Антропогенез. Звезды созданы не нами

– На связи командующий эскадрой!

– Включай, система, – Рейк развернулся к устройству связи.

– Что вы делаете на патрульном корвете? Представьтесь.

– Рейк. Мы оказались крайне неудачно тут, слишком близко к точке прорыва неизвестного противника.

– Передайте управление. Покиньте корабль, отмените ваши действия. И вас не тронет автоматическая защита корабля.

– Вы блефуете. Корвет наш, и с этим, я думаю, вы ничего не можете сделать. А еще в ближайшие десять минут ваши люди доложат, что звено из десяти корветов вам уже не подчиняется. Не бойтесь, командующий, они временно наши!

Лицо командующего Базонов покраснело, глаза испепеляли, ужасающий зубастый рот демонстрировал идеальные ровные клыки в злобном оскале. Наверное, сегодня его подчинённым придется туго. Жалко, что система не может передавать эмоции при переводе, так бы он взбесился еще больше от спокойствия Рейка. Хотя яростное лицо Базона осталось по ту сторону связи, прерывание прямой связи говорило само за себя. «Базоны такого не простят!» Рейк знал, что рука мёртвой хваткой вцепилась в его горло, и теперь ни одна из нейтральных человеческих станций и систем не примет докера с черной меткой. Но он не переживал, сейчас стояла задача выжить. Вспыхнули тревожные индикаторы лучей радаров и лазерных локаторов. Появился обратный отсчет, предупреждающий о неминуемой встречи с противником. С другой стороны патрульные корабли Базонов шли на перехват по возможной траектории бегства захваченного звена. На трёхмерной карте пространства система подсветила дружественные корабли зеленым, а данные о враждебных кораблях вывела в виде векторов движения, демонстрируя текущее ускорение в сторону второго периметра. Элиот не решался что-то говорить, наблюдал за задумчивым видом Рейка. Когда звено было перехвачено и сбор синего металла составил 35%, Элиот, кашляя, сказал:

– 35% синего металла мы уже собрали возле нашего коробля. На захваченных корветах от 20 до 25 %. Четыре линкора неизвестного класса и вооружения, десять крейсеров и еще два десятка вымпелов нас размажут за пару минут. В открытом космосе мы со своими десятью старыми патрульными корветами не простоим и получаса.

– ЗНАЮ! – зло бросил Рейк. – Ты же докер, а докеры лучше всего что делают?

– Не время для загадок.

– Прячутся. Да не переживай ты так! Выстраивай корветы в боевой ордер «Клин». Подготовь оружие дальнего боя… торпеды! – после секундного замешательства скомандовал Рейк. – Пусть собирают синий металл хотя бы до 50%, потом соберемся вместе. Дроны пусть каждый возьмут по несколько торпед в свои трюмы.

– Рейк, а клин – это как?

– Понятно. – Рейк быстро набросал схему, где один корабль был прилично дальше всех.

– Вот видишь эту точку в отдалении. Это будем мы. Мы между Клином и кораблями Базонов. Весь синий метал и дронов доставляй к нам. Пару торпед каждому дрону в трюм. Клин пусть выстроится тут в отдалении от нас. Я пока займусь подготовкой корабля. Выполняй.

Рейку бросилось сразу в глаза, как неумело Элиот выполнял приказы, но при этом видно было, что он это делал не пренебрежительно, а с рвением и долей старания. Рейк маневрировал их кораблем среди мусора. Перестроение он делал увереннее, чем Элиот, но и в его действиях читались ошибки новичка. Замысел Рейка не отличался изощренностью, как показалось Элиоту. Хотя он не разбирался в тактических хитростях, но атаковать десятью патрульными корветами в построении «Клин» в лоб было полным бредом. Хотя можно было снять щиты на время и дать время основным силам выработать стратегию.

Машины разошлись в разные стороны и начали готовиться к отражению вражеских залпов. Локальная численность и превосходство изрядно поредевших противников массированной атакой древних кораблей не сбила пыл с атакующих. Входящий звонок командующего эскадрой Базонов заставил вздрогнуть Элиота.

