- -
- 100%
- +
Интересненько, значит, помимо азари, (так себя называли «эльфы») здесь есть еще четыре расы. Поскорей бы мы начали их проходить с учителем!
Людей, тут, конечно, ждать не приходится, я тут совсем одна… Оторванный листок от леса, унесенный ураганом; маленький винтик, вывалившийся на ходу из гиганской машины…
Я слаба и точно не выживу в одиночку…
Не имеет значения, кем я была в своем родном мире, наверняка мне уже нашли замену…
Тоска схватила меня за горло, прерывая дыхание.
Так! Отставить слезы!
Только не здесь, не на виду у всех.
Может быть потом, ночью…
Вот уже начало темнеть, а повелитель все не успокаивался. Загнать себя, что ли хочет?
Впрочем, ему лучше знать, как справляться с собственными демонами…
За мной пришли стражи, и повели в мои комнаты.
Там повторилось все то же, что и вчера, и я забылась крепким сном.
Спасибо богине, никто в него не вмешивался.
Magnetic, everything about you,
You really got me now,
You do it to me so well,
Hypnotic taking over me.
«Hypnotic» Zella Day.
Так потянулись дни.
В первую половину дня я учила язык, письмо и историю, после обеда сидела у трона, а вечером читала, пока повелитель тренировался.
Я узнала много интересного об этом мире:
Год тут длится почти в два раза дольше привычного земного количества дней, шестьсот сорок три дня.
Сейчас был конец зимы, относительно скоро наступит весна.
Что касается разных рас, азари были творениями богини жизни Азы, той самой, из храма. Еще был народ драконов – вайши. Правда, драконами могли оборачиваться только члены правящей семьи мужского пола. В остальном вайши были внешне очень похожи на людей. Матерью их была богиня смерти Вайя. У ее мужа, бога подземного мира, дети были очень похожи на гномов, тоже невысокие, коренастые и выносливые. Были еще творения бога войны – рарки, и бога тьмы – шассы. Первые были весьма разнообразны. Высокие, сильные и массивные или низкорослые, юркие и мелкие. Объединяли их красный цвет глаз, черные волосы и серовато-белая кожа. Ну а шассы были расой змеелюдей. Самая закрытая и загадочная раса, они были очень замкнуты и редко покидали пределы своего континента…
И да, ни о каких людях тут и слыхом не слыхивали.
С каждым днем это все больше печалило меня, было ужасно одиноко и тоскливо…
Хоть мой навык владения местным языком возрастал, поговорить тут было категорически не с кем.
И даже дело не в том, что со мной избегали общения, друг с другом азари были такие же: холодные, отстраненные, равнодушные. Как я ни пыталась спроецировать на них живые человеческие чувства, ничего не выходило…
Пора признать, это был самообман, никакие они не люди, и я со своими потребностями в живом общении им совершенно безразлична, по крайней мере, тем из азари, кого я тут встречала, может быть есть и другие.
Я всегда любила уединение и покой, но сейчас…
Для меня стало открытием осознание того, что я не хочу быть одна, и не могу физически.
Если мне придется остаться здесь навсегда, я просто обязана попробовать стать счастливой здесь и сейчас. С повелителем, за неимением других вариантов.
Даже если кажется, что просто невозможно наладить наши отношения, я должна попытаться…
В конце концов, нам есть что друг другу дать. Возможно, если я дам ему ту физическую близость, которой он так жаждет, он согласится создать иллюзию душевной привязанности для меня?..
Проклятье, да я за возможность уже просто обнять кого-то, уже готова была многое отдать!
Вот до чего я докатилась!
Жалкая – вот точное слово, которым меня можно сейчас охарактеризовать…
Для начала, я решила присмотреться к нему, и стала чаще наблюдать за выражением его лица. Оказывается, не такое оно и каменное, глаза временами бывают очень выразительными…
А как он кружится в танце с мечами! Невероятно круто!..
Я поймала себя на том, что любуюсь им, и даже больше…
Что поделать, я не девица, и потребности моего тела никуда не делись…
Он поймал меня за подглядыванием за ним, и, к моему стыду, кажется, уловил мое возбуждение.
Выражение его лица в этот момент меня испугало.
Повелитель растянул губы в хищной улыбке, и это был первый раз, когда я увидела что-то похожее на радость на его лице.
