Правда о «еврейском расизме»
- -
- 100%
- +
Известнейший русский археолог Василий Алексеевич Городцов непринужденно сравнивал объем мозга синантропов с объемом мозга европейцев, негров и австралийцев – совершенно не задумываясь над глубокомысленными вопросами, правильно так поступать или неправильно и не льет ли он тем самым воду на мельницу реакционных учений[14].
Еще одно «звездное» имя: Дмитрий Николаевич Анучин. Институт антропологии РАН до сих пор носит имя Анучина. При упоминании этого великана науки у гуманитария возникает инстинктивное желание стать по стойке «смирно».
Темой докторской диссертации этого великого ученого стало исследование метопизма и метопических швов на черепе… Метопический шов – шов, образовавшийся на месте соединения двух половин лобной кости. Лобные доли мозга могут давить на кости черепа, если они быстро растут именно у младенца. «Родничок» есть абсолютно у всех людей, а вот метопизм не у всех. По Анучину, черепа с метопизмом объемистее на 3–5 %, чем без него.
У разных рас разный процент людей с метопическим швом. У европейцев Анучин насчитал черепов с метопизмом 5–16 %, у негров – 0,6–3,5 %.
«Известное соотношение существует, по-видимому, между наклонностью к метопизму и интеллигентностью расы. Мы видим, например, что во многих расах более интеллигентные племена представляют больший процент метопических швов. У высших представителей монгольской и белой рас он выражается цифрой, по крайней мере в 8–9 раз большей, чем у австралийцев и негров»[15].
Это не бредни скинхедов, а слова из книги, которая была докторской диссертацией выдающегося ученого.
Можно привести много высказываний очень известных и ярких антропологов о том, что метопизм «является критерием умственного развития»[16].
Ойген Фишер в фундаментальном учебнике «Антропология» пишет: «Расовые различия в частоте метопизма связаны с разной емкостью мозга. Мы встречаем его, например, у немцев – 12,5 %, на черепах, найденных в Помпеях, – в 10,5 %, у древних египтян – в 7 %, у негров – в 1 % случаев. У человекообразных обезьян сохранение лобного шва – очень редкое явление».
Еще труднее обвинить в расизме советских ученых Дебеца, Урысона и Бунака… Все они – классики советской антропологии, отцы-основатели, незнание трудов которых – профессиональная безграмотность.
В.В. Бунак писал: «Аномальный лобный шов у человека наблюдается чаще у культурных рас, что связывается с увеличением головного мозга и возрастающим его давлением на лобную кость»[17].
Много писали и о том, что при зарастании швов черепа в первые годы жизни происходит это в разной последовательности. У негров сначала зарастают швы на границе лобных и теменных костей, у европейцев сначала зарастает затылочно-теменной шов, а лобные доли могут еще какое-то время развиваться и увеличиваться. Р. Видерсгейм справедливо полагает, что «это должно быть поставлено в связь с умственным развитием племен»[18].
Как трактовать эти факты? И эти исследования? Как самый оголтелый расизм или как результат научного исследования?
Что характерно, в XIX – начале XX века расовые исследования были бытовой нормой. После Второй мировой войны исследование врожденных различий между людьми де-факто приравнивается к расизму и преследуется. Независимо от того, существуют различия или нет.
В декларации о расовых предрассудках, принятой ЮНЕСКО в 1963 году, сказано: «Расизм препятствует развитию тех, кто от него страдает, развращает тех, кто его исповедует… Многие из проблем, вызываемых расизмом в современном мире, вытекают не только из открытых его проявлений, но также из деятельности тех, кто проводит дискриминацию на расовой основе, но не желает в этом признаться».
Итак, под словом «расизм» в современном мире имеют в виду два совсем разных явления:
1) знание того, что разные группы людей могут очень различаться, изучение неравенства рас, пропаганда этих знаний и публикация таких сведений в печати.
2) требования любых форм дискриминации людей, которые считаются генетически «низшими». Неважно, кого.
