Лисья тропа. Мир Скайлер-1

4

– Твое отсутствие было долгим! – Холодный голос князя встретил Тайли на пороге его спальни.

После возвращения в замок, девушка поспешила обрадовать своего поработителя. Чем скорее она покончит с этим, тем быстрее сможет доползти до кровати. Она буквально валилась с ног. Раньше такого не было. Раньше она могла сражаться днями и неделями напролет. А теперь, сидя в этой каменной клетке, она постепенно теряла все свои навыки. Печально. Она должна быть готова, когда пробьет ее счастливый час.

– Простите, господин. – Смиренно ответила Тайли, кладя к ногам князя приобретенный в битве трофей.

Анкалион был не в духе. Судя по всему, эту ночь он провел один, что мало его радовало. Сейчас он был облачен в шелковый халат и методично заканчивал свой завтрак. Он хмуро взирал на девушку из мягкого резного кресла, но его настроение заметно улучшилось после полученного подарка.

Тронув брезгливо носком своей туфли волчьи хвосты, князь победно улыбнулся. Его темно-голубые глаза, раньше скованные льдом недовольства, сейчас сияли предвкушением того, как он будет хвастать мастерством своей зверюшки перед военачальниками и остальными придворными.

– Ты восхитительна, моя Тайли! – Возбужденно воскликнул он, удобнее устраиваясь на мягких подушках. – Ты заслужила мою похвалу. А теперь ступай к себе. Горячая ванна и сон – вот что тебе сейчас нужнее всего. К вечеру ты должна быть бодрой. Прибудут гости из соседних княжеств, и ты должна быть подле меня. Ступай.

Его энтузиазм не передался кицуне. Она тихо поклонилась и вышла в коридор. Князь был так увлечен сегодняшним балом, что даже не заметил ее уход.

Эльфы любили празднества и вечеринки. Обыденная жизнь навевала на них тоску, и они делали все возможное, чтобы развеселить себя. Свадьба князя должна была состояться еще через два с половиной месяца, но соседние княжества все присылали подарки и поздравления, а также наисерьезнейшие заверения своих дружеских отношений.

После того, как Анкалион завел в своих любимицах кицуне, многие стремились заключить с ним мир. И даже предстоящая свадьба была ни что иное, как политический союз. Весть о силе Анкалиона и его трофее давно облетела весь мир, и князь не уставал поддерживать свой статус, то и дело посылая свою Тайли на опасные задания, а потом похваляясь ее умениями. Это по большей части говорило о том, какой властью обладает князь, раз удерживает вот уже два века такого смертоносного пленника, что столь покорно служит ему.

Тайли в который раз безразлично оттолкнула подобные мысли, добравшись, наконец, до своей комнаты. Князь не солгал, и девушку дожидалась медная ванна, наполненная горячей благоухающей цветами водой. Как можно скорее избавившись от грязной одежды, Тайли поспешно скрыла все лисьи признаки и с благоговением опустилась в испускающую пар негу.

За эти два долгих века в жизни Тайли мало что было хорошего, и она научилась ценить те моменты радости, что могла урвать. И сейчас, Тайли чисто по-женски наслаждалась пребыванием в горячей ароматной воде, что расслабляла все мышцы ее тела.

Но приятные моменты всегда скоротечны. Вода начала остывать. Девушка быстро вымылась и завернулась в большое пушистое полотенце. Бросившись на мягкую постель, Тайли тут же забылась крепким сном, в котором она кружилась в танце на очередном вечере князя в прекрасном платье в объятиях незнакомого мужчины…

Когда Тайли проснулась, сумерки уже заползли в ее маленькую комнату. Девушка полежала еще пару минут, прислушиваясь к гаму, что превращал замок в переполошённый улей. Гости, вероятнее всего, уже съехались, а значит и ей самое время присоединиться к князю.

Поднимаясь с кровати и умываясь, Тайли не могла забыть сон, что приснился ей. Таким живым и ярким он был. И девушка, повинуясь внезапному порыву, навеянному грезами, подбежала к шкафу и решительно отодвинула мужские просторные рубашки в сторону, доставая на свет нежно-бежевый блестящий шелк. Платье было длинным и струящимся, словно шампанское в бокале. С глубоким декольте и открытой спиной, оно представляло из себя верх изящества и соблазнительности. Такое великолепие князь ни за что бы не одобрил для своей рабыни, но Тайли так хотела, хотя бы еще раз почувствовать себя просто женщиной, а не смертоносным зверем. Хотя бы пару мгновений, прежде чем князь закует ее в цепи глубоко под землей за такую дерзость.

