- -
- 100%
- +
3-го числа от Гончарова узнал, что «Мечты о встрече» уже напечатаны в «Разгромим врага». На корпусной почте дали газету за 1 марта, где напечатано это стихотворение. Первая публикация! Конечно, приятно. Но как-то и неловко: ведь в армии столько знакомых, а стихи такие интимные. А «С тобой и без тебя» Симонова в «Знамени»? Там уж такой интим!..
8 марта
Неожиданность: капитана Требуха сменил старший л-т Савчук Тот самый, что еще в Мосальске был заместителем по строевой. Что-то слабо его повышают: ушел лейтенантом – пришел через два года старшим.
Видимо, предстоит большая передислокация, но все же для девчат решили устроить вечер. К празднику многих из них наградили медалями. Трем офицера – Красную Звезду. А Эткинд, еще не услышав приказ, уже приколол колодочку.
Гастрономическая подготовка к празднику идет полным ходом. Вызван повар Роберман, Годин тоже не стоит, возится на кухне. Ну, а мне в этот светлый праздник опять выпало дежурить.
Жуков и Рокоссовский вышли в Балтийскому морю, первый – у Кольберга, второй – у Кезлина. Померании остается померать. Союзники взяли Кельн. Черепаха ползет…
11 марта
Совершив 150-километровый рейс, оказались км в 15 от Кенигсберга. Обосновались в подвале одинокого дома в лесу. Восемь человек из роты направляют в зенитное училище. Эткинд спросил: «Не хочешь?» Нет… И никто не хочет. Слышал разговор полковника с Савчуком и Шустом: «Кто не хочет в училище, тех пошлю в пехоту. Сам отвезу!» Вот рыло…
16 марта
Итак с училищем все прошло благополучно. Уехали Корнеев, Овчаренко и Кизилов. Вот уж из Корнеева офицер будет… Но он единственный, кто поехал по желанию.
Сегодня новый ротный Савчук собрал младших командиров и произнес речь. Мы перед ним стоим, а он, развалясь в кресле, закинув ногу на ногу, с улыбочкой нас поучает дескать, я не Требух, я наведу порядок, у меня будет дисциплина, я добьюсь, что все будут приветствовать друг друга и т. п. Зачем такие глупости говорить столь решительно? Знаем мы этих наводителей порядка.
Вот уже шестой. Новая метла всегда хочет хорошо мести. Словом, он мне уже не нравится.
Сегодня была серьезная стычка с Пименовым и Эткиндом. Этот хмырь Пименов шьет себе сапоги и по этой причине запретил чинить сапоги солдатам. Имея несколько пар, шьет новую. Да еще сказал сапожнику Устименко: «Что ты каким-то кузькам сапоги чинишь?» Это мы-то – кузьки. Ах, подлец!
19 марта
Сегодня послал письмо С. Швецову в «Р.В.» в ответ на его письмо, в котором он заподозрил меня в плагиате: не сдул ли я где-то стихов «Все ближе заветная дата»? Послал ему «На Кенигсберг»:
Мы видели много на нашей землеРазбитых дотла городов:И Жиздры кроваво-кирпичный след,И камни твои, Могилев…Всю ненависть нашу и горечь утратВ стихах рассказать не берусь я.Сейчас под твоими ногами, солдат,Всем миром проклятая Пруссия.Ты будешь наказан советским бойцом,Кровавое логово Коха,За русских, расстрелянных под Осовцом,За тяжесть последнего вздоха.23 марта, Кноппельсдорф
Вчера утром я направился в деревню Нойхаузен в 481 – й минометный полк, где должно было состояться совещание комсоргов спецчастей.
Мой путь лежал через д. Кноппельсдорф, где стоит пост Дунюшкина. Я разыскал его и посидел у них
Совещание проходило в уютной, хорошо прибранной комнате какого-то старинного замка. Это первый настоящий замок, который мне довелось видеть. Совсем как в романах Вальтера Скотта: зубчатые стены, башни, тяжелые ворота, ров, когда-то наполнявшийся водой. Так и несет от каждого камня Средневековьем, тевтонством.
Совещание продолжалось часов пять. Первые полтора часа занял майор Найштут: «Приказ № 5 – боевая программа окончательного разгрома врага». Потом выступления с мест. И я кратко выступил.
25 марта
Стоит чудесная весенняя погода. Проселочные дороги подсыхают. Появись бабочки, набухли почки сирени. Воздух пахнет землей, навозом и прелью, протяжно и грустно свистят дрозды.
Весной у меня всегда как-то тревожно и грустно на душе. Ждешь чего-то нового, неизвестного. Что принесет эта весна – победу? Встречу с Ниной?.. Весна лучшее время для встреч, для любви.
Морозов, Дейнеко и я вчера были посланы в расположение 39-й армии занять дома для ПВО и роты. 39-я уходит на другой участок. В этой деревне стоит Юрескул. Ночевали у него в доме из восьми комнат.
29 марта
Ночую последнюю ночь в роте. Все-таки направляют меня на курсы. 27 месяцев протекло здесь. Как всему и ко всем привык, а то и сроднился. Ухожу с таким же чувством, с каким в 4 2-м уходил из дома. Уже распрощался со всеми. Комсомольские дела сдал Михайлину.
О чем жалею? Единственно, о друзьях. Ведь как привык я к Адайчику, к Райсу, к Шуре Бароновой да ко всем.
Путь лежит в д. Вилау км 6–8 от Тапиау Итак, в путь! Прощай, 103-я!
3 апреля
Напрасно я прощался. Видно, в этой роте и кончать войну придется. Лантух-пентюх из политотдела дал мне неверный адрес. Курсы не в Вилау, а в Швиндау Я два дня проблуждал, устал, как черт, и пропала вся охота идти на эти курсы. Да и шел-то я без большого желания.
По дороге прочитал заявление Рузвельта, чтобы его сенаторы и секретари были начеку «на случай немедленной победы в Европе». Я перепугался. Ведь так хочется встретить окончание войны среди старых друзей в родной роте.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.