Сельский сыщик

Глава первая

Численник не обманешь!

Отрывной ли, а может и тот, что в виде плаката украшает стену почти каждого официального кабинета или же хранится миниатюрным календарём в кармане форменного мундира.

Не возьмёшь над ним верх, даже если поторопишься:

– Оторвать больше листков, чем полагается, чтобы ускорить окончание неблагоприятных лично для тебя дней или зачеркнуть на плакате эти же самые цифры.

Но, как бы там ни было, майские праздники всё-таки остались позади. К тому же и прошли, на этот раз вполне благополучно для личного состава отдела полиции сельского муниципального районного образования!

Если, конечно, иметь в виду исключительно сводку, так и не случившихся на праздники, особо тяжких криминальных происшествий:

– Обошлось мелкими кражами, семейными ссорами и потасовкой молодёжи на танцах в сельском клубе! – как молитву «Отче наш» отчеканил каждому, кто интересовался новостями, оперативный сотрудник за окошком «Дежурной части».

Только и радоваться особенно было нечему.

Поскольку оставили они, эти «красные числа» после себя не совсем приятные, во всех отношениях, воспоминания у их непосредственных участников из числа защитников правопорядка и борцов за мирное течение жизни своих «гражданских» земляков.

– Да и как иначе, – про себя, не выдавая недовольство вслух, бормотали до самого подведения итогов почти все. – Коли приходилось заниматься своими полицейскими обязанностями по сплошному рабочему графику.

То есть – без выходных и семейных отлучек на ночлег. Причём, всем поголовно, включая штабных девчат-писарей.

Не было покоя даже степенным и занудным в своём постоянном недовольстве, техничкам:

– Когда слишком затаптывались полы коридоров, кабинетов и специальных помещений, приспособленных со своими инструментами дактилоскопии, для допросов задержанных, дежурить в их районном отделе полиции.

Так что выходит, что, самый последний «красный лист» календаря, слетевший вчера с, заметно начавшего худеть, численника:

– Не мог не обрадовать, своим падением «в прошлое» всякого, кто носит офицерские погоны или только мечтает о производстве в чин, на порах вольнонаёмных сотрудников, или не расстаётся с ведром, метлой и шваброй.

Каждого ждали домашние удовольствия.

Вот и капитан полиции Николай Гусятников, размечтался о скорой бане, уже, как следовало по телефонному сообщению жены:

– Натопленной на заднем дворе их хозяйственных построек хлопотливой супругой Верой Ильиничной.

Ей тоже приходилось вместо праздничного отдыха и семейных дел, отвлекаться на то, что требовало руководство и дошкольного учреждения, и местной администрации сельского муниципального образования.

В том числе:

– Постоянно выходить и в «красные» дни к своим ребятишкам из детсадовской группы.

Туда, где выпускница педагогического колледжа пятый год работала воспитателем, теперь уже старшей группы.

– Ведь ни один праздничный митинг или шествие под транспарантами, разноцветными и государственными флагам, – даже сочувствовал порой её супруг Николай Сергеевич. – Не обходилось без обязательного участия в них детворы.

– Все как один, совершенно талантливые малыши, – как уже от супруги прекрасно был осведомлён Гусятников. – Читали стихи на заданную тему, пели нестройным хором весёлые песенки!

Да ещё и танцевали в хороводах под баян штатного музыкального работника, или общественника из художественной самодеятельности Дома культуры.

Зато сегодня ей зачли все случившиеся переработанные сверхурочно положенного, часы.

И она ожидала дома, отсутствовавшего уже неделю, мужа, для встречи с которым, как только могла, растопила парилку.

А ещё приготовила банные принадлежности для Николая и себя:

– Поскольку можно было не брать в расчет шестилетнего сынишку Михаила, отправленного загодя в соседнее село к бабушке с дедушкой.

Тогда, вчерашним днём, будущий выпускник «садика» и без пяти минут первоклассник, уехал с родителями Веры Ильиничны в её родное село на рейсовом автобусе.