Великолепно выразил эту идею Натан Эйдельман: «Известны ли вам доказательства того, что люди всех рас – белые, негры, монголоиды и другие – принадлежат к одному биологическому виду, происходят от одних предков и не отличаются друг от друга более, чем (извиняемся за сравнение) рыжие, черные, серые, сибирские коты?.. Если же вы этого не знаете, если вы сомневаетесь в этом, то почему вы не стремитесь узнать, понять? Понимаете ли вы, что о равенстве рас говорят не потому, что это хорошо, а потому, что они равны на самом деле?»[19]
Рассказывают, что Эйнштейна спросила одна американская дама:
– Господин Эйнштейн, как бы вы реагировали на желание вашей дочери выйти замуж за негра?
– Я сказал бы – приведи мужа, чтобы познакомиться. Но я бы никогда не разрешил моему сыну жениться на вас.
Первобытный расизм
Представления о генетических различиях людей – очень древнего происхождения. Изначально все первобытные племена считают себя потомками одного какого-то предка – и уже поэтому отличными от всех остальных людей. В русском языке само слово «народ» – те, кто «народился», то есть общность по происхождению.
В первобытных племенах могут принять иноплеменника: но тогда надо имитировать его рождение от «своей» женщины. Чтобы он стал генетически «своим».
Во всех фольклорах мира есть сюжет: враги нападают на стойбище, истребляют всех врагов, до младенца в люльке. Но убегает молодая женщина с ребенком на руках. В другом варианте сюжета – беременная женщина. Иногда кто-то из врагов сознательно щадит ее и «промахивается», стреляя из лука. Ребенок вырастает богатырем и достойно мстит, истребляя вчерашних победителей – тоже до младенца в люльке. Мораль понятна: убивай всех, не щади ни беременной бабы, ни грудного младенца.
Есть много примеров того, что война для первобытных людей – это не борьба с подобными себе, а вид охоты. Отношение только к самим себе как к людям выражено во многих самоназваниях первобытных племен, которые в переводе на русский означают попросту «люди». Или в лучшем случае – «настоящие люди». Именно таково значение самоназвание чукоч: «луораветлан» – «настоящие люди».
Но таковы не только первобытные племена. Древние египтяне называли азиатов «сынами дьявола», «проклятыми», есть с ними было «мерзость для египтян» (Быт. 43:32). Слово «человек» в древнеегипетском языке было эквивалентно слову «египтянин». Ассирийцы снимали кожу с живых врагов и покрывали этой кожей стены захваченных крепостей. Они насаживали на колья своих врагов, выкалывали им глаза, отрезали конечности и часто поручали эту «работу» мальчикам лет 13–14: чтобы учились нечеловеческому отношению к человеку.
«Словене», «славяне» означает не что иное, как «имеющие слово», говорящие.
А все остальные? Они – «немцы», то есть немые, не говорящие. Немцы не лучше. Самоназвание «дойчен» восходит к древнегерманскому слову «народ». Готы называли себя «тчужен», – примерно так они произносили это слово. И от него славяне вывели слово «чужой»[20].
Отношение славян к иноплеменнику? Его хорошо демонстрирует месть княгини Ольги, когда послов древлян закапывают живыми и сжигают в бане, древлянские города предают огню, а крохотный Святослав окунает ладошки детских ручек в кровь и показывает их солнышку: «Я тоже мщу за папу!»
Римляне и греки называли всех «не своих» варварами, то есть бормочущими «бар-бар-бар», не говорящими. Аристотель всерьез писал, что варвары рождены, чтобы быть рабами. Суть их такая. Латинское слово «sclavum», или «slavum» значило одновременно и «раб», и «славянин». А отношение к рабу настолько жутко, что о нем просто трудно рассказывать.
Только христианство утвердило другую мораль, и Христос рассказал притчу о добром самярянине, который спас иноплеменника в пустыне – поступок, прямо противоположный морали «режь иноплеменников до младенца в люльке».
Отнюдь не мудрейший Платон и не этичнейший Сенека, а апостол Павел утверждает, что во Христе нет ни эллина, ни иудея, ни варвара, ни скифа.
На этих принципах Церковь стоит до сих пор, категорически выступая против неравенства народов и рас[21].
Прогрессивные расисты
Христианская Церковь отстаивала сложные, книжные принципы, несла культуру образованных «простецам». Сами же народные массы стихийно отстаивали древнюю норму разделения людей на «своих» и «чужих» по генетическому принципу.
