Кора. Хрустальный череп

– Ну как ты?

– Хорошо.

Призрак девушки с улыбкой смотрел на Рону.

– Ты красивая.

– Спасибо.

– Ты чего тут, с мертвыми общаешься?

– Да дело есть, жду одного.

– Так он уж пришел за тобой.

Рона вскочила и стала озираться. Призрак девушки исчез. Вокруг не было ни души. Она затянула ленты на руках.

«Пришел за мной, говоришь? Мертвые не лгут. Значит, затаился где-то».

Рона встала на лавочку и стала осматривать кладбище, прислушиваясь к каждому шороху. Услышав взмахи крыльев летучей мыши, она подумала: «Подстава. Вампир-то у нас вполне живой, а живые не по моей части».

– Эй!

За спиной Роны стоял высокий мужчина, одетый в черное. На его руках были странные татуировки.

– Уходи отсюда, здесь опасно.

– Опасно? Почему? Потому что тут ты?

– Здесь призраки.

– Правда?

– Да. Вали давай отсюда.

– А почему бы не свалить тебе?!

– Ты с ума сошла, мелкая? Я тебе жизнь спасаю!

– Обойдусь. Слушай. У меня тут кое-какое дело есть. Ясно? У тебя, видимо, тоже. Но, быть может, договоримся, и ты уступишь на эту ночь кладбище мне, а?

– Пошла отсюда вон.

– А то что?

– Я не буду спасать тебя.

– По рукам.

Рона повернулась к нему спиной, и через мгновение у её шеи возникло блестящее в свете луны серебряное лезвие.

– Повторяю последний раз.

Она переместилась за спину вампира, накинула на его шею серебряную цепь и ударила в колено. Вампир упал на одно колено, вонзив меч в сырую землю, и Рона сказала ему прямо в ухо:

– Я не глухая.

Вампир не сопротивлялся, и Рона сняла цепь с его шеи.

– Прости. Не сразу признал в тебе мага. Меня зовут Кьянмар.

Рона отвернулась. Кьянмар ждал, что она представится, но ответа так и не последовало.

– Предлагаю разойтись мирно по своим дорогам.

– Отличная идея. Мне нравится.

Оба остались стоять на прежних местах. Спустя некоторое время Рона сказала:

– Так не пойдет. Он так не появится. Он чувствует, что нас двое. Кьянмар, уходи, прошу. Я должна выполнить заказ на призрака. Мне срочно нужны эти деньги. Я не могу ждать до завтра.

– Заказ на призрака? – Кьянмар поднял бровь.

Рона кивнула.

– На какого призрака?

– Призрака, который убивает смотрителей.

– На призрака Мартина?

– Видимо, да.

– Мартин был вампиром. Я пришел, чтобы забрать его кости.

– Так чего же ты не днем пришел! Ах да, ты же… прости, забыла.

– Я справлюсь с ним один. Уходи. Можешь быть уверена, что завтра призрака здесь не будет. Считай, заказ выполнен.

– И что, неужели ты думаешь, что я возьму деньги за заказ, который выполнил кто-то другой?! Ни за что! У меня есть идея получше. Давай я вернусь сюда на заре, выкопаю его кости, а следующей ночью отдам тебе?

– План хороший, жаль слишком поздно ты это придумала.

Кьянмар медленно вытаскивал меч. Рона обернулась назад. За её спиной, прямо под ярким диском луны, из земли сочилось сияние.

– Нет, не поздно! Бежим, Кьянмар!

Она потянула его за руку, но тут поняла, что могилы по всему кладбищу начинают сиять.

– Ладно, да, поздно.

– Ты еще можешь сбежать, – тихо сказал Кьянмар.

– Я не брошу тебя одного.

Кьянмар посмотрел на Рону, затягивавшую ленты на руках.

Призрак Мартина уже успел потерять свою личность, превратившись в огромное быстрое чудовище, мучащееся в неутоляемой жажде. Он призывал к себе других неупокоенных на этом кладбище, которые вселялись в его тело, позволяя ему разрастаться еще больше.