– На связи командующий эскадрой.

Рейк, освоившись, легко развернулся к устройству связи.

Базон рычал и плевался на голограмме:

– Ты угробишь все патрульные корветы! Трус! Займи боевое построение среди моих кораблей, и мы примем мягкое решение, иначе мы сожжём вас еще до подхода противника!

– Базон, ты сам все видишь. – на лице Рейка играли желваки. – Против почти

четырех линкоров неизвестного класса даже сотня твоих дохлых патрульных корветов не выдержат и часа боя. Они большую часть сожгут еще на подходе дальним оружием. Моя задача – сорвать атаку линкоров на наши корабли, а потом высадить абордажных роботов им прямо на корму. Так у вас появятся хоть какие-то шансы.

– Ты безумен, человек! У тебя нет абордажных роботов. Ты и близко к ним не подлетишь, тебя сожгут. У тебя полчаса на обдумывание моего предложения.

Связь прервалась, Рейк задумчиво поколотил по столу пальцами, а потом произнес:

– А вот могут и сжечь.

– Ты, кажется, его взбесил. Почему, Рейк, могут сжечь?

–Да, сотни причин, мы угнали их флот. Разве неочевидно, а еще в этом странном месте умерли сотни кораблей, а мы висим над пропастью, и к нам приближается неизвестный вражеский флот. Каждая секунда бездействия может стоить нам жизни. Верь мне.

– Верю, и что же мы будем делать?

– Так, Элиот, весь синий металл на нас, сделай милость, это нас скроет от их радаров. «Клин», направь к построению Базонов. Но не слишком далеко, чтобы успеть вернуть их на места с небольшим смещением. Так они нас хоть не сожгут раньше времени. Я пока займусь нашим интеллектуальным модулем.

– А мне что дальше делать?

– Наслаждаться моментом.

– А если серьезно?

– Ты хотел изменить свою жизнь, но не мог этого сделать сам. Я – тот, кем ты можешь стать. Я умён и свободен от всего, что сковывает тебя. А теперь не отвлекай меня.

В системы интеллектуального модуля были заложены алгоритмы уклонения от зенитного огня, ракет, плазменных снарядов. Их прямолинейное движение могло смениться резкими рывками из стороны в сторону, на первый взгляд казавшимися абсолютно хаотичными. Однако Рейк помнил, как ему удавалось обмануть патрульный корвет, такой манёвр вряд ли получится с неизвестным противником. Он много изучал алгоритмы поведения интеллектуального модуля, но никаких разумных объяснений появления у него способности скрывать часть алгоритмов не нашел. Единственное, что ему удалось установить более-менее точно, так это то, что, как только он доберётся до любого корабля, его действия станут непредсказуемыми. Случилось это примерно через десять минут с момента его проникновения в систему. Выглядело это как две системы внутри системы. На поверхности хитро сделанные алгоритмы абордажного робота, а вот уже внутри система с непредсказуемо меняющимся кодом, напоминающая разумный интеллект. Он отбросил эти мыли, ведь времена высшего разума прошли, и это уже были легенды. Можно смело предположить, что подобные легенды возникали в любой момент времени, но затем постепенно забывались, уступая место другим, и так без конца. Кроме того, эти легенды могут быть обычным напутствием. Не более, чем обычная традиция приносить человеческую жертву духу космоса, или развеивать пепел с астероидов после полной выработки. Честью считалось привезти грунт с родных планет к останкам погибших кораблей, чтобы отдать дань погибшим.

Рейк продолжал набирать команды, формируя пакет задач, просто изучая реакцию интеллектуального модуля. Ему удалось создать замкнутую систему взаимодействия на базе виртуального помощника корабля, забрав у него доступ у основных систем. Очередной пакет ушел, и куб слегка мигнул, приняв данные. Затянувшуюся получасовую паузу нарушил Элиот.

