Бедствие в академии драконов

Глава 8

– Ты куда? – спросил бактер, с интересом наблюдая за тем, как я собираю в сумку важные мелочи, а после стою рядом со шкафом и мучительно соображаю: брать с собой жилетку или обойдусь легкой рубашкой.

– В Родрик, с друзьями гулять. Кстати, надо тебя с ними познакомить. И не только с ними…

Я даже вздохнула, потому что знакомить бактера предстояло и с тетей Вив.

Вообще, в нашей академии к домашним животным относятся лояльно. Хочешь котика завести или хомячка – да на здоровье. Но то котик… А вот мой новый питомец хоть и относится к условно разрешенным для одомашнивания видам нечисти, но все же на границе дозволенного. Соответственно, его надо регистрировать: идти на кафедру нечистеведения, демонстрировать разумность звереныша, подписывать кучу бумажек, потом ставить на довольствие и так далее. А учитывая, что как минимум двое профессоров, состоящих в комиссии регистрации, имеют на меня зуб… Стоит притащить к ним бактера – такая волокита начнется… Вдобавок есть еще и вездесущая Амалия Флемиунстинус – главный комендант общежитий (призрак, между прочим), с которой тоже надо согласовывать проживание питомца.

Вспомнив ее вставную челюсть и двухчасовой трактат о нравственности (который выслушала из-за безобидной ночной прогулки после наступления комендантского часа), я содрогнулась.

Однозначно лучше предварительно получить разрешение на содержание бактера от декана – с такой справкой все получится гораздо быстрее.

Вот он – плюс родственных связей в академических верхах! Однако есть и минус. За эту услугу тетя наверняка потребует от меня быть не просто хорошей девочкой, а ОЧЕНЬ хорошей девочкой. Например, согласиться на требования бабушки и встретиться наконец с тем самым «мужчиной с хорошей должностью из очень хорошей семьи», от чего я последний год отпихивалась всеми правдами и неправдами.

На самом деле тетя меня понимала и эмоции разделяла… втайне от бабушки. Но совсем не тайно от меня радовалась, что ее матушка с дочери переключилась на внучку. Потому что предыдущие десять лет она пыталась выдать замуж тетю Вив и только недавно ослабила свое давление, когда выросла я.

Именно это я и пояснила нечистику, но, разумеется, без семейных подробностей. Он заверил, что будет считать минуты до встречи с родней прекрасной хозяюшки, а пока не соблаговолит ли она покормить несчастную животинку?

Надо сказать, что это было хоть и затратно, но зато без проблем: бактер, видно, изрядно наголодался на воле и ел буквально все, что предлагали. Без капризов, с огромным аппетитом и в таких количествах, что я задалась вопросом, как же оно помещается в таком крошечном животе…

Мы с друзьями договорились встретиться рядом с телепортом в Родрик – городок рядом с академией.

Я подошла последней, а потому имела сомнительную честь застать финал перепалки между Алсом и Кэмом.

– Куда-куда ты намылился? Я думал, что секретное-пресекретное место, куда мы пойдем по тайному-претайному делу, это Разлом!

– Ты глуховат стал после выволочки декана? – с наигранным сочувствием спросил дракон. – Еще громче поори, чтобы ревизор точно услышал – даже если не мимо проходит, а сидит в башне, куда их поселили. Чтобы подробненько все услышал – и про Разлом, и про незаконные его посещения…

– Не ерничай, а вернись к теме! Тем более прекрасно знаешь, что наш декан никогда не повышает голос. Это дядя орал, да… выражал свое мнение, он иначе не умеет.

– Ну и все равно реакция на громкие звуки у тебя явно болезненная. Раз название кофейни из твоей памяти исчезло через полминуты.

– Кэм… еще немного, и я никуда с вами не пойду. – В голосе лепрекона звучало откровенное предупреждение.

– Ладно, ладно. Повторюсь – в «Шоколадный рай».

– Да ты знаешь, какие там цены?! – возмутился наш экономный лепрекон. – Моей стипендии хватит как раз на какао и пирожное.

