Кошка на окошке

Подскочил, стал мерить широкими шагами кухню – взад, вперед. Точно так, как и когда с отцом по телефону ссорился.

Она взглянула на него, и ей вдруг стало ужасно обидно. Губы предательски задрожали. Мог хотя бы притвориться, что рад! Притвориться, а не отчитывать. Как будто это она одна оступилась. В постели вместе наслаждались, а теперь виновата Вера.

– Только не плачь! – испугался Никита. – Давай поженимся раньше, если хочешь! Парам, которые ждут ребенка, разрешают же расписываться раньше, чем через месяц?

– Не хочу, – всхлипнула Вера.

Никита растерянно посмотрел по сторонам. Взъерошил на голове русые волосы, силясь собраться с мыслями. Он ожидал услышать от Веры что угодно, но только не известие о беременности. Конечно, в этом они оба виноваты. После переезда совсем расслабились, потеряли голову, и о последствиях близости даже не задумывались. Надо подойти к ней, как-то успокоить ее. Да и самому успокоиться. Но паника захлестнула с такой силой, что не осталось никаких других мыслей.

Ужин прошел в полном молчании. Впервые Вера и Никита не находили слов друг для друга. Известие о беременности нависло над ними, как угроза созданному совсем недавно уюту и покою.

– Вер, мы же справимся? – жалко попытался разрядить ситуацию Никита.– Конечно, потребуется время, чтобы свыкнуться с нашим положением, но я думаю, у нас все получится.

– Я не готова к этому, понимаешь? – сжимая в руках полотенце, испуганно проговорила она.– Мне очень, очень страшно. Я ведь даже еще не стала твоей женой.

– Ну, это мы скоро исправим. Хочешь, раньше поженимся?

– И что ты заладил одно и то же? – вздохнула Вера. – Поженимся, как и планировали, в конце февраля. Заявление подано уже. Только ты, Никита, до свадьбы не говори никому, что ребенок будет. Если моя мама узнает, такое начнется. Проще сквозь землю провалиться, чем признаться.

– Я возьму это на себя, – с готовностью кивнул Никита. Сделал шаг ей навстречу, прижал к себе, чтобы хоть как-то приободрить.

Вера почувствовала, как в горле снова перекатывается противный ком и судорожно вздохнула.

– Я тебя огорчила, да? – с горечью произнесла она.

– Вер, дай мне время. Хотя бы несколько дней, чтобы смириться с этим, ладно? – честно ответил он. Паника захлестывала, заставляя содрогаться при мысли о скором отцовстве. В семейной жизни он мог представить что угодно, но почему-то именно ребенок, да еще и накануне свадьбы, никак не укладывался в его голове. Это казалось катастрофой.

– Хорошо, – отстранилась она. Коротко вздохнув, поплелась в ванную комнату.

– Верочка, ну, не обижайся на меня! – отчаянно воскликнул Никита ей вслед.

– Теперь у меня все равно нет выбора, – уже из-за двери проговорила она.

Спряталась за дверью ванной комнаты, давая понять, что их разговор окончен. Ужасно хотелось плакать. Больше даже не от обиды на Никиту, а от досады на себя саму. Ей стоило позаботиться о собственной безопасности. Но она даже не вспомнила об этом. А теперь… поздно уже об этом говорить. Конечно, семья Никиты примет ее с ребенком, но меньше всего на свете ей хотелось войти в семью будущего мужа именно так. У Веры дома это считалось позором.

– Вер, открой! – послышался голос Никиты за дверью. – Ты совсем неправильно меня поняла. Я люблю тебя. Просто я испугался, вот и все!

– Никита, я хочу побыть одна! Мне тоже нужно время, чтобы смириться со всем этим… – всхлипнула из-за двери она.

– Ну, хорошо, если ты так хочешь… – чувствуя себя виноватым, пробормотал он и отошел от двери. Смириться с мыслью о ребенке никак не получалось. Это в сериалах мужчины пускают слезу и бросаются женщине не шею от таких событий! А он не смог пустить слезу и умиляться. Ему было очень страшно.

Утро понедельника началось мрачно. Они пытались друг другу улыбаться, завтракали в непривычном молчании, а потом, по обычному сценарию, Никита отвез Веру на работу.

