- -
- 100%
- +
Поздно осенью, Иван Иванович взмолился Иван Дмитриевичу пригласить своего начальника к нему в гости, но он оставался неумолим. У него своё правило. Наконец он согласился, скрипя зубами и попросил Яков Моисеевича принять свояка на ничего не обязывающую беседу, порадовать старика. Тот, узнав, что он этнический болгарин согласился на встречу. Санда сшила в гимназические брюки клин, расширив таким образом в талии. Иван Иванович, одев весь костюм при параде ждал на крыльце дома. В назначенный час, за ним приехал Иван Дмитриевич они сели в бричку и поехали. Иван Иванович сиял от счастья. Ему казалось, что все смотрят только на него и гадают, что за важная такая птица едет в бричке. Ему понравилось, как солдат доложил начальнику что прибыл Иван Иванович Хаджиев, и его попросили войти в кабинет. Увидев на стене портрет Николая II, он принял стойку смирно и что-то пробубнил про себя.
Яков Моисеевич наблюдал за этой театральной картинкой. Этой декорации, не хватает только эполетов и наград, и сразу можно в оперетту, на сцену выпускать. Конечно, при наличии хорошего голоса, чего Иван Иванович явно не обладал. Но на сцену он рвался.
Здравствуйте любезный Иван Иванович сказал он. Рад приветствовать вас у себя в кабинете. Понравился портрет царя? Могу вам подарить один. Иван Дмитриевич, голубчик принеси ему от моего имени портрет царя. Он позвал дежурного и распорядился накрыть стол по случаю такого гостя. Иван Иванович растрогано благодарил за такой роскошный царский подарок. Всё это время Иван Дмитриевич стоял у входа, не зная куда себя девать. Непременно принесу, ответил он. А он хороший артист подумал Иван Дмитриевич про Яков Моисеевича. Как мягко он стелет. Посмотрим, что дальше у него по сценарию. Тем временем дежурный принёс штоф водки, рюмки, закуску. Все сели ближе к столу.
Предлагаю тост, сказал и посмотрел на Иван Ивановича за Плевну и Щипку, за тех, кто погиб, и за героев.
Все выпили дружно. Иван Дмитриевич понял куда клонит Яков Моисеевич и решил упредить.
Яков Моисеевич сказал он. Иван Иванович этнический болгарин, но он подданный Российской империи, таких очень много живёт в Бессарабии. Он не несёт никакой ответственности за решение Болгарского царя Фердинанда I воевать против нас. Он даже не в курсе событий на фронте. Это сугубо штатский человек. Я, предлагаю тост за нашего царя, Никола II.
Иван Иванович смотрел на обоих и ничего не понимал. Он ещё не знал, что в сентябре Болгарский царь Фердинанд I, объявил войну Сербии, и уже ведутся боевые действия против Антанты. Открыт Салоникский фронт.
Иван Иванович, настаивал Яков Моисеевич. Каково настроение местных болгар в этой авантюре Болгарского царя, воевать против Сербии и России?
Иван Иванович искал по карманам свою знаменитую трубку, которая не раз спасала его в таких ситуациях. Наконец нашёл. Взял трубку в рот и пытался зажечь спичку. Пауза затягивалась. Ждали ответа. Наконец трубка дымит, и Иван Иванович говорит.
Сербия должна вернуть Болгарии те земли, которые принадлежат Болгарии по праву. Македония должна быть болгарской.
Вот тебе и Юрьев день бабушка. Театрально сказал Яков Моисеевич. По какому такому праву ты говоришь?
По праву победителя в первой Балканской войне. Резко ответил Иван Иванович.
А по второй Балканской войне? Тихо спросил Яков Моисеевич. Ничего не хочешь сказать? Или такой не было?
Это была грабительская, несправедливая война, также резко ответил Иван Иванович. Сербы, не имеют никакого права на Македонию и Салоники. Это, исконно Болгарские земли.
Иван Дмитриевич пожалел, что согласился на эту встречу. Какую чушь несёт Иван Иванович.
