- -
- 100%
- +
– Ничего себе! – только и смог он вымолвить.
– Вижу, что я вас очень удивила, процитировав газету «Правда» за 22 июня 1941 года. Ничего в этом удивительного нет. Просто один экземпляр этой газеты до сих пор бережно хранится в сундуке моей бабушки.
– Не буду скрывать, вы действительно удивили меня. Я, конечно, знал, что написала газета «Правда» в тот день. Нам читали курс, посвящённый истории пограничных войск. А тут такое – украинская девушка с внешностью фотомодели поражает своими знаниями истории пограничных войск СССР.
Янина, смущаясь, пролепетала.
– Это заслуги моей бабушки Полины.
– Кстати, как у неё здоровье? Она по-прежнему проживает в Белоруссии?
– Нет. Из Белоруссии она вынуждена была бежать в 1953 году в Украину с малолетней дочерью на руках.
– Что этому послужило?
– Её коллега случайно увидел на столе, у секретарши своего начальника, один любопытный документ. Это был список сотрудников КГБ, подлежащих аресту, в котором он прочёл свою фамилию. Об этом документе он рассказал моей бабушке и посоветовал ей срочно уехать из Минска потому как вероятность того, что она тоже включена в этот список была высокой. Как стало известно позже, это решение было правильным, ибо её друга вскоре арестовали и расстреляли. Мою же бабушку разыскивать не стали, так как через некоторое время арестовали и расстреляли самого Лаврентия Берию – соратника Сталина, утвердившего этот список.
– Крутая у вас бабушка! – восхищённо заметил Артём.
– Это лишь небольшая толика, которую я рассказала вам о ней.
– Когда-нибудь вы расскажите мне больше о своей бабушке, – с надеждой в голосе произнёс Артём. – А я вам поведаю свою историю…
Девушка, с которой он сейчас вёл беседу, ему очень нравилась, так как она была абсолютно не похоже на тех, с кем ему доводилось встречаться ранее.
Янина посмотрела на часы и поднялась со стула.
– Мне пора, Артём. Я не люблю возвращаться поздно домой. Тем более что эти типы продолжают сидеть и пялиться на меня.
Артём чуть замешкался, но, прежде чем успел сказать, что проводит её, девушка протянула ему свою изящную руку для прощания.
– Обычно я захожу сюда вечером после спектакля – чтобы выпить чашечку кофе и съесть свою любимую «котлету по-киевски», – сообщила она. – Если вы тоже здесь бываете, то ещё встретимся.
– Это очень хорошо, что вы ни сердитесь на меня за то, что я бесцеремонно нарушил ваше уединение.
– Ничего бесцеремонного в вашем поведении я не заметила.
– Тогда я наберусь наглости, и спрошу разрешения проводить вас до дома, если вы, конечно, не возражаете. Уверяю, вам будет спокойнее со мной, учитывая, что вы явно понравились не только мне.
Янина кротко улыбнулась ему.
– Я снимаю квартиру недалеко отсюда – на Патриарших прудах в Камергерском переулке.
– Район Патриарших прудов я неплохо знаю. Там находится военно-инженерная академия имени Куйбышева, в которой учился мой дед. Его общежитие размещалось в Подколокольном переулке.
Про то, что в Трёхпрудном переулке на Патриарших прудах живёт его бывшая любовь, он естественно умолчал.
– Домой я часто хожу пешком, – продолжила Янина, – это полезно. Если вы согласны на вечерний променаж и не боитесь чертей, обитающих в тамошнем пруду, то я приму ваше предложение.
– Я согласен на променаж! Сильные икры мужчине не повредят, ни при каких обстоятельствах, – так считал мой курсовой офицер в училище. Его точку зрения я разделяю полностью, – рассмеялся Артём.
– А черти? Разве их наличие не пугает вас?
– Конечно, пугает, – лукаво ухмыльнулся Артём. – Место вашего проживания действительно не простое – знаковое. Неслучайно люди говорят, что там впервые появился Воланд, да и Аннушка так некстати разлила там масло…
Глаза Янины от удивления округлились и тем самым подвигли Артёма к дальнейшему цитированию прочитанной некогда им книги.
– Однажды весною, – начал он, – в час небывалого жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах, появились два гражданина…
– Браво Артём! Я поражена. Вы знакомы с наследием Михаила Булгакова. Мне казалось, что военным…
– Вам правильно казалось, – подхватил её мысль Артём, – курсантам военных училищ не до чтения художественной литературы. Что касается меня, то книгу «Мастер и Маргарита» я прочёл по случаю – находился на стажировке и временем свободным располагал. А, в общем-то, я не люблю читать мрачные книги. Так уж случилось, что в моей жизни было много мрачного, поэтому я не склонен наслаждаться чтением подобного рода художественной литературы. Хотя признаю, что книга автором написана мастерски.
