Откуп от киллера

Шантаж из-за решетки

Казалось бы, уже не нужно законопослушным гражданам бояться того злодея, у камеры которого стоит вооруженный конвой.

Но, как выяснилось:

– Для дерзкого и отчаянного уголовника нет никаких преград, если вдруг пожелал он прямо из тюремной тесноты достать своей костлявой рукой потенциальную жертву, благодушно обитавшую пока на свободе.

Вот таким образом, перестав получать от товарища деньги с воли и продуктовые передачи, подследственный и попытался упечь того вместе с собой за решётку.

В тюрьму же, и этого уголовника, как и многих ему подобных, когда-то привела дорога, пустился по которой без всякой цели, просто, в надежде отыскать тёплый угол и сладкий кусок, ни прилагая к этому никаких особых усилий.

…Не близок путь до Бийска от предгорного села, где на автотранспортном предприятии когда-то начинал работать водителем уроженец Казахстана Леонид Коркин.

По этой самой причине сельские автомобилисты с незапамятных времен содержат в городе Бийске свой заезжий двор:

– Здесь шоферам и экспедиторам есть, где остановиться, чтобы передохнуть по пути домой или из дома.

Тут и командировочные остаются на ночлег, а также паркуют и ремонтируют свои машины.

Туда, в такой вот заезжий двор и направился однажды Леонид на ночлег, хотя давно уже не имел отношение ни к транспорту, ни к тому предприятию из сельской глубинки:

– Так как был уволен за систематическое пристрастие к алкоголю.

И не мог больше официально претендовать на место в этом профессиональном пристанище серьезного водительского персонала.

Правда, шел он туда не без уверенности получить радушный приём. Теплилась на дне пропитой души реальная надежда обогреться, а не получить «от ворот – поворот».

– Все же не зря, в прошлой шоферской жизни, с самим управляющим Иваном Балтиным, однажды его познакомил односельчанин Евгений Уткин, – не забыл отставной водитель. – Тот самый земляк, который и теперь находился среди постояльцев.

Как выяснилось, он собирался заняться ремонтом автомобиля с заезжего двора.

Вот и предложил не занятому пока шоферу:

– Поучаствовать вместе с ним в предстоящей работе.

Рекомендации работящего и умелого на все руки Уткина оказалось вполне достаточно, чтобы не имеющий никакой регистрации в городе, пьющий и безработный Леонид Коркин на всю зиму получил в свое полное распоряжение просторную комнату.

И только одно обстоятельство не давало покоя Леониду Коркину с его птичьими, что называется правами. Ведь, в подвальном помещении, где располагалась печь для отопления всего здания, свой угол имел ненавистный ему, еще один неприкаянный гражданин.

Это был инвалид Михаил Милюков, бывший сожитель матери официального хозяина этого их «заезжего мирка» Ивана Балтина, поселенный здесь на всю зиму, до самой весны сердобольным управляющим:

– За что старик должен был отрабатывать в качестве истопника.

Но старик часто отлучался в город, приносил водку, напивался в одиночестве и пренебрегал своими обязанностями, заставляя остальных по очереди подкидывать в печь дрова и уголь.

– Да еще и убирать за собой Борода, – как называли его снисходительно знакомые. – Не желал.

Оттого тяжелый смрад растекался волнами из его обители наверх, в комнаты других постояльцев.

Увещевания не помогали. А потом стало и не до того, когда из села приехал Уткин и привлек напарника к ремонтным работам над «Газелью», стоявшей в гараже посреди обширного двора.

Всякое дело, имеющее начало, когда-нибудь закончится.

В разгар весны автомобиль практически уже был исправен:

– Оставалось еще дел на день-другой.

И это обстоятельство ремонтники решили отметить за обильным ужином. На кухне им приготовили разносолы, водку они приобрели сами и успели пропустить по нескольку чарок, после чего сначала Балтин, а потом и Уткин отправились отдыхать по своим комнатам.

А вот Леониду Коркину не спалось.

Ему нужен был собеседник, поэтому он спустился в подвал к старику Милюкову, смотревшему в тот момент телевизор, лежа на своей неприбранной кровати.