Стоило в XV–XVI веках начать торговать чернокожими рабами, и тут же появилось «объяснение» ущербности черных: они происходят от библейского Хама, на них – проклятие праотца Ноя.
Открыли Америку? И тут же сделали вывод, что раз в Библии ничего не написано про индейцев, то они и не являются людьми. Только папская булла 1537 года утвердила: индейцы – такие же люди! Испанские миссионеры крестили индейцев и благословляли брачные союзы испанцев и испанок с туземцами. Добрый монах Бартоломео Лас Касас был против обращения индейцев в рабов. По его мнению, на плантации следовало заво-зить в Америку рабов из Африки[22].
Опыт человечества свидетельствует: отступление от христианства всегда ведет к утверждению идеи неравенства людей. Само слово «расизм» в близком к современному смысле ввел в оборот ученый Франсуа Бернье в 1684 году. Знаменитый еретик и сатанист Джордано Бруно, не менее знаменитый врач Парацельс полагали, что человечество произошло от разных предков. Позже то же самое утверждали великий писатель и поэт Гете и французский хулиган Вольтер.
Основы научной классификации биологических видов заложил шведский ученый Карл Линней. Он же считал белую расу расой законодателей и владык, а черную – расой рабов по своей сущности.
Бюффон полагал «людьми, более всего походящими на зверей», австралийских аборигенов. Но американские индейцы тоже всего лишь «животные на высокой стадии развития»[23].
Культовая фигура так называемого Просвещения, некто Вольтер, был самым законченным расистом (а заодно и антисемитом). Он полагал, что на голове у негров не волосы, а шерсть, подобная бараньей, что привезенные во Францию негритянки производят на свет «таких же животных» и что «белый превосходит негра так же, как негр – обезьяну, а обезьяна – устрицу».
Вольтер полагал, что в какой-то степени негры такие противные потому, что совокупляются с другими человекообразными обезьянами и смешиваются с ними, имея общих детенышей.
Врач Эдвард Лонг написал даже специальную книгу «История Ямайки» (1774 год), где доказывал, что половая жизнь негров с орангутанами – дело совершенно естественное.
Кювье писал в своем «Животном царстве»: «Чернокожая раса отнесена к югу от Атланта… ее характерная морда и огромные губы сближают ее с обезьянами; общества, которые она создает, всегда остаются варварскими».
Все французские «просветители» полагали рабство естественным состоянием негров.
Долгое время ученые считали, что помеси белых и черных бесплодны, само слово «мулат» прямо происходит от слова «мул». Плодовитость мулатов очень огорчала многих прогрессивных людей, потому что противоречила данным науки: разные виды не могут иметь общего плодовитого потомства.
Антрополог Топинар полагал, что цветные народы «физиологически неспособны считать больше двух, трех или пяти», противопоставляя им «расы, называемые арийскими, имеющие большие способности к математике».
Тех же взглядов придерживались биолог Ламарк и философ Гегель. Один из основателей «научного» социализма Фридрих Энгельс в «Диалектике природы» вполне серьезно писал, что негры не способны понять математику.
Эрудированный врач Густав Карус после всесторонних исследований вывел зависимость цвета кожи разных людей от их «внутренней просветленности».
Натурфилософ Лоренц Окен высказал еще более оригинальную мысль: «Кто умеет краснеть, является человеком; кто этого не может – тот негр».
Теории были востребованы жизнью. В США в 1837 году вышла книга Жана-Жозефа Вирея «Естественная история человеческого рода», которая оправдывала рабовладельческую практику плантаторов. «Европеец, – писал Вирей, – является человеком по преимуществу, вершиной человеческого рода: остальные – подлый варварский сброд».
Ученые XIX века старались найти место человека в природе. Чарльз Дарвин в своей эпохальной работе «О происхождении видов» выстроил иерархию всего живого – от инфузории до человека. Кузен Дарвина сэр Френсис Гальтон, основатель евгеники, весьма конкретно писал о «совершенных» и «несовершенных» линиях развития человека.
В современном мире считается, что расисты – это реакционеры, а «прогрессивные люди» всегда, чуть ли не со Средневековья, боролись против расовых предрассудков.