– Я тоже не приемлю мрачного, – призналась Янина. – С недавних пор вообще стараюсь окружающий меня мир расписывать только розовыми красками. Поэтому Патриаршие пруды для меня, прежде всего, красивое старинное место. Там все дышит мистикой, загадкой и стариной. Мне нравится, что там много лавочек, деревьев, возраст которых исчисляется не одним десятилетием. Вечерами в парке зажигается иллюминация, и он освещается приятным мягким светом. Я люблю гулять по аллеям парка, кормить на пруду уток, лебедей и прочих водных обитателей. – А вы знаете, что лебеди выбирают себе пару раз и навсегда?
– Я думаю, это красивая легенда. Мой дед Семён рассказывал, что если лебеди начнут обустраивать на озере своё гнездо, то они изничтожают гнёзда всех водоплавающих птиц в округе. Вред живой природе от этой красивой парочке огромный…
– Я об этом не знала.
Артём взял девушку за локоть, и, глядя в глаза, с загадочными нотками в голосе произнёс.
– Мне нравится, как вы рассказываете. Я уже хочу вместе с вами пройтись по аллеям парка, и вы мне покажете, где висит знак «Запрещено разговаривать с незнакомцами».
Янина звонко рассмеялась.
– Конечно же, покажу. Идёмте!
На выходе из кафе она внезапно окаменела, так как краем глаза увидела, что вслед за ними поднялись и те двое, которые явно проявляли к ней интерес.
– Артём, я боюсь, – прошептала она, прижавшись к нему. – Эти два типа тоже встали из-за стола…
– Я обратил на это внимание. Ничего не бойтесь. Я же с вами…
– А-а-а, – протянула девушка, – я забыла, что нахожусь под надёжной защитой погранвойск.
– Не забывайте, пожалуйста, об этом.
– Нам бы ещё с вами пограничную собачку, такую, какая была у Карацупы, и тогда нам сам чёрт не страшен, – пробормотала она, и по её лицу пробежало, что-то наподобие улыбки.
Тогда она даже и предположить не могла, что эти двое – отмороженные негодяи, занимающиеся похищением людей. Именно их и наняли верные слуги арабского принца Рафида для поиска её в России. Уязвлённое самолюбие принца не давало ему покоя, и он решил, во что бы то ни стало найти её.
О том, что она в России, принц узнал от Олеси, которая в благодарность за крупное вознаграждение, выданное ей, сообщила адрес её съёмной квартиры, по которому она проживала в Москве…
Артём заметил, как двое незнакомцев, следовавшие за ними буквально по пятам, сели в чёрный BMW с тонированными стёклами, стоявший у ресторана «Прага». Странно всё это, подумал он, но акцентировать своё внимание на этом не стал, чтобы не пугать девушку.
– Янина, вот вы упомянули собачку, которая была у Карацупы, и я неожиданно вспомнил своего любимого барбоса по кличке «Итум». У нас с дедом был такой пёс. Однажды он спас моего любимого дедушку от лап огромного медведя.
– Как этот здорово! У меня есть любимая бабушка, а у вас любимый дедушка, – с восторгом в голосе отозвалась Янина.
– К сожалению, моего деда, о котором я упомянул, нет в живых уже почти десять лет.
– Он был совсем старым?
– Нет, он мог бы ещё пожить. Ведь на Кавказе, в горах, люди живут долго – девяносто и более лет.
– Так что же случилось с вашим дедушкой?
– Он погиб во второй чеченской войне. Была у нас такая… – глотая комок в горле, произнёс Артём.
– Как это случилось? Расскажите мне.
– Это жестокая история. И не для девушки она.
– Ничего, – прервала его Янина, – рассказывайте, я девушка сильная, осталась без родителей в пять лет…
– Бедняжка! – внезапно вырвалось у Артёма, и он, охваченный чувством неожиданного для себя сострадания, привлёк девушку к себе. Они стояли какое-то время почти неподвижно, прижавшись друг к другу, и внимая своими телами гул разбуженных сердец.
– Нужно идти, – быстро проговорила Янина и вынырнула из объятий его рук. – По дороге вы мне расскажите, что всё-таки случилось с вашим дедушкой.