А греки, имеют какое-то право на Салоники и Македонию? Всё так же тихо, спросил Яков Моисеевич.
Я сказал, эти земли принадлежат Великому Болгарскому царству, уже мягче ответил Иван Иванович. Он стал понимать, что его разыгрывают, и стал часто выпускать дым из трубки. Верный признак, что он недоволен ситуацией.
С вашего позволения мы откланяемся сказал Иван Дмитриевич и встал. То же самое сделал и Яков Моисеевич. Иван Иванович нехотя встал, посмотрел на портрет Николай II, перекрестился и пошёл к выходу. У дверей опомнился, повернулся к хозяину кабинета и сделал поклон. До свидания. Спасибо за всё, и вышел в коридор. Иван Дмитриевич пожал плечами, попрощался с Яков Моисеевичем, оделся, взял одежду Иван Ивановича и пошёл к двери.
Портрет царя не забудьте принести ему, и пусть каждый вечер перед сном, боже царя храни поёт.
Он и так постоянно поёт, прощание славянки. Понравилась ему эта песня.
И мне то же ответил Яков Моисеевич, прощаясь за руку с Иван Дмитриевичем. Вот так родственничка пригрел ты. Бог с ним. Его уже не изменишь.
В коридоре его ждал Иван Иванович сердитый. Он надел пальто, и они вышли в мороз. Всю дорогу Иван Иванович бубнил недовольный.
Мог бы и сказать мне, что Болгария воюет против России. Я оболванился перед твоим начальником.
Не говорил тебе я про это в твою же пользу. В Белгороде на Дунае, постоянные стычки болгар с русскими после объявления войны Сербии. Ты хочешь и здесь организовать войну? Сиди тихо в своём доме и не высовывайся. Здесь думаешь мало румынских патриотов, а ты один. Недавно, над правлением кто-то ночью румынский триколор повесил. Так что ещё не известно чья возьмёт. По дороге сюда, я переночевал в молдавском селе. Там откровенно мне сказали, что они ждут соединения с Румынией на полном серьёзе. Простые крестьяне говорили, значит они что-то знают. Румынские эмиссары обещали им оружие, на случай восстания. Вероятно, оно в тайне готовится. Умерь свой патриотический пыл. Мы живём в Бессарабии, не забыл? А это, исконно молдавские земли. Портрет Николашки, я тебе принесу. Смотри Александру Васильевну не обижай. Она и так натерпелась с тобой. Дом твой в Белгороде на Дунае, взорвали диверсанты вместе с военными. Иван Иванович понял, что он полностью в власти этого человека. Дальше ехали молча. Большие снежинки били по лицу. Он не чувствовал холода. Одно лишь разочарование. Будь проклята война и её виновники. Будь проклят этот Гавриил Принцип, который принёс ему столько горя.
Приехали сказал Иван Дмитриевич. Бричка остановилась у калитки. Иван Иванович вышел из брички и открыв калитку вошёл во двор. Лицо его было мокрое от снега и слёз. Иван Иванович медленно поднимался на крыльцо. Он почти рыдал. Всё его тело тряслось.
Что с тобой Ваня? Санда бросилась на крыльцо. Иван Дмитриевича уже не было. Вернулась в дом помогла мужу раздеться. Что случилось? Повторяла она вопрос. На тебе лица нет. Ты плачешь?
Наш дом в Белгороде на Дунае взорвали диверсанты вместе с людьми.
Значит правильно сделали что мы уехали Ваня, говорила она в слезах. Бог спас нас для других дел. Крепись Ваня, будь мужчиной. Война кругом. Люди невинные повсюду страдают и гибнут, а мы имеем свой уголок. Переживём и вернёмся после войны в город.
Ты хочешь вернутся в город? Спросил Иван Иванович с такой надеждой, как будто сейчас от этого зависит его жизнь.
С тобой Ваня. С тобой вернусь.
Они обнялись и пошли в спальную комнату.
