Охота на купидона

– Пойдем!

– Куда? – Само собой, дочь даже не сдвинулась с места. Она вполне комфортно устроилась на кровати, добыв из мини-бара минералку и орешки.

Лана выхватила у Насти бутылку, сделала пару глотков холодной воды и задалась вопросом, не поехала ли у нее крыша. Ведь это нереально: прилететь в Европу, поселиться в приличном отеле и найти труп в душевой кабине!

– Эй, мам… ты чего? Тебе нехорошо? – забеспокоилась Настя.

Лана продолжала столбом стоять посреди комнаты. «Померещилось, – говорила она себе. – Я устала. Может, Настю позвать взглянуть?» Нет, этого материнский инстинкт позволить не мог, и она метнулась обратно в ванную. От двери уставилась на душевую кабину. Он по-прежнему был там. За спиной завозилась Настя, сползая с кровати и продолжая взывать к матери. Лана плотно закрыла дверь ванной комнаты и велела:

– Надень обувь и возьми сумки, с которыми мы пришли. Идем вниз.

– Да что там такое-то? – не унималась дочка. – Дохлый таракан?

Но Лана только замотала головой, выпихнула девочку из номера, захлопнула дверь и побежала вниз по лестнице. Анастасия, раздосадованно ворча, плелась следом. Портье встретил их вопросительным взглядом. Лана остановилась подле стойки, уставилась на молодого человека и вдруг поняла, что совершено невозможно произнести вслух: «Что за безобразие – у вас там труп в душе!» Или «Простите, но номер с трупом в душевой кабине нам не подходит». Он решит, что она сошла с ума. И вместе с волной дурноты накатилось новое сомнение – может, все же померещилось?

– Что-то не так? – проявил догадливость портье, глядя на растрепанную женщину и хмурую девушку, тревожно поглядывающую на мать.

– Будьте добры, поднимитесь в номер и загляните в душ, – сказала Лана, выкладывая на стол карточку. – А мы тут подождем. – И она вошла в лобби-бар, где в углу скучал над коктейлем пожилой господин.

Надо отдать должное исполнительности персонала немецкого отеля. Портье не стал больше ничего спрашивать; он воззвал к своему коллеге, который функционировал где-то в глубине помещения, тот незамедлительно занял место за стойкой, а портье послушно отправился в номер. Лана попросила кофе и теперь отпивала маленькими глотками горький эспрессо и делала вид, что не замечает испуганно-растерянных взглядов дочери, а на все ее расспросы только качала головой и говорила: «Давай подождем» и «Через пару минут все узнаем». Когда портье вернулся и, не взглянув на постояльцев, нырнул в дверь за конторку, она вытянулась в ту сторону, прислушиваясь. Вот до нее долетело слово «полис», и Лана испытала огромное облегчение: она не сошла с ума, а труп в ванной – проблема отеля, в конце концов.

Впрочем, ближайшие полтора часа это все же оказалось проблемой и для мамы с дочкой, потому что приехала полиция и события стали развиваться по известному всем сценарию. Их усадили в помещении ресторана, где утром они так беззаботно наслаждались завтраком, а сейчас все было пусто, казенно и тревожно. Документы, вопросы, вопросы, вопросы… Настя, услышав про труп, вытаращила глаза и воскликнула:

– Да ты что?! Что ж ты меня не позвала посмотреть?

– Уверена, что это было бы здорово? – холодно спросила Лана.

Взглянув на мать, девочка сразу сникла.

– Нет, я так… вообще-то не хочу я его видеть.

Один из приехавших детективов говорил по-английски, и, после того как Лана ответила на все вопросы, она спросила, нельзя ли ей отвести дочку в другой отель, а потом она хотела бы забрать вещи: их чемоданы все еще в том злополучном номере.

– Мадам не желает остаться в этом отеле? – переспросил полицейский.

– Нет! Но мы очень устали, и далеко я не пойду: на этой улице еще две или три гостиницы, где-то должен найтись свободный номер.

Полицейский отправился совещаться со старшим. Старший детектив был высок и тощ, с соломенными волосами и бледными веснушками. Представился герром Штольманом. Он уже успел кратко переговорить с Ланой, осмотрел номер, куда-то позвонил и теперь уселся напротив дам и внимательно оглядел Лану и Настю.

– Вы знаете человека, которого нашли в вашем номере? – спросил герр Штольман.

– Этот номер не успел стать нашим, потому что мы поднялись туда только в семь вечера и убежали через пять минут, – решительно заявила Лана. – Я не думаю, что знаю этого человека… у меня нет знакомых в Германии. Ну, то есть у меня здесь подруга, мы приехали к ней на свадьбу, я вашим коллегам уже говорила. И… и я его не видела. Только через стекло.

Детектив вскинул белесые брови, словно не в силах поверить в то, что женщина могла не полюбопытствовать, что за труп оказался у нее в ванной. Но от комментариев воздержался и сказал:

– Я попрошу вас и вашу дочь взглянуть на тело. Может быть, вы где-то видели этого господина.

– Нет! – Лана выпрямилась и сердито уставилась на мужчину. – Я… я взгляну, если вы настаиваете. Но моя дочь в этом участвовать не будет. Она несовершеннолетняя, и, если вы попытаетесь ее заставить, я позвоню консулу… и мужу в Москву.

В это время полицейские появились из лифта, таща чемоданы.

– Это ваши вещи?

– Да.

– Взгляните, все ли цело.

Лана открыла чемоданы. Там все было перевернуто.

– Вещи были сложены, – сказала она, оглянувшись на детектива.

Тот пожал плечами:

– Наши люди обязаны были все осмотреть.

– Понятно. Самое ценное – вот, подарок моей подруге на свадьбу. – Лана извлекла из чемодана красивую коробку, открыла и продемонстрировала полицейскому оправленный в серебро набор для будуара: рамка для фотографии, щетки для волос и шкатулочка.

– Красивая вещь, – заметил тот. – Дорогая?

– Да. Так ведь это на свадьбу.

– Остальные вещи на месте?

Лана кивнула.

– Тогда идемте. Я хочу, чтобы вы взглянули на тело.

Прежде чем последовать за полицейским, Лана обернулась к Насте:

– Пока я не вернусь, сиди здесь и никуда не ходи. Даже если позовут или прикажут. Вообще со стула не вставай, поняла?

Та закивала, крепче прижала к себе мамину сумку с документами и съежилась обиженным котенком.

Лана поднималась в лифте и думала: «Упаду я в обморок, когда увижу труп, или нет?» Потом она спохватилась и сказала себе: «Лана, опомнись! Ты ведь еще и не то видела». До того как стала мужней женой, ранимой и беззащитной женщиной, Лана была матерью-одиночкой и работала юристом в охранной конторе, которая занималась не только охраной, но и разборками с «крышами», выбиванием долгов и прочими интересными делами. Таковы были аспекты охранного бизнеса в России в девяностых – начале двухтысячных. Нет, она всегда была «белым» юристом, но все же закалку получила не дай бог. Вспоминания помогли. Лана собралась, взяла себя в руки и твердой походкой вошла в номер. Труп пребывал на прежнем месте, в номере и в ванной комнате суетились эксперты. Лана вошла в ванную и, присев на корточки, заглянула трупу в лицо. Она не сразу поняла, где видела этого человека, однако уже не чувствовала себя растерянной и готовой разреветься, как это было десять минут назад. То, что мозг наконец включился, порадовало. Точно, это тот самый тип! Пользуясь случаем, Лана внимательно рассмотрела тело. В районе груди темнело пулевое отверстие. Одежда не опалена, значит, стреляли не в упор, а с некоторого расстояния из пистолета. Оружие, скорее всего, было с глушителем, иначе в этом тихом районе кто-нибудь да услышал бы выстрел и всполошился бы. На юридическом они изучали судебную медицину, да и потом кое-что пригодилось, были в ее практике разные случаи… Выпрямившись, Лана взглянула в глаза инспектору, который с интересом наблюдал за ней.

Примечания