Факультет интриг и пакостей. Книга первая. Три флакона авантюры

– Че-е-его?!

Да, я не была оригинальна в выражении своих эмоций!.. Глазки снова на лбу, а челюсть весело упрыгала по уже знакомой дорожке в Страшное и Глубокое Подземелье.

– Того! – подружка ткнула пальчиком с розоватым округлым ноготком в сторону моего стола. На котором аккуратной стопкой стояли те самые книги, которые я вчера утащила из библиотеки. А сверху на них лежала красивая белая роза.

– Цветок откуда? – тупо спросила я.

– А это я уже утром нашла, на столе! – загадочно улыбаясь, поведала Айлири. – Там ещё записочка есть! Та-а-акая записочка!

Мне так хитро-хитро улыбнулись и совсем уж развратно подмигнули.

Стало дурно…

С трудом сползла с постели, одернула задравшуюся сорочку и подошла к столу. Нерешительно взяла приятно хрустнувшую дорогую бумагу… Но сразу разворачивать не стала, поднеся послание к носу и прикрыв глаза. Пахло снегом, морозом и березовым соком. Алинро! Белый интриганистый лис…

Решительно открыла письмецо и прочла:

«Невелика, надеюсь, Вы простише нашу вчерашнюю грубость. Обещаем исправиться, мавочка!.. Примите этот цветок в качестве извинения и аванса.

С уважением и вниманием…»

Подписи не было, да её и не требовалось.

Я посмотрела на Айлири. Глазки сверкают, сама ерзает и нетерпеливо сжимает тонкие пальчики… Но сдерживается и с расспросами не набрасывается.

– Айли, это не то, что ты подумала! – выдала я просто-таки редкостную банальность и дополнила её не менее шедевральным: – Всё сложно…

– Конечно, сложно! – С готовностью кивнула дриада. – Когда это с кицунэ было легко?

Вот же, черти темного омута!

Но лисы-то, лисы! Мало того, что этот гад завербовал меня на какую-то совсем непонятную службу, так ещё и дискредитировал в глазах подруги. А, возможно, и не только подруги…

– Айлири… – прошептала я, похолодев от дурных предчувствий. – Как понимаю, о визите нашего махинатора уже вся общага знает?

– Я не рассказывала! – Явно обиделась дриада, недовольно сверкнув ясными голубыми глазами. – Нэви, я, может, и болтушка, но не трепло!

– А кто сказал, что это было про тебя? – успокаивающим тоном начала я, присаживаясь рядом с Айли и приобнимая её за плечи.

Всё же последнее, что я хотела – это ненароком обидеть дриаду. Едва ли не единственную, с кем у меня за это время сложилось подобие дружеских отношений!

Нет, я ни с кем не враждовала. Потому что была слишком незаметной… Прилагала для этого все усилия. И мне сейчас не нужно лишнее внимание. Вредное внимание! Опасное внимание… Внимание всегда влечет за собой вспышку интереса, а интерес – попытку узнать побольше об объекте. А мне оно надо?! Вот совершенно не надо.

Правда, благодаря кицунэ все мои усилия пошли… М-да, им же под хвост. Да и что-то мне подсказывает – затея с призраками тоже получит свое продолжение.

И почему меня не радует активная общественная жизнь?

Пока я предавалась мрачным размышлениям, Айлири успела меня простить, и сейчас вдохновенно что-то вещала, время от времени закатывая красивые глазки и активно жестикулируя. Прислушалась… Как я поняла, это она рисовала мне светлое будущее в объятиях белохвостого северного лиса.

– …и тогда он признается тебе в любви перед всей Академией! – девушка ненадолго зависла, видимо, воображая себе эту чудную картинку. Нахмурила лобик и дополнила «светлый» образ. – Встав на оба колена, да! Потом увезет на край света, в свой хрустальный замок, и вы будете жить долго и счастливо, умрете в один день, а ты родишь ему двоих сыновей, и вы поженитесь! – заключила дриада, победно глядя на меня.

– Именно в таком порядке? – ехидно уточнила я, пытаясь разрушить столь быстро выстроенные радужные замки.

– Ну… Не обязательно! – милостиво решила Айли, схватила мою ладошку и с энтузиазмом затрясла её, с умилением глядя на меня и приговаривая: – Как же я рада за тебя, как же рада!

– Эм… – зависла я, не в силах самостоятельно вообразить себе ту «логическую» цепочку, которая привела подружку к такому чудненькому финалу. – А можно с начала?

Меня одарили осуждающим взглядом, но всё же милостиво кивнули.