– Рейк, корабли Базонов не отстают, они скоро нагонят «Клин», что мне делать?

– Ничего, они уже знают, что бой проигран. Пилотов там нет, а вот разведку боем провести хотят, может даже переоценивают свои силы. Пока нам все на руку. Что с маскировкой? Что с загрузкой торпед в дроны?

– Маскировка закончилась, дроны загружаются! У нас в общей массе около трех тысяч дронов, торпед все равно на всех не хватит.

– Тогда загружай остатками синего металла, будет шрапнель по защитным экранам кораблей.

На голограмме трехмерного пространства появились четыре линкора, подсвеченные красным. Десять крейсеров и еще два десятка вымпелов. Линкоры аккуратно сбросили скорость и начали принимать боевой ордер, пропуская быстрые и маневренные красные вымпелы вперед. Вообще Рейк немного вздрогнул, увидев столь яркие корабли, система спокойно подтвердила наличие мощных защитных экранов и обилие красного цвета на корпусах. «Что бы это могло значить?», – не успел додумать Рейк.

– Две минуты до контакта, – скупо доложила система. – Вероятность поражения машины ракетами противника…

– Система атакует вдоль строя противника, наша цель – сбить строй, – продолжал раздавать инструкции Рейк. – Ракетный залп по моей команде. Расход боекомплекта максимальный. Огонь.

Однако, похоже, неизвестный противник знал все эти уловки не хуже и специально спровоцировал на такие действия. Элиот был удивлен, что Рейк не видит опасности лобовой атаки превосходящего противника. Противник, конечно, утратил монолитность своего строя, но все группы его сохраняли высокую скорость и не сменили курса, намереваясь пройти сквозь обломки погибшего «Клина».

– Один корвет уничтожен, один имеет серьезные повреждения. Остальные ведут малоэффективную заградительную стрельбу из всех орудий.

– Хорошо! – спокойно произнес Рейк.

– Два вымпела отделились от строя и двигаются в нашу сторону. В любой момент они могут нас обнаружить, дальность их радаров системе неизвестна.

– Именно это они и хотят сделать. Уводи корветы к Базонам на воссоединение!

– Увожу. Вымпелы сменили курс, идут на воссоединение.

– Хорошо. Принято.

– Корвет потерян. Разгон начался, в строю семь корветов!

– Ожидаемо. Принято.

– Корветы Базонов начали торможение, в боевом строю указали место для нас!

– Занимай место в строю.

– Всего восемьдесят семь единиц, еще с десятка два на подлете. Они выпустили дроны перед кораблями.

– Принято.

– Наш корвет потерян. Противник начал ускорение, преследует наши корветы.

– Ясно, – мрачно кивнул Рейк.

Звонок командующего эскадрой Базонов заставил вздрогнуть очередной раз Элиота.

– Шлак, какой же он страшный!

– Не сейчас, – произнес Рейк, не моргая смотря за отметками на голографической карте.

– Так может ты все-такие ему ответишь?

– Он хочет узнать, почему мы еще не бежим. Элиот, начинай загружать на дроны операционную систему с искусственного модуля и отдай кубу управлением ими. Через тридцать секунд после установки.

Вынужденный преследовать корветы противник два раза менял боевой ордер, каждый раз заставляя что-то подозревать Рейка. Надоедливый сигнал входящего вызова замолк сам собой. Сменившись злорадным сообщением: «Сейчас поджаритесь, людишки. Не забывай о моем предложении, испытывая всю гамму ощущений. Эту запись боя я разошлю во все ваши колонии, им будет полезно это прочувствовать для избавления от иллюзий…»

– Противник начал торможение, вымпелы создали вокруг линкоров лобовую цепь.

– Хорошо.

– Программа загружена, три тысячи дронов начали набирать скорость. Наши дроны начали заходить им во фланг.

– Другого выбора у нас нет, – сухо произнес Рейк. На его бледном лице отражались сразу три эмоции: страх, любопытство и азарт.