– Я все оплачу, – закатил глаза богатенький дракончик.

– Мне как-то не очень нравится быть тебе обязанным. И вообще, почему нельзя просто посидеть в столовке? Кормят хорошо, а сейчас еще и тепло, можно сесть за столик на улице.

– Наша Эль достойна самого лучшего. И ты с ней за компанию, так и быть.

Я приблизилась к ребятам и тронула лепрекона за локоть, упреждая взрыв. С Алса станется послать дракона в Разлом хрысов ловить, а не с нами в Родрик поехать.

А мне, если честно, хотелось пообщаться с Кэмом и понять, какая нечисть его укусила! Но не наедине.

Нет, он регулярно точил зубы своего чувства юмора, что об меня, что об Аластера, но последнее обострение у него случилось буквально пару месяцев назад. И нового мы ждали не раньше экзаменационной недели. Дракон всегда нервничал во время сессии, и у него сильно портился характер.

– Эльза! – Лепрекон обнял меня за плечи и чмокнул в щеку. – Выглядишь уставшей.

– Есть такое. – Я благодарно улыбнулась ему. – Спасибо, что присоединился к нам.

– Для тебя все что угодно, – как-то очень серьезно сказал Алс.

– Ты настоящий друг!

– И я! Я тоже настоящий друг! – Кэм обнял нас обоих за плечи и увлек за собой к порталу. – Наша очередь подошла!

Обычно телепортационный вокзал Родрика встречал гостей прохладой и приятной музыкой, льющейся из маптипа. По-научному этот прекрасный музыкальный артефакт назывался магический приемник Типпита.

Он был подарен местному вокзалу каким-то влиятельным драконом, в честь обновления здания. Кто именно был настолько щедр, я уже и не помню. Но у города было как минимум два покровительствующих рода, и за последние десятилетия они сделали из Родрика практически курорт. Это из обычного, весьма затрапезного городка, где из иногородних появлялись только студенты, а местная молодежь в большинстве уезжала в большие города, потому что не могла найти работу на родине.

За стойкой возле портальной площадки, вопреки обыкновению, не стоял проверяющий. Он обнаружился чуть в отдалении.

– Да что же это такое! – ругался пожилой гном в форме телепортационного инспектора, торчавший возле музыкального артефакта.

Его большие руки порхали, то подкручивая шестеренки на артефакте, то кончиками пальцев ласково касаясь энергетических кристаллов. Заслышав наши шаги, гном повернул голову, и поправив очки, сказал:

– Сейчас подойду, ребят. Эх, что же это такое…

Он стянул с рук тонкие, практически невесомые перчатки, которые неучи могли бы принять за кружевные. Они действительно были свиты из невероятно тонких нитей эр-шелковника. Это насекомое такое, несколько столетий назад найденное в Разломе. В результате исследований выяснилось, что вырабатываемые им нити обладают изолирующими силу свойствами. Но для этого плотность переплетения должна быть не менее пятнадцати нитей на квадратный сантиметр. Если делать меньше, то будет невозможно контролировать тонкие потоки.

В основном такие перчатки нужны артефакторам, и в бытовой магии они тоже временами пригождались. Но в основном обходились без них.

– Имя, факультет, номер курса, цель визита в Родрик? – монотонно, уже набившими оскомину регламентированными фразами, спросил гном.

– Кэмрен Нарвир, факультет стихий, воздушник, второй курс, цель визита – провести досуг, – первым выступил дракон.

– Аластер Тикли, факультет стихий, воздушник, второй курс, цель визита – провести досуг.

– Эльза Тарт, факультет стихий, воздушница, второй курс, цель визита – развлекательная, – практически эхом повторила я за друзьями. И, не удержавшись, спросила: – А почему так жарко?

– Артефакты сбоить стали, девонька, – вздохнул гном. – К счастью, только бытовой направленности, сам телепортационный модуль целехонек, но тот же маптит я чиню уже третий раз за месяц. И климатический артефакт то…

Договорить он не успел. В зале появился высокий, худой мужчина и рявкнул:

– Торнтон, опять разговоры на рабочем месте?!