– Можно! Итак… Нэви, как ты знаешь, белые розы – это знак искреннего уважения и привязанности, а то и чистой любви! И вот, ты только представь себе… – дриада расплылась в довольной улыбке, видимо, вновь уплыв в мир грез, где наверняка уже была подружкой невесты на моей свадьбе с белым кицунэ. – Из всего этого рождаются сначала романтические отношения, а после и настоящая, крепкая любовь! Он кидает мир к твоим ногам… И дарит тебе белое манто из меха редкой… хм… лисы. Белой.

– Чудно! Айли, а тебя не смущает, что он сам – лис?

– Нет, конечно! Нэви, неужели ты не знаешь, что манто из полярной лисицы кицунэ дарят только своим избранницам?!

– А-а-а! – глубокомысленно изрекла я, решив не вмешиваться в полет фантазии. Как оказалось, теоретически подкованной фантазии.

– Ну и потом – как я уже говорила!

– Приземляй свои мечты! – посоветовала я подруге. – Тут всё гораздо прозаичнее.

– И-и-и? – протянула дриада, выжидательно глядя на меня и, судя по всему, предвкушаяая захватывающее повествование.

– Айли, милая, а ты мне друг? – провокационно осведомилась я.

– Разумеется!

– Тогда не задавай лишних вопросов… – тяжко вздохнула и грустно посмотрела на дверь комнаты, в красках представляя, что меня ждет за ней. – Мне и так нелегко сейчас будет. Там же наверняка толпа народа с такими же вопросами!

– Его никто не видел, а я никому не говорила.

– Правда?! – возрадовалась я, не веря своему счастью.

– Ага. Он пришел вчера под заклинанием невидимости. Видела бы ты меня, когда я открыла дверь, а там – никого! Это «никого» меня отодвигает, проходит сюда, и скидывает чары. А там – Алинро Нар-Харз! Нэви, он такой замечательный…

– С чего ты взяла? – озадаченно спросила я, не в силах вообразить, какие действия могли заставить пакостницу счесть этого продажного типа замечательным.

Почему продажного? Так, а что он заканчивал! И до каких высот взлетел?! Вывод: продавался господин Нар-Харз качественно, выгодно, и в щедрые руки. Скорее всего, даже не в одни… Ибо что это за интриган, который работает на одного хозяина? Даже стыдно, право слово.

– Он заботится о твоей репутации! – трагическим шепотом сообщила подруга. – Он приложил все усилия, дабы она не пострадала! В общем, Нэви… Я в вас верю!

– Да, пожалуйста! – я не видела смысла этому препятствовать, но на всякий случай уточнила одну деталь. – Ты только… Молча верь, ладно? А то не сбудется!

На этом мы и закруглили этот щекотливый разговор. Айли бросилась собирать сумку, которую, как обычно, не приготовила с вечера, а я, так как не страдала этим недостатком, пошла сначала ополоснуться.

Надо сказать, несмотря на заверения дриады, выходила я всё равно с опаской. Но всё обошлось… По коридору сновали лишь опухшие от сна и ночных возлияний студенты, которым до меня не было совершенно никакого дела. Потому я вообще расцвела и с широкой улыбкой упорхнула в сторону душевых.

На обратном пути меня подстерегала маленькая, почти дежурная уже неприятность. «Грета и Ко».

– Какие мавки! – издевательски протянула стоящая напротив человечка, скрестившая руки на пышной груди. Пакостница по имени Грета. Можно не любить, но и жаловаться крайне не рекомендуется!

Как можно понять, «Ко» – это команда прихлебателей, из которых сейчас была только одна девушка, кажется, Гретина соседка по комнате. Остальная группа поддержки девицы, вероятно, ещё не собралась.

– Какие люди!.. – в том же тоне ответила я и вежливо улыбнулась, проходя мимо. – Доброе утро, Грета! И тебе, Марси…

– Было добрым, пока тебя не увидели! – агрессивно заявила Марси, за что удостоилась укоризненного взгляда Греты, брошенного из-под кудрявой рыжей челки, и поникла.

– До встречи в аудитории, Невелика! – попрощалась человечка и, развернувшись, направилась куда шла, увлекая за собой соседку по комнате.

Судя по всему, эта ведьма искренне недоумевала, как я, с моими-то способностями, могла сюда поступить, а потом ещё и не вылететь. Хотя про «не вылететь» говорить рано, ведь сессия ещё впереди! Кое-что я уже сдала, но основные сложности всё ещё впереди. А если учесть обещание братцев-лисов о переводе к интриганам, то что-то мне дурно! Просто не хочется «выехать к диплому» только на протекции преподавателей. А то, как я потом-то работать стану? У меня, к сожалению, теперь хочешь – не хочешь, а дорога одна.