Ланна.
На следующий день случилось кое-что необычное и интересное.
Вернулся наследник Тинтуриэль, сын повелителя от первого брака.
Как сказал мне мой учитель, все это время он странствовал по миру, и это была официальная версия.
Неофициальная же была очевидна с первого взгляда – Тинтуриэль ненавидел отца и не скрывал этого.
Наследник явился в зал приемов без разрешения, нарушив очередность просителей.
– А, Тинтуриэль, это ты. Вернулся,– прохладно сказал повелитель.
– А ты, как всегда, мастер говорить очевидные вещи, отец,– насмешливо ответил ему сын.
Я не смогла сдержать улыбки, чем привлекла внимание наследника.
У него было удивительно живое лицо. Может, дело было в возрасте? Повелитель, хоть и взошел на трон очень рано по меркам азари, годился мне в пра-, пра– и еще десять раз пра-дедушки, еще когда женился в первый раз. Сейчас то вообще, я старалась не думать о том, сколько ему, и сколько мне, и какая пропасть между нами…
– Так это правда! – с любопытством глядя на меня, сказал Тинтуриэль.
– Я как узнал про новую призванную повелительницу, тут же примчался. Ни за что не пропущу такое веселье!
После чего он самовольно встал слева и чуть позади трона повелителя.
– Когда же закончится этот возрастной кризис?..– тихо пробормотал Араниэль.
Или мне показалось?..
Сразу после того, как поток посетителей иссяк, наследник незаметно ускользнул, и вечернюю трапезу мы делили с повелителем на двоих.
Кстати, с сегодняшнего дня за общим столом.
Это немного смущало, неужели эти перемены из-за вчерашнего?
Но в целом, все было как обычно, только молчание было уже не гнетущим, а скорее выжидательным. Он был похож на хищного зверя в засаде… Такое впечатление он произвел на меня, когда я случайно встретилась с ним взглядом…
На традиционной вечерней тренировке повелителя, я, как обычно, раскрыла очередную книгу, углубившись в поэму местного классика.
– Никогда не видел его таким.
Я дрогнула, выпустив от испуга книгу из рук.
– Осторожнее!
Книге не дали упасть.
Подхватив у самого пола, Тинтуриэль протянул ее мне.
– Ты опоздал на тренировку,– сказала я, чтобы замять этот инцидент с моей неловкостью.
– Я был на могиле матери,– при этих словах лицо наследника окаменело.
Черт! Только хуже сделала!
– Мне очень жаль…
– В бездну твою жалость! – запальчиво бросил он мне, и стремительно сбежал по лестнице вниз.
Подхватив со стойки меч, Тинтуриэль влился в общую массу тренирующихся. Очень скоро отец и сын скрестили мечи.
Когда я наблюдала за их поединком, мне стало не по себе. Тинтуриэль выглядел так, будто был готов убить отца. Повелитель, к моему облегчению, обладал не меньшим мастерством владения мечом, и легко отбивал удары.
В результате, опыт и расчет одолели молодость и горячность. Я облегченно перевела дух и вернулась к книге.
Ланна.
После этого дня будни немного изменились. Тинтуриэль был с нами всю вторую половину дня, только ел где-то отдельно.
В воздухе уверенно запахло весной. В один день, как по команде, на деревьях распустились цветы и почки. За обедом я обратилась к повелителю с просьбой погулять в парке. К моей радости, он не отказал, только дал сопровождающего, чтобы не заблудилась и не ушла слишком далеко.
Теперь после ужина я частенько гуляла в парке, любуясь местной природой. Старалась ничего не трогать, но любовалась пробуждающейся жизнью с огромным удовольствием.
Надо попросить учителя вместо скучных новелл дать мне почитать справочник по местным растениям…
Завернув за очередной благоухающий куст, я внезапно наткнулась на Тинтуриэля. Он стоял посреди чудесной круглой беседки из белого дерева. Я попыталась тихонько сдать назад, чтобы не мешать погруженному в свои мысли азари. Но он заметил меня.
– Это было любимое место моей матери, – сказал он.
Мы помолчали.
Помятуя прошлый раз, свои соболезнования решила оставить при себе.
– Здесь действительно очень красиво! – искренне сказала я.