Визитеру квартирант не обрадовался, потому что тот начал громогласно стыдить его:

– За антисанитарное состояние комнаты и личный вид самого настоящего опустившегося бомжа.

В ответ на упреки такого же бездомного, как он сам, годившегося ему в сыновья, Милюков ответил бранью и тут же поплатился за свою несдержанность.

Набросившись на него с кулаками, Леонид сначала сбил Бороду на пол, потом несколько раз ударил по голове и туловищу своими тяжелыми ботинками.

Перестал избивать, когда из горла жертвы хлынула кровь.

Поднявшись к себе наверх, Коркин снова сходил в магазин за водкой. Утром пришел его будить Уткин, чтобы позвать на работу, но Леонид еще даже не ложился.

Невнятным голосом, отказавшись от участия в дальнейшем ремонте «Газели» он пробурчал что-то:

– Про драку с Бородой.

Но уходя в гараж, его слова пропустил мимо ушей озабоченный работой, трудолюбивый слесарь, вынужденный теперь заниматься восстановлением грузовичка в одиночку, без помощника.

Вспомнил об этом позже, когда убирал ведро в комнате Милюкова и увидел кровоподтеки на лице инвалида, тяжело дышавшего под одеялом.

А день спустя уже Леонид Коркин, поведавший и другим о своей стычке с Милюковым, разнес по заезжей базе весть:

– Борода умер, а я буду сдаваться милиции.

Вызванные на место происшествия управляющим Иваном Балтиным сотрудники правоохранительных органов установили признаки насильственной смерти обитателя подвала.

А тут и Коркин во всем им признался и написал заявление о явке с повинной. Оставалось только запротоколировать подробности и провести необходимые экспертизы, чтобы можно было передавать дело в суд.

И все это время сердобольный Евгений Уткин не забывал о бывшем напарнике, которому не успел выдать заработанные на ремонте «Газели» все четыре с половиной тысячи рублей.

Часть денег переводилась им на счет Коркина в следственный изолятор, на остальные покупались продукты для передачи подследственному.

Все прекратилось, когда была потрачена вся сумма до копейки.

И вот это очень не понравилось Леониду. Он дал знать Евгению на волю:

– Если не получу еще 50 тысяч рублей, то добьюсь твоего ареста как сообщника.

Слова не разошлись с делом.

Изменив первоначальные показания, Леонид Коркин теперь громогласно утверждал, что из-за старой травмы не мог сам наносить удары ногой, а это, якобы, Уткин избил старика до полусмерти.

Но обман не прошел.

Экспертиза точно доказала:

«Лишь на ботинках и одежде одного Коркина имелись следы крови Милюкова. Так что он лично причинил побои своей жертве».

Действия подсудимого были квалифицированы как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности, смерть потерпевшего. Суд приговорил Леонида Коркина к восьми годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Два неудавшихся побега

Говорят, что охота – пуще неволи. И это стопроцентно так, если только идет речь о деклассированных гражданах, кому охота снова, как прежде, оказаться в обществе свободных людей, а не смотреть на мир из камеры с решеткой в окне.

Потому и пытаются, время от времени, отчаявшиеся «сидельцы» вырваться на свободу. С разным исполнением, но практически одинаковым результатом задуманного.

Как правило, такие попытки заканчиваются поимкой беглеца и суровым наказанием. И тем строже приходится отвечать осужденному уголовнику за его страстное желание быть вольным человеком, чем яростнее он пытался вырваться их заключения. О чем можно судить по двум разным историям, когда побег сопровождался страданиями, а в результате преступнику так и не удалось добиться своего.

…До Бийска от районного центра – села Зонального буквально «рукой подать»:

– Туда – час пути, обратно – столько же.

Вот так, наверное, привыкли оценивать дорогу до ближайшего крупного населенного пункта, как и все прочие, сельские сотрудники правоохранительных органов.