– У тебя есть план? – спросила Рона.

– Защищаться.

– Поняла.

Мартин раскрыл свою клыкастую пасть, словно хотел сожрать луну. Однако Рона понимала, что Мартин уже давно их заметил, и не видит в них какой-либо опасности. Рона гадала, на кого из них Мартин нападет первым? Скорее всего, на неё, потому что она кажется слабее. Если он оставит ее в живых и выберет первой целью Кьянмара, то Рона будет мельтешить вокруг и мешать ему в битве с реально сильным врагом. Вне всяких сомнений, Мартин даже не подозревает, кто его самый сильный враг.

Рона не прогадала. Мартин целился в нее. Он бежал напрямую к ним, и это было как нельзя на руку Роне.

– He-este!

Её крик вспахал землю и создал в воздухе ударную волну, которая на какое-то время оглушила призрака.

– Ну что ты стоишь?! Бей его?

Кьянмар, ошеломленный выходкой Роны, растерялся и проиграл время.

– Мы тут вместе деремся, или как?

Несмотря на запоздалую атаку, Кьянмар всё же нанес несколько сильных ударов мечом.

– Eh-hfar!

Не рассчитав удар заклятия, Рона задела и Кьянмара. Увидев, что вампир отлетел вместе с призраком, она переместилась и встала между ними, когда Мартин решил воспользоваться стечением обстоятельств. Заклятия на лентах и знаки, выжженные у неё на ладонях, могли создавать барьер для призрака.

– Кьянмар, вставай, пожалуйста!

Рона из последних сил сдерживала Мартина, совершенно не зная, что делать дальше. Держась за голову, Кьянмар встал. Он быстро понял, что происходит, залетел за спину призраку и ударил его мечом. Рона ослабила барьер и упала на землю. Несмотря на Кьянмара за спиной, Мартин сделал ставку на ослабленную Рону, потянулся к ней своей когтистой лапой, и к удивлению, Рона потянулась ему навстречу. Лента, которой была обмотана рука Роны, сильно обожгла Мартина, настолько, что призрак издал громкий звук, из-за которого Роне и Кьянмару пришлось закрыть уши. И вновь Мартин имел возможность атаковать. На этот раз – Кьянмара, уже догадавшись, что легкой добычи из Роны никак не получится.

«Пожалуйста, Кьянмар, увернись от моей атаки!»

Рона, сидевшая на коленях на сырой земле, со всей силой ударила по ней:

– He-este!

Кьянмар, услышав знакомый крик, забыв про свое намерение атаковать, превратился в туман и улетел в сторону, и удар всецело достался Мартину. Оглушенный, он не мог сопротивляться ударам Кьянмара.

Рона улыбалась, радуясь удачному бою и готовясь к финальной части битвы. Она медленно шла к призраку, и чем ближе она подходила, тем сильнее разгорались знаки на её ладонях.

Из знаков на её ладонях сочился свет, сжигающий на своем пути ленты, и рассеивающий призрака в ночной мгле. Прощальный крик Мартина удалялся от Роны и Кьянмара, становясь всё глуше и глуше и, наконец, исчез совсем.

Кьянмар опустился на землю, воткнув в почву свой меч и свесив голову. Рона села на землю рядом с ним. Какое-то время они молча переводили дух после битвы. Затем Кьянмар встал и протянул руку Ронетте. Она приняла его жест.

– Ты спасла мне жизнь.

– Ага. И чуть не убила тебя случайно.

Кьянмар усмехнулся.

– Ладно, вампир по имени Кьянмар, пошли выкапывать твоего Мартина. Может расскажешь, кем был этот Мартин?

– Мартин был обычным вампиром, который хотел жить тихой жизнью. Никакого не трогал, но инквизиторы всё равно его убили. Его сдала мать его возлюбленной, которой не нравилось, что ее дочь живет с вампиром.

