Две недели на любовь:

Пока Адам изучал ее студию, Сиенна украдкой рассматривала его. Вдохновленная игрой света и тени на его лице, она, не удержавшись, взяла фотоаппарат. День клонился к вечеру, но света, проникающего в окна, было достаточно, чтобы сделать хорошее фото. Он стоял наполовину в тени и был демонически красив. Сиенна успела сделать два снимка, прежде чем он повернулся и посмотрел на нее:

– Я пришел сюда не для того, чтобы тебе позировать.

– Я это поняла. Итак, зачем ты пришел, Адам?

– Мне нужна твоя помощь.

Это удивило Сиену. Такого она не ожидала.

– Правда? Это на тебя не похоже.

Его глаза сузились.

– Почему ты так говоришь?

– Потому что ты не из тех людей, кто просит помощи.

– Ты настолько хорошо меня знаешь?

– Думаю, да.

Конечно, она солгала. Она была готова поспорить, что Адама не знала хорошо даже его бывшая жена. Он скрывал свои мысли и чувства. Лицо его зачастую напоминало непроницаемую маску, и можно было только гадать, что пряталось за этой маской.

Когда она, став женой Девона, впервые встретила Адама, она сразу поняла, что братья полные противоположности. Всякий раз, когда сдержанный молчаливый Адам пронзал ее взглядом, ее бросало в жар, и это ее нервировало.

– Я сожалею о том, что случилось с Девоном, – сказала она. – Я собиралась позвонить тебе сразу, как только узнала о его смерти, но я не знала, что сказать.

– Я понимаю. – Взяв маленького плюшевого кролика, которого она использовала в первой части сегодняшней фотосессии, он принялся вертеть его в руках. – Девон с тобой не очень хорошо обращался.

Ее охватило чувство вины. Ей хотелось бы возложить всю вину за неудачный брак на своего бывшего мужа, но она не могла этого сделать. Ее мать всегда говорила, что от обоих супругов зависит, будет их брак счастливым или развалится.

– В том, что наш брак распался, виноват не только Девон, – призналась она. – Я оказалась не той женщиной, которая была ему нужна.

Одна темная бровь Адама поднялась.

– Как ты великодушна.

– Нет. Я просто сказала правду. В чем дело, Адам? Мы с тобой не виделись два года. Почему ты приехал ко мне сейчас?

Бросив игрушку на столик, он повернулся лицом к Сиенне:

– Сегодня у меня была последняя подружка Девона.

Эта новость никак не задела Сиену. Она давно выбросила из сердца Девина Куинна, и не сомневалась, что после нее у него были другие женщины. Черт побери, они были у него, даже когда он был женат на ней.

– И?

– И… – повторил Адам, проведя ладонью по затылку, – она продала мне сына Девона.

– Она продала своего ребенка? – произнесла Сиенна, не поверив своим ушам. – И ты его купил? Ты действительно заплатил этой женщине за ребенка? За своего племянника?

Адам напрягся. Его темные глаза сузились, на щеке начал дергаться мускул.

– Я не могу в это поверить. Боже мой, Адам. – Сиенна подумала о маленькой Кензи Джонсон и о том, с каким обожанием ее родители смотрели на нее. При мысли о том, что сына Девона продали, как ненужную вещь, она поморщилась. – Неужели ты действительно купил своего племянника?

– Разве у меня был выбор? – произнес Адам с яростью и начал расхаживать взад-вперед по комнате. – Разве я мог оставить мальчика с ней? Черт побери, за время нашего с ней разговора она ни разу даже не посмотрела на своего сына. – Он презрительно фыркнул: – Она назвала цену и стала ждать, когда я заплачу ей деньги. Это было самое настоящее вымогательство.

Гнев Сиенны уступил место сочувствию. Адам потерял брата, а затем к нему пришла корыстолюбивая женщина с целью продать ему сына Девона.

– Она продала своего собственного ребенка, – пробормотала Сиенна, почувствовав укол боли.

Она думала, что им с Девоном все-таки удастся сохранить их брак, несмотря на все их ссоры и разногласия. Так было до тех пор, пока он не заявил, что не хочет иметь детей, потому что они будут мешать ему получать удовольствие от жизни. Ему было наплевать на чувства Сиенны, и это как ничто другое убедило ее в том, что их брак обречен.

Но затем он сделал ребенка женщине, которая не хотела иметь детей.