– Простите, господин начальник!

Мы решили не присутствовать при разносе общительного гнома и скоренько вышли на улицу.

Город, как всегда, радовал. Пестрый, яркий, даже разномастные уличные фонари, выполненные в форме забавных статуй, намекали, что тут можно как следует расслабиться и забыть о трудностях учебы.

– Странно, что маптит ломается, его вроде как недавно подарили, – недоумевал Ал.

– Мало ли, – повел плечами Кэм и подал мне руку, намекая, что с такого крутого крыльца я могу спуститься только при помощи мужчины.

Э-э-э, это точно тот самый дракон, который на первой практике прятался за мою спину, потому что не знал пары необходимых заклинаний? Правда, потом смущенно извинялся и попросил позволения вместе позаниматься… Так и подружились. Но никогда, никогда он не относился ко мне иначе, чем по-дружески!

Я нервно дернула глазом, но ладонь приняла. Молча.

Лепрекон же был более откровенен и потому спросил:

– Кэм, что за этикетная муха тебя укусила?

– Так ты все понял? – хмыкнул дракон. – Ну да, спускался в Разлом, и там меня цапнула магически измененная муха подвида «галантикус». Не успеешь оглянуться, как я начну открывать перед тобой двери!

– Главное, на балу танцевать не приглашай, а все остальное я переживу, – заржал Аластер.

Я лишь улыбнулась, и мы продолжили путь. Ребята по-прежнему перешучивались по поводу природы внезапной обходительности Кэма, а я размышляла.

Ведь с музыкальным артефактом действительно странно, так как обычно – ввиду стоимости – такие вещицы были весьма качественными. Несмотря на то, что этому изобретению уже больше века, маптип по-прежнему доступен не всем слоям общества. У аристократов – несомненно есть, практически в каждом доме. Даже в нашем, хотя бабушка хотела выбросить, так как штуковина являлась подарком отца. Но я не позволила.

Не из-за ярких дочерних чувств… какие могут быть чувства к тому, кто навещал меня раза три за всю мою жизнь? Просто временами во мне просыпался мамин цинизм. С паршивого феникса хоть пера кусок. В данном случае – дорогущий артефакт.

– Вот мы и пришли, – вырвал меня из мыслей голос Кэма.

– Действительно – «Шоколадный рай», – почесал бровь Алс и повернулся ко мне: – Ну что, пойдем разорять нашего богатенького змееныша?

– Я и сама за себя могу…

– Не можешь, – властно и решительно остановил меня дракон и снова обнял за плечи. Я покосилась и аккуратно сняла с плеча его ладонь. Он сделал вид, что не заметил.

Внутри было миленько. Вроде и места не очень много, но то, что круглые столики отделены друг от друга невысокими ширмами с декоративными вьющимися растениями, создавало иллюзию уединения, хотя соседи были совсем близко.

Кафе, с претензией на гордое звание ресторана, открылось недавно и уже зарекомендовало себя как весьма достойное место. А вот так с ходу занять свою нишу среди многочисленных кофеен, пекарен и прочих кондитерских – было непросто. Все же экономика Родрика направлена в основном на студентов, а они мало того, что народ вечно голодный, так еще и молодой. То есть горячий. Нужно ведь куда-то парням водить девушек на свидания, а тем устраивать посиделки за чашечкой чая, чтобы обсудить с подружками эти самые свидания?

Как выяснилось, столик Кэм бронировал, потому проводили нас довольно быстро. И сразу подошла девушка в форменной одежде и с кошачьими ушками. Красивая, улыбчивая, она поклонилась сначала Кэму и низким, мурлыкающим голосом представилась:

– О господин, меня зовут Берта, и сегодня я исполню все ваши гастрономические желания.

У дракона слегка остекленел взгляд. И в целом его можно было понять!

Алс глумливо усмехнулся, но ничего сказать не успел. А потом стало поздно, так как девушка-кошка обратилась уже к нему:

– О повелитель, наше меню к вашим услугам. Одно слово – и на этом столе окажется все, что вы захотите… из меню.