– Грустная история.

– Коих сотни.

Рона сидела и смотрела, как Кьянмар разрывает руками могилу.

«Если б только я могла! Для него это же просто раз плюнуть! А я проклинаю все на свете, откапывая мертвецов…»

– Эй, Кьянмар…

– Что? Решила мне помочь?

– Ха, нет, конечно. Я хотела предложить тебе сделку.

– Что за сделка?

– Мне частенько нужно раскапывать мертвецов. Вот прямо так, как ты сейчас это делаешь. Видишь ли, я не такая сильная, как ты, и это доставляет мне много проблем. Если бы ты помогал мне, я отдавала бы часть денег за заказ тебе.

Кьянмар уставился на Рону.

– Знаешь, – сказала она, – я понимаю, тебе нужно подумать. Если решишься, то приходи через неделю на это же место. Договорились?

– Я согласен.

– Правда?

– Да.

– Хорошо, встретимся через неделю у могилы Мартина. И, Кьянмар…

– Да?

– Солнце встает.

Он посмотрел на восток, а когда повернулся обратно, Роны уже не было.

***

– Вот так мы и познакомились.

– А что было дальше?

– Вопрос был про то, как мы познакомились.

– В таком случае, ты на него не ответила. Ведь в ту ночь ты так и не сказала Кьянмару, как тебя зовут.

– Ха, а ты внимательная. Ладно. Вот что было дальше.

***

Через неделю Кьянмар покинул Фортон-Хиллз как только стемнело. Когда он прибыл на кладбище, Рона уже ждала его там, вновь сидя за столом у какой-то могилы, разговаривая с призраком. Призрак, видимо, заметил Кьянмара, и сказал о нём Роне. Ты обернулась и направилась к вампиру.

– Ты разговариваешь с призраками?

– Да. А что?

– Я привык, что призраков нужно убивать.

– Не все призраки – проклятые. Есть много хороших душ. Когда-то в детстве женщина призрак спасла мне жизнь.

Кьянмар поднял бровь.

– Впрочем, мы тут не для этого собрались. Вот, держи, – Рона протянула Кьянмару подвеску с красным кристаллом, – когда кристалл начнет светиться, значит я нашла заказ. Будем встречаться на этом кладбище.

– Заказы будут на призраков?

– Нет. Да и вообще, от тебя требуется лишь быстро раскопать землю голыми руками. Нужно будет выкапывать людей.

– Что-то не понимаю. Выкапывать людей из земли?

– Да. Я занимаюсь поднятием мертвых.

– Ты создаешь живых мертвецов? Ну уж нет, возьми свой кристалл обратно.

– Нет! Ты не так понял! Я правда могу вернуть человека к жизни! Ну, при определенных условиях, – Рона загнула ладонь Кьянмара с кристаллом, – не отказывайся так скоро. Приходи, и ты сам всё увидишь.

– Ладно. Идет, волшебница. Ну а если вдруг мне понадобится найти тебя, как я смогу это сделать?

– Никак.

– Ты даже не назвала своё имя. Ты что-то скрываешь?

Рона фыркнула.

– Ничего подобного. До встречи!

Рона вытащила из-под широкой рубашки цепочку с кристаллом – и тут Кьянмар схватил её за плечо, в тот самый момент, когда Рона зажала в руке кристалл. Они оба перенеслись в Гало.

Кьянмар и Рона упали на землю прямо перед входом в её дом. Рона повредила ногу. Она попыталась встать, но не смогла.

– Чертов вампир! Аргх! Надо было убить тебя вместе с тем призраком!

Рона продолжала ругаться, Кьянмар сел рядом с ней и посмотрел на ногу.

– Чего уставился? Черт бы тебя побрал!

– Это твой дом?

– Да! Чертов вампир, все из-за тебя!

Кьянмар взял Рону на руки и понес в дом. Рона ерзала, словно каждая клеточка её тела противилась касанию Кьянмара. Кьянмар уложил её на диван в гостиной.