А вот теперь, после возвращения отца с работы, за ним отправятся собственные родители на их семейной старенькой иномарке «Тойота» вишнёвого цвета:

– Что была пару лет назад благополучно приобретена Николаем Гусятниковым на ближайшем от их села, городском рынке подержанных транспортных средств.

Тогда, чтобы хватило к той сумме, что осталась неизменной и после жаркого торга с продавцом, понадобилось ему:

– Не только растратить все до копейки семейные накопления и пока ещё не тронутое «приданое» не жены.

А именно, весь семейный бюджет.

Но в основном пришлось присовокупить к этой необходимой плате за право приобрести собственное транспортное средство, ещё командировочные и «боевые» выплаты.

Полученные после другого, ещё более длительного отсутствия в семейном кругу:

– Когда полгода участвовал в наведении конституционного порядка на Северном Кавказе.

Сейчас машины не было в её гараже, во дворе их родового крестового особняка, сложенного далёкими предками самого Гусятникова, на заре прошлого века из мощных лиственных кряжей.

Поскольку хозяин прямо на ней привык нести и свою профессиональную полицейскую обязанность в качестве участкового уполномоченного инспектора полиции:

– Которому персональный служебный автомобиль не полагался по штату МВД.

… Всё имеющее начало, рано или поздно завершается одинаково:

– Окончанием мероприятия!

Вот и служебное совещание, проведённое начальством по итогам несения ответственной службы во время важных государственных и общественных мероприятий, к радости всех и каждого:

– Затянулось не слишком долго.

И совсем не случайно.

Ведь, объявляя благодарности отличившимся сотрудникам, полковник полиции Олег Барагуля вошёл в их положение «соломенных» супругов хоть мужского, хоть женского пола.

Потому довольно вскоре, зачитав вслух, новый график выходов подчинённых уже на обычные, будничные смены начавшегося месяца, Олег Русланович благожелательно распустил по домам.

Не обошёлся и без пожелания:

– «С Богом!».

Но прозвучало оно не всех, а только тех из них, кто сейчас, до возможного срочного вызова обратно:

– Уже освободился от службы.

Правда, Олег Барагуля не забыл отечески посоветовать самим стражам правопорядка:

– Не слишком озоровать в быту!

После его шуточного приказа и наступила для большинства пора заслуженного:

– Пусть и довольно краткосрочного отдыха.

Однако, из «Красного уголка», как ни торопились полицейские, но всё же выходили, строго соблюдая субординацию.

Так что вовсе не в числе первых коллег с двумя просветами на погонах, спустился со второго этаже к служебному крыльцу капитан Николай Гусятников.

И потом не всё пошло так, как ему бы хотелось.

Уже и к автостоянке у отдела полиции и направился, было, участковый уполномоченный.

Но всего нескольких шагов отвела ему судьба на то, чтобы получить удовольствие от самого ожидания личного:

– Семейного праздника, каким всегда, в подобных случаях было свидание влюблённых друг в друга, как будто и не было у супругов семи лет совместной жизни.

Ведь тут уставшего «от праздников» офицера догнал, вышедший как раз из «Дежурной части», его односельчанин:

– Ветеран труда, бывший школьный учитель музыки, обслуживающего труда, физкультуры и начальной военной подготовки Степан Иванович Пронин.

Со своим бывшим учеником в прошлой учительской деятельности, отставной педагог особенно не церемонился.

– Давай выручай, участковый! – к тому же на правах давнего знакомого и общественного участника добровольной народной дружины, он взял под локоток Гусятникова. – Сын пропал!

Сообщение оказалось совершенно неожиданным для молодого офицера, хорошо знавшего того, о ком зашла речь:

– Сергея Пронина исключительно образцом дисциплинированности, покладистости и обладателя надёжного чувство ответственности во всём, чем бы тот не занимался.

Потому и реакция на заявление отца была ожидаемой.

– Как так? – удивился капитан полиции. – А что Вам сказали по этому поводу в «Дежурной части»?

Старик отпустил рукав кителя государственного служащего и горестно развёл руками:

– Пригласили явиться с заявлением через три дня, как положено по форме, может сам найдётся!