– Э-э-э… спасибо. – Лепрекон густо покраснел и уткнулся в лежавшую на столе папку. Но я могла гарантировать, что позиции «официантка в собственном соку» там было не предусмотрено!

– О чудесная властительница, – наконец девица повернулась ко мне, – любые ваши гастрономические фантазии станут реальностью!

– Сложно вам тут, – с сочувствием покачала я головой.

– Привыкаешь, – неожиданно озорно, по девчоночьи, ответила она и поправила ободок с ушами. – Зато чаевые хорошие! В следующем году надеюсь поступить в академию Драка!

Чаевые с таким подходом действительно должны быть хороши. Краем глаза я увидела, что за столик в отдалении сели две девушки. К ним подошел высокий, изысканно одетый парень. На его голове тоже красовались уши, а голос сделал бы честь любому коту.

– О восхитительная! – Он не отрываясь смотрел на одну из посетительниц, которая очевидно млела. – Одно ваше слово – и все фантазии станут реальностью.

Судя по тому, как сначала покраснела, а после закашлялась девчонка, она, как и Алс, подумала явно не о том.

Вторую клиентку обласкали не менее витиеватой словесностью. Но ее, с поправкой на гендер, я уже слышала в адрес Кэма.

– С шаблонами у вас тут негусто, – забирая у лепрекона папку с меню, прокомментировала я.

– Меняются каждый день, – пожала плечами официантка. – В целом хватает, о прекраснейшая.

Выбрала я довольно быстро. Ребята тоже долго не раздумывали.

– Вот это сервис, – выдохнул Ал. – Я, конечно, слышал о том, как тут, но не думал, что лично настолько остро воспринимается!

– А ты еще идти не хотел, – добродушно усмехнулся Кэм. – Все же позитивное воздействие эмпата – это уникальный опыт.

– Эмпата?!

– Ну да. Заметил же это ощущение, словно ты действительно господин и повелитель на вершине мира? Хозяин нанимает только эмпатов. Слабых, но тех, кто действительно может транслировать.

Судя по блаженно закатившимся глазам, Аластер действительно во всей красе ощутил, какой же он повелитель.

– А я вот ничего не ощутила, что весьма странно, – поделилась впечатлениями с ребятами.

– Да нет, как раз ожидаемо. Эмпаты лучше с противоположным полом работают. Думаю, что к нашему столику послали именно девушку из за количественного соотношения. На парней было важнее произвести впечатление.

Впрочем, и на моей улице перевернулась повозка с пряниками! Заказанные блюда нам принес парень. И да, воздействие эмпата, пусть только на разрешенном уровне, это нечто. Я, кажется, еще никогда в жизни не чувствовала себя настолько красивой, неотразимой и даже – обольстительной! Даже поведение Кэма, норовившего то салфеточку мне подать, то чаю подлить, уже не вызывало особого недоумения.

Глава 9

Спустя полчаса блюда были съедены, а из эмпатов к нам подходила только девушка – стало быть, лично мои мозги немного прочистились, и я вспомнила зачем мы тут собрались!

Впрочем, если бы я не справилась сама, то драконистый друг помог бы. Этой вот самой фразой:

– Эль, милая, надеюсь, тебе тут нравится?

– Нравится.

– Вот, я же говорил, что такая девушка, как ты, достойна самого лучшего. А не сидеть в столовке академии.

Вот только интересно, с каких это пор? Кэм раньше сам не брезговал там есть, да и с нами собраться, если что.

В общем, непонимание ситуации достигло критической массы и я не смогла удержать в себе вопрос:

– Кэм, почему ты так себя ведешь? – спросила, глядя, как дракон ковыряет ложкой шоколадную розочку и не спускает с меня томного взора.

– О чем ты? – улыбнулся он.

– Даже я понимаю, о чем она, – вступил в диалог Аластер. – Ты вдруг внезапно начал подкатывать к Эльке! Хотя до этого мало того, что капал слюнями на другую девицу, так еще и не стеснялся говорить, что тощие бледные пернатые не в твоем вкусе.