Культовая фигура «прогрессивных людей» всего Запада, и, кстати говоря, еврей, Авраам Линкольн, думал иначе: «Я никогда не выступал и не буду выступать за социальное и политическое равенство двух рас – черной и белой, я никогда не поддерживал точку зрения, чтобы негры получили право голоса, заседали в жюри или занимали какую-нибудь должность или женились на белых; добавлю, что между белой и черной расой есть физическая разница; и, как любой человек, я за то, чтобы белая раса занимала главенствующее положение.
Я не могу представить никакого большего бедствия, чем ассимиляция негра в нашу социальную и политическую жизнь на равных с нами условиях… Ассимиляция с низшей расой не является ни возможной, ни желательной».
А почему бы и нет? Такие знаменитые ученые, как Карл Фохт, Людвиг Бюхнер, Эрнст Геккель, открыто объявили негров и других представителей «цветных» рас «низшими существами». Так, в поисках недостающего звена между Homo Sapiens и животным миром Э. Геккель считал всех так называемых дикарей за полулюдей, развязав тем самым руки неоколониалистам кайзера Вильгельма, стремившимся к захватам в Полинезии. Геккель от имени науки благословлял их бесчинства. «Разум, – писал он, – является большей частью достоянием лишь высших человеческих рас, а у низших весьма несовершенен или же вовсе не развит. Эти первобытные племена, например ведда и австралийские негры, в психологическом отношении стоят ближе к млекопитающим (обезьянам, собакам), чем к высокоцивилизованному европейцу»[24].
Геккель огорчался, что европейцы слишком гуманны с туземцами и прилагают к ним свою мерку «индивидуальной ценности жизни», то есть фактически отрицал, что убийство негра или папуаса есть преступление большее, чем убийство животного.
О «расе господ» говаривал и знаменитый антихристианин и антигуманист Ф. Ницше, любимец нацистов.
От одного предка или от разных?
Представления полицентристов научно обосновал Франц Вейденрейх в 1938 году. Ученый, без преувеличения, выдающийся и на редкость талантливый.
Вейденрейх полагал, что от синантропов в Восточной Азии произошли монголоиды. Современные китайские ученые, кстати, считают примерно так же – что в Восточной Азии шел особый, независимый от остальных очагов происхождения человека процесс: местные архантропы «превращались» в неоантропов.
Нгандонский (яванский) неандерталец очень похож на родезийского человека. Есть у него много общего с яванским питекантропом. Логичное предположение – что от яванского питекантропа произошел нгандонский неандерталец, а от того – австралийцы и другие негроиды.
А вот от «прогрессивных» неандертальцев Переднего Востока произошла европеоидная раса…
Сторонников происхождения людей из разных центров стали называть полицентристами (от поли-многочисленный, множественный).
Сторонников единого центра происхождения человека стали называть моноцентристами (от монос – единый).
Теорию полицентризма много раз ругали – в основном с моральных позиций. Мол, нельзя же считать людей, современное человечество разными видами! Почему нельзя, кто запретил – это вопросы без ответов. Нельзя и все. Нельзя потому, что «все равны», а думать иначе аморально.
Монотеисты правы, потому что люди (вроде бы) все-таки один вид.
Полицентристы правы, потому что есть основания считать нгандонца ближе к неграм, чем к европейцам. У синантропов и правда прослеживаются черты, сближающие их с современными монголоидами…
Те и другие неправы, потому что у них очень мало аргументов и за, и против. Мало черепов, мало информации. Построенные ими цепочки объединяют буквально единичные находки, разделенные громадными промежутками времени – десятками и сотнями тысяч лет.
Теория полицентризма и моноцентризма сразу же стала использоваться в политике. Если правы полицентристы, то расовая теория получает могучее подтверждение! Нордическая раса, лучшая и самая совершенная из рас, происходит от иных предков, чем остальные, «низшие» расы. «Низшие расы» – это вообще как бы и не совсем люди. Европейцы XVIII–XIX веков часто были так убеждены в своем генетическом, биологическом превосходстве, что действительно не считали азиатов, и особенно африканцев, человеческими существами… До какой степени не считали, показывает такой эпизод
Тасманийская история
К югу от Австралии, в 224 км, лежит большой, порядка 68 тысяч квадратных километров, остров Тасмания… Открыт он голландцем Абелем Янзоном Тасманом в 1642 году и назван в его честь.