Корветы из клина пролетели свое боевое посторение и уже взяли курс на разворот, как сотня собравшихся вместе корветов Базонов понесли первые четыре потери от рельсовых пушек ускорителя, части главного калибра линкоров. Здесь подобного сюрприза тоже не ожидали и начали набирать скорость, чтобы сократить дистанцию, иначе корветы Базонов перестреляют еще на подходе. Обороняющиеся сразу поняли, что им придется вести бой в невыгодных условиях, поскольку попытка уклониться от боя в таких обстоятельствах могла привести к отсутствию потерь у противника.

Рейк дал ускорение вперед, стараясь прикрыть щитами рой из дронов в куче из обломков. Не хватало еще раскрыть свое присутствие до выхода на рубеж атаки. Теперь оставалось ждать. Очередные четыре корвета вспыхнули и погасли, когда уже стало очевидно, что из сотни на рубеж атаки выйдут не больше шестидесяти процентов обороняющихся. Появилась четкая уверенность, что это еще не все козыри.

– Капитан Рейк, когда-нибудь, если мы выживем, ты расскажешь подробности своей истории?

– Заткнись, – Рейк резко оборвал излияния Элиота, обратив внимание на мигающую иконку входящего вызова. – Ну что опять понадобилось командующему Базонов?

– Что теперь? – бросил Рейк, активируя связь.

– Ты с чего такой злой, Рейк? – оскалив зубы, спросил Базон. – Ты перед смертью, расскажи: как вы проникли на корабль? Если от вас что останется, будем демонстрировать всем.

– Командующий эскадрой корветов, готовься бросить весь свой мусор в бой!

– Да, как ты…

Рейк прервал связь, отчетливо понимая, что Базоны по своей природе очень агрессивные и мстительные, а еще они ненавидят людей, считая их крысами, распространившимися по вселенной. В данный момент у него хватало других дел.

– Элиот, начинай транслировать с двух десятков дронов сигнал, который мы записывали на них и отправляли к первому периметру!

– Слушаюсь. В строю шестьдесят корветов, до линии атаки, система говорит, тридцать секунд.

В командной рубке повисло молчание, двое смотрели на экран, где система показывала черту, после которой все дроны станут уязвимы для наводящихся ракет. Рой дронов распался, куб вывел свой алгоритм атаки и, уже маневрируя, три группы дронов, разделившись, двинулись в сторону линкоров. Рейк развернул корабль и стал разрывать дистанцию, больше он ничем помочь не мог. Элиот озвучил происходящее, нервно сглатывая слюну:

– В строю пятьдесят корветов, первый залп. Ракеты ушли по наведению к противнику. Десять вымпелов пошли на перехват дронам, нет восемь, двое преследуют нас!

– Пусть десяток дронов свяжут боем их вымпелы. Если они успеют нас догнать, то дальше мы полетим в виде обломков. Приказ ясен?

– Не могу, контроль потерян! Шлак, почему они не слушаются?

– Вот теперь пора думать о вечном.

– Стой! Рейк, два десятка дронов идут на перехват вымпелам. Искусственный модуль нас защищает?

– Нет. Он защищает не нас!

– А кого тогда? – удивлённо спросил Элиот.

– Себя. Он же тут с нами!

Тактическая голограмма мигнула и налилась красками. Осмелевшие корветы полезли на близкие дистанции, автоматические пушки не наводились на приближающиеся дронов и по ним били практически вслепую. Дроны продолжали выполнять сложные маневры уклонения, как первый десяток отделившихся взорвался практически у защитного экрана первого линкора, разбросав вокруг шрапнель из синего металла. Конечно, такие осколки не могли повредить корабли, но они и не полетели дальше, а завязли в защитном экране, сгорая мелкими вспышками. Еще сотня взорвалась синхронно, а потом еще и еще, как вдруг защитное поле погасло на долю секунд, и два десятка дронов влетели во внутреннее пространство между кораблем и защитным полем, попав под зенитный огонь корабельных пушек. Ни один из дронов не достиг первого линкора.