Дракон подавился опрометчиво засунутой в рот розочкой.

– Ну… э-э-э…

По моим тяжелым взглядом он потупился и гулко сглотнул.

– Ну правда, у твоих обычных пассий такие стенобитные орудия спереди расположены, что можно бежать в атаку – и города падут, – усмехнулся лепрекон. – А к нашей Эль как капустные листы не прикладывай, вряд ли что-то еще вырастет.

– Ну, Аластер! Ну, дружище! – процедила я, с прищуром глядя на этого гада. – Низкий тебе поклон от моей самооценки.

Возникло совершенно дурацкое противоречивое желание заявить, что маленькая – вовсе не значит отсутствующая! И вообще, она может быть изящная?!

– А ты не переживай, у тебя есть другие достоинства. В основном умственные и моральные, конечно, но что уж… – ни капли не смутился лепрекон. – Ну так что, Кэм? Пояснишь?

– Ну так все, – с привычными интонациями огрызнулся дракон, и с осуждением на меня посмотрел. – Вот уж не думал я, что ты будешь говорить о вещах столь личных, столь трепетных настолько прямо, да еще и при нем.

В «него» ткнули пальцем, на случай, если кто не догадался.

– Да и ты «при нем» тоже как бы сдержанностью не отличаешься. Потому что мы всегда были втроем и ничего не изменилось, – любезно напомнила я.

– Изменилось то, что я больше не являюсь поклонником «осадных орудий ближнего боя», и на этом все. Обсуждать больше не буду. – Кэм сказал как отрезал.

За столиком воцарилась тяжелая, гнетущая тишина. Алс демонстративно пялился на официантку, которая принимала заказ за другим столиком, а дракон расчленял по тарелке остатки своего пирожного. В общем, обстановочка была, мягко говоря, не комфортная и требовала разрядки. Я смяла салфетку и, бросив на стол, поднялась.

– Я на минуточку, – сказала наигранно бодрым тоном.

Шагая по коридору мимо маленького зимнего сада с парочкой живописных лавочек возле ростовых стрельчатых окон, я ощущала, как щеки полыхают от стыда и… другого неуютного ощущения. Что я друга обидела.

Возможно, мне стоило просто поговорить с ним наедине и не втягивать в это Алса? Но будем честны, я думала, что при лепреконе Кэм будет вести себя как обычно! Он сам усугубил ситуацию.

А теперь я виновата из-за того, что спросила про это? Но если ты публично так поступаешь, то будь готов публично пояснить о причинах своего поведения, не так ли?

В моем мире всегда действовал именно этот закон. Та же бабушка очень любила обсуждать проблемы семьи при всех ее членах.

Ну, при тете и мне, если быть точной. Моя мать приезжала слишком редко для того, чтобы ей можно было эффективно полоскать мозг. Да и пресекала она это быстро и решительно. Имела возможность, так как находилась уже не в нашем роду, а в роду мужа.

Кланы фениксов до сих пор достаточно консервативны.

Притом это закреплено даже на магическом уровне. Противостоять бабушке в тот момент, когда она была не просто бабушкой, а ГЛАВОЙ, – это сложно. А главой ее делал в том числе и полный комплект родовых украшений, который она неизменно надевала на каждый воскресный обед.

При воспоминании о последнем обеде у меня еще больше испортилось настроение. Тетушка на него не явилась, и мне пришлось выносить это давление в одиночку. А бабуля минимум три раза упомянула, что учитывая историю моего появления на свет, я не в том положении, чтобы перебирать женихами.

Дают дракона – бери дракона.

И даже не спрашивай, как зовут, – в целом тут важно только его согласие. Ну и формально мое. Которое я все еще не дала – тому жениху, которого мне навязывали. Даже от встречи отлынивала как могла…

Из уборной я вышла мрачной и подавленной.

И, разумеется, была не в восторге от того, что Кэм караулил меня на входе в зимний сад. Вот кто ему сказал, что подстерегать девушку после того, как она «попудрила носик», – это хорошая идея?!

