Инспектор. Книга первая

– Меня зовут Чиара Фиоре, – протянула она свою руку. – Я – судовой врач «Коперника».

– Олег Тихонов, – пожал он в ответ. – Инспектор.

Что-то странное промелькнуло в ее нервной системе при рукопожатии. Любопытство быстро сменилось отстраненностью, и недовольством, при этом осталась фоном легкая грусть. Олег решил отнести эту гамму чувств, к первой реакции при встрече. Взгляда от него, она все равно не отводила.

– Чиара, у вас все в порядке? – решил спросить Олег.

– У меня – да, – серьезно ответила она, доставая сканер. – Но из Министерства межпланетных сообщений мне прислали вашу последнюю ментальную диаграмму.

– И что вы по этому поводу думаете?

– Вот стою и смотрю на вас. Вызвалась сама у капитана «Коперника», вас встретить. Хочу лично убедиться, что вы не сойдете с ума на полпути в Дзет, и не нанесете вред экипажу.

С этими словами, Чиара направила свой медицинский сканер на стоящего перед ней Олега. Он вздохнул, понимая, что с такой встречей быть ему белой вороной среди экипажа корвета. Впрочем, он и так не навязывал свое общение во время командировок.

Сканирование подошло к концу. Чиара посмотрела на показатели в мониторе, потом перевела свой взгляд на Олега. Опять он ощутил эту динамичную картину эмоций.

– Вы что-то обнаружили? – поинтересовался Олег.

– Нет. Во всяком случае, физических отклонений нет, – ответила Чиара. – Но я буду следить за вами, и проверять каждый раз по возвращению с планеты.

Олег молча кивнул. Он не стал спрашивать, в курсе ли команда «Коперника» о его состоянии, в надежде на сохранение врачебной тайны. По прибытии, Олег решил в первую очередь поговорить с капитаном корвета.

– Присаживайтесь, – показала она на кресло. – Сейчас, я настрою автопилот, и мы отправимся.

Олег уселся в одно из пассажирских кресел «скаута», чемодан поставил на пол. В это время, Чиара проследовала в кабину пилота, и тоже сев в кресло, запустила двигатель. Раздался тихий свистящий гул. Олег невольно улыбнулся этому знакомому звуку.

– Скажите, Чиара, – обратился он к судовому врачу. – Летал ли когда-нибудь «Коперник» с инспектором Юджином Т. Котовым? Приходилось ли вам наблюдать его состояние?

– Не знаю, был ли он на «Копернике», так как я работаю на разных кораблях, – ответила она. – Но Котова я помню. Очень жизнерадостный был человек. Показатели никогда не отклонялись от нормы, в отличие от ваших.

Олег опять почувствовал себя не в своей тарелке, из-за того, что Чиара напомнила ему о ментальной диаграмме. «Может, она специально?» – подумал он. – «С ней будет непросто».

– Что вы имели в виду, под работой на разных кораблях? Вас часто переводят? – поинтересовался Олег.

– Не переводят, сама перевожусь, – ответила Чиара, включив автопилот – Когда корабль причаливает на полгода, я не беру отпуск, а перехожу на другой, стартующий в новый рейс. Так что не обращайте внимания на пол и возраст. За двадцать лет постоянных полетов, особенно с разведчиками и инспекторами, у меня накопился богатый медицинский опыт.

Пока «скаут» взлетал, Олег думал о том, что заставляет молодую женщину добровольно беспрерывно летать между планетами. Даже из-за большой любви к своему делу, не всякий откажется от проведения свободного времени с родными и близкими. Он решил спросить ее об этом более подробно, но позже. Тем не менее, она напомнила ему другую девушку из его молодости. Сильную, бойкую, независимую, отличающуюся от тонкой и эмоциональной Ани. Но эти воспоминания, только заставили его сделаться серьезней. Были причины.