Артём с безнадёжным видом покачал головой.
– Деда моего зарезали бандиты. Мне тогда было четырнадцать лет. Мы с ним укрывали у себя на пасеке офицера-пограничника, бежавшего из плена. Бандиты жестоко избили меня, а деда ударили ножом в живот. Алексей, так звали офицера, вступил с ними в схватку и уничтожил почти всех бандитов. Их было семеро. Они его ранили в грудь из автомата. Мы погибли бы все, если бы не пограничный вертолёт со спецназом на борту…
Потом мы все трое лежали в ростовском госпитале, там мой дедушка и умер. После его смерти Алексей и его жена Валерия стали для меня приёмными родителями…
– А ваши кровные родители? Что с ними? – Их давно нет в живых. Они погибли в первую чеченскую войну…
– Ненавижу войны! – с горечью в голосе произнесла Янина. – Я так понимаю вас. Потерять родителей – это тяжёлая утрата…
Вдали послышалась музыка – Джо Кокер пел свою великолепную песню «My Fathers Son». Через несколько минут они вошли на территории парка.
– Предлагаю сначала пойти к памятнику баснописцу Крылова и потереть там Моське носик. Я всегда это делаю. Ну а вы, Артём, отшлифуете зуб лисице или когти волку, – задорно рассмеялась Янина.
– Принимается, – согласился Артём. – Но, я сначала хочу спросить вас, знаете ли вы, что воду из Патриаршего пруда не пьют, ни собаки, ни кошки, а лебеди и утки, плавающие на пруду днём, на ночь предпочитают улетать в зоопарк?
Янина подозрительно посмотрела на него.
– Похоже, что вы, Артём, решили напугать меня новыми мистическими подробностями об этом месте? Полагаю, вы делаете это для того, чтобы вновь заключить меня, дрожащую от страха, в свои объятья, – рассмеялась она. – Нет. Обниматься больше не будем, а то всех бесов разбудим в пруду. Давайте лучше выпьем по чашечке кофе, а то я замерзла, у меня дрожат от холода плечи…
Пропустив девушку на входе в кафе, Артём огляделся. Чёрт! – едва не вырвалось у него. Вдали маячили два знакомых силуэта. Нас по-прежнему преследуют! – молнией пронеслось в его сознании. Нужно быть готовым к худшему, – мысленно призвал он себя к действию. В голове начал созревать некий план. Осталось отвлечь внимание Янины, чтобы его осуществить.
– Позвольте вас оставить на две минуты, – обратился он к Янине. – Хочу сходить посмотреть, как человек устроен…
Янина от изумления вытаращила глаза. Увидев ее выражение лица, Артём рассмеялся.
– Извините, Янина, это, как говорит моя мама, окопный юмор из меня прёт. Мне следовало сказать, что мне нужно в мужскую комнату.
– А-а-а. Ну, тогда я прошвырнусь до дамской комнаты, мне нужно припудрить носик, – в унисон ему ответила она.
Увидев, краем глаза, что Янина вошла в дамскую комнату, Артём быстрым шагом направился в фойе, где находился небольшой фонтан, выпускающий вверх несколько тонких струек воды из кучи камней разновеликой формы. Отобрав пару подходящих камней, он спешно сунул их в боковые карманы ветровки и вернулся обратно. Через минуту в зале появилась и Янина.
– Ну и как устроен человек? – поинтересовалась она и, не дожидаясь ответа, залилась звонким смехом.
– Не поверите – превосходно! – с напускной горделивостью ответил он ей.
– Вот как? – Янина слегка приподняла брови. По выражению её смеющихся глаз было ясно, что она готова принять игру. – По-моему, мы с вами незнакомы, месье Ключевский? Меня зовут Янина.
– Очень приятно, мадмуазель Довженко! Шестое чувство подсказывает мне, что мы можем с вами немного расслабиться. Хотите выпить бокал шампанского?
– Вы, наверное, из офицеров? – продолжила она. – В вас чувствуется напор, этакий кавалерийский наскок. Напоить девушку шампанским и баста!
– Виноват, мадмуазель! – Я старый солдат и не знаю слов любви, но когда я впервые увидел вас, мадмуазель Янина, я почувствовал себя утомлённым путником, который на склоне жизненного пути узрел на озарённом солнцем поле нежную, мадмуазель Янина, нежную фиалку…
– Браво, Артём! Михаил Казаков не обиделся бы на вас за столь точный и искренний пересказ его слов, предназначенных для донны Розы. Теперь я верю, что вы мой коллега – актёр «законсервированного» театра. Вы умеете уговорить девушку выпить с вами бокал шампанского. Я сделаю это с вами, с превеликим удовольствием.