Зима прошла быстро и всё повторилось по новой в хозяйстве. Ручейки, тропинки, посевная. Природу не обманешь. Не посадишь вовремя семена в землю, осенью получишь только цветы. Крестьянин веками обрабатывает одну и ту же землю, но в каждый год, любая ошибка любой, недочёт может стоить ему половины урожая. Крестьянин всю жизнь зависит от урожая. В приятных заботах прошла весна и наступило жаркое Бессарабское лето у Дмитрия и его подопечных.
Шёл уже второй год Великой войны, а победы ещё никто не одержал. Оба противоборствующих лагеря истощали свои силы, но никто не признавался и не просил мира. Уничтожалась молодёжь, цвет нации. Призывали уже пятидесятилетних стариков. Из своих колоний в Африке, привозили чёрных как сапожный крем сенегальцев и алжирцев. Эти дети природы, снега в своей жизни не видевшие, привыкшие ходить всю жизнь босиком, удивляли всех своей выносливостью и способностью переносить невзгоды войны. Русская императорская армия, нанесли тяжёлые поражения Австро-Венгерской армии, если бы не своевременная помощь от Германского кайзера, Австро-Венгерская армия была бы полностью уничтожена, и выведена из войны. Южный фронт увеличился. Италия вступила на стороне Антанты. Спираль войны закручивался всё сильнее. Брусиловский прорыв, окончательно добил Австрии—Венгерскую армию, продвинувшись на 80 км, вглубь территории врага. Казалось, страны центральной оси скоро будут побеждены. Под Верденом, в течение десяти месяцев немецкие войска так и не смогли пробить оборону противника. Потери с двух сторон составило около миллиона солдат и офицеров. Германия, стала ощущать нехватку ресурсов. Однако Кайзер, как никогда, верил в победу Германской коалиции, хотя, план Шлиффена явно провалился.
В августе 1916 года, Королевская Румыния наконец определяется и выступает в войну. 27 августа Румыния объявляет войну Австро-Венгрии и вступила на стороне Антанты. Как приоритет, обозначился освобождение Трансильвании и Банат. Бессарабия оказалась на втором плане. Румынская армия, на начало боёв, насчитывала примерно шестьсотпятьдесять тысяч солдат и офицеров. Армия наступает на Венгрию, и в самом начале имеет тактический успех. Однако, не имея поддержки с стороны союзников, постепенно переходит к обороне. Австро-Венгерские войска с севера, и Болгарско-Немецкие с юга оккупируют большую часть страны. Констанца пала под натиском болгар и немцев, под командованием немецкого генерала Маккензена. Болгары устроили в городе страшный террор над местным населением, в отместку за Балканскую войну, когда Румыния прилепила себе катрилатер. Пришлось немцам приструнить чересчур разгорячённых болгар. Они отстранили болгарскую армию от административных функций, всячески поощряя коллаборантов из румын. С севера, Румынская армия, отходила с тяжёлыми боями в глубь своей территории. Но силы были неравны, а присланные русские войска на помощь, не выдержали натиска и открыли фронт. 6 декабря захвачен Бухарест. Город объявлен свободным городом. Румынская армия отступает вплоть до территории Молдавии. Таким образом война приблизилась непосредственно к Бессарабии. В северных её уездах давно прифронтовая зона.
Иван Дмитриевич об все этих перемещений армий знал, но ничего своим знакомым и близким не рассказывал. Пусть занимаются хозяйством, думал он, больше пользы будет. Работа, требовала у него всё больше времени. Яков Моисеевича издёргали начальство, постоянно повышая требования по обеспечению войск продовольствием и провиантов. Конца войны не видно. В те редкие часы, когда он бывал дома видел, как старается Дмитрий. Сейчас ему нужна помощь отца, его поддержка его слово. Ему уже семнадцать. Надо принять меры чтоб его не забрали в армию, досрочно по ошибке. Потом исправить трудно. Сейчас всё в его власти. Наступившая осень, требовала от него сверх усилия чтоб справится с делами дома и на работе. Нельзя забывать про Иван Ивановича, и он решил навестить его дома. Иван Иванович сидел на крыльце в домашних панталонах и в меховой безрукавке. Он что-то делал очень сосредоточенно. Санда заметила Иван Дмитриевича ещё с крыльца и приветствовала его.