Особенно те, кому, не так уж и давно, постоянно приходилось хлопотать по доставке в следственный изолятор № 2 особенных «пассажиров»:

– Подконвойных граждан, направленных в городской следственный изолятор, говоря проще – в тюрьму, из изолятора временного содержания их сельского отделения МВД.

Но так было только до пасмурного осеннего дня, когда в обыденный рейс с задержанными вмешался злой умысел тройки сообщников, скованных наручниками.

В изоляторе временного содержания уголовники-рецидивисты Волгин, Соснин и Баранов оказались по разным причинам.

Первый был доставлен по этапу из колонии – для проведения следственных действий по новому уголовному делу. Двое других, не меньше повидавшие «неба в клеточку», ещё ожидали (которого уже для себя) приговора суда.

И эти часы общения закоренелых уголовников обернулись рождением плана дерзкого побега.

Будучи, по личному опыту, неплохо осведомленными о том, как перевозят осужденных или подследственных в СИЗО, они решили:

– Добудем себе свобод именно в дороге.

Имея к тому времени и опасное в «умелых руках» оружие – стальную заточку, ловко изготовленную одним из компании, когда в руки попал длинный гвоздь.

По замыслу будущих беглецов они должны были учинить побег на одной из улиц города, когда по условной фразе один блокирует водителя в форме, другой берёт на себя сопровождающего сотрудника МВД, а третий – завладеет их табельным оружием.

Они не учли одного – сноровки и упорства в борьбе за свою жизнь будущих жертв.

Тем временем события начали разгоняться стремительно и неотвратимо, как снежный ком, пущенный с горы.

Вот уже обычный (гражданского исполнения) автомобиль «УАЗ-3741», приспособленный для перевозок «специального контингента», подогнали к двери ИВС Зонального РОВД.

Затем уголовники, задумавшие побег, разместились в его салоне. Официально – по распоряжению сотрудников МВД. Только сделали это, на самом деле, то есть в реальности, совсем не по указке строгого конвоя в милицейской форме с погонами:

– А исключительно согласно «ролям» распределенным между собой заранее, еще в камере изолятора временного содержания.

Чтобы в нужное время и в нужном месте всем скопом откликнуться на условную фразу и напасть на конвой.

…Сигнал прозвучал, когда «УАЗик», после утомительного часового пути от села Зонального, наконец-то добрался до города и покатил по разбитому асфальту микрорайона города Бийска, в большей части застроенного частными домовладениями.

Вот уже машина выехала на переулок Муромцевский с его дворами частной застройки.

И тут заговорщики дождались условной фразы от своего вожака. После чего немедленно преступили к осуществлению, тайком отрепетированного ранее, побега.

Соснин, сидевший позади водителя Ногтева, обхватил свободной рукой его за шею так, что у того потемнело в глазах и перехватило дыхание. Только чудом он не давал машине съехать с асфальта.

Ещё хуже было его коллеге Галкину.

Волгин взялся душить его, обхватив за шею рукой, свободной от наручников. Тогда как Баранов попытался вонзить в милиционера заточку.

Первый удар Галкин отбил. Второй – тоже. Но, чувствуя, что одному ему долго не продержаться, он сумел освободиться от захвата Волгина и выпрыгнуть на полном ходу из машины.

Так же поступил и Ногтев.

Внеся тем самым существенные коррективы в дерзкие планы отчаянных беглецов:

– Ведь так и не удалось завладеть столь желанным табельным оружием.

Первая неудача, однако, не обескуражила уголовников, освободившихся от присутствия рядом конвоиров.

Соснин резво перебрался на опустевшее водительское сиденье, схватился за руль, поставил ногу на педаль, прибавил газ. Да только сзади уже раздавались выстрелы по колёсам машины.

Пули достигли цели.

Так что, не справившись с управлением под таким обстрелом, уголовник струхнул, перестал контролировать окружающую обстановку и на скорости «под шестьдесят» врезался в столб линии электропередач.

Да так, что сбил его наземь, буквально вывернув опору ЛЭП из грунта, вместе с бетонным пасынком.

А вот заточка в руках Баранова помогла ему во второй раз.