– Отлично! А я выпью с огромным удовольствием с вами. Вы мне очень нравитесь. Я только, что влюбился в вас.
Артём улыбнулся и одарил её тёплым взглядом.
От его голоса, содержащего едва уловимый акцент, у неё по спине побежали мурашки.
– Старый солдат слукавил – он знает слова любви, – рассмеялась она.
На его губах заиграла едва заметная улыбка.
– Конечно, слукавил. Я знаю их, но поверьте мне, Янина, я не сорил ими напропалую.
– Не знаю почему, но я верю вам!
Принесли шампанское. Бутылку извлекли из ведёрка со льдом, открыли и наполнили бокалы. Пили не спеша, наслаждаясь каждым глотком искрящейся янтарного цвета жидкости.
Артём смотрел на Янину чуть влажными глазами. Легкое опьянение вызвало в нём уйму восторженных эмоций. Он явно любовался девушкой.
Судьба намерена преподнести мне щедрый подарок, – тешила его сознание сладкая мысль.
Она с неподдельным интересом смотрела на него и тоже не в силах была отвести взгляд. Чёрные как ночь глаза и волосы. Мужественный подбородок… он такой, как у Спартака, – пришло неожиданное на ум сравнение. Артём выглядел немного самоуверенным, но ей это качество в мужчинах нравилось. А ещё, он был сильным…
Янина постучала ногтями по столу и посмотрела на часы.
– Уже за полночь, мне пора домой, я валюсь с ног, ещё немного и вам придётся, месье Ключевский, нести меня на руках. – Вы справитесь с этой задачей? – игриво спросила она.
– Сочту за честь, прижать вас к своей груди.
– Ладно, чего уж там, меня можно тащить и на горбушке, – засмеялась она.
На территории парка было пустынно и прохладно. Длительный моросящий дождь разогнал по домам последних прохожих. Не было на водной глади пруда и пернатых обитателей, которых ещё недавно они видели. Только в Камергерском переулке было неспокойно – чёрный BMW с тремя пассажирами терпеливо поджидал свою добычу…
– Ну вот, и началось, – раздосадовано посетовал Артём, увидев выворачивающий к ним автомобиль.
Из машины вышли все, у всех троих были ножи. Кроме того, у одного в руке были браслеты.
– Янина, держись сзади меня и ничего не бойся.
Артём с силой сжал камни в карманах своей ветровки.
Шедший впереди бритоголовый здоровяк с воловьей шеей ухмыльнулся.
– Мы заберём девушку, она наша, – угрожающе прохрипел он. – Ты же можешь дать дёру, мы не будем на тебя в обиде, – заржал он гнусным голосом.
Этот боров не иначе как борец в тяжёлом весе, его нужно выключать первым, – мелькнуло в голове у Артёма. Затем того – с браслетами, а уж потом тощего…
– Ты чё глухой? – осклабился здоровяк, и его бритая голова заблестела в свете ночного фонаря, как только он развернулся в его сторону.
– Я прекрасно тебя слышу, – выпалил в ответ ему Артём и сделал шаг навстречу. Коротким замахом руки он метнул с ужасающей скоростью первый свой камень. Раздался хруст лицевой кости здоровяка, и он в глубоком нокдауне рухнул на спину.
– Ах ты, гад! – взревел его подельник с браслетами. И в это же мгновение он получил от Артёма свой камень, который с хрустом вошел ему в надгрудную впадину. С перекошенным от боли лицом он безмолвно опустился на колени, продолжая удерживать в руке нож.
«Тощий» оказался более проворным. Он метнул свой нож в Артёма и бросился бежать к автомобилю. Артём отбил летящий нож рукой, уйти в сторону он не мог, так как сзади находилась Янина. «Тощего» он настиг у машины и сбил его с ног резким боковым ударом в шею.
– Янина, – крикнул он девушке срывающимся голосом, – беги ко мне, нам нужно уходить…
Однако девушка продолжала стоять как вкопанная, ноги отказались её слушаться, она тряслась от страха в нервном ознобе. Поняв в чём дело, Артём подскочил к ней, подхватил её на руки и побежал вместе с ней к машине. Усадил её на заднее сидение, и лишь затем подошел к «тощему», лежащему ничком у переднего колеса. Тот уже начал приходить в сознание.
