Виновница торжества

— Давайте не сейчас, — он всё же поднял глаза, прищурившись посмотрел на меня, — Архивы будут чуть позже, если это всё, могли бы вы покинуть кабинет, — вздёрнула на него брови вверх, внутри меня всё рвало и метало меня.

— Хорошо, — я выдала очень резко и жёстко, захлопнув за собой стеклянную дверь, которая слегка задребезжала.

Все в офисе сразу обратили на это внимание, как и сам Кристиан.

Подойдя к рабочему месту, я с психом бросила блокнот, взяла сумку и поспешно удалилась на обед.

Выйдя из лифта, я не замечала никого вокруг — во мне бушевал ураган эмоций. «Зачем он сначала такой милый, даже флиртует, а потом снова возводит стену...» — потерявшись в своих мыслях, не заметила, как столкнулась с другим человеком плечом. Начала разворачиваться.

— Извини…те, — я увидела перед собой его, того парня из клуба.

— Это вы меня… — он растворился в улыбке, — Какая неожиданность, — произнёс моё имя, — Лэйн.

— Дэвид, — воспоминания дали о себе знать, и сердце забилось быстрее.

— Я всё думаю, как же мне найти тебя, — почесав свой подбородок, — Но судьба знает, когда мне помочь, — голос его был бархатным.

— Думаю, я тогда дала понять, — уже улыбнулась коварно я и начала разворачиваться.

Он поймал меня за руку.

— Стой, — легко потянул к себе, удивлена была такому жесту, я постаралась его остановить, — Давай попробуем ещё раз, — Дэвид сделал нежный взгляд, вымаливая у меня.

— Я подумаю, — сделала хитрую улыбку, но взгляд поменялся как у тигра, краем губ парень улыбнулся.

— Хочу, чтобы ты пошла со мной на ужин сегодня, — я посмотрела на Дэвида и подумала над его предложением.

— Ладно, — закусила губу, я собралась уже уйти, и он меня окликнул.

— Давай номерами обменяемся, чтобы я снова тебя не потерял, — достал он смартфон из кармана чёрных джинс.

Я сказала свой номер, он ещё что-то потыкал и повернул экраном ко мне. Там был мой номер, и было написано «Ведьмочка❤️». Я хмыкнула на это название.

— Тебе понравится наш ужин, обещаю, — подмигнул он.

— Не будь так уверен, — крикнула я ему и вышла из здания, достала телефон и подписала как «Ненормальный😈».

Но чувства были интересными, моя внутренняя тёмная часть ликовала. Я быстро дошла домой на этом предвкушении.

Не спеша я вошла в душ, позволив воде стекать по телу, расслабляя мышцы после длинного дня. Телефон завибрировал на раковине — сообщение от Дэвида:

«Буду к восьми. Готовься, ведьмочка.»

Я закатила глаза, но уголки губ непроизвольно дрогнули.

Посмотрев на часы, поняла — у меня ещё полно времени, чтобы собраться.

Душ длился дольше, чем я планировала: двадцать минут тёплой воды и полное отключение от мира.

Телефон снова зазвонил. Я выключила воду, вытерла руки и ответила.

— Я дала тебе номер не для того, чтобы ты звонил каждые пять минут, — произнесла я, пытаясь скрыть улыбку.

— Ведьмочка, прости, — в голосе Дэвида звучало нарочито виноватое веселье. — Я тут… рядом с твоим домом. Пустить по нужде? Или ты предпочитаешь, чтобы я сделал это прямо под твоими окнами?

Я подошла к окну, отдёрнула штору — и действительно, он стоял внизу, подняв голову и хитро улыбаясь.

— Заходи уже, — бросила я и закатила глаза.

— А ты что, мокрая? — прошептал в трубку, поддразнивая.

— Ещё слово — и не впущу! — отрезала я и сбросила звонок.

Скинув с себя полотенце, я быстро надела шёлковый красный халатик, тот, что мягко скользит по коже и слишком многое показывает.

В дверь постучали. Я приоткрыла — и встретила его взгляд.

Дэвид замер. Его глаза скользнули по мне медленно, изучающе, и по челюсти прошла напряжённая линия.

— Если ты пойдёшь так, — хрипло сказал он, — я не гарантирую, что вечер закончится за ужином. Хотя… я не против.

— Ванная там, — отрезала я, указывая пальцем в сторону, и развернулась, чувствуя на себе его взгляд.

В спальне я достала из ящика кружевное красное бельё, то самое, которое всегда придавало мне уверенности. Накинула на себя комплект, застегнула пояс для чулок, медленно натянула чулки — движение за движением, почти ритуал.

— Беру слова назад, — прозвучало за спиной. — Теперь я точно не поужинаю.

Я вздрогнула. Дэвид стоял в дверном проёме, опершись плечом о косяк. Его взгляд скользил по мне, как прикосновение, и в нём не было ни тени стыда.

— Выйди! — приказала я, прикрываясь руками.

Он усмехнулся, поднял руки в притворной капитуляции и лениво пошёл прочь.

— Но, ведьмочка, предупреждаю, ты ещё пожалеешь, что выгнала меня, — пробормотал он на ходу.

Я выдохнула, приводя дыхание в порядок, и быстро оделась: длинная кожаная юбка с разрезом чуть выше колена, алый шёлковый топ, чёрные туфли на шпильке. Волосы уложила лёгкими волнами, подчеркнула глаза стрелками и нанесла на запястья каплю Tom Ford Cherry Smoke — тёплый, вишнёвый, чувственный аромат, который идеально подходил под настроение вечера.

Когда я вышла из комнаты, Дэвид уже сидел на диване, раскинувшись с видом победителя. Его взгляд прошёлся по мне медленно, как огонь по бумаге.

— Лэйн, ты удивляешь меня всё больше, — его голос стал ниже, будто бархатный.

— Вставай, — сказала я спокойно, проходя мимо.

Он послушно поднялся, и теперь я смотрела на него сверху вниз.

— Дамы вперёд, — усмехнулся он, жестом показывая на дверь.

Я брызнула на себя ещё немного духов и, проходя мимо, уловила, как он вдохнул аромат, чуть прищурившись.

— Вишня с огнём, — прошептал он. — Тебе идёт.

Я ничего не ответила, лишь хищно улыбнулась.

Через полчаса мы уже сидели в Wayfare Tavern, одном из старейших ресторанов Сан-Франциско. Атмосфера была уютной и полумрачной, с мягким светом ламп и ароматом обжаренного перца и вина.

Дэвид заказал виски, а я — бокал Шабли. Он наблюдал за мной из-за края стакана, улыбаясь уголком губ.

Наш вечер проходил удивительно спокойно — без намёков, без дешёвых фраз, без попыток казаться тем, кем не являешься.

И всё же в голове билась мысль: «Либо он тогда просто играл роль мачо, либо сейчас прячется под маской прилежного парня.»

Он был сдержан, даже слишком — будто намеренно не позволял себе перейти границы.

Мы заказали ужин: Дэвид выбрал стейк рибай средней прожарки с перечным соусом, я — пасту с трюфельным маслом и бокал белого вина.

Он ловко наливал вино в мой бокал, улыбаясь уголком губ, и каждая мелочь — движение руки, взгляд, лёгкий наклон головы — выглядела как тонкий, рассчитанный флирт.

— Вижу, у тебя изысканный вкус, — сказал он, когда официант поставил блюда.

— Не только в еде, — ответила я спокойно, отпивая глоток вина.

Он хмыкнул, не сводя с меня взгляда, а в его глазах скользнула искра, слишком знакомая, чтобы не заметить.

Позже в зале заиграла знакомая мелодия — медленные первые ноты Нины Симоне Feeling Good.

Я застыла, улыбнулась и прикрыла глаза.

— Боже… как же я обожаю эту песню, — прошептала я, чувствуя, как по телу пробежали мурашки.

Когда я открыла глаза, Дэвид уже стоял, протянув мне руку.

— Потанцуем, ведьмочка? — спросил он с той самой хищной полуулыбкой.

Отказать было невозможно.

Он знал, что я вспомнила тот вечер в клубе.

Мы вышли в центр зала, где лишь несколько пар медленно двигались под музыку. Свет приглушили, оставив мягкое свечение от ламп.

Он положил ладонь мне на талию, уверенно, но не грубо — и притянул ближе, так что я ощутила его дыхание у своего виска.

— Понравился наш танец тогда? — шепнул он низко, голосом, от которого по коже пробежал ток.

— Он был… неплох, — ответила я, хотя внутри знала, что тот танец жёг меня изнутри.

— Неплох? — он усмехнулся. — Тогда я, пожалуй, попробую сделать лучше.

Он плавно провёл ладонью вдоль моей спины, направляя мои движения.

Мы двигались медленно, чувствуя ритм друг друга: шаг — дыхание — взгляд.

Он прижимал чуть ближе, чем позволяли приличия, но делал это так естественно, будто это было продолжением самой песни.

Мир вокруг будто растворился — остались только его ладони, тепло его груди и голос Нины, разливающийся бархатом по залу:

“It’s a new dawn, it’s a new day, it’s a new life… for me.”

Я подняла взгляд, наши глаза встретились, и на секунду дыхание остановилось.

Его рука легла на мою щёку, большой палец скользнул по коже — медленно, сдержанно, словно он боролся сам с собой.

— Опасно вот так смотреть на меня, — прошептал он, его губы почти касались моих.

— А ты привык, что на тебя не смотрят? — тихо ответила я.

Он усмехнулся, не отпуская.

И в этот момент весь танец превратился в игру — между желанием и запретом, между дыханием и шагом, между тем, кто первым сорвётся.

Внутри всё трепетало. Мне хотелось сорваться, но совесть всё ещё тянула за рукав, шепча: «Некрасиво так играться, Лэйн…»

Но тут же появилась другая мысль — дерзкая, вызывающая: «А разве красиво — сначала флиртовать, а потом превращаться в бездушного камня?»

Я ухмыльнулась. Конечно, Дэвид меня привлекал — не только внешностью, но этой животной решительностью, прямотой, тем, как он действует, а не говорит. И да, этот его тигриный взгляд… чёрт.

Я невольно заулыбалась, садясь за стол. Дэвид галантно отодвинул стул, и, заметив мою улыбку, прищурился.

— Похоже, всё понравилось? — спросил он, усаживаясь напротив.

— Возможно, — я взяла бокал вина, сделала глоток и посмотрела на него поверх края, не отводя взгляда.

Он слегка приоткрыл рот, наблюдая за каждым моим движением.

Между нами будто натянулась невидимая нить — лёгкое напряжение, игра без слов.

Позже, когда официант убрал посуду, а свечи на столе догорели до половины, мы неспешно вышли из ресторана. Ночь в Сан-Франциско дышала жизнью: влажный воздух, редкие машины скользили по асфальту, как тени, в отблесках уличных огней, а с океана тянуло прохладой. Вдалеке мерцал мост, и город напоминал декорацию к фильму — слишком красивый, чтобы быть реальностью.

— Сегодня тебя не узнать, — сказала я, глядя на него. — Тогда ты был совсем другим. Более открытым. А сейчас — весь из себя правильный. Зачем?

Он засунул руки в карманы и чуть склонил голову набок.

— Мне показалось, что моё настоящее «я» тебе не по нраву. Решил поэкспериментировать, — в его голосе прозвучала усмешка. — Но, судя по всему, даже так я тебя зацепил.

— Не знаю, — ответила я, отворачиваясь, чтобы скрыть улыбку.

«Конечно, зацепил, наглец…»

Дэвид внезапно замедлил шаг. Его глаза вспыхнули — в них промелькнула искра, почти опасная.

Он взял меня за руку, крепко, уверенно.

— Куда мы идём? — спросила я, стараясь не отставать.

Он не ответил, только оглянулся и подмигнул.

Мы свернули в боковую улицу, где неоновые вывески мигали отражением на мокром асфальте. У стены стояла железная дверь, рядом — двое здоровенных охранников.

Дэвид лишь кивнул одному из них, и спустя секунду за дверью раздался глухой бас — клубная музыка пробивалась наружу.

— Это клуб? — я наклонилась ближе, перекрикивая шум.

— Да, ведьмочка, — прошептал он прямо у уха, его дыхание обожгло кожу. — Добро пожаловать в мой мир.

Он потянул меня за собой внутрь.

В помещении воздух был густым от запаха алкоголя, пота и дыма. Свет переливался алым и синим, отражаясь в бокалах и волосах танцующих. Бар переливался огнями, а за стойкой стоял высокий бородатый бармен.

— Четыре шота текилы! — крикнул Дэвид.

— Сейчас будет, брат, — ответил бармен, уже доставая бутылку.

— Я так понимаю, ты тут частый гость? — спросила я, скрестив руки на груди.

— Сказал бы — хозяин этого хаоса, — ухмыльнулся он.

Бармен поставил перед нами рюмки, каждая с долькой лайма сверху. Дэвид поблагодарил его коротким кивком и повернулся ко мне.

— За прекрасный вечер, — произнёс он, и, не отводя взгляда, слизнул языком соль с края рюмки, одним движением выпил текилу и закусил лаймом.

Я смотрела заворожённо. Всё в его движениях было уверенным, медленным, почти хищным.

Чтобы отвлечься, я повторила за ним: соль, глоток, лайм.

Горечь обожгла горло, но потом пришло приятное тепло.

Дэвид усмехнулся.

— Быстро учишься, ведьмочка, — произнёс он, и его рука мягко скользнула по моему запястью.

Он снова взял рюмку, поднял её между нами и прошептал:

— За тебя, Лэйн.

Выпив до дна, он придвинулся ближе, будто хотел уловить мой аромат. Но первой уловила я его — тёплый, терпкий, с нотами табака и древесного дыма. На нём явно был Givenchy Gentlemen Reserve Privée — тот самый запах, в котором бурбон переплетается с ирисом и пачули, оставляя за собой след, от которого кружится голова.

Запах силы, уверенности… и опасности.

Он отстранился буквально на пару сантиметров — ровно настолько, чтобы наши дыхания смешались. Моё сердце забилось в висках.

— Дэвид… мне нужно отлучиться, — прошептала я, с трудом выдыхая.

Он чуть улыбнулся и указал глазами в сторону — мол, туда.

Я отошла, наконец возвращая себе контроль.

Клуб жил своей жизнью: тела двигались в такт басам, свет резал глаза неоновыми вспышками, бар переливался огнями, а я пробиралась всё глубже — туда, где музыка уже звучала глухо и стены светились розовым неоном.

И вдруг — чья-то рука схватила меня за запястье и потянула в тёмную комнату.

— Тише, — раздался знакомый низкий голос, — это я.

Дверь захлопнулась.

Глаза привыкли к полумраку, и я увидела его — половину лица освещал красный свет, вторая тонула в тени.

— Не хотел пугать, — он шагнул ближе, так, что наши силуэты почти слились.

Я не отпрянула. Наоборот — внутри вспыхнул огонь, тёплый и опасный.

— А что ты хотел, Дэвид? — прошептала я, глядя прямо ему в глаза.

Ответа не последовало. Только движение.

Он запустил пальцы в мои волосы, сжал их у основания, и его губы обрушились на мои. Поцелуй был жадным, тёплым, без намёка на осторожность. Его язык коснулся моего, и всё вокруг исчезло — остался только он и нарастающее пламя внутри.

Его ладонь скользнула по моей талии, сжимая кожу сквозь ткань. Воздуха стало мало.

Когда он наконец отстранился, я едва успела вдохнуть — Дэвид взял меня за руку и повёл к кожаному дивану в углу.

Он опустился передо мной на корточки, взгляд прожигал насквозь.

— Не отворачивайся, — тихо сказал он.

Его пальцы коснулись моей щиколотки, потом медленно скользнули вверх, и каждая точка его прикосновения будто вспыхивала под кожей.

Он целовал мою ногу — мягко, с нарастающей уверенностью, поднимаясь выше, к внутренней стороне бедра…

Из меня вырвался тихий, дрожащий стон, и я прикусила нижнюю губу, пытаясь сдержать нарастающее напряжение. Мои бёдра невольно сжались, когда Дэвид медленно приподнял мою юбку, обнажая тонкое кружево трусиков, пропитанное влагой от моего возбуждения. Его горячий, влажный язык коснулся ткани, и я почувствовала, как электрический разряд пробежал по всему телу — желание взорвалось внутри, заставляя мою киску пульсировать и истекать соками.

Он нежно провел языком по моему лону сквозь кружево, пропитывая его ещё больше, а потом отстранился ровно настолько, чтобы ловко отодвинуть трусики в сторону, открывая мою набухшую, мокрую плоть. Два его пальца скользнули вниз по моему клитору, размазывая смазку, и я выгнулась дугой, чувствуя, как они касаются каждой чувствительной складки, заставляя меня хрипло вздохнуть.

— Кто-то здесь очень, очень мокрый, — прошептал он бархатным, низким голосом, от которого жаркая волна стыда и возбуждения залила моё лицо, заставляя щёки пылать.

Дэвид снова приблизился, закинув мою ногу себе на плечо, чтобы полностью открыть меня для своих ласк. Его сильные руки обхватили мои бёдра, притягивая ближе, и я почувствовала, как его горячее дыхание обжигает мою обнажённую киску. Он слегка придвинул меня к себе, и его язык, плоский и твёрдый, скользнул снизу вверх по моим влажным губкам, раздвигая их и собирая мои соки на кончике. Он повторил это движение ещё раз, медленнее, с лёгким нажимом, и я замычала от удовольствия, мои пальцы вцепились в подушку дивана, а тело задрожало от сладкой муки.