Этот уголок сада был очень уютным, а обилие цветов и изящно-невесомая ажурная форма беседки, делали его и вовсе сказочным.
– С ранней весны до поздней осени тут всегда цветы. А зимой она приходила вечерами и пускала хоровод огоньков танцевать среди снега и веток…– сказал наследник, невидяще глядя в пространство перед собой.
Наверное, представлял, как это было когда-то давно, еще до его рождения…
Я подошла и села рядом с ним.
– Расскажи! – вдруг, неожиданно потребовал он.
– О чем? – такая резкая перемена темы сбила меня с толку.
– О том, что между тобой и отцом.
– Это слишком личный вопрос!
Я уже пожалела, что пришла сюда.
– Задай его своему отцу сам.
Наследник ухмыльнулся:
– Я задавал. Он послал меня в такие места, которые прекраснейшим девам знать не следует. Впервые вижу, чтобы он так заводился просто при упоминании чьего-то имени…
Я промолчала, посвящать Тинтуриэля в подробности своей личной жизни не буду, и точка.
– Не хочешь говорить? Тогда попробую сам восстановить события,– произнося задумчиво эти слова, он расслабленно откинулся назад, закладывая руки за голову.
– Все началось с того, что отец решил вновь жениться. Северные кланы давно хотят упрочить свое влияние, и глава Ангрим таки почти пропихнул свою наследницу в повелительницы. Но что-то пошло не так, кто-то помешал этому, но кто способен на такое? Фактически, только богиня-покровительница.
Я поежилась при последних его словах.
Этот хитрец, искоса поглядывающий за моей реакцией, понял, что напал на верный след и продолжил рассуждать:
– Невеста убежала из храма, но церемония прошла в срок. И, внезапно, буквально из ниоткуда, появляешься ты – призванная.
Резко вся его расслабленность пропала.
Он подался ко мне, схватил за плечи и, приблизив свое лицо к моему на грани допустимого, спросил с нажимом:
– Почему?!
Мы так и застыли, молча ведя диалог взглядов.
Наверное, он имеет право это знать…
– Потому, что он сжульничал. Боль твоей матери вернулась к нему,– глядя в его глаза, ответила я.
Меня он отпустил и, поднявшись, прошелся туда-сюда, обдумывая мои слова.
– Как тебя зовут? – неожиданно спросил Тинтуриэль.
Богиня, эти резкие перемены темы разговора… К ним очень сложно привыкнуть!
– Я тут подумал, очень странно то, что никто не знает имени новой повелительницы.
– Какая разница как меня звали в прошлой жизни, в моем мире. Не хочу вспоминать это имя. Оно разбудит прошлое, которое причинит мне только боль…
Я подняла взгляд к уже розовеющему небу.
– Так получается, у тебя нет имени? – продолжал допытываться он, сев снова рядом и подавшись ко мне всем корпусом.
– Получается, так,– равнодушно ответила я.
Нет, правда, какая разница?
Призванная и призванная, хоть горшком обзовите, мне как-то фиолетово…
– Тогда ты не против, если я дам тебе имя?
Наследник приблизил свое лицо так близко к моему, что на дне его глаз я разглядела огоньки. Я невольно насторожилась. Кто знает, может это имеет какое-то ритуальное значения, а я, как иномирянка, о нем и не подозреваю?..
– Я сам дам ей имя! – со стороны раздался очень недовольный голос повелителя.
Черт! И как давно он тут стоит?!
Он смотрел на нас тяжелым, не предвещающим ничего хорошего взглядом.
– Доброго заката, отец! – расплылся в фальшивой улыбке Тинтуриэль.
– А мы как раз болтали с твоей призванной. Удивительно милая девушка. Ты ее не достоин!
– Со своей женой я разберусь сам! – выделяя последнее слово, с нажимом произнес повелитель. А потом посмотрел на сына, выразительно так.
Тинтуриэлю ничего не оставалось, как уйти.
На прощание он мне подмигнул.
Подмигнул!
Этот жест был настолько земным и знакомым, что я не удержалась от улыбки. Но она быстро растаяла, когда я наткнулась на слишком пристальный взгляд повелителя.
– Сколько тебе лет? – неожиданно спросил он.
Я опустила глаза, в результате нехитрых подсчетов переводя короткие земные года на время этого мира. Получалось совсем мало!