– Эльза!

– Кэм, – отозвалась я.

– Я хотел… извиниться, наверное. – Он подошел и взял меня за руки. Сжал, страстно проговорил: – Только наедине. Алс вечно все высмеивает.

В данном конкретном случае его сложно за это судить…

– Я предлагаю забыть это неудобное происшествие и вернуться к прежней системе взаимоотношений, – мягко предложила я, высвобождая пальцы. – Все будет как предыдущие два года! Ты, я, Алс и наши приключения, наша учеба.

И твои бабы со стенобитными орудиями. Но это ехидство я придержу.

– Не получится, – покачал головой дракон.

– Если стараться – обязательно получится! – Я по-дружески похлопала его по плечу.

Внутри у меня сидел маленький зверек по имени Паника. Сидел и молчал. А хотелось бегать и орать!

Надо сказать, что за два года учебы я, конечно же, временами мечтала, чтобы на меня обратил внимание какой-нибудь сильный и смелый парень. Можно даже дракон – я не капризная. Подошел и сказал: «Ты моя». Вот так вот решительно и неотвратимо.

Но Кэм, который был мне симпатичен в начале первого курса уже раз шесть говорил «ты моя» другим студенткам с выдающимися достоинствами. И надо сказать, что делал это изящнее, чем сейчас!

– Эль, я знаю, что все это выглядит очень странно и неуклюже. Просто я оглянулся на свою жизнь и понял, что она какая-то… однобокая. И я понял, что хочу проводить с тобой больше времени.

– Так мы и так постоянно вместе, – недоуменно хлопнув ресницами, сказала я, изображая наивность и непонимание.

– Мы постоянно втроем – это другое! Ты без Алса никуда.

– Ну… э-э-э… Ты преувеличиваешь! Кто со мной в прошлом месяце ходил хиллиса ловить? А помнишь, как мы ходили в бассейн водников, опоздали вернуться в общежитие до комендантского часа и всю ночь просидели на лавочке около памятника дракону-исцелителю? И еще… еще… Да полно таких случаев, Кэм! В общем, ты не прав!

– Серьезно? Ты вспомнила всего пару за два года. И предлагаешь мне на их основе сделать вывод?

Хотелось бы! Или у нас тут вечер дружеских воспоминаний?

– Ладно, Эль, это все неважно, – вдруг отмахнулся Кэм. – Давай забудем про нелепое выяснение отношений и просто постараемся построить все заново. Дай мне еще один шанс!

– Ты говоришь так, словно мы уже пробовали… что-то такое строить и по какой-то нелепой случайности ничего не получилось, – досадливо поморщилась я. – Кэм, сложно давать шанс повторно, если еще ни разу не давала. Я никогда про это даже не думала.

Вру немного. Думала. Но давно, совсем недолго и по собственной инициативе!

– Ну так подумай. Сама прикинь – я же всесторонне идеален.

– Наконец-то узнаю своего друга…

– Вернее, идеально тебе подхожу. И если ты будешь больше времени проводить со мной наедине, без лишних глаз, чтобы только я и ты…

Дракон шагнул вперед и остановился практически вплотную. Нависал, подавлял… в тех романтических книжонках, что мы читали в общаге, данное действо выглядело волнующе, и у героинь перехватывало дыхание. И что-то еще внизу живота, я так тогда и не поняла к чему авторы описывали эти странные мышечные спазмы.

Но главное – в моей жизни ничего такого не было!

Даже близко. Хотелось отстраниться, что я и сделала.

Отшатнувшись, я задела декоративный фонарь, вершиной которого служила старинная лампа. Из тех, что работают не на кристалле-накопителе, а на магическом масле. Очень горючем. Очень трудно гасимом.

И стекло на подобных лампах положено делать из закаленного хрусталя, которому даже прямой удар гномьего молота не повредит, не то что стук об стену. Но хозяин «Шоколадного рая» явно сэкономил на дизайне, потому что прозрачная преграда хрустнула и пошла трещинами.