– Она потребовала пятьдесят тысяч долларов, – процедил сквозь зубы Адам. – Очевидно, материнство мешало ее карьере.

– Тебе не следовало платить ей ни цента.

Глаза Адама засверкали от ярости, но она нисколько не испугалось. Возможно, его гнев действовал на его сотрудников, но не на нее.

– А что, черт побери, я должен был сделать?

Сиенна пожала плечами:

– Ну, я не знаю. Передать ее полиции, чтобы ее арестовали за попытку продать собственного ребенка? Затаскать ее по судам? У тебя же полно высококвалифицированных юристов, которые сделали бы все, чтобы право опеки над племянником перешло к тебе. Но вместо этого ты просто дал ей денег.

Адам тяжело вздохнул:

– В тот момент я думал лишь о том, как поскорее забрать у нее сына Девона. Это был самый простой выход из ситуации.

– И что мешает ей вернуться и потребовать больше денег? Появляться снова и снова, давая малышу понять, что он для нее всего лишь источник заработка?

– Я не идиот, – отрезал Адам. – Мои юристы составили договор. Подписав его, она отказалась от своих родительских прав в мою пользу. Отныне я законный опекун Джека.

– Джека?

– Да. – Адам запустил пальцы в волосы, и Сиенна подумала, что впервые видит его таким взволнованным. – Очевидно, Девон хотел, чтобы его сына звали так же, как нашего отца. Но мальчик не будет знать ни своего отца, ни деда.

Сиенна вдруг прониклась сочувствием к Девону, Адаму и прежде всего к малышу. Уходя от Девона, она полагала, что навсегда разрывает отношения с семьей Куинн. Последние два года их с Адамом пути не пересекались. Они принадлежали к разным мирам. Она фотографировала некоторые здания, спроектированные и построенные Адамом, но ей удалось избежать встречи с ним.

Она сделала глубокий вдох, но это не помогло ей успокоиться.

– Полагаю, мамаша взяла деньги и убежала?

– Да. Она даже не попрощалась с сыном. Наверное, она прямиком помчалась в аэропорт, чтобы я не успел передумать.

– Что за алчная стерва? – с отвращением произнесла Сиенна.

– Именно так я и подумал.

Подойдя к стеллажу, Адам окинул взглядом реквизит и взял с полки одну из табличек.

– Итак, что ты будешь делать дальше?

Взяв кусок мела, он написал что-то на табличке.

– Именно за этим я и пришел сюда.

– Я тебя не понимаю, Адам.

Он развернул табличку, и Сиенна смогла прочитать его запись. «Мне нужна временная няня», – гласила она.

– Я по-прежнему не понимаю, при чем здесь я, – сказала Сиенна.

– Мне нужна твоя помощь.

– Моя помощь? – Ее пульс участился. Неужели он действительно хочет, чтобы она заботилась о ребенке Девона? Какого черта? Она покачала головой, затем сказала: – Я не няня, Адам. Я фотограф, и мой бизнес вполне успешен.

– Я не прошу тебя отказаться от твоего бизнеса.

– А мне показалось, что ты просишь меня это сделать.

Адам положил табличку на место.

– Послушай, Сиенна. Я понимаю, что это прозвучит странно, но ты единственная женщина, к которой я могу обратиться за помощью в этой ситуации.

– Да ладно тебе, – усмехнулась она, сев на край стола. – Монахом тебя определенно не назовешь. Уверен, ты знаешь множество женщин.

– Я знаю множество женщин, которые прекрасно подходят для секса. Но ни одна из них не способна позаботиться о беззащитном малыше.

– Не знаю, как мне следует относиться к твоим словам.

– Считай это комплиментом, – ответил Адам, проведя рукой по своим коротким волосам. – Сиенна, я знаю, что Девон плохо с тобой обращался, и у тебя нет причин для того, чтобы оказывать услугу кому-то из семьи Куинн.

– Девон был не так уж плох. И я ничего не имею против тебя, Адам.

Это было мягко сказано. Сиенна уже была замужем за Девоном, когда впервые встретилась с его братом. Она не могла отрицать, что, обмениваясь с ним рукопожатием в процессе их знакомства, почувствовала душевное волнение. Когда ее брак рухнул, она часто задавалась вопросом, что было бы, если бы она сначала встретила Адама.

– Рад это слышать, – сказал он, кивнув. – Ты нужна мне. Ты нужна малышу.

