Ленин и революция

Один государственный Оратор, будучи изменником и предателем как партии, членом коей состоял лет двадцать, так и профессии, пристрастился изображать изменниками и предателями большевиков, которые даже по словам Николая Бердяева, противника коммунизма, в 1917–1922 гг. спасли Россию от развала и гибели. Оратор шьет большевикам дело о развале царской армии в 1917 году, хотя генерал Деникин, получше этого Оратора знавший сей вопрос, однажды в присутствии Керенского и других членов Временного правительства внятно заявил: «Когда на каждом шагу повторяют, что причиной развала армии послужили большевики, я протестую». И повторил это в своих «Очерках русской смуты», добавив, что одной из главных причин развала послужил знаменитый приказ № 1 от 14 марта 1917 года Петроградского Совета, подписанный неким Н.Д. Соколовым. А ведь Деникин до конца своих дней оставался твердолобым антисоветчиком: живя в США, в 1947 году, перед смертью, написал американскому президенту Трумэну докладную записку, как, используя опыт Гражданской и Отечественной войны, успешней разгромить нашу страну.

Да и без него ясно, что немногочисленная партия, не имея ни радио, ни телевидения, как ныне имеют подручные Оратора и он сам, не могла разложить 10-миллионную армию, занимавшую фронт в полторы тысячи верст. Ее разложили главным образом и сильнее всего бессмысленность войны, отвратительное снабжение и оружием, и снарядами, и питанием, а также многочисленные неудачи в сражениях и окопные тяготы.

Но недавно в связи со столетием Первой мировой войны сей Оратор с высокой трибуны заявил: «Мы (ораторы. – В. Б.) дали новые, достаточно объективные оценки событиям войны и результату, который был трагическим для России». Ну, во-первых, результат был трагическим для всех реальных участников войны, ибо итогом ее было 9,5 миллионов убитых и 20 миллионов раненых и калек. А во-вторых, что такое «новые оценки» – не развитие ли это горбачевского «нового мышления», состоявшего в том, что белое объявлялось черным, а черное – белым? Очень похоже. Судите сами.

«Почему результат был трагическим? Откуда он взялся? Ведь нас на фронте никто не победил?». Не ведают Оратор и его свита, что только в самом начале войны 2-я армия генерала Самсонова вторглась в Восточную Пруссию, и это привело к гибели армии и к самоубийству командарма. Все остальное время бои шли на территории Российской империи, в результате которых немцы оттяпали всю Польшу с Варшавой, всю Прибалтику с Ригой и немалые земли белорусские и украинские. Так кто же побеждал в этих сражениях? Ну да, до капитуляции дело не дошло. О нем дальше:

«Нас развалили изнутри – вот что произошло». Кто же развалил-то? Молчит, осторожничает. А прежде прямо голосил: большевики! Да ведь слишком малой, говорю, силой они были и никаких важных постов ни в Петербурге, ни на фронте не занимали, чтобы развалить такую огромную страну и ее армию. Нет, ваше степенство, страна под руководством царя и его чиновников сама разваливалась, и, может быть, еще долго это продолжалось бы, но тут подоспела бессмысленная и неудачная война. Союзники обещали России Дарданеллы, а солдаты и не знали, что это такое, с чем едят.

27 июня 2012 года мы услышали от Оратора: «В советское время Первую мировую войну, нашу войну с Германией, называли империалистической». И это, мол, оскорбительная ложь. Ну вы подумайте! Была Российская империя во главе с императором Николаем, была Германская империя во главе с императором Вильгельмом. Какая же война могла быть между этими странами, как не империалистическая?