Так они и летели молча. Лишь пару раз Чиара посмотрела на Олега искоса. Уже горы, равнины и каньоны Марса сливались в единое красно – зеленое полотно. Впереди показалась яркая чернота – достигли пределов атмосферы. Автопилот вел мягко и ровно. Другого от него ждать и не приходилось. Через иллюминатор Олег увидел несколько шаттлов, спускающихся к планете, готовой принять гостей из космоса.

Теперь Марс выглядел уже цельным шаром. «Скаут» оказался в открытом космосе. Впереди виднелась станция с доками для высокотоннажных кораблей. Построенная в виде огромного полукольца, она двигалась по орбите Марса в соответствии с суточным циклом планеты, чтобы всегда находиться над космопортом Маска. От внешнего радиуса станции отходили стыковочные путепроводы, и магнитные захваты, для швартовки. Олег насчитал их в данный момент около сорока кораблей. Все разного класса, назначения, и расы – производителя. Прошло уже более ста лет, с воцарения мира и единства, но в виду особенностей физиологии жителей Содружества, конструкторы кораблей так и не пришли к единым стандартам судостроения. Олег видел в этом плюс. Сохранялась культурная самобытность и логика цивилизаций.

– Подлетаем, – объявила Чиара, все также серьезным тоном.

Олег обратил внимание на небольшой, но грозный на вид корабль у крайнего причала. Стандартный корвет земного производства. Внешне он выглядел незамысловато. Остроносый корпус с рубкой управления в центре, по бокам – два бескрылых двигателя с функцией гиперпрыжка. В космосе крылья не играют роли. Важнее была маневренность и реактивная тяга. В носовой части, в закрытом отсеке, находились коммуникационные элементы, оборудование для навигации. На верху корпуса и внизу – по одной управляемой установке лучевого расщепления. Понадобится на случай подрыва летящих навстречу астероидов. В кормовой части корвета грузовой отсек с выходом в открытый космос. На памяти Олега, там всегда располагалось три «скаута». Экипаж обычно состоит из тридцати человек, несущих вахту посменно, и готовых заменить друг друга в случае непредвиденных обстоятельств. В этот раз Олег надеялся на невысокий процент таких случаев.

«Скаут» аккуратно, чтобы не задеть другие движущиеся суда, причалил к кормовой части корвета. Открылся люк, впустив челнок внутрь. Минута на герметизацию грузового отсека, и еще минута на нагнетание нужного для дыхания, уровня кислорода. Искусственная гравитация внутри корабля поддерживалась постоянно.

Люк «скаута» открылся. Олег, из вежливости, собирался пропустить Чиару вперед, но та кивнула ему на выход. Мысленно напрягшись, уже в третий раз, при общении с этим странным судовым врачом, он вышел в грузовой отсек «Коперника». Доктор Фиоре последовала за ним.

Как полагается, встречал капитан корабля. После закачки воздуха, он вошел в грузовой отсек вместе с двумя своими помощниками. Олег сразу признал в нем лидера, настоящего космического волка, однако слишком молодого, чтобы быть ветераном сражений более века назад. Высокий, широкий, с величественной осанкой, аккуратно зачесанными седыми волосами, усами и короткой бородой. Общими чертами, он напомнил Олегу отца, что пробудило в нем чувство иррационального уважения.

Встав напротив Олега, капитан корвета нарочито медленно обвел его взглядом. Возможно, этим он хотел показать свое положение, и, за одним, указать Олегу на его место в иерархии экипажа. Чиара отошла за спину капитана, и смотрела из-за спины. «Скорее всего, рассказала ему о ментальной диаграмме», – подумал Олег. Капитан достал из кармана трубку, которая была символом древних мореплавателей, и вставил ее себе в рот. Олег решил проявить немного формальной вежливости.

– Инспектор Тихонов прибыл на борт «Коперника», – доложился он.

– Ян Рауллингсон – капитан «Коперника». Добро пожаловать.

Не протягивая руки для рукопожатия, он достал из другого кармана светящийся красным и голубым небольшой шарик, и положил его в камеру трубки. После этого, Рауллингсон выдохнул через нее.

– Не протягиваю вам руки, по понятным вам причинам. Извините, привычка, – сказал он. – Манипуляции с нервной системой капитана «Коперника» запрещены. Вам понятно?