Но ответила я честно:
– Пятнадцать.
От моего ответа он даже отшатнулся, как будто ударили его.
Надолго воцарилось молчание.
– По меркам моей расы я совершеннолетняя, – не могла не добавить я.
Так, на всякий случай. Еще не хватало мне опекуна для полного счастья.
Это, кажется, не слишком помогло, повелитель Араниэль все еще был в глубоком шоке.
– Ты лжешь, в пятнадцать невозможно быть совершеннолетней! – наконец, с видимым трудом, выдавил из себя он.
Тяжело вздохнув, я повторила ту самую клятву, которую давала ему в первый день в этом мире.
После чего предельно честно сказала:
– Мне пятнадцать по вашему летоисчислению, и я совершеннолетняя. По сравнению с азари моя раса короткоживущая.
И сколько вы живете? – он отвернулся, скрывая от меня выражение своего лица.
– Пятьдесят лет.
Показалось, или он дрогнул?
Стоял долго, уже совсем стемнело, когда он двинулся в сторону выхода из сада, и я привычно последовала за ним.
Примерно шагов через десять он сказал в сторону:
– Проводи призванную в ее комнаты.
После чего он свернул в другую сторону и быстро скрылся из виду.
Из кустов вынырнул мой сопровождающий.
Ясненько, вот кто сдал повелителю про наши посиделки с Тинтуриэлем.
Правда, примерно этого я и ожидала. Ну какая из меня повелительница? Я им тут всем, кроме Тинтуриэля в пра-, пра– и еще десять раз «пра», правнучки гожусь…
Араниэль.
Я шел, сам не глядя куда…
Ноги занесли меня в места уединения моей юности – лабиринт переплетения ветвей в кронах деревьев.
Как давно я тут не был?
Очень давно…
Невозможность смириться со скорой смертью призванной повергла меня в шок.
Кажется, вот оно – решение проблемы, подождать каких-то тридцать пять лет…
Миг в жизни азари…
И все решится само собой, я вновь стану свободным…
Но, надо признать, я не справлялся с этими новыми чувствами, что проснулись во мне после обряда…
Богиня, каким же я был глупцом!
Как можно было принять это дитя за взрослую? Меня обманули ее взрослое тело и здравомыслие. Для своего возраста она вела себя образцово и благоразумно, хоть я и улавливал по нашей связи отголоски грусти и тоски с ее стороны.
Когда вернулся сын, все стало очевидно.
Глядя на этих двоих рядом, невольно подмечаешь схожесть в поведении: порывистость, несдержанность, неумение скрывать чувства.
Но пятнадцать! Это уже слишком!..
С другой стороны, это уже много, если осталось всего тридцать пять…
Я шел и шел прочь от великого древа, намеренно стремясь пересечь невидимую черту.
Хотел ощутить боль, желал ее, в стремлении наказать самого себя.
Довольно извращенное желание, но я хотел, чтобы эта боль стала моим помощником, встряхнула и позволила как можно быстрее прийти в себя.
Так мало времени!
Очень неприятное и непривычное чувство для того, у кого всегда была вечность в запасе…
Взбежав по ветвям на верхушку очередного дерева, я поднял глаза к небу.
Непонятно, видение это, посланное богиней или порождение моего воспаленного мозга, но я внезапно увидел, что будет через тридцать пять сезонов…
Она лежала, утопая в белых цветах, а я стоял над ней, не в силах наглядеться в последний раз. Бутоны и лепестки падают сверху, пока не скрывают ее тело полностью, потом черед земли. Под напором магии, почва проседает, и я кладу семя белого дерева напротив ее сердца, поливая живой водой священного озера и слезами…
Что?..
Я провел рукой по лицу, ощущая влагу под пальцами.
Как нелепо…
Не прощу себе сегодняшнему ни единого удара сердца, потраченного впустую!
Тридцать пять лет – это слишком мало, я найду способ продлить этот срок!
Не буду спать ночами, истрачу все свои сокровища, но найду!..
Горизонт на восходе светлел.
Я принял новый день и новую жизнь, да будет так!
Возвращаясь, позволил себе пойти на поводу у своих желаний, повернул в сторону ее покоев.
Она лежала, раскинув руки, волосы разметались и спутались, а выражение лица было таким умиротворенным и расслабленным…
Хотелось обвести его контур, зарыться пальцами в волосы, чтобы ощутить их мягкость.