Пакостник или интриган – это клеймо почти на всю жизнь. Вернее, на всю трудовую книжку… В некоторых отраслях нас ждут не просто с распростертыми объятиями, а почти что с фанфарами, фейерверком и праздниками в пакостническую честь! Но зато почти во всех других направлениях… ничего не светит.

Вот так-то!

Обо всём этом я размышляла, пока шла через парк в компании своих сокурсников. Айлири как обычно весело о чем-то болтала, компенсируя заодно и мое молчание, остальные с разной степенью энтузиазма поддерживали диалог.

Вообще, на некоторых ребят было откровенно жутко смотреть. Одежда пыльно-серая и мятая, лица бледно-серые, под глазами синие круги, а в покрасневших от недосыпа очах фанатичный блеск! Примерно так же вурдалаки накануне первого обращения выглядят…

Короче, наглядная иллюстрация выражения: «И был день. И была ночь. И пришла сессия… И живые позавидовали мертвым!»

Колорита картинке добавляли исписанные иероглифами ладони и пришитые к подолам кое-как напяленных мантий шпаргалки.

Тот, кого я с таким интересом разглядывала, сфокусировал на мне взор и честно попытался улыбнуться.

Вышел перекос, и парня мне стало жалко еще больше.

– Так плохо? – сочувственно осведомилась я у первого отличника нашей группы, который чем дальше, тем больше напоминал кандидата в первого покойника.

– Не то слово! Такое ощущение, что в голове места не хватает, и там ведутся жестокие бои на выживание… – Грэг потер лоб, обессиленно прикрывая глаза. Он несколько секунд помолчал, а потом страдальчески закончил: – Я почти ощущаю, как каждую секунду гибнет по одной умной мысли.

– Несчастный! – Я иронично фыркнула, скользя взглядом по солнцу, висящему над линией горизонта и вызолачивающему верхушки деревьев парковой аллеи. – Боль, тоска, депрессия… Значит, скоро сессия?

– Ага! – печально вздохнул сокурсник и нахохлился, окончательно став похожим на побитого жизнью грача. Покосил на меня черным глазом и коварно поинтересовался:

– А ты-то как, Нэви? Готова к предэкзаменным козням?

– Не спрашивай! – горько откликнулась я, потому как предмет, на который мы шли, красиво назывался «Общая теория спекуляции», и я была от него совсем-совсем далека.

Преподаватель, разумеется, и не думал входить в моё положение, а потому не то чтобы издевался, но не упускал случая пройтись по тому, какие мы скудные мозгами. К счастью для моей самооценки, я была не единственная, кому предмет не давался.

Эх, что же мне так не везет-то, а?! Прошлые неприятности, экзамены, лисы, призраки… за что меня Водяной так невзлюбил?!

Ну, ладно. Если все плохо, значит, хуже быть не может, ведь так?

Как оказалось, не стоило бы каркать. Мне вообще стоило бы настраивать себя на позитив!

Так или иначе, прогнозы сбылись, хоть и не в отношении меня. Случилось то, чего боялись. То, чего уже очень давно не происходило, невзирая на все предупреждения в договорах Академии.

Смерть…

Мы с Айлири как раз входили в холл главного здания, когда увидели это. Тело под простыней в центре восьмиконечной звезды.

Мрачные студенты, преподаватели вокруг… и гнетущая тишина.

Так получилось, что мы застали ещё одно явление природы. Ректор-основатель! Черный кицунэ. Последний представитель истребленного в прошлую войну рода Агатовых лисов. Эдан Хрон.

Ректор нечасто появлялся перед учениками Академии. Лис… Королевский лис. Отказавшийся от всех своих прав и ушедший с севера, чтобы создать это место. Для нас этот кицунэ был живой легендой.

Он приближался, окутанный аурой власти и силы, которая ощущалась почти физически. Крон-лорд Хрон был одет в традиционный багровый бархат, а свет играл отблесками дорогого вина в его черных волосах и на роскошном хвосте. Рука, затянутая в шелковую черную перчатку, неторопливо скользила по резным перилам из медового дерева. Он медленно спускался по роскошной лестнице, и в тишине каждый его шаг по светлому, с золотисто-бежевыми прожилками мрамору, был почти оглушительным.