– Шлак!!! Не выдержав, закричал Рейк. Нас скоро достигнут ракеты вымпелов. Они разобрали дроны и продолжили догонять нас!

Запоздало сработавший голос системы беспристрастно произнес:

– Удар через двадцать секунд.

Кресла, обхватив сильнее своих хозяев, обездвижили их. Элиот хотел что-то сказать, как сильный удар сотряс корабль, и он от страха закрыл глаза. Сконцентрировавшись на своих ощущениях, он понял, что, еще жив. «Странно, что не последовало повторного удара!» – пронеслась у него мысль, и он открыл аккуратно глаза.

– Ну же, давай, не время расслабляться!

Последовал очередной удар, но не такой силы, Элиот лишь прикрыл глаза в этот момент. Быстро глянув на схему боя, он понял: вымпелы шли на соединение к линкорам. Элиот привычно стал озвучивать ход боя:

– Три десятка корветов Базонов в строю. Два линкора противника уничтожены, один получил серьезные повреждения и видны проблемы с двигателем. Сейчас его добивают корветы. Десять вымпелов уничтожены. Пять крейсеров повреждены, два потеряны, остальные будут уничтожены через пару минут. Как так получилось, Рейк?

– Смотри запись, ты сидел с закрытыми глазами, чуть больше десяти минут.

Дроны добрались до третьего линкора, там, потеряв половину состава, они взорвали часть своих, образовав в корпусе дыру. А дальше процесс напоминал работу подрывников астероидного пояса. По очерёдности дроны залетали в образовавшуюся щель и совершали подрывы.

– Шлак, ты видел?

– Что видел, что почувствовал? – удивлённо произнес Рейк

– Там нечто черное, словно сам глубокий космос внутри корабля. Бесформенная клякса, окруженная туманным облаком, словно живая. На секунду мне показалось, что оно смотрит через все эти дроны прямо на меня. – Элиот вздрогнул и остановил запись.

– Продолжай! – требовательно сказал Рейк.

Элиот вышел из оцепенения, мельком глянул на сурово ожидающего Рейка и продолжил:

– При одном взгляде на это нутро у меня все сжалось, а кожу обдало холодом, появился страх на уровне инстинктов. Настоящее воплощение ужаса. На секунду показалось, что сердце перестало биться.

Картинка изменилась. Рейк хитро прищурился, а потом спокойно произнес.

– Тебе показалось, это просто была жидкость какая-то.

Ледяной разряд ужаса словно прострелил сердце Элиота, настолько болезненный и мощный, что он охнул, непроизвольно схватившись за грудь.

– Нет, это что-то очень злое, если бы это была просто жидкость, то ее должно было выдавить давлением из корабля! Ты знаешь, что это?

– Верно, это не жидкость! Черная энергия, плотная, как черная дыра. Может даже часть Пожирателя материи.

– Странные эти черные кляксы!

Я думаю – это первые ласточки армии, что скрываются где то-там за пределами нашего восприятия.

– Армии?!

– Да, все верно. Для беспилотных кораблей они ведут себя слишком разумно. Для искусственного интеллекта есть нелогичные моменты. Строение внутри кораблей несимметричное. Это разведка боем на нашу провокацию.

– Никогда про такое не слышал, ведь утекли бы слухи. А мы крайняя станция к этому места, можно сказать весь поток идет через нас.

– Слухи есть, их тщательно скрывают. А что о кораблях скажешь, тебе как механику ничего не удивило?

– Знаешь, выглядит так, что их собрали просто похожими. Может было много одинаковых запчастей для обычных кораблей?

– Вот именно. А еще они похоже сделаны из разных кораблей, отсюда и отсутствие симметрии.

– Рейк, так что с сигналом, ты знаешь, о чем там говорится?

– Правда нам не по зубам! Скажу лишь, что расшифрованный конец фразы, – я вернулся. Смотри дальше, заметишь что-то интересное, говори! Я пока проверю данные с интеллектуального модуля.