– Я сегодня задержусь, не смогу тебя забрать, – когда она выходила из машины, спохватился он. – Вызови такси, хорошо, Верочка?

– Хорошо, – как-то обреченно закивала она.

Белоснежная «Киа» тронулась с места, унося Никиту в отцовский магазин, и Вера медленно побрела к входной двери. Меньше всего на свете она ожидала от Никиты такой реакции. Видно же, сам не свой, нервничает не меньше нее.

Матери в этот день Вера старалась не показываться – слишком страшно было смотреть ей в глаза.

Хорошо еще, что подруга Настя заскочила после обеда. Принесла новые каталоги от «Орифлейм». Почему-то с Настей делиться возникшей проблемой было легко.

– Надо же… – Растерянно потерла лоб подруга. – Мне казалось, Никите нравятся дети.

– А я вообще не задумывалась о его отношении к этому вопросу, пока не попала в эту ситуацию. Как глупо все вышло… – сетовала Вера, перекладывая бумаги на своем столе с места на место.

– Тебя часто тошнит? – сочувственно полюбопытствовала Настя.

– Да, в последние дни постоянно. Сначала мне казалось, что это от нервного напряжения, но нет. Причина намного банальнее.

– Интересно, кто у вас родится? – вдруг заулыбалась Натся, и в ее карих глазах заискрилась радость. – Ты бы хотела сына или дочь?

– Не знаю. – Вера притихла. Она даже не думала о проблеме в таком ракурсе. Снова захотелось плакать и в глазах предательски защипало.

– А что, если Никита не хочет, чтобы у нас родился ребенок?

– Хочет, не хочет, а деваться-то теперь некуда. Первое время понервничает, а затем успокоится. А если не успокоится, папочка его быстро успокоит, – заверила подругу Настя. – Хочешь, после работы посидим где-нибудь? Выпьем по чашечке чая, поболтаем?

– Хочу. Никита все равно занят допоздна. Хоть немного развеемся, – грустно улыбнулась Вера.

– Ну, я поскакала тогда, а то у меня перерыв заканчивается. Начальник злющий, терпеть не может, когда опаздывают, – сжала ее руку Настя. – После работы созвонимся.

– Созвонимся… – согласно кивнула Вера.

Почти весь остаток рабочего дня она поглядывала на свой сотовый телефон с надеждой, что Никита позвонит. Спросит, как она себя чувствует. Черкнет сообщение, что любит. Что скучает. Он часто так делал – писал ей в обеденный перерыв в магазине романтические сообщения.

Но не сегодня. Сотовый так и не ожил. Вера совсем растерялась. Именно сейчас, когда ей так нужна его поддержка, он решил поиграть в молчанку. Неужели Никита так расстроен, что не хочет с ней общаться?

– Насть, можно я сегодня у тебя переночую? – перед входом в кондитерскую жалобно спросила она у подруги.

– Пожалуйста, я сейчас одна в квартире. Рауль снова уехал в очередную творческую командировку. Но мне кажется, ты зря плохо думаешь про Никиту. Ты ему сообщение отправила, что ко мне в гости хочешь поехать?

– Он за весь день ни разу мне не позвонил. Хоть бы спросил, как я себя чувствую.

– Может, занят очень? – предположила Настя. – Знаешь, ты ему в любом случае сообщение отправь, что у меня в гостях.

– Ладно, – вздохнул Вера. И снова захотелось разреветься от обиды.

***

У Никиты день не задался с самого начала. Утро у них с Верой выдалось напряженное, потом его ждали разъезды по делам отцовского магазина. Уже по дороге обратно Никита вспомнил, что за весь день ни разу не позвонил Вере. Он нащупал сотовый телефон в кармане зимней куртки, но, к его ужасу, телефон полностью разрядился. Естественно, зарядное устройство осталось дома. Чертыхнувшись, Никита кое-как добрался до парковки. Выбрался из машины и быстро зашагал к дверям магазина.

В холле его встретил менеджер Алексей.

– Лёха, у тебя, случайно, зарядки для айфона нет с собой? – с надеждой спросил Никита.

– Нет. Зато у нас сегодня праздник. Ты же не забыл? У Иришки день рождения. Идем к столу?

