Все страхи ночи

Глава III.

Луч фонарика осветил блестящий, от разбитых осколков, пол, перевёрнутые столы, стулья, лежащие на боку. Журналист решился зайти через дверной проем. Оглушительно громко для такой тишины скрипнула половица под ногами. Журналист вздрогнул и сильнее сжал доску.

Продолжая светить вперёд, он стал медленно, крадучись, двигаться в сторону барной стойки. Тихим звоном зашуршали под ногами разбитые стекла. Журналист посветил на пол, где недавно боролся за свою ногу. Остались следы возни, где-то на стеклах уже чернела кровь. «Это моя кровь, или кровь этого животного?» – подумал он. Журналист обратил внимание, что других следов перемещения не было. Возможно, никто сюда не заходил. А выходил ли?

Журналист осторожно дошёл до барной стойки. Опасаясь какой-либо реакции, он перекинул руку с доской через столешницу, и попытался достать до пола. По ощущениям, был твёрдый пол. Тогда он резко высунулся с фонарем, чтобы его увидеть. Ничего. Голый пол. У стенки валялась пустая бутылка. Журналист немного успокоился. Осталось проверить кухню.

Вытянув доску острием вперёд, он направился к двери, ведущей на кухню. Дверное полотно выглядело неповреждённым. Как и многие кухонные двери в других питейных заведениях, эта легко открывалась в обе стороны. Это и позволило Журналисту толкнуть дверь доской и одновременно засветить фонарем помещение. Выглядело пустым. Опять же, никаких посторонних звуков.

Журналист осмелился и шагнул в сторону кухни. Догадки подтвердились. Кухня тоже пустовала. На полу лежала кастрюля с утренними макаронами, которые, скорее всего, ел Журналист. Рядом валялся черпак. С помощью фонаря был найден выключатель. При его нажатии, ответной реакции не последовало. Похоже, электричество по улице, где было кафе, полностью отсутствовало. На кухне, слабый свет давало окно в боковой стене. В нем можно было увидеть силуэты кустарников, слегка покачивающихся на ветру. Рядом с окном был черный ход, ведущий на улицу. Дверь его была открыта. Журналист собирался выйти через неё и продолжить поиск выживших, но остановился. С голоду его обоняние обострилось, и нос уловил запах хлеба. В животе заурчало. Он прикрыл дверь чёрного хода, и подошёл к кухонному столу.

На нем была тарелка с резанным белым хлебом. Журналист его брать не стал, хотя очень хотелось. Неизвестно, кто его трогал с утра. Он начал искать в шкафчиках, что-то более съедобное. Они были забиты, крупами, консервами, алкоголем. В неработающий холодильник Журналист даже не стал соваться. Все что могло испортиться в течение дня, скорее всего, испортилось. Он достал три банки шпрот, нашёл в шкафу нерезаный хлеб. С пола вытащил из общей спайки пластиковую бутыль минеральной воды. Открыв консервы ножом, Журналист жадно начал их есть, запивая водой, и закусывая хлебом. Такого вкусного ужина, он никогда ещё не пробовал. Главное, что сейчас это ему поможет не свалиться без сил.

Наевшись, Журналист поискал лучом фонарика на стенах медицинскую аптечку. Не помешало бы сменить повязку на ноге и продезинфицировать. Он слышал, что в питейных заведениях наличие аптечки – это обязательное требование, но не сильно надеялся на его соблюдения в этом кафе. На стенах ничего похожего не висело. Тогда, Журналист снова начал обыскивать шкафы и, все-таки, нашёл маленькую коробочку с бинтом и таблетками ношпы. Дезинфицирующей жидкости не оказалось. Журналист взял из ящика с алкоголем бутылку водки, пустую на треть, понюхал на предмет содержимого. В нос дало этиловым спиртом.

Журналист закатал комбинезон и штанину на ноге. Наложенная ранее белая повязка приобрела багровый цвет и успела сползти с раны. По виду подсохшей крови на коже, казалось, будто на ногу ранее был накинут очень толстый и очень туго затянутый в петлю канат. «И правда, хватка у того существа была мертвая», – отметил он про себя.

Снятую повязку, Журналист заменил на новую, промочив её водкой. Спирт, соприкоснувшись с кожей дал такую резкую боль в ноге, что он чуть не вскрикнул. Журналист рефлекторно отвернулся от источника дискомфорта в сторону окна.

В окне мелькнул силуэт. На мгновение. Но после него пролетел ещё один. Оба они прошли быстро от окна в сторону парадного входа в кафе. Был слышен небольшой хруст сухой осенней листвы и тишина.

У Журналиста все похолодело. Но теперь он, возможно, в силу еды и небольшого отдыха, быстро пришёл в себя. Раскатав штанину обратно, он схватил свою доску от забора и, пригнувшись, подполз к двери, ведущей в зал с барной стойкой. Осторожно приоткрыв кухонную дверь, и заглянув в проем, Журналист поначалу никого не увидел. Он вглядывался в темноту, немного освещаемую догорающими грузовиками.