– Но Адам…

– Это ненадолго, Сиенна. Лишь до тех пор, пока я не найду постоянную няню. Ты могла бы мне помочь выбрать наиболее подходящую кандидатуру.

– Я не знаю… – Сиенна окинула взглядом студию, которую она так старательно обустраивала. Если она согласится, ей придется на время оставить все это. Но как ей может быть безразличен малыш, с которым так подло обошлась его собственная мать?

– Я заплачу тебе столько, сколько ты захочешь.

Сиенна гордо подняла подбородок:

– То, что ты откупился от матери малыша, вовсе не значит, что все женщины продажные. Мне не нужны твои деньги, Адам. Я уже тебе это говорила, когда мы с Девоном развелись. Я не взяла денег ни у него, ни у тебя. С тех пор ничего не изменилось. Я сама себя обеспечиваю и собираюсь так делать и дальше.

– Хорошо, – сказал Адам, сделав несколько шагов в ее сторону. – Я уважаю твое желание быть независимой. Оно меня восхищает. Но я тоже не могу быть у тебя в долгу, Сиенна. Что скажешь, если я помогу тебе в твоей карьере?

Сиенна издала смешок:

– Каким образом? Ты будешь мне позировать?

– Нет. – Он подошел так близко, что она почувствовала тонкий аромат его одеколона. – Твоя студия маловата.

Его слова задели ее.

– Мой бизнес весьма успешен, – сказала она.

– Никогда не следует останавливаться на достигнутом, Сиенна.

– Я не собиралась. Когда-нибудь я смогу себе позволить помещение побольше.

– Зачем ждать?

– Что?

– Я предлагаю тебе сделку. Ты поможешь мне с ребенком…

– Перестань называть его «ребенком», – перебила его Сиенна. – Ты сказал, что его зову Джек.

– Хорошо. Помоги мне с Джеком, и ты получишь студию своей мечты.

– Адам…

– Ты выберешь помещение, которое захочешь, – продолжил он, прежде чем она успела возразить. – Об остальном позаботится моя компания. Мы сделаем ремонт, оформим интерьер и оборудуем студию в соответствии с твоими требованиями.

Ее сердце бешено колотилось. Его слова повисли в воздухе подобно ярким шарам, наполненным гелием. В ее долгосрочные планы входило накопить денег и открыть большую студию, которая будет привлекать состоятельных клиентов. Она мечтала стать ведущим фотографом в Хантингтон-Бич, а может, даже на всем Западном побережье.

Если она поможет Адаму, ее мечта может осуществиться намного быстрее. Соблазн был велик. Но если она ему поддастся…

– Что? – спросил Адам. – Ты задумалась, и твои мысли не очень приятные.

– Перестань пытаться читать мои мысли, – раздраженно пробурчала она.

– Мне даже не нужно пытаться, потому что все твои мысли и чувства отражаются на твоем лице.

– Это оскорбительно.

– Я вовсе не хотел тебя оскорбить.

Она махнула рукой:

– Я просто подумала, не уподоблюсь ли я матери Джека, если соглашусь. Она использовала его для получения выгоды. Разве в моем случае будет не так?

– Нет, – решительно возразил Адам.

Посмотрев в его глаза, она поняла, что он на самом деле так считает. Но ему все равно не удалось ее убедить.

– Ты нисколько на нее не похожа, Сиенна. – Он помедлил. – Джек тебе не родственник, и никто не сможет тебя упрекнуть в корысти. Согласившись за ним присматривать, ты окажешь услугу мне.

Чувствуя, что начинает колебаться, она поспешно покачала головой и мягко сказала:

– У меня есть работа, Адам. Я не смогу одновременно ухаживать за ребенком и фотографировать клиентов.

– Я тебя понимаю, но вместе мы обязательно придумаем, как решить эту проблему.

Ничто не могло помешать Адаму Куинну получить то, чего он хотел. Девон говорил, что его старший брат подобен бульдозеру, который сносит все на пути к своей цели. Когда-то ей казалось, что Девон тоже решительный и целеустремленный, но на самом деле он не обладал ничем, кроме привлекательной внешности и обаяния. Когда ему нужно было чего-то добиться, он просто пускал в ход свои чары.

Адаму, в отличие от Девона, было наплевать на то, считают его обаятельным или нет. Он был как стихийная сила. Он пришел сюда, чтобы уговорить Сиенну ему помочь, и был близок к тому, чтобы добиться своего. Ему не было необходимости красиво улыбаться и умасливать ее. Он прямо заявил, что ему нужно и каким образом он собирается это получить.