Подобный наряд Тайли ни за что бы не смогла заполучить от портних замка. Князь строго настрого запретил шить для кицуне женские вещи. Но однажды, на очередном задании, что поручил Анкалион своему персональному стражу, Тайли в руки попало это сокровище, что было среди награбленного разбойниками, и кицуне не смогла устоять перед подобной роскошью. Позже, в своей спальне, девушка отгладила платье и немного ушила по своей фигуре. А затем повесила в шкаф, дожидаться подходящего момента. Ведь Тайли мечтала о подобном не первый год, и вот сегодня ее сон сбудется наяву, хоть и на пару минут.

За мгновение облачившись в холодную ткань, что восхитительно бодрило кожу и дух, Тайли в восторге пробежалась по платью пальчиками. В ее комнате было небольшое зеркало, и девушка в восхищении завертелась перед ним. Платье сидело идеально, выгодно оттеняя ее пламенные волосы и желтые цитриновые глаза. Сейчас она так была похожа на одну из эльфийских дам, что аж мурашки побежали по спине. Что если князь ее не заметит? Вздор. Ее ошейник был виден далеко – таким и было его предназначение. Волосы мягкими волнами струились по обнаженным плечам и спине, но не могли скрыть мрачный блеск варварского украшения.

Тяжело вздохнув, Тайли обулась и поспешила вниз, в тронный зал, где и проходили большинства торжеств. Слуги, наряженные по такому случаю в праздничные ливреи, сновали тут и там, сталкиваясь с таинственной незнакомкой на пути и окидывая ту недоверчивыми удивленными взглядами. Тайли игнорировала их, как могла, неумолимо приближаясь к главному залу. А вот и его узорчатые двери. По ту сторону доносилась музыка и звонкий смех, позвякивания бокалов и непринужденный разговор сотен гостей. Князь ждет ее, и Тайли не смела медлить дальше. Дрожащей рукой она повернула хрустальную ручку и оказалась в мерцании тысяч свечей и драгоценных камней.

Поначалу никто не обращал на нее внимания. Гости, разряженные в шелк и бархат, продолжали говорить, выпивать и танцевать. И лишь, когда она достигла середины зала, до многих начало доходить узнавание прелестной незнакомки. Ни одна эльфийка не обладала таким потрясающим цветом волос. Все они были бесцветными блондинками, и лишь одна Таллиата обладала столь ярким оттенком из-за своей лисьей сущности.

Со всех сторон зашуршали шепотки, ненавистное слово Таллиата вспыхивало за ее спиной вновь и вновь. Но Тайли, не подавая виду, гордо вскинула голову и расправила плечи, двигаясь вперед к трону.

Достигнув подножия княжеской власти, Тайли осмелилась взглянуть Анкалиону прямо в глаза, прежде чем покорно склонить голову и прошептать:

– Мой господин…

– Тайли… замечательное платье. – Резко бросил он, пожирая девушку горящими глазами. Похлопав по подлокотнику своего царственного кресла, он велел девушке занять свое место по правую руку у себя за спиной. Когда она повиновалась, Анкалион негодующе прошипел. – Ты намеренно сделала это! Но я готов простить тебя в этот раз. Ты достаточно порадовала меня этим утром, да и это одеяние тебе так идет, что ты можешь одевать его лишь в моей спальне. Но все же, тебе не позволено нарушать мои приказы. Ты немедленно отправишься к себе и примешь надлежащий вид. И не мешкай, вскоре подадут ужин, и ты должна быть рядом. Поняла?!

– Да, господин… – Еле слышно шепнула Тайли, не решаясь поднять глаза вновь.

– Надеюсь, что поняла. Пошевеливайся! – Голос князя стал чуть хриплым. Схватив бокал вина у слуги, Анкалион осушил его залпом.

Тайли знала эти нотки в его голосе и с содроганием осознала, что привлекла к себе излишнее внимание. Об этом девушка не думала, до сего момента. Да, теперь Тайли знала, как будет наказана позже за свою дерзость. Ее местом наказания станет кровать Анкалиона, и платье, которым она так восхищалась совсем недавно, превратилось в одеяние проститутки, вызывающее отныне лишь отвращение. Осознав это, Тайли бросилась вон из зала, стремясь сорвать эту мерзость с себя поскорее.