Смотрите кто к нам сегодня пожаловал. Иван Иванович, не вставая кивнул головой в знак приветствия. Его застали врасплох, да ещё работающим. Это было не его стихия. Даже трубки не оказалось под рукой. Крестьянин, да и только.
Чем ты так занят Иван Иванович? Спросил его уважительно Иван Дмитриевич.
Вот фрукты чищу от косточек. В погребе портится стали. Санда варение будет варить про запас.
Ты какими судьбами? Успеем по кружке вина выпить, или ты бегом, как всегда, на работу? Яков Моисеевич небось скучает без тебя. Неприятный жид. Как ты с ним сработался?
Где ты видел приятного жида? Жид, он на то и жид, что выглядит неприятным. По его заданию, я принёс тебе портрет царя в полный рост. Куда его повесить?
Оставь здесь портрет, боюсь скоро его снимать придётся, в шутку слазал Иван Иванович. Санда, накрой на стол, видишь какой гость у нас сегодня.
Санда пошла хлопотать на кухню. Иван Иванович взял кувшин и мастерски спустился в погреб. Иван Дмитриевич последовал за ним. В погребе было тихо, и они могли поговорить без свидетелей.
Что на фронте? спросил Иван Иванович, тихо наливая в дежурную кружку вино. Скажи кто победит? Как затянулась эта война, а кто-то хотел закончить до осеннего листопада, немчура проклятый. Сколько горя принёс он, и сколько ещё принесёт. Что ему не хватает? Надеюсь, Германия проиграет эту войну. Как ты думаешь? Ты более информирован чем я.
Не знаю кто победит, откровенно сказал Иван Дмитриевич. Знаю, что война не закончится пока есть ресурсы. У России они велики, но тоже не бесконечны. Подключение в войну всё новых стран, добавляет ресурсы этих стран, как топливо в топку, отодвигая конец войны на неопределённый срок. Знаю, уверен, что уже проиграли все. Никто не выйдет из этой войны таким, как в неё вошёл. Это война навсегда. Потери уже числятся миллионами человек. Поскольку силы примерно равны, то и предсказать трудно, и подсчитать невозможно. Европейские страны так увлеклась войной, как будто решились на самоубийство. Если не вмешается третья сила, война будет идти вечно. Есть ещё одна страна, которая может ускорить конец войны.
На кого ты намекаешь? Спросил Иван Иванович. Какая страна ещё не воюет?
Америка. Я имею ввиду, Соединённые Штаты Америки. Единственная сила, способная изменить ход войны в Европе, принести победу коалиции Антанта.
Иван Иванович выпил и налил другу. Что ты говоришь? Мы же не вечные. Я хочу ещё домой хочу попасть, после войны. Хоть одним глазом взглянуть, а потом и умереть не страшно.
Боюсь там нечего будет делать после войны. Братушки очень стараются в славу кайзера. Румыния оккупирована войсками центральной оси. Болгария вернула себе Добружу. Болгары устроили в Констанце такую резню среди местного населения, что немцам пришлось разнимать болгарских солдат.
Господи! Что делает война с человеком. Разве можно мстить гражданским людям? Будь проклят Гаврилка.
Война разгорается с новой силой. Продолжил Иван Дмитриевич, не обращая внимание на проклятия. Таковы итоги первых двух лет войны. А войну проклятиями не остановить.
Как же так? Ведь кайзер обещал закончить войну до рождества христово?
Да, но он не уточнил год.
Господи! Проговорил Иван Иванович, выходя из погреба. Чем мы так провинились перед Богом? Он явно отвернулся от нас. Помоги господи, и помилуй. Я хочу вернутся домой, с упорством сказал он.