– Я не прошу тебя бросить работу, – сказал он. – Я предлагаю тебе большую, хорошо оборудованную студию, чтобы ты смогла быстрее вывести свой бизнес на новый уровень. От тебя мне нужна лишь временная помощь.

Когда Адам произносил последнее слово, его рот слегка скривился. Он не привык нуждаться в чьей-либо помощи.

– Я подарю тебе лучшую фотостудию во всей Калифорнии, – добавил он мгновение спустя.

Он преподнес ей на блюдечке с голубой каемочкой ее мечту. Ей стоит только протянуть руку, и она получит то, чего всегда хотела. При этой мысли у Сиенны закружилась голова. Если она ему откажет, у нее могут уйти годы на осуществление своей мечты.

Она хотела принять его предложение, но это была плохая идея. Ее влечет к нему, и она не может поддаться этому влечению. Их разделяет общее прошлое, не говоря уже о духе его брата.

Адам наблюдал за ней, и она надеялась, что ей удалось сохранить непроницаемое выражение лица. Что он не заметил, как она любовалась украдкой его широкими плечами и сильными руками.

Уголок его рта поднялся, как если бы Адаму удалось прочитать ее мысли.

– Хорошо. Я это сделаю, – наконец ответила она. – Но…

– Отлично. – Отодвинув край рукава, Адам посмотрел на массивные платиновые часы, затем перевел взгляд на нее: – В котором часу ты сегодня заканчиваешь работать?

– Подожди. Нам нужно обсудить несколько вещей.

– Мы их обсудим, – спокойно сказал он. – Позже. Итак, ты освободишься?

Ей было необходимо изложить свои условия, которые ему вряд ли понравятся, но спорить с ним сейчас не имело смысла.

– Примерно через час.

– Хорошо. Я приеду к тебе домой и помогу тебе перевезти твои вещи ко мне.

Сиенна часто заморгала:

– Что? Что ты сделаешь? – Она недоверчиво покачала головой.

– Если ты собираешься заботиться о ребенке, тебе придется находиться там же, где он.

Это ей даже в голову не пришло. Почему, черт побери? Разумеется, она понимала, что ей нужно будет постоянно быть с ребенком, но она не подумала, что ей придется жить под одной крышей с Адамом.

– Давая согласие, я не подумала о том, что мне придется жить с тобой.

– Не со мной, а у меня.

– Конечно. Это совсем другое дело, – кивнула она.

В ответ на ее сарказм он шумно вздохнул:

– У меня большой дом, Сиенна. У тебя будут свои апартаменты.

Апартаменты?

Ее брови взметнулись от удивления.

– Я не знаю…

– Помни о нашей сделке. Ты выберешь для своей студии любое помещение, какое захочешь, Сиенна. Если услуги моих специалистов тебя не устроят, ты сможешь сама нанять дизайнера. – Змей в райском саду, наверное, был так же убедителен, как Адам Куинн. – У тебя будет отдельная комната для реквизита и лучшее осветительное оборудование.

– Ты продолжаешь соблазнять меня тем, на что я уже дала свое согласие. Ты находишься в столь отчаянном положении, Адам?

Сиенна была уверена, что он возразит, но он неожиданно согласился:

– Да, я близок к отчаянию. Послушай, Сиенна, мы действительно можем друг другу помочь. Итак, ты принимаешь мое предложение?

Сиенна встретилась с ним взглядом. Разве она может сказать «нет», когда в ее помощи нуждается беззащитный ребенок? Когда в обмен на заботу о нем ей предлагают студию ее мечты?

Но была еще одна причина для согласия. Причина, о которой она не хотела думать, заключалась в самом Адаме. В том, как он на нее смотрел. В тоне его голоса. Возможно, она была глупа, но она не могла перед этим устоять.

– Да, – ответила она. – Я его принимаю. Но иногда мне нужно будет встречаться с клиентами.

Облегчение, которое он испытал, отразилось на его лице.

– Хорошо. Тогда встретимся у тебя дома через два часа, и я помогу тебе отнести вещи в машину.

– Я сейчас запишу свой адрес.

– Я знаю, где ты живешь.

– Правда? – удивилась она.

Адам встретился с ней взглядом:

– Я всегда это знал, Сиенна.