Я склонился над ней, но тут она пошевелилась, сонно потягиваясь. Глаз не открыла, но сон ее уже не был крепок… И я позорно сбежал, как какой-то мальчишка, застигнутый на краже сладостей.
На выходе прислужницы склонились в поклоне, ожидая новых распоряжений.
– Переезжаете сегодня в покои повелительницы. Подготовьте все необходимое, – сказав это, я стремительно помчался в сторону своих комнат.
Надо спешить, чтобы закрыть все текущие дела и перепоручить советникам обязанности.
Государственные дела подождут, и без моего плотного участия справятся, давно пора дать шанс проявить себя некоторым подающим надежды азари…
«You can be cool, you can be shy
Say what you want, say what you like
‘Cause ooh, your body talks, your body talks
Ooh, ooh, your body talks…»
«Body Talks» The Struts feat Kesha.
Ланна.
Проснулась я с необычным чувством, мне снилось что-то важное, но вспомнить сон не удавалось…
Ерунда какая!
Я стряхнула с себя остатки дремы, и привычно доверила свое тело в волшебные руки девочек. Ни разу они не ошиблись с подбором наряда, а волосы после их работы не спутывались и не мешали целый день.
Когда с наведением красоты было покончено, улыбнулась и, как и всегда, похвалила их за отличную работу.
На уроках сегодня разучивали классическую оду. Тоска, конечно, но я заметила, что мое произношение стало намного лучше. Еще бы и учитель это заметил, но от этого сухаря не дождешься…
А во время обеда меня ожидал приятный сюрприз.
– Ты умеешь ездить верхом? – спросил повелитель.
От неожиданности я чуть не поперхнулась соком.
Он заговорил со мной первым?!
Сегодня выпадет снег, не иначе…
Да, кстати, надо его предупредить, что пугать так людей во время еды, опасно, можно и насмерть подавиться. Что-то мне подсказывало, что у азари такой физиологической проблемы не было и быть не могло…
– Нет, мой повелитель,– с задержкой ответила я.
– Хочешь попробовать?
Разумеется, я ответила ему:
– Да, очень хочу!
Я подняла на него полный смутной надежды взгляд.
Может, между нами еще не все потеряно?..
Выражение его глаз не было привычно холодно-отстраненным, он смотрел на меня с теплотой.
Невозможно!
Повелитель, которого я знаю, не может так смотреть! Я просто не верила своим глазам.
Что могло измениться всего за одну ночь? Неужели наш вчерашний разговор – причина такой перемены?..
Зрительный контакт неприлично затянулся, и, покраснев, я опустила взгляд в тарелку. До самого конца обеда я больше не поднимала глаз, мне нужно было немного времени, чтобы привыкнуть к таким резким переменам.
Но опомниться мне толком не дали.
Когда с едой было покончено, он взял меня за руку и куда-то повел.
Я не знала, куда девать глаза, казалось, что все вокруг пялятся на нас. Мое лицо пылало, как раскаленная печка.
Возьми себя в руки! Подумаешь, что тут такого? Мы ведь женаты, так? И сейчас точно ничего постыдного не совершаем… Ведь так?..
Его ладонь была теплой, шершавой, твердой и очень сильной, но держала мою, подрагивающую от волнения, очень осторожно…
Сбитая с толку, я плохо запоминала, куда мы идем, и зря, здесь было очень интересно – в эту часть древа заходить мне еще не приходилось.
Шли мы довольно долго, по сторонам начали мелькать помещения явно хозяйственного назначения.
Наконец, мы вышли к коридору, из противоположного конца которого до нас доносились отдаленные звуки, похожие на лошадиные всхрапы и ржание, в нос ударил незнакомый мускусный запах животного.
Это были конюшни, но, конечно, в стойлах стояли вовсе не привычные земные лошади. Заглянуть в них не было никакой возможности, и я вся извелась от любопытства, пока мы наконец-то дошли до выхода на открытый воздух.
Повелителю подвели волшебного скакуна. Я смотрела на него во все глаза.
Ослепительно-белый синеглазый красавец!
Больше всего он походил на единорога из европейских легенд. С той только разницей, что белых витых рога у него было три. Два длинных на макушке, и один, поменьше, на лбу. Морда животного была почти как у земной лошади.