Умеренный влажный климат похож на климат Британии. С 1803 года на остров хлынули переселенцы: разводили овец, распахивали землю, разводили яблоневые сады. Переселенцев очень огорчало, что на острове живут еще какие-то дикие черные: то ли люди, то ли подобия людей…
Тасманийцы, быть может, единственное общество, сохранившееся к началу европейской колонизации на стадии развития, соответствующей позднему палеолиту. Они проникли на остров еще в эпоху Великого Оледенения, когда уровень океана был ниже, пролива моря между Тасманией и Австралией не было. Уровень мирового океана поднялся, тасманийцы оказались в изоляции и жили почти так же, как их предки 15 и 10 тысяч лет назад.
Они охотились на кенгуру, опоссума, сумчатых крыс, тюленей, собирали водоросли, моллюсков, грибы, ягоды, коренья, птичьи яйца. Пищу тасманийцы пекли или жарили на кострах, потому что не знали даже самой простой керамики.
Жилищем им служили крайне примитивные шалаши и хижины, заслоны от ветра, а часто и пещеры. Каменные орудия – на уровне тех, что бытовали в Европе 50–60 тысяч лет назад. Наконечники копий тасманийцы обжигали на костре, вырезали из корней дубинки.
Обычно они ходили голыми. Больные, детишки, женщины иногда кутались в плохо обработанные шкуры – и только.
В общем, это был крайне примитивный народ, еще более отсталый, чем австралийцы. Поселенцам мешали две формы жизни: тасманийцы и сумчатые волки, которых в Австралии вытеснили одичавшие собаки динго. Сумчатые волки и тасманийцы ели овец, а коров не трогали – не могли справиться с такими большими животными. И тех, и других поселенцы отстреливали и травили ядами: оставляли туши овец, отравленные стрихнином.
Трудно поверить, но есть свидетельства, что поселенцы иногда… ели убитых тасманийцев. До такой степени не считали их человеческими существами. Невероятно, но об этом пишет свидетель: британец Клайв Тернбулл в своей книге «Черная война: перемещение аборигенов Тасмании»[25].
В 1830 году поселенцы окончательно решили тасманийский вопрос, провели «черную войну» с мешавшими им формами жизни: в один прекрасный день они встали на побережье острова так, чтобы каждый видел двух других. И начали сходиться от побережья к центру острова. По дороге они стреляли из ружей во всех тасманийцев и всех сумчатых волков которых видели. К вечеру этого дня было убито около 4 тысяч сумчатых волков и примерно 6 тысяч тасманийцев. В одном лагере «дикарей» заметили: в дупле огромного дерева кто-то еще шевелится. Вроде все взрослые уже мертвы, – наверное, забрались туда дети.
Цивилизованные собственники, оберегавшие свои стада, заложили в дупло пороховой заряд и рванули… Они оказались правы – среди обломков дерева валялось шесть обгорелых трупиков детей от 3 до 10 лет. Одна девочка лет 6 еще дышала… Ее совсем было собирались добить ножами, да один поселенец сообразил: это же последняя тасманийка! Давайте подарим это существо губернатору колонии Новый Южный Уэльс! Идея понравилась. Девочку вылечили и подарили…
Конец хороший: губернатор удочерил ребенка и воспитал ее вместе со своими тремя дочерьми. Словно назло для расистов, Лалла Рук, или Труганини, оказалась очень способной. Дочери губернатора талантами не отличались. Одна из них даже грамоте не научилась – не помогли ни порки, ни внушения. И не раз губернатор говаривал, глядя на дочерей: «Заменить бы вас на тасманиек…».
Труганини скончалась в 1876 году, в возрасте примерно 70 лет. Ее обычно называют последней тасманийкой. Каких-нибудь 70 лет понадобилось белому человеку для того, чтобы уничтожить тасманийцев. Труганини стала свидетелем ухода родного народа из жизни.