«Чем Вторая мировая война отличалась от Первой, по сути, непонятно». Да где ж тебе понять! Позвал бы Диму, что ли, на помощь. «Никакой разницы, говорит, на самом деле нет». На самом деле разница огромная: эти войны отличаются друг от друга хотя бы размахом, масштабом, количеством жертв, разрушений – как можно этого не знать, не соображать! Отличаются еще и хотя бы тем, что в 1914 году война началась с того, что Россия первой объявила мобилизацию и, даже не завершив ее, вторглась в Германию, а в 1941-м Германия, несмотря на два договора между странами, исключавшие возможность всякого конфликта, напала на СССР. Для нашей страны эти войны отличались друг от друга и тем, что в 1941 году война сразу обрела характер оборонительной, Отечественной, чем война 1914–1918 годов за Дарданеллы не могла быть. Но еще важнее то, что в Первой мировой капиталистические страны победили такую же по общественному строю капиталистическую Германию и ее капиталистических союзников, а во Второй решающую роль в победе над капиталистически-фашистской Германией и ее союзниками сыграл социалистический Советский Союз. Сечешь?

В этом выступлении Оратор раз пять повторил, что Первую мировую в советское время у нас замалчивали. Что за чушь! Это напоминает мне когда-то популярную эстрадную певицу Изабеллу Юрьеву. Дожив до глубокой старости, она уже в перестроечное время плакалась по телевидению: «Ужасное было время! Петь о любви было совершенно невозможно!». Сразу, дескать, хватали и волокли на Лубянку. А сама лет 50–60 советской эпохи только о любви и верещала.

Так и здесь. В советское время о Первой мировой речь шла не только в исторических трудах советских ученых, но и в школьных учебниках, и в таких книгах, как «Тихий Дон» Шолохова, и в изданных у нас книгах иностранных писателей – «На Западном фронте без перемен» Ремарка, «Огонь» Барбюса и др. Правда, бодрых песен об этой войне не пели.

Но Оратор продолжает гнуть свое: «Мы почти не задумываемся над тем, что тогда произошло». Он призадумался и был потрясен: «Наша страна объявила себя проигравшей эту войну проигравшей стороне». Где, мол, это видано! «Уникальный случай в истории человечества! Мы проиграли проигравшей Германии, капитулировали перед ней, а она через некоторое время сама капитулировала перед Антантой… Бред какой-то!». А летом прошлого года на Поклонной горе еще и поддал жару: «Победа была украдена! Украдена теми, кто призывал к поражению своего Отечества, своей армии, сея распри внутри России, рвался к власти, предавая национальные интересы». Караул, обокрали!.. Трудно поверить, что это голосит живой человек с высшим образованием, а не запрограммированный кем-то, скорей всего Николаем Сванидзе, щедринский «органчик».

Идея поражения не армии, не отечества, а своего правительства принадлежит не Ленину, не большевикам. Она была выдвинута и принята незадолго до войны на Базельском конгрессе социал-демократических партий европейских стран. Когда на Балканах война уже шла, это был самый эффективный и, может быть, единственный способ предотвращения надвигавшейся мировой войны. В самом деле, как она может начаться, если все партии будут за поражение своих правительств, подвергнут их беспощадной критике, станут голосовать в парламентах против военных ассигнований и т. д. Тогда против этого выступил Троцкий, и Ленину пришлось вправлять ему мозги. Кажется, на сей раз вправил. А теперь вслед за Троцким семенит наш кремлевский Оратор. Но Ленина, увы, давно нет…

Еще и распри сеяли большевики? Ну, что ж толковать о делах столетней давности. Посмотрите, что ныне-то творится. Взять хоть одно это: 22 миллиона соотечественников живут на 8—10 тысяч в МЕСЯЦ, а кучка мерзавцев гребет по 2 миллиона в ДЕНЬ. Что может быть эффективней такой сознательно насаждаемой распри?

Большевики рвались к власти? Как говорится, чья бы корова мычала… Отбыл один срок в Кремле – мало, идет на второй; отбыл второй – мало, идет на третий… Кончается третий. Наверняка пойдет на четвертый. И так уже лет пятнадцать. Это дольше, чем шесть российских императоров после Петра Первого.

А что касается помянутых «уникальных случаев в истории человечества», то их было немало. Ну хотя бы такой близкий нам пример: в 1905 году царская Россия капитулировала перед Японией, которая «через некоторое время сама капитулировала» перед Советской Россией. Но вот факты поближе. В 1939–1941 годы многие страны Европы «объявили себя проигравшими войну» – Польша, Дания, Норвегия, Бельгия, Голландия, даже Франция, которая уже давно была полностью готова к войне, да и превосходила противника численностью войск. Кому же все эти страны проиграли? Германии, которая, представьте себе, Оратор, «через некоторое время» сама проиграла войну! Как может не знать этого столь высокопоставленное лицо, просто загадка.