Теперь уже – освободиться от наручников. И он, распахнув дверцу машины, первым бросился бежать прочь от разбитого «УАЗика». Тогда как Волгин с Сосниным путь выбрали с небольшим запозданием и не по ровной дороге, а через забор ближайшей частной жилой усадьбы.

Но тут уже ситуацию взял под свой контроль сотрудник МВД Галкин.

После стрельбы по машине он направил свой табельный пистолет на убегавшего Баранова. А когда первый предупредительный выстрел в воздух не произвел на того должного впечатления, прицельно взял злоумышленника на мушку.

Меткие выстрелы из «Пистолета Макарова» – достаточно эффективны в руках опытного стрелка. Сотрудник МВД снова не промахнулся. Ранив этого беглеца, Галкин бросился к двум другим – все ещё скованным одними наручниками Волгину и Соснину.

И опять ему понадобилось открывать огонь.

Сначала – предупредительный. Потом – на поражение, когда «сцепленная парочка» не вняла требованию остановиться и попыталась добежать до новой подворотни.

В сложившейся ситуации благоразумно повел себя еще один заключенный, перевозимый в Бийск. Он все это время не покидал машину, а потом дал свидетельские показания, позволившие (в числе прочих) установить во время следствии ход событий.

Уже оправившись от ран, Баранов и Соснин встретились с Волгиным в зале суда, где состоялся процесс и был вынесен приговор.

По совокупности преступлений Волгин получил десять лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. На строгом режиме Соснин проведет одиннадцать лег, а Баранов – десять.

…Не обошлось без раненого и при другом побеге. Что готовился прямо чуть ли не из будущей камеры, где должен был сидеть злоумышленник. Только теперь пострадавшими были сотрудники правоохранительных органов, с которым нисколько не церемонился жестокий уголовник-рецидивист.

…Вором Андрей Сологубов стал еще до своего совершеннолетия. Хотя вполне мог проявить себя и на полезном поприще, имея диплом о среднем специальном образовании.

Но там нужно было честно трудиться, тогда, как ему хотелось:

– Иметь все сразу и «без мозолей».

Пошел на кражу. Попался. Семнадцатилетним юношей впервые оказался на скамье подсудимых. Суд тогда сделал скидку на возраст и, выраженное Сологубовым, жалостливое раскаяние.

Да только оказалось оно лишь на словах. Уже через год, там же, выслушал он приговор за новое уголовное преступление:

– Лишение свободы сроком на четыре года.

Неволя, кажется, кого угодно заставит подумать о цене поступков на свободе. Да только, к сожалению, не Андрея Сологубова.

Едва получив справку об освобождении, он был уже готов к новому преступлению, не ведая того, чем обернется лично для него в итоге кража компьютера и оргтехники.

Совершил её – осенней ночью из офиса частного бийского предприятия. Только в том, что это он с подельниками обокрал коммерсантов, Сологубов признается гораздо позже:

– Когда за плечами потянется шлейф еще из нескольких уголовно наказуемых деяний.

В том числе из числа достаточно тяжких преступлений:

«Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов», «Применение насилия в отношении представителя власти», «Кража» и нарушение «Закона об оружии».

И все это – в дополнении к той самой осенней краже из офиса Общества с ограниченной ответственностью.

Ноябрь и декабрь, пока велись розыскные мероприятия по данному уголовному делу, Андрей Сологубов чувствовал себя ловким и вполне удачливым:

– Дескать, никто не докажет моё участие в новом воровстве.

Тогда как оперативные мероприятия уже дали результат. Они вывели следствие не только на личность подозреваемого в краже, но и на адрес его проживания.

И вечером 10 января к нему домой на улицу Короленко отправились на задержание оперативные сотрудники.

В кабинет оперативного уполномоченного отдела уголовного розыска местного отдела МВД, гражданина Сологубова доставили под конвоем. Но там парень отрицал все:

– Полностью отметал всякие подозрения, прозвучавшие в его сторону.

Отказался на отрез по поводу кражи компьютера и оргтехники. Однако, в соответствие со статьей закона, всё же был составлен протокол о его задержании на точно определенное время, необходимое следствию.