Медленно, но уверенно, он перешёл к более твёрдым ласкам: его язык начал описывать круги вокруг моего набухшего клитора, то нежно обводя его по краю, то надавливая сильнее, заставляя его пульсировать в ритме моих стонов. Он сладко причмокивал, посасывая клитор губами, втягивая его в рот и слегка покусывая зубами — не больно, а ровно настолько, чтобы волны удовольствия прокатывались по мне, как цунами. Мои соки текли обильно, смачивая его губы и подбородок, и он жадно слизывал их, издавая низкие, довольные звуки, которые только усиливали мой огонь внутри.

Я хватала его руками за плечи, стоны вырывались всё чаще и громче, но Дэвид не отвлекался, полностью поглощённый процессом — его язык танцевал по моей киске, то ныряя между складок, то возвращаясь к клитору, чтобы мучить его круговыми движениями. В разгар этих ласк его пальцы прошлись по моим мокрым губкам, раздвигая их шире, и один из них плавно скользнул внутрь меня, за ним второй — они растягивали мою тесную, сочащуюся дырочку, массируя стенки и нащупывая ту самую точку внутри, которая заставляла меня извиваться и стонать без остановки. Движения его языка ускорились, становясь ритмичными и настойчивыми, а пальцы трахали меня глубже, изгибаясь, чтобы надавить на G-точку, отчего моё дыхание сбилось, а тело сжалось в предвкушении оргазма, пальцы ног поджались от нестерпимого наслаждения.

Дэвид слегка отстранился, его губы блестели от моих соков, но пальцы продолжали двигаться внутри меня, не давая передышки, — Ведьмочка, когда будешь кончать, схвати меня за волосы покрепче. И постарайся не кричать слишком громко, — прошептал он с лукавой улыбкой, прежде чем снова нырнуть вниз, его язык жадно впился в мою киску, посасывая клитор с новой силой.

Я просто горела внутри, меня разрывало от удовольствия — такого интенсивного, что казалось, я вот-вот взорвусь. Мои соки сочились обильно, стекая по бёдрам и пачкая диван, а Дэвид пил их, как нектар, его язык нырял глубже, трахая меня кончиком, пока пальцы продолжали массировать точку внутри, заставляя мою киску сжиматься вокруг них в спазмах.

Он стал ещё более напористым: движения языка — чёткие, твёрдые, быстрые — фокусировались на клиторе, посасывая и кружа вокруг него, а пальцы входили глубже, растягивая меня и натирая стенки с такой силой, что каждый толчок отзывался вспышкой блаженства. Моё дыхание участилось до хрипа, тело напряглось, и я поняла, что пик вот-вот накроет меня.

Парень сжал мою талию одной рукой, прижимая меня ближе к своему рту, чтобы его язык мог погрузиться полностью в мою мокрую, пульсирующую плоть.

Я запустила пальцы в его волнистые волосы и сжала их в кулак от экстаза, закрыв рот другой рукой, чтобы заглушить крик удовольствия. Мои мышцы сокращались в мощных спазмах, оргазм прокатился по мне волнами — киска сжималась вокруг его пальцев, выталкивая новые потоки сока, который он жадно слизывал, не останавливаясь, пока я не задрожала в конвульсиях. Дэвид постепенно уменьшил давление, его язык стал мягче, лаская меня ленивыми движениями, чтобы продлить послевкусие. Он вернул трусики на место, но напоследок провёл пальцами по моей всё ещё чувствительной киске, размазывая остатки влаги по клитору, и меня пронзил разряд тока — тело дёрнулось, дыхание спёрло, а внутри всё ещё пульсировало от эха оргазма, оставляя меня мокрой, измотанной и полностью удовлетворённой.

Дэвид протянул мне руку, и я крепко вцепилась в неё, поднимаясь с дивана на дрожащих ногах — тело всё ещё вибрировало от эха оргазма, а между бёдер ощущалась липкая, горячая влага. Он ласково поправил мою помятую юбку, смахнул прилипшие к вспотевшему лбу пряди волос, и его пальцы скользнули по моей щеке, оставляя след мурашек.

— Ничего лучше в жизни не пробовал, — прошептал он с хриплой ухмылкой, и я засмущалась, отводя глаза в сторону, чувствуя, как жар снова разливается по телу.