– Садись быстро в машину – мы едем в Фили! – властно скомандовал ему Артём и вслед добавил, – помни, что моего удара в горло ты не переживёшь.
«Тощий» с видом человека, который только что получил временную отсрочку от казни, быстро вскочил на ноги и уже в следующее мгновение он водрузил свой хилый зад на водительское сидение.
Артём, усевшись рядом с ним, достал из кармана сотовый телефон и набрал номер отца.
– Отец, на меня и мою девушку напали бандиты. С нами всё нормально. Встреть, пожалуйста, нас у метро «Фили». Мы в BMW чернового цвета, номер Е707АВ199. За одним прокачай это авто…
Его отцу объяснять много не нужно было. Он знал, что сын по пустяку беспокоить не будет. Если позвонил, то с ним случилось что-то серьёзное.
– Телефон держи включённым, – крикнул он ему в ответ.
Через пару минут он был уже во дворе дома на площадке, где стояло его авто. Артём же в это время исследовал содержимое бардачка BMW.
– Ого! Вы явно непростые жители столицы, – воскликнул он, увидев пистолет. – Рассказывай, кому и зачем понадобилась моя девушка. Скажешь правду, – отпущу на свободу. Обманешь – будет хуже для тебя. Начни герой с того, как зовут тебя.
– Вадик, – обречённо сказал «тощий».
Тощий Вадик оказался смышлёным парнем. Его сразу насторожили слова Артёма «прокачай машину», он знал, чей это сленг. Этот парень, явно из спецназа, – пришёл он к выводу. Увидев, что его пасут, он не сбежал со своей подружкой, а дал нам бой, так как чувствовал своё превосходство над нами.
– Твою девушку заказал один богатый перец из Арабских Эмиратов, он влюбился в неё или что-то вроде того, – хмыкнул Вадик. – К нам же заказ прилетел из Киева. Мы её должны были упаковать и переправить в Эмираты…
На заднем сидении послышался горький плачь Янины.
– Успокойся малыш, мы уже подъезжаем…
– Остановись здесь и выйди из машины, – резким голосом сказал Артём, – и не вздумай Вадик бежать – догоню!
К машине подошёл отец.
– Папа, в бардачке у него пушка. Я к ней не прикасался…
– Я знаю. Твой разговор с этим героем я слышал. – Идите к моей машине, а я ещё немного поговорю с Вадиком, – усмехнулся отец.
Артём обнял за плечи девушку, и они направились к машине отца. Как только они оказались в машине, она с плачем прижалась к его груди.
– Артём, нас могли убить. Ты спас меня, ты у меня герой, они были такие страшные, с ножами, – неожиданно дала о волю чувствам она.
Поток её слов не иссякал, девушка была явно перевозбуждена, по её щекам текли реки горьких слёз…
– Малыш, все позади. Теперь у нас всё будет хорошо…
Подошел отец, представился:
– Меня зовут Алексей Петрович.
– Янина Довженко, – ответила она, продолжая всхлипывать. – У вас замечательный сын, он спас меня. – Бандиты были с ножами, и они были такие страшные…
– Когда-то давным-давно он спас и меня от бандитов, у которых я находился в плену. Он у нас герой!
– Так уж и герой, – начал скромно отнекиваться Артём.
– Герой, герой… Он, Алексей Петрович, так метко бросал камни в бандитов, что они тут же падали, – восхитилась вновь она.
– Этому искусству – бросать метко камни его обучил ещё с малолетства дед Маккхал, – принялся рассказывать отец. – Они охотились с ним на тетеревов, набив карманы доверху камнями. А когда Артём служил на Курилах, то глушил в воде лосося камнями.
– Пап, умоляю тебя, не вводи меня перед Яниной в краску, а то я себя чувствую первобытным человеком, – взмолился Артём. – Просто в горах на Кавказе много камней, которые я, будучи мальчонкой, любил бросать…
– Ладно, сын, Янина сама разберётся какой ты у нас. Мы уже приехали. Мать, наверное, от волнения места себе не находила, извелась вся…
– Пап, а что с Вадиком, ты его просто отпустил?
– Нет, непросто отпустил, – усмехнулся отец. – Пушку я у него изъял, разговор с ним записал на диктофон. Полагаю, он никуда не денется, и мы с ним в ближайшее время ещё потолкуем, иначе его ждут нары…
– А-а-а, – протянул Артём.
Входную дверь Валерия открыла, как только заслышала их шаги, подтвердив тем самым слова мужа о своём неуёмном беспокойстве.