Оставалось препроводить подозреваемого в изолятор временного содержания. И вот тут ход событий показался Сологубову не по его дерзкому нраву.

Внезапно он заявил о, имевшемся, якобы у него, заболевании, с которым не принимают в ИВС без медицинского заключения врачей. И полученное таким образом время, использовал для попытки скрыться.

При этом совершил нападение на сотрудника милиции.

Бдительность того ему удалось притупить. И даже получить разрешение:

– Покурить без наручников.

Когда же оперуполномоченный ОУР отвернулся к телефону, закрепленному на стене кабинета, чтобы созвониться о проведении медицинского обследования задержанного, Сологубов набросился на него со складным ножом, который он взял со служебного стола в кабинете.

Множество ударов, нанесенные оперативному уполномоченному в область шеи, лица и голову повергли того навзничь.

Кроме складного ножа, потерпевшему были нанесены и удары в жизненно-важные органы ещё и отверткой.

Её тоже взял Сологубов в кабинете оперативника.

Когда же раненый перестал подавать признаки жизни и потерял сознание, преступник отправился на свободу.

Сменил свою куртку на чужую – кожаную, принадлежащую хозяину кабинета.

С собой он прихватил еще трубку служебного радиотелефона «Сони», а также газовый баллончик и орудие преступления – окровавленную отвертку.

Все шло по его плану до тех пор, пока беглец не натолкнулся на замок, замыкавший двери во дворе ИВС, куда Сологубов прошел служебным входом.

Поднятый им шум был услышан помощником дежурного, который вышел во двор ИВС и обнаружил там незнакомца с окровавленными руками.

На требование пройти в «Дежурную часть» для выяснения личности, Сологубов подчинился. Но при входе в дверной проем совершил на своего нового конвоира дерзкое нападение.

Брызнув в лицо сопровождающего струю из газового баллончика, преступник побежал по коридору в поисках выхода. Но едкий газ лишь на мгновение ослепил дежурного.

Позвав на помощь коллег, он бросился вдогонку.

Выше среднего роста, крепкого телосложения Сологубов очень рассчитывал на свою силу, внезапность и уже применявшееся оружие. Но это не помогло, когда на его пути оказался еще один страж правопорядка, теперь уже сотрудник отдельного батальона патрульно-постовой службы.

Смело, пойдя на преступника, он приемом рукопашной борьбы выбил занесенную отвертку. Затем свалил убийцу с ног и заковал его руки в наручники.

Потом было признание неудачливого беглеца в осенней краже из офиса. Только сначала по суду отвечать пришлось за куда более тяжкие преступления.

Благо, что нанесенные им при попытке побега травмы сотруднику милиции оказались излечимыми. Но все равно, состоялся суд.

На уголовном процессе признали Андрея Сологубова виновным в совершении целого ряда тяжких преступлений. В итоге приговорили несостоявшегося беглеца и закоренелого преступника к девятнадцати годам лишения свободы.

«Спектакль» в арендованной квартире

Не оскудела, видно, Русь на таланты. Если безработные новички способны так убедительно сыграть роль по «пьесе» мошенника, что верить в перевоплощение начинают все подряд.

…Но если одни просто теряют на этом немалые деньги, то хозяйка едва не лишилась своего недвижимого имущества, когда начала сдавать его на жительство чужим людям, в том числе и задействованным в криминальной постановке.

Отличная двухкомнатная квартира, практически, в самом центре города Бийска досталась в своё время Тамаре Львовой.

Только самой женщине долго жить в ней одной не пришлось:

– Переехала к любимому человеку, когда тот сделал ей предложение руки и сердца.

И тогда же, ставшие лишними, квадратные метры, дабы зря не пустовали, она начала сдавать в аренду, ежемесячно получая от этого без всяких забот по шесть тысяч рублей.

Так продолжалось довольно долго, пока на пороге ее семейного очага не появилась молодая пара:

– Возможные покупатели бывшего «приданого».