Любимое обвинение колонизаторов – что «дикари» в Африке или на островах Южных морей – людоеды. Это обвинение доказывало и дикость туземцев, и право европейцев на их земли. Действительно, нельзя же считать людоедов полноценными человеческими существами?
Представления европейцев хорошо передаются хотя бы в книгах Жюля Верна (а на них ведь воспитывалось не одно поколение). Путешественники, пролетающие над Африкой на воздушном шаре, видят сражение двух африканских племен. Один местный отрубает у врага руку и тут же вцепляется в нее зубами[26].
Каннибализм у туземцев был. В том числе и в Африке он был. Но что «цивилизованные» англичане тоже оказывались порой людоедами – простите, печальный, но факт. И ничего тут не поделаешь.
Трудно поверить, что английские фермеры ели тасманийцев потому, что начитались Вольтера или Геккеля. Скорее и «окончательное решение тасманийского вопроса», и писания Вольтера имеют одну природу – стихийный народный расизм.
Потомки ископаемых свиней
Вернемся от британских поселенцев, закусывавших трупами тасманийцев, к политическим проблемам Европы. Получается, что Вейденрейх, независимо от своего желания, поддерживал именно такое настроение умов. Так сказать, духовно окормлял расистов… в том числе самых отвратительных.
Несомненно, сам он был интеллектуально честным человеком, в высшей степени приличным и культурным. Он не желал иметь ничего общего с заправилами Третьего рейха и после взятия Гитлером власти в 1933 году уехал в Китай, а потом в США. Там он умер в 1948 году, ни разу ни единым словом не поддержав нацистов и их политический строй. Но что его теории были использованы в Рейхе – это факт. И со ссылкой на авторитет очень известного ученого.
Ведь если человечество произошло от разных предков – может быть, еще и найдут предков именно нордической расы… Совсем других, чем у остального человечества.
Найти «правильного» предка очень хотелось. Так хотелось, что его и нашли… В 1922 году профессор Гарольд Кук, консультант-геолог Американского музея естественной истории, нашел в отложениях русла Змеиного ручья на западе штата Небраска окаменевший зуб… Как будто человеческий! Г. Кук показал находку профессору Генри Ф. Осборну, директору музея.
У Осборна не возникло особых сомнений – вот он, еще один обезьяночеловек! Осборн назвал новый вид человека гесперопитеком Гарольда Кука – дал ему имя первооткрывателя.
Статья Осборна «Гесперопитек, первый антропоидный примат, обнаруженный в Америке» была опубликована одновременно в трех ведущих научных журналах – «Сайенс» (Т. 60, № 1427, май 1922 г. С. 281), «Америкэн мьюзиум новиэйтис» (№ 37, 1922 г. С. 2) и «Нэйчур» (Т. 110, 1922 г. С. 281).
Не только Генри Осборн, другие крупные американские палеонтологи – Уильям Грегори и Мило Хелльман – определили зуб как принадлежащий ископаемой человекообразной обезьяне, впервые открытой на материке Америки.
Вообще-то в Северной Америке не было не только человекообразных обезьян… Не было вообще высших обезьян, которые могли бы стать предками человека: Северная Америка рано отделилась от Старого Света, где шла эволюция приматов. Но ведь найти предка нордической расы ОЧЕНЬ хотелось! И в печати вместо недоумений появились далеко идущие догадки о родственных связях и миграциях гесперопитеков. Такова, например, статья известного английского биолога Дж. Эллиота Смита в одном из английских журналов.
В популярном журнале «Иллюстрэйтед Ландан Ньюс» даже поместили рисунок гесперопитека. Семейство гесперопитеков прогуливалось на фоне представителей плиоценовой фауны – древних лошадей Pliohippus, антилоп Illingoceras, безрогого носорога Rhinoceros. Рисунок иллюстрировал статью Дж. Элиота Смита о родственных связях и путях миграции гесперопитеков. По мнению этого биолога, гесперопитек попал в Америку посуху. Как?! Это вопрос не ко мне.
Шум поднялся большой. В результате шума и пиара без особого труда удалось получить деньги на продолжение исследований. В 1927 году исследования слоев на Змеином ручье в штате Небраска были продолжены… Вскоре был найден полный скелет обладателя легендарного зуба.