– Мам, знакомься, это Янина, она же Маруся – жена Федота из спектакля «Сказ про Федота-стрельца», на который ты меня сегодня отправила, – рассмеялся он.
Мать приветливо улыбнулась девушке.
– Валерия Семёновна, – представилась она. – Вижу, что не зря порекомендовала тебе, сын, посмотреть этот спектакль. – Какую красавицу в дом привёл! – не удержалась от восхищения она.
– Какая там уж красавица… Вся в соплях и зарёванная, – засмущалась Янина.
– Яниночка, слёзы – это явление временное. Пройдите в ванную комнату, я сейчас подберу вам из своего гардероба что-нибудь из одежды. Вы такая ладненькая, что проблем у нас с этим не будет.
Янина улыбнулась в ответ. Ей был понятен скрытый смысл этих слов.
Скинув с себя одежду, она вошла в душевую кабинку и, закрыв глаза, подставила живительной воде своё уставшее тело…
Когда же она вышла из ванной комнаты, то все уже сидели в зале и поджидали её. В центре зала был накрыт стол.
– Валерия Семёновна, спасибо, мне всё подошло… – начала она с комплимента хозяйке и тут увидела, что кисть правой руки у Артёма забинтована.
– Артём, вы ранены?
– Ерунда, царапина…
– Нет, не ерунда. Я вижу, что через бинты проступила кровь… Скажите мне, эта рана от ножа, который вы отбили рукой? – с волнением в голосе спросила она.
– Да, – вынужден был признаться Артём и тут же перевёл внимание со своей персоны. – Давайте перекусим! Яна, присаживайтесь ко мне на диванчик, я уже место вам согрел…
Она в очередной раз бросила благодарный взгляд на Артёма. Какой же он милый! Он похож на «Крокодила Данди», конечно, не внешностью, а мужественностью, силой, умением побежать. Он жил в горах, и также, как Данди, умеет бросать камни. От него веет уверенностью и настоящей мужской силой… Ей вдруг остро захотелось поделиться этой мыслью с его родителями, и прежде всего с его матерью.
– Валерия Семёновна, вы видели фильм «Крокодил Данди»?
Мать тепло улыбнулась ей.
– Яниночка, это любимый фильм нашего семейства. И я догадываюсь, почему вы сейчас об этом спросили. Вам пришлось сегодня испытать нечто схожее с тем, что испытала дочь газетного магната Сью Чарлтон. Спасибо вам за этот вопрос. Наш сын действительно во многом похож на Данди, за что мы очень любим его…
Артём осуждающе покачал головой.
– Мам, ты забыла, что лесть портит взрослого мужчину. К тому же не стоит меня сравнивать с каким-то киношным героем? Он вдобавок ко всему, ещё и рыжий…
– Можно, – безапелляционно заявила мать, не скрывая улыбки на лице. – Цвет волос здесь ни причем. Важна внутренняя начинка…
– Я тоже так считаю, что можно сравнивать, – присоединилась к матери Янина.
– Пап, а ты как считаешь?
– Я, сын, считаю так же, как считают женщины. Иначе завтра суп будет пересоленным, – рассмеялся отец.
– Яниночка, а в каких спектаклях вы ещё играете у себя в театре?
– Пока только в одном. Но наш театр замахнулся на новую сказку «Ледяное сердце» по мотивам сказки Андерсена «Снежная королева», там я буду играть две женские роли.
– Одна из них, конечно, Снежная королева? – вклинился в их диалог Артём.
– Нет, Артём, я буду в этом спектакле просто дамой, а также ещё вороной, – кротко улыбнулась она ему. – Я ведь в театре работаю недавно, всего лишь три месяца. Впрочем, и в Москве я живу столько же.
– А где вы проживали до Москвы? – поинтересовалась мать.
– В Киеве. Но вынуждена была оттуда уехать, так как попала на глаза беспутному арабскому принцу, который, несмотря на то, что был женат, не давал мне проходу. А защитить меня было некому, я жила со своей старенькой бабушкой…
– Ну, сейчас у вас защитник надежный, будьте в этом уверены, – улыбнулась мать.
– Кстати, у Янины бабушка служила после Великой Отечественной войны в Минске в КГБ Белоруссии, в звании старшего лейтенанта. – Так что она тоже выходец из чекистской среды, то есть своя в доску, – рассмеялся Артём.
– Сын, ты опять свой окопный юмор пускаешь в ход, – упрекнула его мать. – Яниночка, обрати, пожалуйста, на это внимание. Он у меня ещё и такой. Это у него от папы.