Всё это было, как и прочие процедурные вопросы, за годы службы, вполне знакомо капитану полиции Николаю Гусятникову:

– Люди терялись, но, обычно, ненадолго!

Особенно, вот как теперь – в праздники.

– И после основательного похмелья, – помнил участковый. – Почти все эти «потерянные души» обязательно возвращались к ставшим уже безутешными, домочадцам.

Но не таков, как такие шаловливые земляки, был школьный товарищ Николая Гусятникова:

– Умница, балагур, отличный музыкант, шоумен и добрейший человек – Сергей Пронин.

Да и просто так, оставить сейчас Николаю бывшего своего физрука, а ныне ветерана педагогического труда:

– «Один на один» с его бедой и глубокими душевными переживаниями оказалось не в его духе.

Пришлось капитану полиции поменять свои планы, по меньшей мере, на ближайшее время.

– Расскажите подробнее, Степан Иванович, – задал он новый вопрос старику. – Как и что у вас в семье произошло?

Сам этот серьёзный разговор продолжать на крыльце, на виду у всех: кто ещё нёс сейчас службу в «Дежурной части», и просто прохожих не хотелось обоим.

К тому же корпоративный интерес не позволял Гусятникову столь демонстративно заниматься делом гражданина, уже получившего от коллег-полицейских решение:

– По поводу обязательных трёх суток ожидания возвращения домой Сергея Пронина.

Потому оба прошли на автомобильную стоянку:

Заасфальтированную площадку, расположенную рядом с отделом полиции, и к этому времени же сильно поредевшую.

Так как, пока они разговаривали, успели разъехаться большинство освободившихся от бесконечно долгого «праздничного» дежурства сотрудников отдела полиции.

– Но там, – на удивление капитана. – Сейчас е оказалось стареньких «Жигулей» семьи Прониных, к которым давно уже привыкли почти все в их селе.

Пенсионер понимающе оценил немое удивление своего внимательного спутника:

– Приехал сегодня в районный центр на рейсовом автобусе, чтобы не повредить будущему расследованию!

И продолжил в том же духе:

– Не хотел невольно стереть в машине важные улики!

И этим как раз дал повод началу собственного разбирательства участкового инспектора по поводу того:

– Что же могло случиться на его подведомственной территории обслуживания?

Он уже не медлил с поступками, коли сделал для себя окончательный выбор предстоящих действий.

– Тогда поедем на место происшествия на моей «ласточке», – звонко «пикнул» он пультом снятия машины с охранной сигнализации. – Как раз по дороге всё и расскажите, что знаете.

Этот вариант ещё и потому особо устроил Николая:

– Что позволял ему сэкономить немало времени на столь неожиданную внеурочную работу.

Тогда как дома уже, наверняка, заждалась его возвращения с дежурства супруга Вера.

…Оба сели в «Тойоту» и она, едва прогрелся двигатель, тут же тронулась с места.

Пассажир сел рядом с водителем, потому рассказ Степана Ивановича был вполне доступен вниманию Гусятникова:

– Так что же предшествовало беспокойству?

– Всё праздники, – ответил старый учитель. – Сам знаешь, что Сергей по роду занятий, всегда где-нибудь проводит торжественные мероприятия.

– Только я его нынче у нас не видел?

– И не мог, – услышал полицейский. – Сергея упросили телевизионщики из соседнего региона провести всю эту череду «красных дней», начиная с Первомая и заканчивая не только их «Днём радио»!

Может быть, там и остался на День Победы, или чтобы отдохнуть в горах на свежем воздухе после трудных дней обслуживания торжественных мероприятий?

– Совсем нет, – горестно ответил Степан Иванович. – Точно знаю, что он вернулся обратно!

И не ожидая вопроса по этому поводу, объяснил:

– Как обычно, отправляясь на проведение мероприятия, взял сын мои «Жигули», которые сейчас сам увидишь!

Имелось е ещё одно обстоятельство для убеждения отца в том:

– Что его наследник вполне благополучно отслужил своё на «музыкальном посту» в столице соседней республики и без особых происшествий вернулся оттуда обратно.