Такую историческую ситуацию Пушкин на примере отношений России и Польши выразил кратко:

Неужели для Оратора и это новость? Тогда еще приведу парочку примеров из близкой ему области.

Он большой любитель спорта. Так ведь и там сколько угодно таких «уникальных случаев». Не могу привести пример из истории любимого им дзюдо, но вот из истории шахмат: в 1921 году Эмануил Ласкер проиграл матч на первенство мира Хосе Раулю Капабланке, который «через некоторое время», в 1927 году, сам проиграл Александру Алехину. Или: Василий Смыслов проиграл Михаилу Ботвиннику, который «через некоторое время» сам проиграл Михаилу Талю, и т. д.

Что же касается Первой мировой войны, то, конечно, было бы каким-то бредом, если Россия признала бы себя побежденной Германией ПОСЛЕ ТОГО, как та в Компьенском лесу подписала акт о капитуляции перед союзниками. Но советское правительство предложило союзникам заключить мир без аннексий и контрибуций. И после того как получило отказ, подписало похабный Брестский мир. Это произошло 3 марта 1918 года, когда немцы были уже под Псковом и нацеливались на Петроград, а война-то продолжалась еще целых восемь месяцев – до 11 ноября. За это время у немцев хватило сил предпринять несколько совсем небезуспешных наступательных операций – в Пикардии, во Фландрии, на реках Эна и Марна. И Антанте удалось одолеть немцев только после того, как в мае вступили в сражения американские войска. Как же не знать это государственному Оратору!

Но Оратор, говорю, неколебим, и нечто поистине совершенно уникальное продолжается. Имея в виду Брестский мир, заключенный большевиками с немцами и их союзниками, он вопиет: «Россия потеряла огромные территории…» Какие? Как уже сказано, Польшу, самую большую часть территории Российской империи, немцы захватили еще при царе; почти всю Прибалтику – тоже; Финляндия получила независимость от Временного правительства, при большевиках это было только законодательно оформлено.

Будучи уверен в невероятности, бредовости исхода той войны, Оратор убежден, что это не могло быть результатом естественного хода вещей. Нет! «Это результат национального предательства тогдашнего руководства страны», то есть коммунистов, которых он с чего-то вдруг застыдился назвать, хотя прежде поносил то и дело даже персонально и Ленина, и Сталина. «Это очевидно, – говорит, – что измена». Нет, дядя, здесь очевидно совсем другое. Да разве в окружении царя были большевики? Разве они были министрами или командующими фронтами?

Коммунисты пришли к власти, когда царский режим и Временное правительство войну уже проиграли. В армии не было дисциплины, страна голодала, в промышленности, на транспорте – разруха. 16 октября 1917 года – большевики-то еще только «рвутся к власти» – на заседании так называемого Предпарламента министр продовольствия С.Н. Прокопович потребовал немедленно сократить армию – ее нечем кормить. Во фронтовых пекарнях мука нигде не превышает запаса на 6–8 суток. От бескормицы начался падеж лошадей, игравших в той войне важную роль.

И не большевики первыми заговорили о мире с Германией. Через несколько дней после Прокоповича военный министр Временного правительства генерал А.И. Верховский на совместном заседании комиссии того же Предпарламента по обороне и иностранным делам тоже потребовал сокращения армии с 10 миллионов 200 тысяч до 7 миллионов. О положении на фронте он сказал: «Ни один офицер не может быть уверен, что его приказание будет исполнено, и его роль сводится к уговариванию. Но никакие убеждения не способны подействовать на людей, не понимающих, ради чего они идут на смерть и лишения». Ну просто не министр буржуазного правительства, а большевистский агитатор-ленинец!