Санда уже ждала с ужином на столе. Твои любимые пирожки с капустой, сказала она нежно Иван Ивановичу. Есть с брынзой, картошкой и сладкие с тыквой. Ешьте на здоровье.
Я их тоже обожаю сказал Иван Дмитриевич, закусывая ароматным пирожком. Готовьте запасы на зиму побольше. Часть спрячьте так чтоб, и вы забыли про них на время. На чёрный день это. Времена будут лихие, война не на шутку разыгралась.
Что, так серьёзно всё? Спросила Александра Васильевна. Разве может победить русского солдата? Он же самый выносливый в мире. Добавила она и пошла на кухню. Там что-то догорало. Она быстро вернулась, ей хотелось услышать мнение знающего человека.
Фридрих Великий говорил, что русского солдата мало убить. Его ещё надо толкнуть, чтоб он упал. Вспомнил Иван Иванович. Правда, это было очень давно.
Вы правы, русского солдата победить нельзя, а вот русского императора обмануть можно. Союзники постоянно требуют у него солдат. Даже сюда на Румынский фронт, отправили пятьдесят тысяч солдат и офицеров чтоб сдерживать фронт. В Российских госпиталях, лечат раненных румынских солдат. Отступившая из Румынии армия сейчас у нас, на переформирование. Это оружие, фураж, еда, всё русское. Союзники, только открыли свои банки для императора и российских деловых людей. Они откупаются золотом. Россия умывается кровью.
Ты наговорил себе на каторгу. Сказал тихо Иван Иванович. Санда давно ушла на кухне и последних слов не слышала. Береги себя Иван Дмитриевич, вся надежда на тебя. При этих словах, он опять вытащил свою трубку и закурил её. Он затянул в себя столько дыма что аж закашлял, что с ним очень редко приключалось. Прибежала Санда и начала ворчать на него.
Вань. Ну сколько можно эту трубку сосать? Она тебе в гроб загонит, а грешить на меня будешь. Ну сколько раз я тебе говорила, брось эту дрянь курить. Ну посмотри на человека, в жизни не видал его с папиросой в губах. Да и Дмитрий слава богу не курит.
У него нет такой занудной жены как у меня, вот он и не курит, парировал Иван Иванович.
У него во всём виновата я. Санда начала жаловаться Иван Дмитриевичу. Ну поговори ты с ним, а Иван Дмитриевич. Он же своё здоровье гробит.
Санда. Обратился Иван Дмитриевич к ней. Оставь человека в покое. Может быть это единственное удовольствие, которое он может сейчас себе позволить. Если он не бросил курить тогда, когда был молод, и полный сил, то, что ты хочешь от него сейчас. Не давайте этой заразе рассорить вас. Вы так нуждаетесь друг друга.
Послушай, мудрого человека Санда. Он тоже хочет мне добра. Но не путём запрета курить, а добрым словом и я стану курить реже. Сам понимаю, что не молод уже. Но сам. Понимаешь Санда, сам. Я сам стану курить реже, а потом может быть и совсем брошу эту заразу.
Санда ушла на кухню бубня себе под нос. Бросит он сам курить. Как бы не так. Почему до сих пор не бросил?
Иван Дмитриевич вернулся к прерванному разговору. Скоро Вань, сажать будет некому. Солдаты устали от войны. Они, в основном из крестьян. Скучают сильно по дому, по земле. Из дома получают неутешительные вести. Семьи голодают. Каждый дополнительный день войны, сейчас играет против власти. Николашка наш не понимает то, что у каждого крестьянина на устах, мир. Они хотят мира, и солдаты хотят мира.
Тот, кто сможет дать мир стране, тот и будет на коне. Думаю, это будут совсем другие люди. История повторяется.
Иван Дмитриевич, расскажите, как вы пришли на службу в Российскую армию? Я, имею ввиду первый раз ещё молодым
В это время входная дверь открылась. В двери стоял удивлённый Дмитрий.
Здравствуйте, проговорил он тихо. Он не ожидал встретить здесь отца и сейчас не знал, как быть.