Ведь последний раз общались Пронины по сотовой телефонной связи в полдень того дня, когда Сергей уже вернулся из соседнего региона.

Сначала поведал о том, что вполне успешно провёл корпоративную вечеринку журналистов:

– Рассчитались даже лучше, чем договаривались!

Но на приглашение отца тут же явиться на глаза родителей, попросил разрешения Степана Ивановича:

– Еще на некоторое время попользоваться его автомобилем, на котором ездил выполнять творческую работу.

Сотовая связь в тот момент была неважная, поэтому вдаваться в дополнительные подробности старший Пронин не стал.

Просто сказал сыну, что тот может вернуть «Жигули» позже:

– Когда закончит все свои новые дела.

…Погода в тот день стояла ясная, солнечная.

Так что и старику можно было понять приподнятое настроение молодого человека:

– Только что добившегося очередного большого творческого успеха и решившего, судя по всему, отдохнуть в компании приятелей.

Лишь к вечеру Степан Иванович снова взялся за мобильник, чтобы связаться с сыном.

Но узнать у того время возвращения не удалось.

Сначала из трубки доносились длинные гудки вызова, а потом и вообще абонент стал недоступен.

…Когда и следующим утром машина так и не появилась у крыльца дома пенсионеров Прониных, а нужно было ехать в город по делам, Степан Иванович перестал делать попытки дозвониться до сына.

Он пешком отправился на остановку общественного транспорта, где точно по расписанию забирали местных пассажиров автоперевозчики из районного центра.

И уже из салона автобуса, когда тот проезжал мимо усадьбы сына, через окно он увидел стоящие у ворот «Жигули».

Попросив водителя остановиться, пожилой пассажир сошел и направился к дому сына, чтобы там узнать:

– О его самочувствии и пересесть на свою машину.

Только вид легковушки нисколько не успокоил, а даже наоборот:

– Добавил тревоги.

Она была вся в грязи, в лесной хвое, передняя фара и задний левый фонарь разбиты, чего никогда не допускал Сергей, очень аккуратно обращавшийся с техникой.

Кроме того салон малолитражки был открыт, а ключи от дверей и зажигания лежали за солнцезащитным козырьком.

И в доме никого не было.

Хотя царивший в комнатах беспорядок и следы от обуви на полу, указывали на то, что покинули жилище неизвестные визитёры:

– Совсем недавно.

…Всё это Николая Гусятников увидел и своими глазами.

Только теперь, понимая, что вполне могла случиться с однокашником беда, он не стал:

– Пороть горячу!

Как обычно говорил, если гневался на подчинённых, его многоопытный начальник полковник полиции Олег Барагуля.

Просто велел Степану Пронину:

– Нужно обязательно сохранить все следы до появления, если Сергей так и не вернётся, настоящих криминалистов.

Так как по своему немалому опыту понимал:

– Любые улики лишь тогда имеют юридический вес, если собраны с соблюдением всех процессуальных формальностей, в том числе и в присутствии свидетелей.

А таких полномочий, к сожалению, сейчас у сельского участкового инспектора вообще не имелось:

– Поскольку и розыскное дело никто пока не возбуждал.

Единственное, в чём он реально посодействовал в этот момент своему бывшему учителю, так это предложил:

– Помочь закатить машину в гараж.

При этом оба они старались действовать так аккуратно, чтобы не стереть какие-либо следы на облицовке.

Возвращение Николая Гусятникова к себе домой было совсем не таким, каким он представлял его, томясь на дежурстве в ожидании окончания череды праздничных дней.

Вера Ильинична прямо с порога не стала скрывать от супруга своего немалого раздражения:

– Другие, кто жену любит, уже давно вернулись с работы, и только ты болтаешься неизвестно где!

Пришлось немного ввести её в курс того занятия, на что пришлось потратить несколько драгоценных часов уже положенного отдыха.

Но сначала сгладила остроту момента переживание за пропавшего Сергея Пронина, который не раз бывал у них в детском саду, помогая проводить праздничные утренники.