– Ты вывихнула лодыжку. Я сейчас поправлю.

– Что?! Нет! А-а-а!

Кьянмар сделал резкое движение и вправил Роне кость. Рона завопила от боли.

– Что ты наделал?!

– Теперь нормально.

Рона схватила Кьянмара за футболку.

– Какого черта ты это сделал? Ты как теперь собираешься выбраться из Гало?! Только я могла бы переместить тебя обратно!

– Прости. Но я должен был выяснить, с кем имею дело.

– Что ты хочешь знать? Как меня зовут?! Ронетта! Рона Рей! Доволен?

– Да, – невозмутимо кивнул Кьян, – прости, Ронетта, мне жаль, что так вышло с твоей ногой. Я не хотел причинить тебе боль.

Рона фыркнула.

– Ладно, черт с тобой, всякое бывает. Что ж, раз уж ты тут, я покажу тебе землю, которую тебе предстоит копать. Нам нужно на задний двор.

Рона попыталась встать, но Кьянмар опередил её и взял её на руки. На заднем дворе Роны вся земля была перепахана, а в углу громоздился целый склад надгробных плит и урн для праха.

***

– Вот так мы и познакомились.

– Забавно, – улыбнулась Кора.

Рона смотрела в окно на проплывающие мимо облака.

– С тех пор Кьян помогал мне поднимать мертвых. Обряд предполагает закапывание в землю и поднятие из-под земли. Когда мертвец оживает, земля выталкивает его тело, и в этот момент его нужно откапывать голыми руками. Пришлось отдать Кьяну кристалл, чтобы он мог перемещаться сразу прямо ко мне домой, в Гало.

– И ты до сих пор этим занимаешься?

– Да, по-прежнему вместе с Кьяном.

***

– Ты перерыла весь двор?

– Не весь.

– Земля словно вспаханная. Копать будет легко.

– Отлично, а теперь отнеси меня обратно.

Кьянмар вернул Ронетту на диван. Та сняла с шеи цепочку с кристаллом.

– Вот, держи. Возвращайся домой. Тебе нужно лишь подумать о месте, откуда ты попал в Гало, зажать в руке кристалл, и ты вновь окажешься там.

– Кристалл сможет переносить меня в твой дом?

– Да. Но если придешь сюда без приглашения, я надеру тебе задницу, ясно?

Кьянмар улыбнулся.

– До встречи, Ронетта Рей.

Он встал, зажал в руке кристалл и исчез.

– Блин, ну и зачем я в это ввязалась? Чертов вампир… копала бы себе дальше!

Ронетта влюбилась в Кьянмара в первый же день их встречи на кладбище, как и Кьянмар в Ронетту. На третий совместный заказ, Кьянмар предложил Ронетте встречаться с ним, на что Ронетта ответила отказом. После чего Кьянмар все равно продолжил помогать ей с заказами. После каждого заказа он спрашивал её, не передумала ли она, и каждый раз голос Роны звучал всё менее уверенно. Они оба сбились со счета, когда вместо привычного «нет», прозвучала долгая тишина.

– Почему ты по-прежнему ждешь? Я же столько раз сказала тебе нет!

– Потому что ты снова и снова зовешь меня. Забери обратно свои кристаллы, и ты больше никогда меня не увидишь.

Кьянмар снял с шеи красный и белый кристалл, и протянул цепочки Роне. Она долго смотрела на них, сжав кулаки.

– Пойдем поговорим, – тихо сказала она, и Кьянмар последовал вслед за ней.

Стены на кухне были обвешаны травами, у окна стоял большой круглый стол и лишь один стул. Рона наспех освободила для Кьянмара стул, стоящий в углу, захламленный какими-то коробками. Из окна на Кьянмара смотрел рассвет на Гало. Рона вертелась у столешниц. Наконец, она поставила на стол графин с кровью и чайник с чаем, задернула шторы и села рядом с Кьянмаром.