– Да, – ответил Олег. Начинается.

– Наш судовой врач сообщила мне о вашей нестабильности, в ментальном плане. Спрошу только один раз, инспектор Тихонов. При трех свидетелях. Могут ли у экипажа возникнуть с вами проблемы? Ответьте честно. В противном случае, при малейших ваших провокациях, команда не будет с вами церемониться.

– Никаких проблем не будет, капитан.

Рауллингсон посмотрел на Олега своими серыми глазами. Даже на расстоянии ощущалось его недоверие.

– Ваш ответ принят, – произнес капитан, покусывая трубку. – Вас проводят в вашу каюту. Отбываем на Миккинд через час.

После этих слов, Рауллингсон с Чиарой и вторым помощником направились из грузового отсека в коридоры корабля. К Олегу подошел один из помощников капитана. Высокий, под два с половиной метра, и проворный сарконианец. Его вытянутое зеленое лицо, напоминающее морды земных игуан, выражало еще большее спокойствие, чем у Рауллингсона. Он моргнул вертикальными веками своих желтых глаз, и протянул Олегу руку.

– Добро пожаловать на борт «Коперника», инспектор, – обычным низким мужским голосом произнес он. – Я – старший помощник капитана. Антон Седьмой.

Внутри себя, Олег был в ступоре. Но виду не подал, и пожал руку сарконианца. От него исходила прямота и честность. И необъяснимое, но неподдельное уважение к Олегу. Видя Антона в первый раз, он не понимал искренность такого чувства.

– Капитан не пожал вам руку, опасаясь тактильного контакта с инспектором. Я его понимаю – мера предосторожности. Но лично мне нечего скрывать. Считаю это проявлением взаимного уважения.

– Сочту за честь – быть членом экипажа этого корвета, – кивнул Олег. – Для сарконианца, у вас слишком земное имя. Как и ваш голос.

Антон засмеялся, показывая свои острые, многочисленные зубы. От его смеха, затрясся собственный хвост.

– Я сарконианец только по происхождению. Но детство, юность и кадетство у меня прошли в Саратове.

– Как вам удалось выжить при таком умеренном климате? Для сарконианцев средняя влажность, почти что засуха. Да и низкие температуры не для вас.

– Те, кто родился на Земле, как я, например, быстрее адаптируются к новым условиям. Вы же знаете, что в Саратове есть постоянная дипмиссия с Саркона – 3?

Олег припомнил, что сарконианцы жили где-то на Земле уже лет шестьдесят. В основном ученые. Изучали историю и технологии, являясь у себя на Сарконе достаточно приземленным народом. Вся планета была покрыта непроходимыми джунглями, климат очень влажный. Взамен науки, сарконианцы поставляли натурально выращенные экзотические растения и животных, для разведения в лесах Амазонии. Для Олега было сюрпризом – узнать, что миссия сарконианцев базировалась именно в Саратове.

– Предвосхищу ваш вопрос насчет фамилии, – добавил Антон. – В своей семье, я родился седьмым, у нас так принято называть. А Антон, потому что мой отец, по прибытии на Землю, просто зачитывался вашей литературой. Поэтому дал мне имя в честь Чехова. Я и сам почитываю, когда не несу вахту. Вам нравится Чехов?

– Читал давно, – ответил Олег, никак не приход в себя от такой непростой истории жизни сарконианца – землянина.

– Я перечитал, все земную классику, неоклассику, модерн. У вас очень богатая языковая база. Однако, как и вы, мы пришли к единому лингвистическому стандарту. Давайте, сейчас покажу вам вашу каюту, на время командировки. Потом найдем время поговорить о литературе.

Антон жестом показал Олегу, следовать за ним. Подхватив чемодан в руку, он направился по коридору за старшим помощником капитана.

***

Они уже два дня летели в сторону Миккинда. Пару раз «Коперник» замедлялся с гиперсветовой скорости. Необходимо было задать корректировку по курсу. Даже малейшее отклонение в начале пути может повлиять на огромное расстояние между расчетным местом прибытия и фактическим. К счастью для экипажа «Коперника», погрешность была невысока. Всего две остановки для коррекции траектории.