5

Шейн не мог отвести глаз от очаровательной эльфийки, что появилась так внезапно и приковала к себе внимание абсолютно всех в этом зале. Ее неземная красота пленила его, а легкие стремительные движения заставляли замирать сердце. Ее волосы подобно пламени, струились вдоль спины, достигая аппетитных округлостей бедер, что плотно обхватывал шелк платья. Лицо было столь безупречно, что напоминало лик ангела. Глаза сияли, словно звезды, вспыхивая светлым прозрачным янтарем. Девушка прошла мимо него, даже не заметив, но глубоко засев в его душе.

Когда она достигла князя, восседавшего на своем троне, то не сделала реверанса, как все остальные дамы до нее. Нет, она лишь чуть склонила голову и встала подле массивного кресла князя. Но вот сам правитель явно не одобрил поведения незнакомки. Он что-то тихо ей говорил, и от его слов лицо девушки все больше и больше мрачнело, а блеск в глазах бесследно пропал. Сейчас она выглядела столь хрупкой и ранимой, уже не такой царственной, как мгновение назад, и Шейн захотел придушить этого напыщенного индюка, что так расстроил прекрасную эльфийку. Кто она? Жена? Любовница? Она не была похожа на князя внешне, значит явно не родня.

Шейн был простой смертный человек и раньше никогда не смог бы попасть на такой блистательный вечер. Но после того, как он попал в мир Фейри три года назад, многое изменилось в его жизни. Из мира людей его похитила эльфийка в День Всех Святых и привела сюда.

В тот момент мужчина был пьян, прогуливаясь по парку ночью и не вполне осознал, что красивая девушка, появившаяся в его скромном обществе, вовсе не человек. Шейн предположил своим не вполне трезвым умом, что острые ушки и прозрачные шелка ее одежды вполне соответствующий костюм для Хэллоуина. Но и на следующий день, когда он вроде бы должен протрезветь, реальность не изменилась. Он был в каком-то средневековом замке, а за окном простирались поля и луга, на которых паслись лошади и скот. Вдали чернел густой лес. Шейн думал, что все еще спит, но в комнату вошла она, его вчерашняя незнакомка с острыми ушками, и мужчина понял, что или он сошел с ума, или его желание убежать от своей жалкой жизни было слишком сильным, и воплотилось наяву.

Долгое время Шейн оставался что-то вроде постельной игрушки для леди Эстель, той самой эльфийки, что забрала его в мир Фейри. Чем дольше они общались, тем крепче становились их отношения. Но не в любовном плане, а больше в дружеском. Оба начали воспринимать друг друга как близких друзей, почти, что брат и сестра. Но просто так жить в замке Шейн уже не хотел, вися бесплатным грузом, и сам воспроизвел себя в ранг личного стража Эстель. Она была вовсе не против, со смехом отвечая, что так он не будет сидеть у нее на плечах задарма.

В мире людей Шейна никто не ждал, кроме полиции и судебного срока за грабежи и мошенничество, поэтому он довольно быстро свыкся и приспособился в этом мире, найдя его весьма занимательным и перспективным. Он довольно быстро учился и уже к концу первого года пребывания здесь сносно владел арбалетом и мечом. Шейн часто практиковался в лесу, совмещая приятное с полезным и доставляя домой к ужину подстреленную дичь. Так в его обязанности вошли еще охота и рейд по границам территории леди Эстель.

Впрочем, совсем скоро эльфийка начала брать Шейна на различные светские вечеринки. Как оказалось, леди Эстель была вдовой, и ее мог сопровождать любой, кого она предпочла бы видеть рядом. Им оказался Шейн, и он был весьма рад, оказавшись сегодня на очередном торжестве эльфов.

Сейчас, провожая восхищенным взглядом стремительно убегавшую рыжую красавицу, Шейн спросил у своей покровительницы:

– Госпожа Эстель, кто та дама с рыжими волосами?

– Сколько раз тебе повторять, мой милый Шейн, чтобы ты звал меня просто Эстель. – Вздохнула светловолосая эльфийка. Взглянув вслед той, что так завладела вниманием ее друга, Эстель грустно улыбнулась. – Ох, мой дорогой, неужели и ты пал, плененный чарами княжеской Таллиаты? – Встретив удивленный взгляд мужчины рядом с собой, Эстель нежно провела рукой по его темным волосам. – Хоть и прекрасна она на вид, ничто не изменит ее подлинной сущности. Она – зверь, Шейн. Будь осторожен с ней.