А потом всё привёл к общему положительному знаменателю совместный поход в уже едва ли не выстуженную баню на их личном подворье.

Так как там, прежде чем Николай добавил новых дров в топку на печные колосники и полилась рекой горячая вода в душистой пене от шампуня, молодая женщина получила от любимого мужа полную сатисфакцию за допущенную тем:

– Семейную провинность.

Глава вторая

Через три дня после своего исчезновения Сергей Пронин так и не появился ни у себя дома, но по адресу проживания престарелых родителей.

– Обычно, в случае пропажи человека, в ожидании его появления проходит именно такой срок, – теперь уже прекрасно знал Степан Иванович. – После чего начинается официальный поиск.

Потому он снова отправился на маршрутном рейсовом автобусе в районный центр, что продолжить:

– «Бить тревогу» по поводу пропажи сына!

Но в этом случае, убедившись в том, что Сергей Пронин:

– Так и не подал о себе знать!

Представители следственных органов приступили-таки к выяснению всех обстоятельств исчезновения.

При этом, воспользовавшись и поддержкой местного участкового уполномоченного полиции, который, как никто другой в здешнем муниципальном образовании:

– Знает все здешние нравы и характеры сельских жителей.

Тогда как, в связи с тем, что в центре поиска оказался, весьма уважаемый в районе, человек и его исчезновение могло вызвать, нежелательный для властей, общественный резонанс, то полковник полиции Олег Барагуля решительно настоял на том:

– Чтобы участие в поисках, наряду со следователем прокуратуры, принимал и этот его сотрудник.

Поэтому капитан полиции Николай Гусятников был отлично осведомлён о том:

– Как идёт предварительное расследование.

…Подробности личной жизни и черты характера молодого человека, к сожалению, не дали им и малейшей ниточки, потянув за которую, можно было распутать весь клубок событий, связанных с пропажей известного музыканта.

Он был самым обычным сельским парнем:

– Отслужив в армии, закончил институт.

К тому же писал интересную музыку. Ни с кем не ссорился. И хотя развелся с женой, продолжал поддерживать с ней отношения, помогать материально маленькому сыну.

Тем более что зарабатывал Сергей не плохо.

Ведь занимался не только проведением праздников, но и брался порой за ремонт автомобилей, к чему у Пронина-младшего тоже были немалые способности.

– Никогда за рулем он не употреблял спиртного, – утверждали, знавшие его односельчане и родственники. – Не допускал аварийных ситуаций.

Потому у следствия появилась одна и достаточно точная версия:

– Повреждения на «Жигулях» отца Сергея Пронина могли оставить лишь чужаки, затем пригнавшие машину ко двору его частного дома.

Непосредственно в особняке, как и в салоне автомобиля, при самом тщательном осмотре криминалисты не нашли и малейших следов возможного преступления в виде:

– Капель крови или чего такого прочего.

Последним же человеком, кто видела Сергея, была пожилая по возрасту, но не по общественной активности, соседка.

Она была готова выложить для полиции всё, что успела увидеть, зорко наблюдая из своего окна за всем тем:

– Что происходит на усадьбе музыканта и рядом с тесовым забором, окружавшим его обширное домовладение.

На ее глазах:

– Тот ненадолго приезжал домой после возвращения с корпоративной вечеринки.

Но, как заметила женщина:

– Сидел сам за рулем, а на пассажирском сидении у него были незнакомые мне ребята с надвинутыми на лицами, кепками с широкими козырьками.

Словоохотливая старушка и далее не держала свой острый язычок за зубными протезами.

– И когда вскоре уезжал, уже вел машину высокий парень, – утверждала свидетельница. – Тогда как третий их этой компании – незнакомец пониже ростом, занимал пассажирское место позади водителя.

Спустя сутки та же старушка, оказавшаяся настоящим источником ценных фактов для сыщиков, видела:

– Вернулись обратно на «Жигулях» только те двое, в кепках и уже без ее соседа.