Получив отказ в продаже квартиры, парень с девушкой огорошили неуступчивую владелицу известием о том, что успели узнать, готовясь к новоселью.

– Оказалось, что живут там одни, прописаны другие, – сообщили молодожёны. – А сама Львова может в любой момент остаться без своей дорогостоящей собственности, если не поинтересуется постояльцами.

Совет оказался несколько запоздавшим.

Оказалось, что без согласия законной хозяйки, ее квартиру успели выставить на рынок вторичного жилья. Более того, у нее уже сменилось несколько собственников. Причем, очередная продажа состоялась, буквально на днях, и новый покупатель собирается въезжать в свое приобретение.

Все это заставило Тамару Львову обратиться с заявлением в правоохранительные органы, где по факту мошенничества возбудили уголовное дело.

Сыщики начали расследование с того, что опросили того самого арендатора, который несколько лет подряд, сам сдавал эту квартиру по часам всем желающим.

Вскоре выяснилась:

– Он не причастен к ряду совершенных афер.

Зато у следователя появилась ниточка, ведущая к преступнику, когда этот свидетель назвал имя своего, последнего по времени, клиента.

Илья Сыропятов родился в одном из сел в пригороде Бийска. Там же имел и регистрацию, хотя на самом деле перебрался на постоянное жительство в наукоград, где работал менеджером по продажам у индивидуального предпринимателя.

Несколько раз он пользовался квартирой Львовой, оплачивая сначала почасовой тариф, а потом заказал ее сразу на несколько дней, в ходе которых, по воле злоумышленника, начали меняться фальшивые собственники.

Сначала это были безработные, готовые за небольшой гонорар сыграть роль «продавцов» и «покупателей». В сделках, когда семизначные суммы сначала фигурировали только на бумаге, подготавливая наживку для будущих жертв афериста.

А то, что их будет несколько, Илья Сыропятов не сомневался, когда у него на руках оказалось несколько экземпляров доверенности на квартиру, с поддельными печатью и подписями:

– Как нотариуса, так и Тамары Львовой.

Отрепетировав процесс реализации жилища и официальной регистрации сделки с участием нанятых «с улицы» людей, которых он не ставил в известность относительно своих настоящих замыслов, далее Илья приступил к поиску жертв, для чего сначала хорошенько изучил частные объявления по городу.

Первое такое газетное свело его с частным предпринимателем Михаилом Булановым:

– Готовым ссудить деньги под залог недвижимости.

Приведя его в квартиру, где обитали, нанятые в качестве мнимых владельцев, «самодеятельные актеры», Сыропятов сумел без труда получить у обманутого финансиста ссуду в размере 300 тысяч рублей.

После чего стал избегать встреч и перестал общаться с ним даже по телефону.

В ту пору все внимание мошенника уже было направлено на его знакомую, занимающуюся сделками на ниве недвижимости.

Выяснив, что у неё есть клиентка, желающая купить квартиру, Илья предложил:

– Продать ту самую, на которую у него были припасены поддельные доверенности.

Знакомясь с квартирой, куда ее привела новоявленный риэлтор, Надежда Литвинова ничего подозрительного не заметила.

Да и как иначе. Ведь к её приходу успел уйти, привыкший устраивать по данному адресу попойки, первый владелец жилья из «актерской труппы» Сыропятова.

Зато двое других сообщников – приезжий в Бийск по вахтовому методу, барнаульский строитель, да уволенная из столовой местная повариха, очень убедительно изобразили семейную пару, якобы срочно продающую свою квартиру:

– Так как нужно вносить деньги за ту, что сами, дескать, приобретают в краевом центре.

Девушка согласилась поторопиться с заключением договора.

В тот же день, поверив тем документам, что были припасены, со стороны режиссировавшим «спектаклем», Сыропятовым, Надежда Литвинова заплатила «артистам» требуемые 970 тысяч рублей и получила на руки расписку.

Правда, без ключей от приобретенного жилища, которые ей обещали отдать лишь на следующей неделе.

Только еще раньше раздался звонок от сотрудника правоохранительных органов, сообщившего ей о том: