Пустите меня в Рим

Побродили вдоль берега и искупались. Потом пошли в кафе. Я настояла на том, что платить будем каждый за себя, Дим пожал плечами – как угодно. Я заказала рыбу, а он мясо, и мы оба остались довольны. За вином и болтовней подкрался вечер, и стало темнеть. Народ наполнял кафешки и прочие заведения, и торговая улица, пустоватая днем, оживилась чрезвычайно. Появились фокусники, акробаты, магазинчики ярко засияли всеми огнями радуги. Дим заметил, что я посматриваю на выставку туфель неподалеку от нашего ресторана, и спросил:

– Пойдешь шопинговать?

– Хотелось бы. Не знаю, хватит ли денег, но подарок маме надо купить.

– Не обидишься, если я тебя брошу? Терпеть не могу ходить по магазинам.

– Не обижусь, – честно пообещала я, заверила заботливого спутника, что отель найду, и он отбыл, а я побрела по магазинам.

Купила маме сумку.

Себе туфли.

И поклялась, что больше ничего не куплю – оставлю деньги на Рим. И еще ведь кушать что-то надо. Еле живая добрела до отеля и сейчас клюю носом безбожно. Какой чудесный день!

Мы не договаривались встретиться, но, когда я спустилась вниз после завтрака, Дим уже торчал в холле.

– Ты поел?

– Да. Я вообще-то рано встаю. Ты выспалась?

– Прекрасно.

– Дорога не мешала?

– Ни фига. Спала как сурок.

– Все деньги вчера просадила?

– Почти, папочка.

Он хрюкнул и больше не вязался.

– Куда пойдем?

– Пойдем искать Рубикон.

– Чего? – Он вытаращил глаза.

– Историю в школе проходил? Помнишь, был такой выдающийся человек, Юлий Цезарь. Так вот, он в свое время перешел реку Рубикон со словами «жребий брошен». И это имело большие последствия.