Парень схватил меня за подбородок, заставив наши взгляды встретиться — его глаза горели голодным огнём. Он впился в мои губы сладким, глубоким поцелуем, и я ощутила на его языке привкус своей собственной похоти, солоноватый и возбуждающий, отчего внутри всё сжалось в новом спазме желания.

— И что это было? — прошептала я, еле дыша.

— Показал тебе, что ты мне не нужна на одну ночь, — прорычал он дерзко, прижимая меня ближе к себе так, что я почувствовала его твёрдую эрекцию через штаны, упирающуюся в мой живот.

Я удивилась — ведь его похабное поведение как раз намекало на обратное, на быстрый, животный трах без обязательств. Но в его глазах мелькнуло что-то настоящее, хищное и обещающее.

— Это мы ещё посмотрим, — улыбнулась я хитро, стараясь устоять на ногах, пока отголоски наших шалостей — пульсация в киске и лёгкая дрожь в бёдрах — всё ещё доходили до меня, заставляя тело ныть от неутолённой жажды.

Поправив растрёпанные волосы, мы вышли из комнаты и направились к выходу клуба, стараясь выглядеть прилично, хотя воздух между нами искрил электричеством. Дэвид провёл меня до дома, мы шли неспешно, мило беседуя о всякой ерунде — о Сан-Франциско, о музыке, о планах на завтра, — как будто двадцать минут назад он не был между моих ног, не лакал мои соки, как дикий зверь. Город уже спал, улицы пустели, и мы наконец оказались у моей двери, под тусклым светом фонаря.

Взяв меня ласково за руку, он остановился и сказал с лукавой улыбкой: — Мне удалось сделать этот вечер незабываемым.

Я закусила губу, глядя на него с хитрым прищуром, чувствуя, как его прикосновение снова будит огонь внутри: — Возможно, да. А возможно, нет.

— Нравится мне твой характер, ведьмочка, — прошептал он, прильнув к моим губам. Наш поцелуй на прощание был жарким, почти яростным — его язык вторгся в мой рот, сплетаясь с моим, а руки сжали мою талию, прижимая так близко, что я снова ощутила его возбуждение, твёрдое и настойчивое. Прилив желания хлестнул по мне, как волна, и я еле сдержала стон, чувствуя, как трусики снова намокают.

Наконец я отодвинулась, тяжело дыша, и аккуратно вырвалась из его объятий: — До встречи, Дэвид.

— Доброй ночи, ведьмочка, — подмигнул он с обещанием в глазах, и я повернулась к двери, чувствуя его взгляд на своей заднице.

Придя домой, я наконец скинула туфли, ощутив босыми ступнями прохладу пола — это был ещё один всплеск кайфа после всего пережитого. Не разуваясь полностью, я рухнула на кровать, улыбаясь в темноту: тело гудело от приятной усталости, а в голове крутились образы его языка, пальцев, поцелуев. Сон накрыл меня быстро, но даже во сне я чувствовала эхо того оргазма.

Глава 7

Я проснулась от мягкого, но настойчивого сигнала будильника, когда лучи яркого утреннего солнца ласково скользнули по моему лицу, окрашивая кожу в золотистый оттенок. Улыбнувшись этому новому дню, полному обещаний, я приподнялась на локтях и сладко потянулась, чувствуя, как каждый мускул тела оживает, наполняясь энергией. Ощущала себя потрясающе — как будто целую неделю нежилось в роскошном спа, а не работала без передышки. Но вдруг в голову хлынули воспоминания о вчерашнем вечере: его губы, язык, пальцы... Я невольно скрестила ноги, сжимая бёдра от подступающего возбуждения, которое теплой волной разлилось внизу живота, заставляя кожу покрыться мурашками.

Посмотрев на себя в зеркало и увидев следы вчерашней косметики — размазанную тушь и помаду, — я поспешила в душ, чтобы смыть остатки сна и страсти. Горячая вода обволакивала тело, как шелковый покров, стекая по коже ручьями, смывая усталость и оставляя ощущение свежести и чистоты. Я провела руками по мокрым волосам, чувствуя, как они тяжелыми прядями падают на плечи.

Выйдя из душа с каплями воды, стекающими по обнажённому телу, я завернулась в полотенце только наполовину, наслаждаясь прохладой воздуха на разгорячённой коже. Решила нырнуть в телефон, и там меня ждало сообщение от Дэвида: «Я ещё долго чувствовал тебя на себе. Повторим?»