Евреи – передовой народ Земли?

До Плена

После Вавилонского плена и появляется то еврейство, которое мы знаем.

Евреи невероятно успешные – это раз.

Евреи нелюбимые другими народами – это два.

Ханаанские хабиру времен Синухета – варвары, пасущие баранов и разводящие скверно обработанные поля проса. Говорить об их успехах просто смешно. Скорее это они заискивают перед богатым, знатным египтянином, человеком из цивилизованной страны.

Для более поздних времен и пророк Моисей, и царь Соломон известны только из одного источника – из Библии. Причем ведь Древний Восток в эту эпоху был уже достаточно цивилизованным обществом. Писали в те времена много, существовало несколько систем письменности: иероглифической, клинописной, слоговой.

В этом плане особенно интересно – никто на Древнем Переднем Востоке и слыхом не слыхал ни об Аврааме, ни об Иакове, ни о Моисее, ни о царях Соломоне, Давиде и Ровоаме. Ни египтяне, ни вавилоняне, ни хетты, ни ассирийцы. Богатейшие архивы в городе Угарите и Мари, в Вавилоне и Ниневии молчат о них. Ни единого слова нет о сооружении Иерусалимского храма в текстах, высеченных в камне пещерных храмов Египта и написанных в его папирусах.

Из чего не следует, что этих людей никогда не существовало, а храм не был построен. Из этого следует только одно: иудейские цари и пророки, их храмы и их история не интересовала никого, кроме создателей Библии.

Ханаан XIII—VI вв. до Р.Х. – глухая периферия тогдашнего Переднего Востока. Цари и пророки иудеев попросту никому не интересны. Между прочим – и нам с вами они не были бы интересны, если бы не переворот Вавилонского плена.

Ведь почему нам интересны праотец Авраам, пророк Моисей или царь Соломон? Ровно потому, что они – родоначальники народа, сыгравшего исключительную роль в истории. Так могут быть интересны деревенские предки богатой и знатной семьи. Интересны не сами по себе, а именно потому, что их потомки богаты и знатны. И хочется раскопать: а откуда же все началось?!

В XIII—VI вв. до Р.Х., до Вавилонского плена, еще не было того народа, который вызывает у кого восхищение, у кого ненависть, но почти у всех – интерес. Этот народ как раз и появился во время Вавилонского плена.

Можно только гадать, что произошло бы с иудеями, не произойди этого Вавилонского пленения? Не захоти вавилоняне их «вырвать»?

Во всяком случае, до этого события иудеи оставались мелким народцем с глухой периферии Ближнего Востока. Решительно никому не интересным.

После Плена

В VI—IV веках до Р.Х. в руках еврейских купцов оказывается караванная торговля всей Вавилонии и чуть ли не всей Персидской империи. Какой процент капитала в их руках, какое число товаров пропускали они через свои магазины, подсчитать очень трудно. Но известно, что крупных еврейских купцов очень много, а в некоторых городах (в Сузах, Мари) больше половины крупных купцов – евреи.

Многие евреи делают карьеру при дворе наместников провинций – сатрапов. Они не воины, да и кто доверит иноплеменникам руководство армиями и разведкой? Иудеи – чиновники. Те писцы, исполнители, хранители архивов, которые необходимы для работы органов управления. Те, кто доводит приказы и решения начальства до практического исполнения. В этом слое провинциальных чиновников Персидской империи довольно много иудеев.

А некоторые из них становятся чиновниками в центральном аппарате управления и даже придворными персидских царей. Первым из них, если верить Библии, был пророк Даниил – тот самый, который прочел письмена «Мене, текел, фарес» на стене дворца вавилонского царя. Он стал служить и персидскому царю, которого Библия именует Дарий Мидянин.

Иудеи лояльны Персидской империи и персидским царям – те выручили их из Вавилонского плена. Типичная восточная черта – долго помнить и добро, и зло. По-видимому, персы учитывают эту еврейскую лояльность.

Нам не известно, существовал ли антисемитизм в среде горожан Вавилонии или в тех же Сузах. Никаких данных об этом у нас нет. Но совершенно точно известно, что некоторые персидские чиновники евреям завидовали и пытались их погубить. И повествует об этом опять же Библия.

История же такова: был при дворе персидского царя Артаксеркса один такой придворный, Аман… Царь очень возвысил Амана, и все ему кланялись. Был и другой придворный, вознесенный царем Артаксерксом, – еврей Мордухай. Этот Мордухай не хотел кланяться Аману. Почему – не очень ясно, так как иудаизм не запрещал выполнять все требования восточных царей, простираться перед ними ниц, целовать землю и так далее. Видимо, какая-то чисто коммунальная ссора. Чем-то Аман Мордухаю не понравился, и только.

Аман обиделся и решил не только убить Мордухая (повесить его на дереве высотой 50 локтей), но и истребить всех евреев. Затея на редкость мерзкая, но очень в духе Древнего Востока: по законам коллективной ответственности за любую вину отвечает не только сам виноватый, но и все, кто с ним связан. Его семья, родственники, сослуживцы, друзья. В данном случае – весь народ.

Состоится ли погром, зависит от воли, желания и блажи одного человека: царя Артаксеркса. В Персидской империи царь – хозяин жизни и смерти как отдельного человека, так и целых народов. Аман полизал ему все, что полагается лизать владыкам, и царь позволил ему истребить сколько-то своих подданных.

К счастью для Мордухая, ему есть что положить на чашу весов… Во-первых, он имеет немалую заслугу: донес на двух евнухов, которые хотели «наложить руку на царя Артаксеркса…Дело было исследовано и найдено верным, и их обоих повесили на дереве. И было вписано о благодеянии Мордухая в книгу дневных записей у царя»[21] (Эсфирь. 21—23).

Кроме того, воспитанница Мордухая, Эсфирь, сделалась любимой женой царя Артаксеркса. Узнав, что Аман обрек на смерть его самого и иудеев, Мордухай бросается именно к Эсфири. К счастью Мордухая и Эсфири, им удалась похабная гаремно-политическая интрига. Царь как раз вспомнил, как Мордухай «заложил» двух евнухов… Заслуга Мордухая вместе со сладостью заветного места Эсфири качнула чашу весов в их сторону.

Царь хотел сделать иудейский погром? А теперь Артаксеркс желает другого погрома, персидского. Он приказывает иудеям избивать своих зложелателей, а всему аппарату управления – им помогать.

Впрочем, вот они, строки из Библии:

«Собрались Иудеи в городах своих, по всем областям царя Артаксеркса, чтобы наложить руку на зложелателей своих; и никто не мог устоять пред лицом их, потому что страх пред ними напал на все народы.

И все князья в областях, и сатрапы, и областеначальники, и исполнители дел царских поддерживали Иудеев, потому что напал на них страх пред Мордухаем.

Ибо велик был Мордухай в доме у царя, и слава о нем ходила по всем областям, так как сей человек поднимался все выше и выше.

И избивали Иудеи всех врагов своих, побивая мечом, умерщвляя и истребляя, и поступали с неприятелями своими по своей воле.

В Сузах, городе престольном, умертвили Иудеи и погубили пятьсот человек.

И Паршандафу, и Далфона, и Асфафу,

И Порафу, и Адалью, и Аридафу,

И Пармашфу, и Арисал и Аридлая, и Ванезафу, – Десятерых сыновей Амана, сына Амадафа, врага Иудеев, умертвили они, а на грабеж не простерли руки своей.

В тот же день донесли царю о числе умерщвленных в Сузах, престольном городе.

И сказал царь Эсфири: в Сузах, городе престольном, погубили Иудеи и погубили пятьсот человек и десятерых сыновей Амана; что же сделали они в других областях царя? Какое желание твое? И оно будет удовлетворено. И какая еще просьба твоя? Она будет исполнена.

И сказала Эсфирь: если царю благоугодно, то пусть бы позволено было Иудеям, которые в Сузах, делать то же и завтра, что сегодня, и десятерых сыновей Амановых пусть бы повесили на дереве.

И приказал царь сделать так; и дан на это указ в Сузах, и десятерых сыновей Амановых повесили.