За время полета, Олег познакомился с командой корабля. Их отношение к себе, он отнес к сдержанно-положительному. Олег был уверен, что слухи о его потенциальной опасности быстро распространились по кораблю, но никто вида не подавал. В кают-компании, во время обеда, для него никто не отвел отдельного места, а дружно приняли за общий стол. Для разряжения молчаливых пауз, Антон Седьмой, спрашивал Олега о делах на Земле, лучших местах для проведения отпуска, или просто рассказывал что-то из прочитанного. Судя по реакции, команда, состоящая в основном из людей, любила и уважала своего старпома-сарконианца. Разговоры его поддерживали. Рауллингсона никогда не было с командой. Он всегда обедал отдельно в своей каюте. Чиара Фиоре – судовой врач всегда старалась сесть подальше от Олега. Но он никогда не переставал ощущать ее подозрительный взгляд, брошенный как бы вскользь. В ней было очень много недоверия.

Отчеты Котова стали практически единственным занятием Олега, помимо тренировок в небольшом зале, и обедов с командой корабля. Стандартные записи инспектора о своей работе, наблюдениях за обстановкой, расследованиях, прогнозах, подозрениях, с рекомендациями своему сменщику. Но в силу нападения Юджина, Олег не мог до конца верить тому, что было написано. Часть паранойи Ганнибала передалась и ему.

Заметки касаемо Алекса, также не имели за собой ничего сверх необычного. Заблудившийся косморазведчик на поломанном корабле. Для дальних колоний это было уже обычным явлением. Последнее место, где Котов смог запечатлеть Алекса – Рим IV – небольшая планета со скалами, полными изолита – красного минерала, используемого в энергетике. По необъяснимым причинам, его кристаллическая решетка не расщеплялась и не воспроизводилась атомарными синтезаторами. Отсюда выходила его ценность. На Риме IV уже давно завершилось терраформирование. Только горы выделялись своим гранатовым переливом изолита. В данный момент на планете полным ходом велось строительство четвертого города. Пускай небольшого, как и предыдущие три, но четко очерчивающего границы начала современной цивилизации.

Где-то там, в институте биологии, работал Кир Белов – брат Ани. Когда-то он улетел с Земли вместе с однокурсниками и несколькими сотнями, выведенными заново, древними видами животных. Так и обосновался на Риме IV в качестве научного сотрудника. Аня всегда считала, что Кир улетел, чтобы освободиться от родительского давления. По ее словам, на них с детства возлагались большие надежды. Их видели чуть ли не светилами науки и международных отношений. Поэтому усиленная учеба и строгая дисциплина сопровождали детей все время. И если Аня смогла все выдержать, и стать той, кем ее видели родители, то Кир нет. К их огорчению родителей, он улетел от опеки, при первой же возможности. И, судя по разговорам Ани, не собирается возвращаться. Несколько раз Олег общался с Киром в рамках командировки в сектор Дзет. Впечатление он произвел человека сдержанного, не лишенного комплексов. Олег не предполагал, знает ли что-то Кир об Алексе, но решил проинспектировать Рим IV более детально, а заодно, навестить младшего сына семьи Беловых.

Читая отчет Котова, Олег временами возвращался к воспоминаниям двадцатилетней давности – начала своей карьеры инспектора. Никакой ностальгии он не испытывал. Лишь грустнее становилось, что обстановка на дальних колониях меняется в лучшую сторону слишком медленно. Преступления продолжали происходить, недоверие к Содружеству не пропало. Олегу казалось, что и не пропадет, пока не будут закончены навигационные эксперименты по разработке прямых маршрутов до колоний и обратно. Причем для всех жителей, а не только для транспортных кораблей.

Почувствовав небольшой толчок, Олег отвлекся от монитора с отчетом. Словно вынырнув в реальность из своих мыслей, он понял, что они прибыли. Машинально оглядев свою каюту, пять на пять метров комнату с кроватью и столом, Олег отложил портативный секретарь, надел рубашку, и вышел из своей каюты.