Но любопытство уже сжигало его огнем изнутри, будоражило горячую кровь авантюриста. Он хотел узнать о ней больше. Хотел услышать ее голос, дотронуться до шелка волос.

Учтиво предложив принести своей даме вина, Шейн поспешно выскользнул в коридор. Но рыжеволосой эльфийки уже и след простыл. Вспоминая имя, что назвала ему Эстель, Шейн остановил проходящего мимо слугу, груженного тяжелым подносом с индейкой.

– Скажи, где я могу найти леди Таллиату?

– Простите, кого? – Недоуменно вытаращил глаза паренек.

– Ну, рыжеволосая девушка, что недавно выбежала из зала! – Нетерпеливо объяснял Шейн, жалея утекавшее время.

– А-а, вы про ту Таллиату… Так она вовсе не леди. Она страж нашего князя, и ее покои расположены как раз напротив княжеских. На третьем этаже. – Слуга был весьма словоохотлив, и многое мог еще рассказать, но у Шейна не осталось на это терпения.

Спешно поблагодарив паренька, он бросился к главной лестнице и поспешил в указанном направлении. Третий этаж был пустынным и тихим, ведь все важные персоны были сейчас внизу. Все двери были плотно закрыты, кроме одной. Из-за нее лился слабый мерцающий свет, и доносились еле слышные всхлипы.

Его прекрасная эльфийка была там, и она плакала. Шейн скрипнул зубами от накатившей злости по отношению к князю. Он нерешительно коснулся ручки двери и застыл на месте. Что если она испугается его? Но слуга уверял, что Таллиата была воином и не должна бояться такого, как он. Однако отчаянные всхлипы, которые пытались безрезультатно заглушить, говорили, что за дверью ранимая душа, а не закаленный сражениями боец. Кем бы ни была эта девушка, сейчас ей было больно, и он не смел врываться в ее комнату в такой личный момент…

– Кто ты и что делаешь под моей дверью?! – Донесся сквозь его противоречивые думы хриплый голос с той стороны двери.

Скрываться в полумраке коридора больше не было смысла, и Шейн толкнул дверь.

Девушка успела переодеться в брюки и рубашку, как и подобает стражу, а прекрасное творение из светлого шелка понурой кучкой лежало на кровати. Волосы эльфийки все так же были разметаны по плечам огненным потоком, а в поразительных желтых глазах сверкали уже не звезды, а слезы. Этот взгляд был столь интенсивным и диким, что Шейн тут же осознал, что создание перед ним совсем не ручное и слабое. Эстель была права, в душе этой девушки обитал зверь, но вот какой?

– Как смел ты подняться на этаж князя?! – Ее голос предательски дрожал из-за недавних слез, но в нем уже сквозила настороженность и сталь.

Еще одно, что успел заметить Шейн, шагнув за порог, так это большое количество клинков на стенах, всевозможных форм и размеров, агрессивно поблескивающих при свете свечей. Мужчина ни секунды не сомневался в том, что обладательница всех этих игрушек умеет ими пользоваться, и в случае почуявшей опасности незамедлительно пустит их в ход.

– Я заметил, что вы были чем-то расстроены, покидая праздник, и решил предложить свою помощь, если таковая потребуется. – Поспешил ответить Шейн и не нервировать девушку еще больше.

Она внимательно прошлась по нему растерянным взглядом, отмечая про себя необычность поведения мужчины для местного жителя. К тому же он был простым смертным, из мира людей. Как давно он здесь? Год, два? Он явно ничего не знает о ней, не то не осмелился бы так врываться на ее территорию.

Девушка шагнула к туалетному столику, подняла расческу и, быстро расчесав непослушную гриву, умело заплела длинную тугую косу, так и не сводя с него настороженных глаз. Шейн ощущал их силу, стоя в противоположном конце комнаты, не имея воли отпустить этот золотой свет. Их цвет был столь ярким, светлым и прозрачным, что Шейн тонул в этих глубоких озерах, опутанный словно в сети. Эти глаза, напоминали глаза хищника, что зачаровывает свою жертву перед броском. «Она – зверь», говорила Эстель. И теперь Шейн верил этому. Он знал, что перед ним оборотень, первый увиденный им за все три года пребывания здесь.