Дроны нашли уязвимый терминал корабля и подключились к нему, перехватив управление. Потом взломали сеть корабля и, обойдя головной искусственный модуль, стали уничтожать вражеские корабли. Перехватив временное управление, нанесли залп из рельсовой пушки по второму линкору и, выпустив торпеды под ничего не ожидавшие вымпелы, пошли на таран с первым линкором, подорвав его вблизи.

– Вот, Рейк, смотри! Дроны сформировали отчет о внутренних системах и хотели отправить!

– М-да, а взорвали корабль не они!

– Шлак! Я начинаю верить в духов космоса.

– Забей! Там еще осталось тридцать секунд видео.

Хотя крейсеры успели среагировать на изменившуюся ситуацию, их поджали патрульные корветы, почти в упор начав расстреливать.

– А нас не сильно зацепило? А почему мы разгоняемся? – взволновано произнес Элиот.

– Дальше уже не наш бой.

Звонок командующего эскадрой Базонов заставил удивиться Рейка.

– На связи командующий эскадрой!

– Слушаю вас, командующий!

– Вам следует передать нам полученные данные с корабля противника, и мы разойдемся с миром!

– А, ну конечно, командующий. Я обсужу цену за такую информацию и обязательно, когда решу продать информацию, первым вас уведомлю, вы только дайте ваши контакты!

Базон был в ярости. Свирепое лицо выражало все чувства гнева одновременно. Рейк представил, как тот бьёт копытом у себя в командной рубке, и невольно слегка улыбнулся. Базон никак на это не отреагировал, произнес нарочито спокойно:

– Ты прославил своё имя. Прежде чем нам придется убить тебя, мы должны уничтожить твое имя.

– Базон, у нас у людей мое имя ничего не стоит, и уничтожать ничего не надо. Если ты так хочешь выразить благодарность, то я тебя понял.

– Распад «Галактического совета» и жизнь в космосе повлияла на нашу культурную, социальную и политическую организацию: воины должны получить знак отличия и отправиться на родную планету. Покинуть флот и вернуться можно только после создания потомства. Мы не имеем собственных имен, всегда только название корабля и номер, к которому он приписан. Те из нас, что получили знак отличия, могут после возвращения перед названием корабля получить собственное имя. Таков наш кодекс воина. Сегодня я стал чуть ближе к знаку отличия, поэтому я не буду сразу тебя убивать, человек. Мое имя «Андромеда» 8617.

Связь прекратилась. Рейк устало откинулся в кресле и смотрел на бегающие цифры. Элиот, смотревший на него в упор, спросил:

– Капитан, куда путь держим?

– Можешь отдыхать, Элиот. Я все данные уже забил, система нас туда сама довезет. Базоны уже не успеют догнать, да им сейчас не до нас.

– Так ты скажешь, куда мы отправляемся, Рейк?

Рейк устало посмотрел на парня и, махнув рукой, сказал:

– А, все к шлаку. Нашел я тут в модуле интересные координаты, так там по базам пустой космос, одинокая звезда с одной маленькой необитаемой планетой, даже не планетой, а большим астероидом.

– Интересно, а мы можем захватить мой цветочек из дома?

– Нет.

– А сообщить, что мы живы?

– Нет! Нет, и на все следующие вопросы нет!

– Понятно, капитан, подскажи тогда одну вещь, тебе план интеллектуальный модуль просчитал?

– А это разве так очевидно?

– Нет, шлак его знает, как ты это все провернул.

– Интеллектуальный модуль проводил расчеты, я проводил корректировку и поправку на обстоятельства. Чтобы ты не думал, я ему еще не доверяю, просто была безвыходная ситуация.

– Мммм, так ты расскажешь, кто ты Рейк?

– Нет.

– Ладно, я обязательно придумаю, как забрать мой цветок.

– Думаю, это начало прекрасной дружбы, – улыбнувшись, сказал Рейк.