Заходи, заходи обрадовался Иван Иванович. Санда подошла, нежно обняла его. Отец встал и приветствовал сына стоя. Это было впервые. Они обнялись. Дмитрий, был на седьмом небе от счастья.
Прошу к столу, пригласил Иван Иванович. Иван Дмитриевич хочет рассказать о своей молодости.
Папа ну расскажи, я тоже хочу знать. Попросил Дмитрий.
Расскажи, расскажи сын просит, добавил Иван Иванович. Щедро наливая вино по кружкам. Он, закурил опять свою трубку, и приготовился слушать. В комнате воцарилась тишина.
Попал я на фронт случайно, с группой студентов волонтёров из России. На корабле, мы добрались до устья Дуная, а там на военных мониторах добрались до места назначения на Болгарском берегу. Нас зачислили в российский госпиталь, где мы вместе с русскими и болгарскими врачами лечили раненных в бою солдат и офицеров. Однажды, я ухаживал за раненым русским офицером, который спросил меня, не хочу ли я воевать с его артиллерийской батареей против турок. Я согласился. Так, из волонтёра я стал солдатом артиллеристом. Пушку я освоил быстро. На войне всё происходит быстро. Жизнь солдата артиллериста полна опасностей. Часто, происходили артиллерийские дуэли, и погибало много людей. В начале, я помогал раненным, ухаживал за ними. Потом, когда народу не хватало, участвовал в стрельбе из пушек, потом стал наводчиком орудия. Это очень ответственная работа. Вся жизнь солдат в батарее, зависит от наводчика. Кто успеет раньше и точнее выстрелить, тот и победит. От точности наводчика, зависит успех боя. Потом, была Плевна. Артиллерийская дуэль в горах, это поэзия войны. Бывало, и в штыковую сражались с турками, как пехота, когда они атаковали наши батареи, а пехота, которая должна охранять нас, вся лежит мёртвая. Турки, тоже отчаянные вояки. Их не надо недооценивать. За Плевну, я получил ефрейтора. Получив пополнение, я присмотрелся, оказывается из старослужащих которые приехали по первому набору, остался только я и офицер, который вербовал меня. Я, несколько раз спасал жизнь своему офицеру, когда ходили в рукопашную. Отчаянный человек. Вскоре я дослужился до чина фельдфебеля. А там и война закончилась. Все ура, ура и по домам. А мне, как домой идти. Офицер, о котором я говорю, приглашал к себе на Волгу. Меня вдруг такая тоска по дому взяла, что я решил домой податься. Но не так просто из армии уходить, пришлось ещё три года отслужить уже в мирное время. Затем отпустили в запас. Вернулся домой, а меня уже и похоронили. Шутка ли семь лет дома ни слуху, ни духу. Мать, вся в слезах. Сёстры тоже. Отец еле держится. Бить меня надо, а куда. В военной форме, при погонах и шашке, не получится.
Как интересно. Сказал Дмитрий. Ты нам никогда не рассказывал об этом.
Время ещё не пришло. Теперь ты большой и должен понимать, не всем так везёт. Сколько человек похоронил я. Не счесть. Двести тысяч человек, положила Россия за освобождение Болгарии. Сегодня они против нас воюют. Эх братушки, братушки. Что вы делаете?
Очень интересная история. Александра Васильевна всё услышала, не подавая голоса. Слеза прошибла её. Ты столько настрадался на чужбине, сочувственно сказала она. Сейчас хоть отдохни, у тебя же всё есть. Ну что тебе ещё надо?
О моей отставке не может быть и речи. Для таких людей как я, остановка означает смерть.
Он прав. Посмотрите на меня, без любимой работы я никто. Даже Санда надо мной издевается.
Кушать надо меньше и пить вино перестать. Скоро и в эти штаны не влезешь. Будешь в одних кальсонах ходить. Где тебе я портного найду в этом селе?
Это ты зря Александра Васильевна. У нас есть швейная машина «Singer». Оля сошьёт ему штаны на любой размер.