Никите стало неловко. Как он забыл про день рождения сотрудницы? Совсем эта новость с беременностью его из колеи выбила.

Иришка – менеджер торгового зала. Очень милая девушка. Расстроится теперь, что управляющий ее не поздравил. Надо заглянуть к столу, хоть пару слов сказать.

Никита всунул голову в открытую дверь с надписью «посторонним вход запрещен», где был накрыт маленький банкет, и улыбнулся.

– Ириша, с днем рождения тебя! Прости, цветы не успел купить. Весь день с документацией мотался по городу.

– Да ты что, Никита? Какие цветы? Мне же от отдела вон какой букет роз подарили! – весело отозвалась именинница. – Иди, шампанского выпьем.

– Нет, Ириша, я ненадолго. У меня с отцом кое-какие дела остались незаконченными, не хочу на завтра откладывать.

– Так ты, что, даже не посидишь с нами? – Расстроился Алексей.

– Мне некогда, – пожал плечами Никита. – Да и Вера дома ждет. Будет переживать, если я задержусь.

– Вот она, семейная жизнь. Прощай свобода, – сочувственно похлопал его по плечу Алексей. – Ну, как знаешь, а я за шампанским в подсобку побежал.

Петр Николаевич встретил сына в приподнятом настроении.

– Никита, вот и ты! Останешься на банкет? Ириша такое жаркое сделала, пальчики оближешь!

– Я не смогу, – упорно повторил Никита. – Меня Вера дома ждет.

– Так что же ты ее с собой не привез? – расстроено взмахнул руками Петр Николаевич. – Мы за ней сейчас машину вышлем!

– Пап, давай по делу, а? – отмахнулся Никита. Его ужасно раздражало, что все вокруг были веселыми и беззаботно смеялись. Казалось, что после событий прошлого вечера он вряд ли сможет когда-нибудь вот так бесшабашно веселиться.

– Да что с тобой, Никита? – расстроился отец. – Конец рабочего дня, какие дела? Сейчас я за шофером для Веры пошлю, и все будет хорошо! Посидим, шампанского выпьем, тортик разрежем.

– Не надо за Верой никого посылать. Мы договорились, что она сегодня сама доберется.

– Ну, вот еще! Что за глупости, сама домой поедет? Ну-ка, давай, быстро звони ей.

– У меня телефон сел.

– Так я сам ей позвоню! – Не унимался Петр Николаевич. – Надя! Где мой сотовый?

– На столе лежит! – Последовал незамедлительный ответ скучающего кассира.

Никите стало неловко.

– Пап… Не надо посылать никого за Верой. Она себя не очень хорошо чувствует.

– Верочка заболела? – испугался будущий свекр. – Так что ж ты молчишь? Может, ей лекарства какие нужны?

– Не заболела она, папа! – поморщился Никита.

– А что тогда? Ну, скажи же! Мы с матерью волноваться будем теперь.

Никите стало неловко. Вот как про ребенка сказать? Еще даже и свадьбы не было.

– Сын, ты меня пугаешь своим молчанием. Что происходит? – не унимался отец.

Никита втянул в себя побольше воздуха. Нет, так больше нельзя. Надо сказать. Пусть все уже знают, что у них случилась такая неприятная неожиданность.

– Папа, мы с Верой вчера вечером выяснили, что ждем ребенка. Прости, нам сейчас не до банкетов. Нам с этим теперь как-то свыкнуться надо.

Как же тяжело даются слова. Никита испуганно замолчал, ожидая насмешек и упреков.

Отец притих. На несколько мгновений в холле повисла гробовая тишина.

– Так значит, я скоро стану дедом? – только и смог произнести он.– Что ж, поздравляю….

Немного помолчал.

– Иди, я тебя обниму. Это ведь такое счастливое событие, сынок.

Никита помедлил, а потом на мгновение прижался к отцу.

– Мы с мамой, знаешь, как радовались, когда узнали, что у нас ты будешь? – вдруг вспомнил тот и глаза стали влажными. – Я от счастья фейерверк заказал в ресторане! Ты смотри, Верочку береги теперь.

– Спасибо, па.