– Итак, ты хочешь со мной встречаться.

– Да.

Рона закивала.

– Но знаешь ли ты, кто такая Ронетта Рей?

Кьянмар посмотрел на Рону своим тяжелым взглядом и напоролся на безжалостное сопротивление блестящих глаз Ронетты. О красоте Ронетты, возможно, слагали бы легенды, если бы прежде не появились о ней другие слухи.

– Каждый в Гало хоть что-нибудь да слышал о Ронетте Рей, о жене магистра Мариуса, который умер от её руки.

Ни одна мышца на лице Кьянмара не пошевелилась.

– Говорят, однажды она привела любовника, но внезапно Мариус вернулся домой, и тогда она превратила мужчину в фарфорового зайца, который и по сей день стоит у нее в шкафу.

– И что из этого правда.

– Доля правды есть во всех этих слухах. Я убила своего мужа Мариуса. И я превратила мужчину в фарфорового зайца. Ты всё ещё хочешь со мной встречаться?

– Ты не сказала, почему ты убила Мариуса.

– Он сам попросил. Он был так стар, что устал от жизни.

– Тогда в этом нет ничего плохого.

– В Гало никто не верит мне. Все считают, что я убила его, чтобы получить его дом и занять его место в магистериуме. Ну а ты? Веришь мне?

– Я верю тебе.

– Ты глуп и наивен.

– Ты не бросила меня, когда мы встретились с Мартином, хотя могла сбежать. Ты отказалась брать деньги за работу, которую бы выполнил я. Такой человек как ты не может поступить так, как о тебе говорят.

Рона прищурилась.

– А что скажешь про фарфорового зайца?

– Это я должен спросить у тебя. Ведь ты не сказала мне всей правды, а я не хочу судить по обрывкам фраз.

– Ладно. Мужчина был вором. Я превратила его в фарфорового зайца и продала торговцу. Но заклинание действовало лишь несколько дней. Затем мужчина вновь превратился в человека. А торговец решил, что он вор, забравшийся в его лавку. Вот этот самый вор и распустил слух про меня и любовника, чтобы отомстить мне.

Кьянмар рассмеялся и Рона тоже улыбнулась.

– Зайца я продала, чтобы Мариус не узнал, что я сделала. Он бы сильно разозлился на меня, если бы узнал, что я превратила человека в статуэтку, даже если человек был вором. Я не так благородна.

Рона опустила глаза.

– Так что, вампир по имени Кьянмар, ты всё ещё хочешь со мной встречаться? – Рона задрала голову вверх, ожидая ответа Кьянмара, словно готовясь принять удар.

– Да.

Она расстроенно опустила глаза.

– Как видишь, я не разочаровался в тебе, узнав твою историю.

– Если ты будешь появляться здесь чаще, обо мне появится новый слух.

– Что ты связалась с вампиром?

– Да. Я не хочу, чтобы ты закончил, как Мартин.

– Я часовой в Фортон-Хиллз. Инквизиторам меня не убить.

Рона отвернулась, и Кьянмар заметил, как её рука медленно сжимается в кулак. Её плечи вздрогнули. Она резко повернулась Кьянмару, из её глаз катились слёзы.

– Если ты умрёшь, я, я, я убью тебя!!!

Кьянмар опустился на одно колено рядом с Ронеттой, и она обняла его за шею.

– Я тебя не оставлю, – тихо сказал Кьянмар, гладя по спине Ронетту, вздрагивающую от всхлипов.

После смерти Мариуса Рона осталась совсем одна, расставание с мужем отравило её сердце. Кто знает, быть может, если бы не страх новой разлуки, она ответила бы Кьянмару намного раньше. Теперь, когда он это понял, у него не осталось сомнений относительно Ронетты Рей.

***

– Рона?

– М?

– А ты родилась в Гало?

– Кора?

– М?

– А ты родилась в Фортон-Хиллз?

– Хочешь сказать, в Гало не рождаются люди?