Внезапно в разбитом от взрыва окне, рядом с кафе, появились две фигуры. По виду человеческие, но их было видно по пояс, так что Журналист до конца не был уверен. От них вспыхнуло два луча. Журналист зажмурился от ослепительного света и спрятался обратно за проем. «Фонари!» – подумал он. – «Значит это все-таки люди. Это от них пришло СМС?»

Неуверенность в ответе на свой вопрос, не давала Журналисту броситься к ним на встречу с радостными криками. Нужно было проверить.

Он достал телефон. Из-за беззвучного режима он пропустил один звонок и одно СМС. Прикрыв ладонью светящийся экран, Журналист проверил звонок. Федеральный номер. Скорее всего, откликнулась служба спасения. «Может быть, они, не дождавшись ответа, уже направили хотя бы полицию», – пронеслось у него в голове. Перезванивать он не стал, а вместо этого, открыл входящее сообщение.

«Уходи оттуда», – прочел он. Номер был все тот же, с которого писала Алена.

Голову опять наводнили сомнения. Он опять не понимал что происходит, и кому верить.

Меж тем, лучи фонариков, похоже, обшаривали помещение кафе. Пару раз они освещали кусок кухни в проеме под дверью. Затем свет пропал, и наступила темнота.

Журналист сидел на полу возле двери, держа доску от забора в руках. Можно было на кухне найти оружие и посерьезнее – кухонный нож или топор для разделки мяса. Но поиск создаст лишний шум.

По-прежнему ничего не происходило. Журналист тихо заерзал на месте. Нервное напряжение и любопытство не давало ему быть неподвижным. Наконец, он решил снова оценить обстановку в зале кафе. Осторожно оперев доску на стену, Журналист потянулся к двери. Вдруг, послышался скрип половицы. Той самой, на которую наступил он, входя в кафе.

«Они здесь!» – с ужасом пронеслось в его голове. Он отпрянул от двери, посмотрел вниз, в зазор между деревянным полотном и полом. Света фонариков не было. Послышался лёгкий хруст стекла. Похоже, эти люди медленно двигались по залу. Понимая, где закончатся их поиски, Журналист решил уходить с кухни наружу. Он пожалел, что прикрыл дверь от чёрного входа. Теперь совсем беззвучно здание не покинуть.

Он начал медленно разворачиваться от двери. Похоже, темнота способствовала небольшой дезориентации, и его пошатнуло. Ногой он задел поставленную доску, и та, с оглушительным для такой тишины, грохотом, упала на пол.

Журналист в ужасе замер. За кухонной дверью, в зале тоже наступила тишина. Все это слилось в единое молчание со всем окружением на пару минут. Был слышен только уличный ветер и лёгкое постукивание голых веток кустарника друг об друга. Напряжение было таким сильным, что Журналист всем телом ощущал тех людей за дверью. В то же время, его ноги от страха словно примерзли к полу, мешая выбежать через чёрный ход кафе.

За дверью послышались шаги. Медленные, тихие, они были все отчётливее слышны за кухонной дверью. У Журналиста мучительно забилось сердце. Он абсолютно не представлял, с какой целью пришли эти люди, потому не знал, как ему реагировать.

Внезапно шаги стихли. Журналист задержал дыхание. Ему показалось, что люди за дверью к чему-то готовятся. Если у них было оружие, то можно ожидать самого худшего. Журналист так и стоял возле кухонной двери в полной нерешительности.

Совсем близко, возможно, в паре шагов от кухонной двери, в зале кафе, чей-то мужской голос тихо произнёс: «Семен, это ты?» Молчание. «Так», – подумал Журналист. – «Стрелять они не стали. Начали говорить. Значит можно рискнуть и ответить».

Едва он открыл рот, как из зала кафе снова послышался скрип входной половицы. Затем, возле кухонной двери прозвучали шаги на месте. Похоже, скрип заставил этих людей развернуться. На секунду, Журналисту показалось, что он почувствовал запах озона. За дверью закричали:

«Миха, беги, прикрою!»

После этих слов прозвучал оглушительный со свистом хлопок. Журналисту заложило уши. От неожиданности, он согнулся, прислонившись к кухонной двери. Сквозь помутнение он услышал ещё два таких хлопка, сопровождаемых яростными ругательствами.

Дверь кухни резко открылась на Журналиста, сбив его с ног на пол. Лёжа на боку, он повернул голову в сторону кухонного проема. Ему ослепительно светили фонарем, так что не видно было лица вбежавшего человека. Журналист смог опознать в фигуре только попавшую под луч ногу с чёрным ботинком. С белой блестящей тканью поверх него.

В зале прогремел ещё один свистящий хлопок. Что – то издало булькающий вой. Послышался истошный крик. Человеческий.

Фонарь, слепящий Журналиста, резко отвернулся в сторону зала кафе.

«Лёха!» – закричал мужской голос в проеме кухни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.