На душе вдруг стало легко. Вера подарит ему малыша, в котором сольются воедино две частички – его и ее! Оказывается, ему было так мало нужно, чтобы осознать это! Всего лишь радостное восклицание отца – и все встало на свои места.

– Ну, так беги к ней скорее! – махнул рукой отец. – К нам на выходных на ужин заскочите. Мать ждать будет.

– Спасибо, папа! – улыбнулся Никита. На часах в холле стрелки показывали начало седьмого, и он очень торопился. В голове пронеслись воспоминания прошлого вечера, и Никита поймал себя на мысли, что Вере, наверное, тоже было нужно его одобрение в тот момент, когда она сообщила ему о своем состоянии. А он испугался и не поддержал ее. А еще он ни разу за весь день ей не позвонил. Как же ей, наверное, обидно…

По дороге домой он заехал в цветочный магазин. Прикупил букет самых дорогих роз алого цвета, и все думал, что скажет Вере, когда она встретит его у порога.

В квартире было темно и пусто. У Никиты внутри что-то оборвалось. А что, если она расценила его молчание, как то, что ему не нужен ребенок? Или вообще, решила что-нибудь сделать, чтобы больше не омрачать их совместную жизнь подобными сюрпризами? От ужасных мыслей, с огромной скоростью вращающихся в голове, его прошиб холодный пот.

Включил сотовый телефон на зарядку, прочитал сообщение. От сердца отлегло. Быстро набрал такой родной телефонный номер.

– Верочка, привет. Слушай, ты прости меня, что не позвонил за весь день. Замотался по работе, а потом сотовый сел. Я за тобой сейчас к Насте приеду. Жди меня, хорошо, любимая?

– Хорошо, буду ждать… – дрогнул родной голос на другом конце провода.

***

– Ну, вот, это твой суженый-ряженый, – улыбнулась Настя, поднимаясь на настойчивый звук дверного звонка. – А ты говорила, ребенок ему не нужен.

Они с Верой уже второй час подряд пили чай с ароматным печеньем из новой кондитерской, открывшейся в торце дома, и рассматривали найденные в гугле фотографии маленькой, зарождающейся жизни внутри Веры.

Первая паника улеглась, и девушка с умилением рассматривала маленький, размером с горошину эмбрион на экране ноутбука. Возбужденные голоса в прихожей ее совсем не трогали. Подумаешь, испугался, не застав ее дома! Она вообще сегодня возвращаться не собиралась. У Насти хотела остаться.

– Вера! – с порога комнаты бросился к ней Никита. – С тобой все в порядке?

– Да, конечно.

– А с нашим малышом? – не унимался будущий отец.

– Думаю, с ним все хорошо. И у него есть хвостик, – заулыбалась Вера, показывая фотографию эмбриона на экране Никите.

– Хвостик?! – испуганно вытаращился тот на экран ноутбука. – Какой еще хвостик?

– Да он потом отпадет, – со смехом пояснила вошедшая в комнату Настя. – У всех эмбрионов есть хвостики.

– А, ну если отпадет, это хорошо… – настороженно проговорил Никита.

– Чай будешь? Мы таких пирожных купили – пальчики оближешь.

– Не хочу, спасибо. Вер, поехали домой, а? Хватит с нас на сегодня приключений.

– Поехали, – улыбнувшись, отставила в сторону ноутбук его будущая жена.

В машине на переднем сидении ее ждали прекрасные розы, и Вера с восхищением взяла их в руки.

– Это все мне?

– Тебе, – заулыбался Никита. – Ты прости меня, Верочка. Я вчера так напугался, что повел себя, как настоящий чурбан. Я очень сильно тебя люблю. И ребеночка нашего уже люблю. Не обижайтесь на меня, ладно?

– Нет, что ты… за что обижаться, я ведь сама, не живая не мертвая весь день от страха была… – коснулась его колючих щек теплыми ладонями она.

Он потянулся к ней и с нежностью коснулся губами ее губ. Она обвила его шею руками, прижалась к нему крепко-крепко, и вдруг стало совсем не страшно, что скажет мама. Потому что вот такой он, этот Святой Валентин. Сюрприз им на годовщину принес. И Вера теперь сама – мама. И нет никого в ее жизни дороже, чем Никита, и тот маленький комочек с хвостиком, который с недавних пор появился у нее внутри.