– Ай, ладно. В общем, я родилась в деревне Виллраэн на западе от строящегося Сан-Мирэль. Эти земли давно поглотил город.

***

Рона Рей – дочь вампира и обычной женщины. Она никогда не знала своего отца. Мать ненавидела его за то, что он бросил её и Рону, когда та родилась. Поэтому девочка росла в выученной неприязни к вампирам. Мать очень боялась, что родится вампир. В общем, так и должно было случиться. Но она отчаянно верила в чудо, молилась, чтобы девочка родилась человеком, и чудо произошло. Об этом Рона слышала тысячу раз – мать называла её свои чудом, ребёнком, подаренным небесами, и добавляла, что если бы она родилась вампиром, то та непременно утопила бы её сразу после родов.

В юности у Роны начали проявляться необычные способности. Она боялась, что превращается в вампира, прочитала найденные дома книги про вампиров, но не нашла в них ничего похожего на то, что с ней происходило. Из страха, она не стала рассказывать нечего матери: она просто постаралась научиться с этим жить. Одним прикосновением Рона могла заставить вновь цвести увядшее растение или же наоборот – вобрать в себя его жизнь, оставив увядать.

Однажды Рона увидела приведение в старом замке, куда они отправились с матерью на прогулку. Это было приведение женщины средних лет в красивом, богатом платье. Больше никто, кроме Роны, очевидно, не видел, как она парит среди цветов в саду. Рона сказала матери, что хочет поближе рассмотреть розы, и убежала в сад. Рона стала подглядывать за женщиной в платье, но та заметила девочку и стремительно направилась к ней. Рона сильно испугалась, попятилась, приготовилась бежать, но приведение оказалось прямо перед ней.

– Стой, стой! Ты видишь меня? – прозвучал голос в голове Роны.

Рона подумала: «Да, но почему?» Не успела она открыть рот, как голос в голове ответил ей:

– Не бойся, девочка. Я тоже не знаю, почему ты меня видишь. Я так давно не разговаривала с другими людьми! Возвращайся.

– Но зачем мне к тебе возвращаться? – подумала Рона.

– Ты же хочешь узнать, что с тобой не так? Я помогу тебе.

Ненси Шало и её муж Бернард помогли Роне узнать, что она не единственное чудо: на свете есть много других полу-вампиров, которых в народе прозвали магами за их способность управлять тёмной энергией.

Ненси очень любила цветы. Она ухаживала за садом в замке самостоятельно, не давая прикоснуться к растению ни одному живому садовнику. Сады окрестили проклятыми, вечно цветущими словно сами по себе. Но на самом деле они цвели стараниями Ненси.

Однажды Рона решила сделать подарок, и принесла Ненси купленные в магазине удобрения для цветов. Ненси была счастлива, и сказала, что у неё, по случайности, для Роны тоже есть подарок. Ненси, Бернард и Рона расположились в старой пыльной комнате на одном из верхних этажей замка. Через большие окна проникал яркий лунный свет, в котором оболочка приведений таинственно мерцала странным сиянием. Ненси и Бернард переглянулись. Бернард встал и сказал, что совершенно недавно, изучая книги, наткнулся на упоминание города, название которого ему показалось знакомым. Он стал искать другие упоминания этого города и теперь может с уверенностью сказать – именно там живут другие маги.

Рона с круглыми глазами смотрела на Бренарда, и её воображение рисовало чудесный город, где вся жизнь подчиняется совершенно другим правилам, потому что возможности человека почти безграничны. Рона подскочила, чтобы обнять Ненси и Бернарда, но остановилась, вспомнив, что они не имеют плоти. Они рассмеялись, и Рона рассыпалась в признаниях любви и благодарностях к молодой паре призраков.