И агитатор добавил совершенно в ленинском духе, что «война нужна только союзникам, но для нас не представляет никакого интереса». Его вывод был такой: «Единственная возможность спасти положение – самим немедленно возбудить вопрос о заключении мира». Самим! «Речь идет о спасении государства, то есть о сохранении из него всего того, что возможно по реальному соотношению сил. Надо решать, что нам по карману, а что нет. Если нет средств для лучшего мира, надо заключать тот, какой сейчас возможен. В противном случае положение только ухудшится» (Цит. по «Улики», 29 окт. 2015, с. 2–3). Так, повторяю, говорил военный министр, который тоже, как Деникин, знал положение в стране и на фронте несколько лучше, чем наш говорливый Оратор спустя семьдесят лет.

И сказано это было 20 октября 1917 года. Через пять дней большевики взяли власть. Ноябрь… декабрь… январь… февраль… И положение действительно, как предрекал Верховский, только ухудшалось, в кармане у нас оставалось все меньше и меньше. И послали наконец Троцкого на переговоры с немцами, а он, как наш Оратор, не понимал положения страны, ему, ждавшему мировой революции, было наплевать на Россию. И он вдруг откалывает фортель: «Ни мира, ни войны, а армию распускаем». В ответ на это 18 февраля немцы возобновили наступление на петроградском, центральном (московском) и киевском направлениях. И если первоначально они хотели получить 150 тысяч км2 нашей территории, то теперь требовали почти 1 миллион. И с великим трудом 3 марта Ленину удается заключить мир по реальному соотношению сил, то есть это был, как сам он сказал, похабный мир во имя спасения государства.

«Да ведь и цена какая этого поражения! – продолжает Оратор. – Сколько мы потеряли, после того как капитулировали! Огромные территории, огромные интересы страны были отданы, положены непонятно ради каких интересов…» До чего ж бесстыдное жульничество! Он делает вид, что эти огромные территории и огромные интересы так и были навсегда потеряны. Но не могут же не знать его советники и спичрайтеры, хоть один из них, что да, 3 марта 1918 года огромные территории по Брестскому миру были потеряны, а 13 ноября этого же года после революции в Германии ВЦИК аннулировал договор, к февралю 1919 года немецкие войска были изгнаны, и все территории возвращены. Какой яркий образец лжи посредством умолчания! А между тем есть все основания считать, что, идя на похабный мир, Ленин предвидел скорую революцию в Германии, как Сталин спустя двадцать лет предвидел разгром Третьего рейха.

И ведь кто говорит-то, Господи! Да, в 1918 году большевики в результате тяжелых военных поражений их предшественников у власти и под реальной угрозой полной потери государства утратили около миллиона квадратных километров российской территории, но через восемь месяцев все вернули, а в последующие годы существенно приумножили. Но вот учителя и воспитатели Оратора безо всяких военных поражений, без малейшей угрозы государству и без всякого сопротивления позволили оторвать от страны, отдали 5 млн км2 нашей территории. Они совершили величайшее предательство в истории. И наш Оратор чтит этих предателей, награждает их высочайшими орденами, ставит им памятники, их именами называет города, а большевиков, спасителей родины, объявил изменниками.

«Куда ты вздумал лезть, мальчишка!»

21 января 2016 года все честные люди поминали Владимира Ильича Ленина – очередная годовщина со дня его смерти.

Это стихи тех дней января 1924 года. На сей раз вместе с честными людьми решил отметиться в траурный день и президент России В. Путин. Как же! Ведь он чекист-коммунист. У него же, как требовал Дзержинский от своих сотрудников, «горячее сердце, чистые руки и холодная голова». Он же 16 лет носил у своего горячего сердца партийный билет с Ильичом на первой странице и своими чистыми руками в 91 году то ли сжег партбилет, то ли зарыл на даче, то ли передал на сохранность одной из дочерей, живущих в новой свободной России под псевдонимами. Он своей холодной головой сообразил, что лучшего дружка, чем Медведев, ему не сыскать: умен, эрудирован и транспортабелен.