Пройдя по коридорам до рубки управления корветом, Олег вошел в нее. За креслом капитана нес вахту Антон Седьмой. Чуть поодаль, симметрично друг от друга сидели навигаторы, пилоты и связист корабля.

– Миккинд, – прокомментировал один из навигаторов.

Олег посмотрел в главное смотровое окно в рубке. Перед «Коперником» величественно демонстрировала свою зеленую поверхность огромна планета. Ее умеренный климат и бескрайние травянистые степи, являлись идеальным местом для жизни многих обитателей Содружества. Местные жители, похожие на земных богомолов, но с более человеческими чертами, как лица, так и характера, относились весьма положительно к новым поселенцам. Несмотря на свою религиозность, несущую в двадцать седьмом веке скорее традиционную направленность и уважение к предкам, миккиндиане имели огромную научную базу знаний о космосе. Недаром данная планета стала перевалочным пунктом для транспортных кораблей, разведчиков и колонистов. Она являлась крайней точкой Содружества перед долгим полетом к сектору Дзет. В связи с этим, Миккинд имел одну из крупных стоянок кораблей во всем Содружестве.

Олег немного прикрыл глаза, от слепящих трех солнц. Смотровое окно автоматически затемнилось.

– Так-так, – произнес Антон. – Мы прибыли. Осталось найти среди этой кучи кораблей нашу команду. Титов! Настройте связь с ними. Пусть дадут координаты своего положения.

– Есть, – ответил связист, и принялся настраивать контакт с транспортными кораблями, ожидающими «Коперник», на орбите Миккинда.

– Года четыре здесь не был, – сказал задумчиво Олег, глядя в окно. – Все мотался по другим секторам.

– Что-то изменилось? – спросил Антон, и повернул свою зеленую голову в сторону инспектора.

– Кораблей больше стало.

– Неудивительно. Сюда со всего Содружества свозят ресурсы и оборудование для колоний Дзета. Терраформирование на большинстве планет уже завершилось. Сейчас идет грандиозная стройка городов.

– Хотелось бы больше нравственного строительства в умах колонистов, – мрачно заметил Олег.

– Для этого вы и летите с нами, инспектор, – засмеялся Антон. – Я слышал, что статистика по преступлениям в дальних колониях снижается.

– Это так, но очень медленно.

– Почему они происходят постоянно? – спросил Антон. Олегу показалось, что вся команда рубки напряглась, чтобы услышать ответ. – Во всем Содружестве, это уже устоявшийся архаизм. Ни людям, ни сарконианцам, ни кому-то другому, уже нечего делить. У всех есть все для счастливой жизни. Нет ни одной причины, чтобы поступиться моралью.

– Если короче, – подумав, начал говорить Олег. – То это социальное отклонение, в виду удаленности обжитых секторов. Там нет необходимого контроля.

– Создайте его, – возразил Антон.

– Идея инспекции была в том, чтобы не контролировать субъект. Чтобы дать ему право морального выбора – быть преступником и изгоем общества, или гражданином Содружества. Повышенный контроль только усилит сопротивление.

– Немного нелогично, – задумчиво сказал Антон, почесав свой вытянутый зеленый подбородок. – Но идея мне понятна.

– Кроме того, – продолжил Олег. – В мои обязанности входит расследование всех экстраординарных случаев, не только преступлений. Сбор информации, и личная оценка благополучия колонии, тоже являются моими прямыми обязанностями. Поймите, Антон. Не человек или, простите меня, гуманоид, негативно влияют на жизнь колонии. Это колония, и дикие места дают искушение для ее жителей.

Старший помощник капитана совсем углубился в свои мысли, анализируя услышанное. Даже немного покивал головой, в задумчивости. Тут пришел сигнал от экипажа транспортных кораблей. Они находились на другой стороне орбиты Миккинда. И «Коперник», лавируя между сотнями пришвартованных кораблей, устремился навстречу.