Вскоре после этого в жизни Роны произошло событие, разделившее её жизнь на до и после. При загадочных обстоятельствах исчезла её мать. Она словно испарилась. Это произошло утром в субботу. Рона спустилась из своей комнаты вниз, на кухню, где уже пахло выпечкой. По выходным Роберта вставала очень рано и завтракала, не дожидаясь Роны. На столешнице стояла уже остывшая надрезанная шарлотка, а на обеденном столе был недоеденный завтрак Роберты: крошки пирога, недопитый кофе, открытая бутылка молока. На стуле лежало шёлковое кимоно. Домашние туфли послушно стояли под стулом, где она сидела за завтраком. Но самой Роберты нигде не было. Её уличная одежда была нетронутой. Она просто исчезла, испарилась, словно какая-то неведомая сила превратила её в воздух, вынула из одежды и перенесла куда-то…

Какое-то время Рона жила одна, но так не могло продолжаться вечно. В запертые двери дома стучались подруги Роберты, взволнованные её исчезновением. С каждым днем они стучали все напористее, и Рона не знала, что ей делать. Она представляла, как её заберут к каким-то опекунам, отправят в детский дом или куда ещё похуже. Однажды вечером она собрала вещи и навсегда ушла из дома, оставив за длинным обеденным столом нетронутыми два недоеденных завтрака из шарлотки и два приотодвинутых стула, на котором валялись кимоно Роберты и пижама Роны. Через пару недель все газеты писали о таинственном исчезновении женщины и её дочери прямо из-за обеденного стола: «Инопланетяне могут похитить каждого! В любой момент! Даже не дождавшись, что вы допьёте ваш утренний кофе»…

Рона отправилась в старый замок. Какое-то время она жила в подвалах замка, до которых не добирались любопытные – они были скрыты потайными ходами. По ночам она ходила в магазин, пока однажды не заметила, что продавец как-то подозрительно смотрит на неё.

– Девочка, а ты случайно не знакома с Робертой Рей?

– Нет, – замотала головой Ронетта и убежала прочь.

После этого случая Ненси и Бернард решительно заявили, что сама судьба велит ей покинуть этот город и отправиться в Галȍ.

– И где он находится?

– Я не знаю, – ответил Бернард, – но я знаю, как туда попасть.

– В Уэльсе есть портал, – сказала Нэнси.

– В Уэльсе? Это же на том берегу реки!

Уэльс и Виллраэн стояли на разных берегах реки Равноденствия. Чтобы отправиться в другой город на пароме Роне понадобились бы деньги и документы, но показывать кому-то документы в её случае было бы опасно, а деньги у неё уже были на исходе. Ненси дала Роне набор столового серебра, некоторые свои украшения и сказала идти на север – она слышала от туристов, что где-то там, в деревне на утёсах есть человек, который подрабатывает тем, что даёт на прокат свою лодку для рыбалки.

– Денег с фамильного серебра ему хватит на новую лодку, а свою пусть отдаст тебе. И вот ещё. Это тебе от меня на память, – Ненси протянула Роне серебряный кинжал, – кто знает, кого ты там встретишь.

На следующий день Рона отправилась в деревню на северной окраине города. К вечеру она нашла старика-рыболова, который сначала не хотел соглашаться на обмен, но потом вмешалась его жена, и тогда Рона, наконец, получила ветхую лодку в обмен на серебро и бриллианты Нэнси.

Рона понимала, что времени у неё нет, и плыть нужно сегодня же ночью. Грести было очень тяжело, и она страшно устала от дальнего похода с тяжёлыми вещами за спиной. Но промедление могло дорого ей обойтись. После долгих колебаний, она приманила к себе маленькую птичку. По желанию Роны, птичка покорно села ей на локоть, словно покоряясь воле судьбы. Рона мысленно попросила прощения у птички, и ей показалось, словно та молчаливо простила её, подтверждая своё согласие отдать свою жизнь ради жизни Роны. Птица подлетела, и её охватило волшебное пламя, которое за пару секунд превратило её тело в горстку пепла, который упал в ладони Роны. Она растёрла руками пепел, взялась за вёсла, и с новыми силами всю ночь плыла к другому берегу реки.