Эстель рассказывала ему все, что Шейна интересовало о мире Фейри. И совсем скоро он узнал достаточно про здешних обитателей, о которых раньше лишь читал в сказках.

– Ты был готов утешить меня, даже ничего не зная обо мне? – Затянувшееся молчание прервала хозяйка комнаты. В ее голосе отчетливо сквозило сомнение.

– Мне не обязательно знать человека, чтобы предложить свою помощь, если в таковой нуждаются. – Просто ответил Шейн, не смея отпустить ее взгляд.

– Но я не человек. – Был холодный резковатый ответ. Мужчина видел, как эти чарующие золотые озера покрываются коркой льда и запаниковал. Он не хотел лишаться их тепла и света.

– Ну и что?! Тебе разве не может понадобиться помощь или чья-то поддержка? – Не хотел уступать Шейн.

– Может быть… но мне всегда в таковой отказывали. Я не достойна подобного. – Ее голос стал безжизненным, тусклым, как и ее прекрасные глаза.

– Чушь! – Возмутился подобным словам Шейн, на что девушка вздрогнула и сделала осторожный шаг назад. Чуть тише Шейн добавил, стараясь больше не пугать свою собеседницу. – Такая женщина, как ты достойна поклонения.

Его слова были пылкими и искренними. Они шли из самой глубины его души. Тайли окутывало сияние его серых глаз, будто в прочный надежный кокон. И ей было так хорошо в присутствии этого человека, так спокойно. Он верил в то, что говорил, а взгляд, наполненный восхищением, прожигал до костей. Но чудовище, подобное ей, не имеет права на такое восхищение. Она – зверь и убийца, невольная наложница, вещь…

– Но я и не женщина… – Встретив замешательство мужчины, Тайли с отвращением подцепила пальцем ошейник. – Я – вещь своего хозяина. Игрушка.

6

Тайли была удивлена, когда в ее комнату вошел посторонний. Тем более, что незнакомцем оказался человек. Таких она встречала очень давно, когда была свободна. Она хитрила с ними, водила за нос, обольщала, как истинная лиса. Тайли обманула за первые триста лет своей жизни несметное количество смертных людей, ввергла в пучину греха, разорила материально и душевно. Она легко играла их чувствами и жизнями, ведь они не подозревали об ее сущности, как и о многом другом. Люди не верят в магию, полагаясь на разум науки, и вертеть ими, хитрить при помощи своей истинной природы было легко, словно с наивными детьми. За это Тайли и расплачивалась почти равноценный срок, в услужении у фантастических существ, наделенных магией и прекрасно осведомленных о ее ипостаси. Ее рабство – это ее кара, за грешные деяния в прошлом.

Шейн не мог пошевелиться, когда понимание ее слов настигло его. Невольница, пленница, совсем как он по началу. Был ли ее хозяин добр с ней? По виду можно сказать да. Дорогие одежды, собственная комната, ошейник из золота и драгоценных камней. Но так ли все хорошо на самом деле? Ему самому крупно повезло, что он оказался в нежных ручках Эстель. Его плен длился всего пару месяцев, а дальше он обрел свободу и остался рядом со своей хозяйкой по доброй воле. А она? Сколько длится ее заточение? И отпустит ли ее когда-нибудь князь? Вряд ли… Будь Шейн на его месте, то ни за что бы не упустил подобное существо.

– Мне пора. Хозяин ждет меня. – Девушка сделала неуверенный шаг вперед, но на ее пути стоял человек, погруженный в свои мысли. Потрясение отчетливо читалось на его лице. Что ж, ей не впервой видеть, как отношение к ней меняется на глазах с доброты на отвращение. Но в этот раз осознавать подобное отчего то было больно.

– Постой. Ты сказала, что не человек. Моя госпожа уверяла, что ты зверь. Кто же ты? – В этих растерянных серых глазах появилась крупица надежды.

Он ждал с немой мольбой, что Тайли ответит. Но знание это сможет лишь усугубить его мнение о ней. Этот человек всего за пару минут общения выказывал к ней больше сочувствия и понимания, чем все эльфы за двести лет рабства. И девушку необъяснимо потянуло к нему, столь наивному в понятии их мира. Подобная привязанность, симпатия была не дозволена такой, как она. И пришла пора расстаться с новоприобретенным другом, пока не стало только хуже.