Хрон дошел до пентаграммы в центре зала и замер, пристально глядя на тело под белоснежной простыней, которое казалось нелепой, изломанной фигурой на совершенстве гагатовой звезды. Ректор вскинул руку и пошевелил пальцами, ткань медленно сползла с лица… девушки. Я судорожно нащупала руку подруги, потому что узнала её. Как и все из нашего потока! Марси…

Ректор несколько бесконечно-долгих секунд смотрел на неё, после присел рядом, и его накидка распласталась по мраку пола багровыми крыльями. Он медленно склонил голову набок, словно изучая покойницу с другого ракурса, и на лицо кицунэ набежала тень. Потом мужчина настолько резко поднялся, что я, казалось, уловила скрип кожаной подошвы о мрамор. Крон-лорд вскинул ладонь, отчего простынь вспорхнула, с силой выпрямилась, а после вновь опустилась, прикрывая тело, и я почему-то с горьковатой иронией отметила, что теперь-то она лежит идеальным квадратом.

Эдан Хрон в такой же тишине, не говоря ни слова, прогулочным шагом неторопливо направился к выходу из холла, заложив руки за спину. Перед ним торопливо расступались. Как перед прокаженным. А я… Я косилась на тело девушки, размышляя, показался ли мне безмерный ужас на её лице? Действительно это было, или со мной сыграл нехорошую шутку оптический обман? Всё же расстояние немаленькое!

По залу прокатился обманчиво мягкий баритон последнего Агатового лиса:

– Общий сбор, господа! Жду всех сегодня в шесть вечера, в большом актовом зале. Попрошу не опаздывать! И… Удачного всем дня, студенты.

А затем удаляющиеся шаги…

Только когда пропало даже их эхо, я смогла вдохнуть полной грудью. Кажется, почти все тут присутствующие разделяли мои эмоции. Да, наш ректор – это что-то невероятное! Древнее. Сильное. Непонятное…

А ещё, нашего ректора иногда звали Черным принцем. Ходили слухи, будто он сам свой клан угробил, а потом еще и посмел уйти в большой мир, при этом сделав якобы красивый жест… От Венца Севера отказался.

Но он дает нам защиту, и за это все, кому дала приют Академия, выступят за ее Главу единым фронтом. Кто сказал, что мы – те, кто более всего попадает под характеристику «государственные преступники» – не умеем быть благодарными?

– Нэви! – Айлири дернула меня за край ученического платья. – Пойдем! Мы опаздываем.

– Да, конечно… – с трудом оторвав взгляд от тела Марси, пробормотала я.

– Жуть какая! – тараторила дриада, увлекая меня за собой. – Невероятно! Я не слышала, чтобы в Академии в последние годы происходило подобное. Это всё очень-очень странно, и я даже бояться начинаю!

– Не переживай! – Я попыталась стряхнуть с себя оцепенение, и сжала прохладное запястье подруги. – Ты же слышала, что сказал Черный Принц? Если Глава собирает всех своих подчиненных, то он намерен вплотную заняться проблемой! А, сама понимаешь, для Эдана Агатового Лиса нет неразрешимых задач.

– Ну, да… – пробурчала Айлири, передернула плечами, словно отгоняя сомнения, и улыбнулась.

– Да-да! – подтвердила я.

День пролетел стремительно и неудержимо. Академия гудела как растревоженный улей, по поводу убийства строились гипотезы одна абсурднее другой, и естественно каждый фантазер гарантировал, что лишь он прав! И да, доказательствами наши аферисты само-собой располагали. Разумеется, разной степени фальшивости доказательствами. Все же подделка экстра-класс, иногда качественнее любого оригинала!

Ну а вечером, мы дружной и ни демона не организованной толпой ломанулись в актовый зал слушать все то, о чем станет нам рассказывать хвостатое начальство. Лично я заранее вооружилась воображаемой бо-о-ольшой вилкой, чтобы снимать лапшу с ушек.

Но… Ничего не было!

Он говорил очень мало. Казалось вообще рта, не раскрывал, но голос ректора звучал в голове. Успокаивал, обволакивал, заставлял поверить, что все хорошо. Хотя все и так было хорошо.

И да, никаких чрезвычайных происшествий нет.

– Не случилось ничего из ряда вон выходящего! – раскатывался по аудитории красивый, глубокий голос ректора, и мы ему верили.

«Ничего не случилось. Нет причин для испуга и паники!» – эхом звучало в голове, пока мы неторопливо шли к общежитию. День был хорош! Солнышко светило, листва опадала, компания был отличная.

И да, ничего более не омрачало этот день…