем которой является:

– ПОСЫЛКА Гегеля и Канта, – был ни бум-бум именно сам Белинский.

Гегель и Кант упоминаются, как понятные философы нового времени, но Посылка в художественном произведении применена уже у Гомера, – более того, только в ней – в Посылке – вся красота Илиады и Одиссеи.

А тут ее не только не видят, не только видеть не хотят, но и богов древнего мира Гомера, считают только поэтической условностью, – а они – это и есть тот ФОН-БАРОН, – который и называется этой самой:

– ПОСЫЛКОЙ.

На которой, однако, только и может быть виден этот самый Последний, ставший Первым:

– ХОМО САПИЕНС

– — – — – — – — – — – —

В науке, в биохимии, эксперимент – наконец-таки – подтверждает правильность теоретической разработки – в литературе другой, но похожий критерий истины теории:

– Она срабатывает на самом Авторе.

– — – — – — – — – — —

Побеждает сила, невооруженным глазом невидимая, ибо видимое доказательство может быть правильным, – но:

– На него можно не обращать внимания.

Поэтому Печорин и ведет бой с Героем Нашего Времени:

– Врагом Невидимым.

– — – — – — – — – —

Герои выходят на Сцену не из предыдущего содержания, а из-за Кулис.

– — – — – — – — – — —

Каким образом Одиссей, опять слушаемый мной сейчас перед сном, как аудиокнига, побеждает огромное количество женихов, – считается:

– Хотя и ободряемый Афиной Палладой.

Дело именно в Афине Палладе, как доступном Одиссею Втором Мире.

Поэтому мы воспринимаем ВХС перевод, как подлинник, что он не только другой, но в его Посылке лежит именно существование Афины Паллады, – что значит:

– Есть возможность исправить поражение на победу, – и это будет не игрой ума, а именно:

– Новым Заветом.

Не потому, следовательно, поражение от победы не отличается, что:

– В лоб – что по лбу, – а потому, что объявленное поражение можно исправить с помощью второго мира, – вплоть до:

– Папрашу павтарить! – и в повторном варианте выбирается вариант победы, который с первого раза не только не был виден, но и:

– Не мог быть виден.

Буква-ризм альтернативной идеологии не в непонятности – следовательно – Двух Миров, а том только, что в Двух Мирах:

– Человек побеждает – только.

– — – — – — – — – —

Поэтому фильмы Голливуда 20-ти и даже 30-летней давности идут, как свет планет намного более развитых, в отношении Илиады и Одиссеи Гомера, где Пенелопа верная жена – по учебнику, а по другому измерению:

– Ничего страшного даже для Одиссея, что развела в его 20-летнее отсутствие публичный дом у себя:

– Прямо на дому, – но вот, как:

– Не в ту же самую строку записанный.

Но вот именно эту разницу, что есть ДВА МИРА, куда буквы пишутся, не только не понимают, но и понимать запрещают.

Поэтому эту книгу Война Миров в телевизионном переводе, или в переводе местными издательствами, как книги на бумаге в виде школьно-письменных принадлежностей начальной школы, – можно смело:

– Сдать в метал-лолом.

Ибо соли там пуды съедено в домах пионеров и школьников, чтобы сказать, – как:

– Никогда ничего и не было.

– — – — – — – — – —

П.С. – В принципе, здесь ошибка, так как я думал почему-то, что книга Стивена Кинга, а не Герберта Уэллса, по которой снят фильм Война Миров, и, значит, в книге, как подлиннике:

– Ужасы будут непридуманные, – как обычно, у Стивена Кинга, а настоящие.

Наверное, ошибся из-за созвучия Стивена Кинга с Стивеном Спилбергом, режиссером этого фильма.

Реально, здесь всё чинно и благородно – по-старому-у. Скорее всего, Герберт Уэллс оказался слишком старым писателем, чтобы его с налета поняли разработчики даже голливудских сценариев.

– — – — – — – — – — —

В принципе, да, чтобы Леонид Андреев был нормой – как стандарт Голливуда – надо его читать, как Стивена Кинга:

– С радостью противостояния ужас-офф коммунизму.

Про Леонида Андреева – отдельное Эссе идет.

– — – — – — – — – —

Как выбирается дорога в Тарасе Бульбе Гоголя? Когда действует Тарас, а когда Остап в боевых действиях после смерти одного из них, а при повторном чтении и раньше?

– — – — – — – — – — —

Суть принципиально другая! Ибо, да, поправку к любому высказыванию надо делать, – но:

– Весь вопрос в том, не какая она, – а:

– Кто ее делает!

И делает ее не сам музыкант – в данном случае – а:

– Слушатель этой музыки.

А Так – получается, что музыкант настолько боится своего Я, что и делает эту нелепую поправку, ДА, ТО ЕСТЬ, КАК БЫ, – уже не оставляя места слушателя на:

– На, однако, сам смысл её прослушивания.

Зрительный Зал не только имеет это право:

– Увидеть ошибку композитора в абсолютизации, но только он и может снести Уточнения.

Именно в этом смысл Зрительного Зала:

– Он своей поправкой участвует в создании художественного произведения – в этом, можно сказать, весь смысл Шекспира и Пушкина.

Здесь, несмотря на отъезд в Англию, выдается совьетунион идеологишэн. А именно:

– Это сделали мы сами – этот наш, – но вот далеко несовместный труд.

– — – — – — – — – —

Тоже самое в принципе, что сейчас говорится по каналу Культура про живописца Жуковского:

– Только русское должно быть искусство – ничего навязанного извне.

Но в том-то и дело, что в этом случае за правду принимает только данное уже Человеку, – своего:

– Забыть, как чужестранщину, – но это и есть именно Ветхий Завет.

Сложность в том – повторю – что и при желании не удастся взять Чужое, – а только способом Евангелия, – когда, вот эти чужеземные ПОЛЯ, – так и остаются полями, они не внедряются в Текст напрямую, – а:

– Имеют с ним СВЯЗЬ.

И именно ОНА – эта СВЯЗЬ – и отрицается, как главная угроза, которая может разрубить гордиев узел порабощения человека.

Запрещая Чужое – прямым почти текстом запрещают именно СВОЁ.