– Твоя госпожа сказала правду. Зверь. Оборотень. Монстр. Убийца. Все подходит для такой, как я. – Тихо ответила Тайли, намеренно не отпуская его взгляда.

С болью в сердце она позволила лисьим ушам и хвосту проявиться. Ее глаза от изменения вспыхнули ярче, завораживая, подчиняя.

– Я – кицуне. – Она медленно пошла на него, в то время, как мужчина начал в ужасе пятиться от нее.

Оказавшись в темном коридоре, Тайли захлопнула свою дверь и, не имея сил больше выносить его потерянный взгляд, бросилась бежать прочь.

Шейн, как в тумане, добрел до тронного зала. Там были уже сервированы столы, установленные вдоль стен, и гости постепенно рассаживались ужинать. Он на нетвердых ногах дошел до леди Эстель и, усадив ее на резной стул, рухнул без сил на свой.

Нет, он не был испуган там в коридоре. Зато магию он видел впервые и невольно был ошеломлен, наблюдая подобное чудо. Но не это все же так сильно поразило его. Шейн узнал девушку. Он понял, что видел ее раньше. Вот почему его так что-то настойчиво теребило в подсознании.

Где-то полгода назад Шейн сопровождал Эстель на другой прием к очередному властителю по случаю помолвки его дочери. Князь тоже присутствовал там, так как и являлся непосредственно женихом. У его кресла, Шейн заметил поразительной красоты лисицу, глядя на окружающих слишком разумным для животного взглядом. Шейн поразился тогда богатству ошейника на прирученном звере. И вот теперь, глядя на идентичное рабское украшение на шее девушки-оборотня, Шейн понял, что он узнал. Ошейник.

В мире людей он был первоклассным вором и драгоценности запоминал, лишь раз взглянув на них. Такое мастерски выполненное украшение забыть было невозможно. Та лиса была не просто домашним питомцем, она и есть тот плененный оборотень, о котором Шейн частенько слышал от солдат своей покровительницы. Личный страж и убийца князя.

Сейчас, сидя на другом конце стола, Шейн наблюдал за той, что так взволновала его. Девушка сидела по правую руку от своего хозяина, покорно потупив взгляд. Ее манеры за столом были достойны восхищения. Она была тиха и старалась казаться незаметной, что было категорически невыполнимым с ее поразительной внешностью и лисьими атрибутами, что невольно притягивали взгляд. Как может кто-то столь невинный и ранимый с виду, быть хладнокровным убийцей? Шейну с трудом верилось, что это правда. Одно он знал хорошо – внешность бывает обманчива. Но не настолько же!

Еле оторвав от нее взгляд, Шейн взглянул на остальных придворных и лишь теперь осознал, что видит презрение и неприязнь в глазах эльфов по отношению к рыжей красавице. Они все ненавидели ее, вот почему она была так удивлена его реакции на свои слезы. Ему стало жаль ее. Он прекрасно помнил краткие дни своего пленения. И они разительно отличались от того, что он наблюдал сейчас.

Все эти мысли кружили в голове Шейна на протяжении всего вечера и даже позже, когда он вместе с Эстель вернулись в ее замок. День за днем проживая безмятежную жизнь под крылом своей госпожи, он не раз вспоминал о прекрасной Таллиате и определенно верил в то, что вскоре встретит ее снова.

7

Обыденно и однообразно незаметно пролетели два месяца. Зима вступила в свои права и не собиралась отпускать мир Фейри как минимум еще месяц, а то и два. В замке князя Анкалиона царила атмосфера возбуждения и суеты. Со дня на день должна была прибыть молодая невеста, леди Нессиме. Свадьба назначена через неделю, а пока будущая княжна сможет ознакомиться с хозяйством и слугами, коими в скорости и будет повелевать.

Тайли относилась совершенно безразлично к предстоящему событию в жизни княжества. Она старалась как можно меньше попадаться под ноги раздраженным суетой и хлопотами эльфам.

Князь и тот был сам не свой. Он то и дело гнал окружающих прочь от себя, в попытке украсть минуту покоя. Лишь присутствие своего драгоценного стража он мог вынести, да и то в облике зверюшки. Тайли то лежала на его коленях, пока он задумчиво гладил ее как кошку, то сворачивалась клубком под креслом, когда Анкалион ни с того ни с сего начинал нервно мерить комнату шагами.