И далее от её зоркого взора тогда не укрылись другие подробности, очень пригодившиеся тем, кто занимался поиском пропавшего человека.

– Тот, кто выше ростом звонил кому-то по телефону, – было занесено в протокол. – Потом, эти приезжие, побывав во дворе, зашли и в избу.

А вскоре исчезли, оставив после себя незапертую машину.

К сожалению, особых запоминающихся примет женщина не разглядела. Но это был явно не коллега Пронина:

– Геннадий Тронов.

С ним Сергей поддерживал партнёрские отношения, когда все последние годы:

– Проводил обслуживание торжеств.

Как выяснилось чуть позднее:

– Вернувшись из соседнего региона, с Сергеем тот расстался сразу по приезду из другого региона в село.

Но оставили друг друга ненадолго.

– Собирались встретиться вновь уже на другой день, – пояснил сыщикам Геннадий. – Так как мы собирались вместе отправиться в фирменный магазин приобретать новую звуковую аппаратуру.

Назвал и значительную сумму, которую собирались потратить для своей будущей работы.

И эти деньги, накопленные пропавшим музыкантом, были не на банковском счету, а где-то рядом.

…Шли поиски.

В том числе и там, где обычно заканчивались самые трагические истории исчезновения человека:

– На берегу реки.

Поскольку и зимой в полыньях тонули люди, и теперь, с началом купального сезона число таких несчастных лишь увеличивалось.

А так как стремительная вода, несущаяся с дальних гор и даже здесь, на относительной равнине, изобилующая перекатами, отмелями и коряжистым дном не сразу отдавала назад свою добычу:

– То не стоило ослаблять бдительность.

Так что не было ни одной поездки из села в город в свой районный отдел полиции, ни обратной дороги оттуда, чтобы Николай Гусятников не сворачивал с шоссе на просёлок, ведущий к высокой, с их стороны, каменистой береговой круче.

Вот и теперь не замедлил так поступить.

Тем более что его привлекли фигуры людей, явно растерянных, и в панике метавшихся по берегу в ожидании возможной помощи.

Глава третья

…И в будний день не убывает число рыбаков на реке, куда после заводской смены спешат и отработавшие своё городские жители.

Тем более что самый клёв начинается, именно когда Солнце клонится на закат.

– Остается лишь занять прикормленное место, – прекрасно знают любые рыбаки, от новичков, до опытных удильщиков. – Да закинуть с берега удочки.

Но вот этого и не удалось сделать на этот раз рыбацкой компании, высадившийся из своей машины неподалеку от самого близкого к благоустроенным пятиэтажкам садового товарищества.

Первый же, сунувшийся к воде с крутояра, обратно от реки выскочил как ошпаренный.

Затем, ограждая товарищей от страшного зрелища, срочно велел им заняться делом, совершенно далёким от клёва чебаков и щук:

– Немедленно вызывайте по мобильному телефону полицию!

А когда приятели выполнили просьбу, похожую на распоряжение, пояснил:

– Никогда больше не поеду на это проклятое место с выброшенным рекой на мелководье утопленником.

И вот тут к ним подъехал на своей личной «Тойоте» капитан полиции Николай Гусятников.

Предъявив служебное удостоверение, он, в ожидании коллег, тоже взялся за мобильный телефон.

– Вызвать на опознание тела того, кто, – по мнению офицера. – Больше других был заинтересован в находке:

Он набрал на мобильнике абонентский номер:

– Степана Пронина.

Самозабвенно искавшего повсюду своего сына Сергея.

…Только, прибывшие по звонку оперативники не разделили с рыболовом мнение, касающееся истинной причины смерти молодого мужчины:

– Чей труп лежал на гальке, лишь по плечи скрытый водой.

Когда несчастного полностью вытащили на сушу и перевернули на спину, немедленно и бесповоротно стала ясна основная причина его насильственной смерти.

Да и как иначе, коли взорам очевидцев открылась:

– Зияющая рана на левой стороне грудной клетки несчастного.

Понятно, что именно она не оставила жертве явного преступления ни одного шанса на спасение.