И собрались Иудеи, которые в Сузах, так же и в четырнадцатый день месяца Адара, и умертвили в Сузах триста человек, а на грабеж не простерли руки своей.

И прочие Иудеи, находившиеся в царских областях, собрались, чтобы встать на защиту жизни своей и быть покойными от врагов своих, и умертвили неприятелей своих семьдесят пять тысяч, а на грабеж не простерли руки своей.

Это было в тринадцатый день месяца Адара; а в четырнадцатый день того же месяца они успокоились, и сделали его днем пиршества и веселия»[22] (Эсфирь, Глава 9. 2—17).

Здесь очень многое нечетко, вплоть до того: сколько же детей было у Амана? Кого вешали иудеи на другой день – трупы уже убитых ими десятерых сыновей Амана, или на другой день они убили ЕЩЕ десять сыновей Амана?

Тем более непонятно – кого конкретно убили в эти страшные дни? Вроде бы упоминаются конкретные имена… стало быть, существовали какие-то списки этих обреченных «зложелателей»? Но ведь и названо всего несколько имен, а убитых-то семьдесят пять тысяч. Пусть даже это сильное преувеличение в восточном духе. Но главное в том, что убитых было МНОГО. Под нож шли вовсе не одни поименно перечисленные «зложелатели», а целые слои общества, целые толпы людей. Людей, «виновных» лишь в том, что они родились не иудеями, а персами, и оказались поблизости от разгоряченных, вооруженных толп, опьяненных кровью и собственной безнаказанностью.

Персидские чиновники? Те, кто и должен поддерживать порядок? Это холуи холуев и всяческие холуи, простые исполнители любой воли царя. Они сделают все, что им велят из дворца в Сузах. Велят дать Аману резать евреев? Слушаемся! Велят позволить евреям резать персов? Как прикажете!

В книге пророка Даниила рассказывается очень похожая история: Даниил нарушает приказ царя Дария: не поклоняться никаким богам, кроме самого Дария, в течение тридцати дней. Царедворцы и просили Дария издать такой указ, чтобы «подставить» Даниила: они знали, что он не сможет месяц не поклоняться Й’ахве. За Даниилом подглядели, царю донесли…

Что характерно: царь Дарий не хочет казнить Даниила, но и не смеет нарушить собственного указа. Даниила бросают в ров со львами, а он, по Божьей воле, оказывается невредим – не трогают его прикормленные человечиной львы. Явленное Й’ахве чудо во всем убеждает царя Дария. Теперь уже враги Даниила «брошены в львиный ров, как они сами, так и дети их, и жены их; и они не долетели до дна рва, как львы овладели ими и сокрушили все кости их»[23] (Даниил. 6.24).

Зрелище детей, пожираемых львами, – чудесная иллюстрация торжества любой идеи, что говорить.

Но главное – мы видим, что из всех завоеванных персами народов иудеи как-то выделяются. Они богаты, они делают прекрасные карьеры. Они оттесняют от престола персидских царей коренную персидскую знать.

И вызывают закономерную ненависть этой знати.

Теперь о евреях пишет не только Библия. О них упоминают различные хроники. О том же Данииле, советнике Дария, известно из персидских летописей. Правда, ничего не написано об истории со львиным рвом… Но сам Даниил – упоминается.

И про еврейских чиновников нам известно. И про еврейских купцов.

Одним словом – народы заметили евреев.

Интересно еще такое место в Библии: «И многие из народов страны сделались иудеями, потому что напал на них страх перед иудеями»[24] (Эсфирь. 8.17). Запомним его.

«Народ философов», или Положительная комплиментарность

Эллины познакомились с иудеями в VI—V веках до Р.Х. Они отзывались об иудеях с интересом и явным уважением. Феофраст, старший современник Александра Македонского, сверстник его учителя Аристотеля, называл иудеев «народом философов». Клеарх из Сол, ученик Аристотеля, говорил, что это не народ, а целая философская школа.

Сохранилась легенда, что при завоеваниях Александра Македонского на Востоке иудеи сначала не хотели нарушать клятву верности персам. Сначала их первосвященники отказались признавать власть Александра. А потом им был вещий сон, и когда Александр Македонский шел со своей армией на Египет, навстречу ему вышла целая процессия во главе с первосвященником Яддуа.