Отметился Путин как бы случайно на заседании Совета по науке и образованию в близкой ему среде ученых, академиков, звездочетов. Глава Курчатовского института звездочет Михаил Ковальчук в своем выступлении упомянул известные строки Пастернака о Ленине:

Видимо, оратор не понимал, что за старой цитатой для всех невольно вставал ясный смысл нынешнего дня: «А ты-то, холодноголовый, чем управляешь и по какому праву? Три года тому назад издал кучу “Майских указов”. И что, и кто за это время что-нибудь выполнили? Ну, правда, план производства миллиардеров перевыполнен: при Ельцине их было семь (все помнят “семибанкирщину”), теперь 114. А что еще?»

И Путин это понял, уловил, он схватчив, чутконос: запахло жареным… За шестнадцать лет у власти он неоднократно делал умопомрачительные заявления и о Ленине, и о Сталине, и о советском времени вообще. Ну, о наших вождях он знает, скорей всего, со слов своего учителя Собчака, впоследствии беглого коммуниста. Тут ничего, кроме умственной дичи, он получить не мог, но при советской-то власти прожил до сорока лет – лучшие годы жизни! Откуда здесь-то у него такая же дичь в голове?

Не так давно объявил, что большевики во главе с Лениным совершили национальное предательство, ибо во время Первой мировой войны призывали к поражению России. На самом деле они призывали к поражению правительства: в условиях того времени это была форма борьбы против войны. Действительно, если во всех основных европейских странах пролетариат выступал за поражение своих правительств, то война не разгорелась бы. К слову сказать, сейчас многие и я лично безо всякой войны просто жаждут поражения своего правительства хотя бы на выборах. Более того, мы считаем правительство, членов которого Путин именует «профессионалами мирового уровня», преступным и требуем всех их во главе с Медведевым предать суду. Загляните в газеты, полистайте книги, пробегите хотя бы по заголовкам: «Преступная система»… «Толпа у трона»… «Власть без мозгов»… И кто пишет! Вплоть до ленинских и нобелевских лауреатов.

Человек знающий, честный, Юрий Болдырев прямо ставит вопрос: «Что будет с родиной и со всеми нами? Нас сравнивают уже не с Мексикой, а с Нигерией… Когда у нынешнего госглавы не было уверенности, что абсолютно все в его руках, тогда запускались поручения Глазьеву и т. п. Сейчас у них (у путинской артели. – В. Б.) полное ощущение, что они все держат в своих руках. Пытаются доказать, что без них, без нынешнего нацлидера и всей его вульгарно-либеральной команды народ пропадет, страна развалится… Они демонстрируют свою безнаказанность, показывают, что могут присягать самым антисоциальным идолам и им ничего не будет. Через Майские указы они включили механизм уничтожения народа».

Об одном из членов этого кагала, о Кудрине, объявленном Путиным лучшим министром финансов всех времен и народов, но почему-то изгнанным Медведевым из табора, Ю. Болдырев говорит, имея в виду его позицию и работу: «Либо это преступная халатность, либо измена и предательство». И ведь это можно сказать о каждом из них и напомнить, что халатность не является смягчающим вину обстоятельством. Как же честному гражданину России, думающему о своих детях и внуках, не желать поражения этому кагалу!..

Тогда, в 1915 году, первым против большевиков бросился, конечно, Троцкий. Ленин ответил ему: «Троцкий запутался в трех соснах. Ему кажется, что желать поражения России – значит желать победы Германии… Вот образец надутых фраз!» (ПСС, т. 24, с. 221). То есть Троцкий понял дело так, что Ленин призывает взрывать мосты, поджигать склады, устраивать разного рода катастрофы и аварии в духе порожденных путинской эпохой. А на самом деле он говорил: «Во всех империалистических странах пролетариат должен теперь желать поражения своему правительству». Тем более правительству России, которое «втянуло страну в войну ради завоевательных, хищнических, реакционных целей». Ей Антанта сулила Дарданеллы, а генерал Деникин вспоминал: солдаты и не знали, и не понимали, что это такое. Большевики были за политику «использования пролетариатом затруднений своего правительства и своей буржуазии для их низвержения». Да кто же из порядочных людей и сейчас не мечтает о низвержении Медведева и Чубайса! Низвержении и суде…

Иногда Путин к своим пифийским глоссолалиям дает пояснение: «Я консультировался с учеными, они мне объяснили». В данном случае его, вероятно, консультировал академик Ю. Пивоваров, историк, прославившийся недавно двумя научными подвигами: во-первых, объявил, что Освенцим освободили не мы, как врала сталинская пропаганда, а, конечно же, безупречные американцы. Во-вторых, он так много красовался на телевидении, что прохлопал пожар, спаливший бесценные книги и рукописи в библиотеке, за которую несет полную ответственность. И продолжает красоваться!