– Можно? – благоговейно спросила я у повелителя, протягивая руку к этому чуду.
Он кивнул, и я прикоснулась к фантастически мягкому бархатному носу.
Зверь этот именовался «трирогом», так можно было перевести его название с языка азари.
Красавчик зафыркал, а потом лизнул мои пальцы. Намек я поняла.
– Извини, мой хороший, сегодня у меня для тебя ничего нет, – досадуя на себя, прошептала я. Могла бы и догадаться, что для верхового животного надо захватить угощение.
Я гладила теплую морду, шептала на белое ушко ласковые слова, а сама не могла наглядеться на это удивительное существо. Он был просто огромным, совершенно точно намного больше земных лошадей. Белая грива волной спадала по одну сторону его шеи, а хвост был длинным и гибким с пушистым кончиком…
Удивительное, потрясающее, волшебной красоты существо!
За моей спиной тихо кашлянули, и я вдруг вспомнила о повелителе.
Он же ждет! Вот ведь, от восторга умудрилась забыть обо всем!
Надеюсь, он не сердится…
Я осмелилась поднять на него глаза. Хвала богине, следов раздражения на его лице заметно не было. Надо же, он даже чуть улыбался…
Сильные руки подхватили меня и подняли на спину трирога.
От испуга я вцепилась в мягкую гриву, запоздало отмечая отсутствие седла и поводьев. Позади меня на скакуна легко запрыгнул повелитель. Придерживая и страхуя от падения, его ладони обхватили мою талию.
Как же мы поедем, спохватилась я, поводьев то нет? Но я зря волновалась, трирогу они были не нужны. Не знаю, как седок управлял им, коленями, пятками или вообще силой мысли, но вел себя скакун образцово. Лишь изредка косился на нас хитрющим синим глазом.
Я сидела боком впереди, и старалась не думать о том, что меня сейчас почти что обнимают под предлогом страховки. Пока мы ехали по улицам города, мне было ужасно неловко. На нас глазели, но, хвала богине, длилось это недолго. Трирог прибавил шаг, и, миновав полосу особо плотно стоящих деревьев, мы выехали в обычный лес.
Как тут было красиво! Многие деревья цвели, роняя на нас белые, розовые и голубые лепестки. Я подставляла ладонь, чтобы поймать их…
Вдали послышался звук текущей воды. Он все приближался, и, вскоре, мы выехали на берег быстрой речки. Затем трирог прошел шагом вдоль стремнины, вниз по течению.
Капли взбивались и дробились в свете двух солнц, рождая крошечные радуги. Вода из-за бурного течения была скорее белой, восхитительно пахло свежестью…
Мы выехали к крутому склону, скорее даже обрыву. Речка водопадом устремлялась вниз, впадая в большое круглое ярко-бирюзового цвета озеро. Я посмотрела на короткую радугу, выныривающую из основания водопада.
Красотища! И почему я сиднем сидела во дворце-древе? Давно надо было попросить повелителя о прогулке!..
– Нравится? – спросил повелитель.
– Да, очень!
Я подняла на него сияющие от восторга глаза.
Медленно он склонился ко мне… Мгновенно меня бросило в жар.
Он хочет меня поцеловать!
Секунды шли, но он больше не двигался. Приблизив свое лицо максимально близко к моему, смотрел в мои глаза и чего-то ждал…
Вспомнила! Богиня же говорила о первом поцелуе, я должна дать на него разрешение…
А если просто самой поцеловать его?.. Черт, тогда богиня точно будет недовольна! Но я сама этого хочу!..
В нерешительности я закусила губу.
Наши дыхания почти смешивались, преодолеть самой каких-то пару сантиметров и…
А ну-ка стоп! Неужели он думает, что можно несколько месяцев вести себя по-свински, а потом после одной единственной прогулки, я сразу же прыгну к нему в объятия? И ведь даже не сказал ничего, хоть бы маленький комплимент завалящий!
Я накручивала себя, пытаясь преодолеть волшебство момента.
Наверное, просто была не готова и испугалась…
А может, я просто глупая, мда…
На удивление, повелитель не рассердился. Наоборот, когда выражение моего лица стало сердитым, он звонко рассмеялся, запрокинув голову назад.