К их удивлению, Александр сам сошел с коня и низко поклонился Яддуа. Он объяснил это тем, что еще в Македонии к нему во сне явился некий восточный человек и предсказал, что завоевание Азии кончится для Александра Македонского победой и славой. Это видение, по словам Александра, было очень похоже на Яддуа…

Принимать ли легенду всерьез? Если да, можно предположить: а не рассказывали ли Александру об Иерусалиме и его первосвященниках? И обо всем «народе философов»? Если да – то стоит ли удивляться, что в честолюбивых снах ему явилось нечто очень похожее…

Во всяком случае, Александр посетил Иерусалим, даже принес жертву Богу Израиля. Он оставил Иудее ту же свободу и то же самоуправление, которое было у нее при персах.

Сам Александр умер очень рано, в 34 года, и его империю разделили ближайшие соратники. Селевк взял себе Сирию и Вавилонию, Птолемей взял Египет, Неарх взял себе только флот. С этого момента Неарх исчезает из истории, потому что флот вышел из Персидского залива неизвестно куда и бесследно пропал в океане. Никто никогда не видел ни одного корабля, ни одного матроса этого флота. Исчезновение флота Неарха – одна из самых больших загадок истории.

Птолемей же, воцаряясь в Египте, уже по дороге из Вавилона увел многих иудеев с собой в Египет – до миллиона человек. А потом и саму Иудею захватил, не хотел отдавать Селевку. Наверное, Птолемей хотел иметь в своем государстве побольше людей из «народа философов». Не мог смириться, что ими владеть будет один только Селевк.

Птолемей основал династию, в которой его имя стало титулом царя. Для египтян же Птолемеи были чем-то вроде фараонов… в конце концов, мало ли какие иноземные династии побывали на египетском престоле.

Птолемей I Лаги (304—283), первый царь в этой династии, продолжал выводить евреев к себе в Египет и дал им все права гражданства (а большинство египтян этих прав не имели). 2 квартала из 5 городских кварталов в Александрии заселено было евреями. Иудеи составили половину населения этого города.

Птолемей II Филадельф (283—247) окружал себя поэтами, учеными и путешественниками. Он создал знаменитый Мусейон, храм Муз, в котором собрал величайшие художественные и литературные сокровища всего мира. Но кроме музея, был Мусейон научным и учебным заведением. В числе его приближенных много евреев. Царь любил спорить и беседовать с ними о различных предметах. Очень мешал языковой барьер: как только эллинам или египтянам удавалось прижать к стене иудея, он тут же цитировал Библию на иврите или на арамейском: «А мы говорили вовсе не об этом»!

Появление Септуагинты

И тогда царь сделал неожиданный ход: он написал иерусалимскому первосвященнику Элиазару, попросил его прислать к нему самых ученых людей. Элиазар с удовольствием выполнил просьбу царя и прислал, по одним данным, 70, по другим – даже 72 ученых, одинаково сведущих по-гречески и по-еврейски.

Элиазар поместил этих ученых в особом здании на острове Фарос, близ Александрии, – на острове, где помещался знаменитый Фаросский маяк, второе чудо света, высотой 135 метров. По легенде, Филадельф велел держать каждого из переводчиков в полной изоляции, а потом велел сравнить все полученные переводы Библии на греческий язык.

История эта излагается несколько иначе у Льва Николаевича Гумилева. Он считает, что царь приставил к переводчикам стражу и сказал, что казнит их всех, если их переводы будут отличаться друг от друга. Ни у кого больше я не слышал этой версии и, честно говоря, не особенно в нее верю. Скорее всего, Льву Николаевичу просто было приятно придумывать, как пугали и мучили евреев.

Во всяком случае, перевод Библии был сделан, все семьдесят копий оказались практически идентичны. Этот перевод вошел в историю как Библия Септуагинта, то есть Библия семидесяти толковников. Теперь споры иудеев с египтянами и греками велись не менее ожесточенно, но зато с большим знанием предмета.