В другой раз Путина консультировала, должно быть, Наталья Нарочницкая. Как известно, Путин отверг вывод Комиссии академика Н. Бурденко и митрополита Николая, занимавшейся расследованием катынской трагедии, и охотно признал правоту Геббельса, свалившего фашистское злодеяние на нас. Почему Нарочницкая? А потому, что она откровенно призналась, что хотела бы видеть нашу историю без Ленина и Сталина, то есть без советской эпохи. Подумали бы они вместе хоть о том, что, с одной стороны, немцы истребили 6 миллионов поляков и что им стоило к этим миллионам прибавить еще несколько тысяч человек, которых они, конечно же, считали недобитыми в 1939 году врагами, готовыми при удобном случае снова взяться за оружие против них; с другой стороны, за освобождение Польши мы положили 600 тысяч душ. Польша – это 300 с небольшим тысяч км2. И полезно бы вам, панове, помнить, что над каждым километром вашей земли витают две святые души советских солдат. Да еще и о том, что из этих 300 тысяч не меньше 100 тысяч вы получили после войны только благодаря твердости Сталина в переговорах с Рузвельтом и Черчиллем…

Да, Путин почуял, что цитатка из Пастернака в ситуации нынешнего дня пахнет керосином. Он, говорю, схватчив и очень ловко перенимает приемы демагогии у своих друзей. Вот, допустим, критик С. Рассадин в «Новой газете» тоже привел цитатку о Сталине того же Пастернака:

И критик пускался в пляс: «Вы слышали? Вы поняли? Пастернак сказал о Сталине: главное – не человек!». А в стихотворении дальше так:

И Путин с целью задурить народу мозги точно так же обрывает цитату, делает вид, что сказано все, что дальше ничего нет. Вот как одно из предательств Ленина он поносит Брестский мир: «Какую территорию потеряла моя любимая Россия, какие земли!». И все. Будто этой потерей, действительно огромной, дело тогда и кончилось. И молчит, что всего через несколько месяцев земли-то эти Россия вернула, а позже и еще кое-что присовокупила. И ведь стыдил и позорил большевиков человек из той артели, которая оттолкнула от России четырнадцать республик – пять миллионов квадратных километров – десять Франций! – со всеми их великими богатствами! Мало того, своей бездарностью и слепотой, трусливостью и сонливостью, лениво наблюдая, что там делают американцы, они еще и умудрились превратить Украину, самую большую и родственную нам республику, в лютого врага России, и там льется кровь.

Правда, большевики не возвратили тогда Польшу и Финляндию. Так что ж, глава, объяви, как когда-то опять же Троцкий: «Даешь Варшаву!». А потом – Хельсинки. Нет, он лучше будет поклоны бить Варшаве за геббельсовскую Катынь да веночки класть на могилу Маннергейма по очереди с Медведевым…

И вот Путин разверз уста: «Управлять теченьем мыслей – это правильно. Нужно только, чтобы эта мысль (как его собственная. – В. Б.) привела к правильным результатам, а не как у Владимира Ильича. А то в конечном итоге (через 70 лет! – В. Б.) эта мысль привела к развалу Советского Союза. Так много было мыслей таких: автономизация и т. д. Заложили атомную бомбу под здание, которое называется Россия. Она и рванула потом (и он сбежал из КГБ и партии к Собчаку под крыло. – В. Б.). И мировая революция нам не нужна была. Вот такие мысли там» (а здесь?). Можно себе представить, как ликуют сейчас, скажем, его биографы Рой Медведев, Сванидзе, Млечин, а также Радзинский и другие обожающие его сионские мудрецы: «Ведь мы говорили! И вот, наконец… Теперь очередь за Мавзолеем…»