Ты слушай что говорит человек, прошедший войну. Иван Иванович словно обрёл крылья. Ты герой Иван Дмитриевич. Книгу о тебе писать надо.
Ну и пиши. Нечего за чужими подвигами прятаться. Опять съязвила Александра Васильевна.
Александра Васильевна, дорогая, оставь в покое человека. Он, заслужил своё спокойство, обучая молодых оболтусов грамоте вместе с тобой. Не всем же воевать на фронте. Упаси бог ещё раз там оказаться. Военная компания, где я участвовал тоже начиналась, с победных реляций, о победах над турками. Потом всё превратилась в полномасштабную войну. Нет слабых противников, не верьте этому. Сейчас силы центральной оси, примерно равны по силе Антанте. Кто победит неизвестно. Кто проиграет ясно. Все.
Иван Иванович встал и торжественно сказал. Иван Дмитриевич, дорогой всё что ты нам только что рассказал, это подвиг. Ты герой. Выпьем за это.
Поэтому я ничего вам и не рассказывал до сих пор. Нет в этом никакого геройства. Забудьте. Есть Родина, вера, жизнь. Долг каждого христианина защищать свою веру, свою семью, свой дом. Пока мы будем едины в своей вере, нам ничего не грозит. Постоянная грызня православных народов, ослабляет нашу веру, в тоже время укрепляются другие религии. Православие, является той духовной силой, которая объединяет народ. Отними у народа веру, и страны не будет.
Ты можешь вспомнить какие-то сражения на этой войне, спросил Иван Иванович.
В этом нет необходимости. Читай про освобождение Болгарии от Османской ига, и между строк ты увидишь меня. Там много таких как я безымянных. Мы ехали туда не подвиг совершать, мы ехали освободить братьев болгар, сербов и румын.
Сынок, нам кажется, пора домой сказал Иван Дмитриевич. Спасибо за прекрасный ужин Александра Васильевна. Спасибо за угощение Иван Иванович. Нам пора.
Иван Иванович налил на посошок. Ему хотелось, чтоб эта сказка никогда не кончалась. До сих пор он думал, что Иван Дмитриевич набивает себе цену. Теперь он понял, он достоин своего авторитета, которой он пользовался в семье.
Александра Васильевна тоже вышла из кухни с свежими пирожками и предложила им в дорогу. Пусть всегда будет с тобой, частица нашей души. Мы благодарны тебе за всё, что ты сделал для нас с Иван Ивановичем, особенно благодарны за Дмитрия. Он очень способный молодой человек. Дай ему возможность учится дальше.
Война закончится, посмотрим заключил Иван Дмитриевич. Пока наша задача выжить. Дмитрий уже запряг лошадь и ждал отца возле брички. Сердце переполнялось любовью и гордостью за своего отца. Больше никому он не позволит ни слова плохого про отца. Отец вышел из двора, сел в бричку и лошадь быстро пошла. Она знала, что едет домой, а там её сытно накормят овсом. Дмитрий щёлкнул кнутом, и лошадь побежала галопом. Отец обнял Дмитрия и сказал, не гони так быстро, трясёт сильно. Иван Иванович и Александра Васильевна ещё долго стояли обнявшиеся возле калитки.
То, что они узнали сегодня меняло всё их представление о войне и мире. О Болгарии, Румынии, Сербии. Неблагодарность, проявленная Болгарией по отношение к России, меняло всё его мнение о справедливости. Он вспомнил Яков Моисеевича, который удивлялся его имперским амбициям о Великом Царстве Болгарском. Болгары, сами не смогли даже турок победить, а грезят про какое-то величие. Какое величие. Другое дело Сербия и Румыния. Они получили независимость с помощью Российской империи, вот и воюют сейчас рядом сними. Неблагодарность своих болгарских братьев, сейчас косвенно отражается и на него. Подойдя к дому, Дмитрий почувствовал, что за ними кто-то едет. Пап, за нами следят, обратился он к отцу.