Дракона возбуждать не рекомендуется

© Черчень Александра

© ИДДК

Я заложила крутой вираж и спикировала на площадку перед замком. Ветер привычно держал в воздухе огромное тело, давая опору крыльям, и я аккуратно приземлилась на скалу, подняв в воздух облако снега.

На сапфировую чешую, медленно кружась, осыпались поднятые кожистыми крыльями снежинки, смешиваясь с теми, которые только что подарило небо.

Подняла голову и, прищурив глаза, окинула пристальным взглядом небольшой, словно отлитый изо льда дворец.

Высокогорная резиденция лорда Оллисэйна Златогривого.

Того, ради которого я пролетела половину Ледяного Предела – страны драконов с холодной кровью. Того, кто сможет мне помочь. Пожалуй, единственный, в чьих силах сделать для меня хоть что-то, потому что он некогда проходил то же самое, что невыносимой мукой скручивало меня последние недели, отступая лишь ненадолго.

Словно в ответ на мои мысли по ауре пронесся огонь чуждой силы, сминая природную магию ледяной драконицы, вытесняя ее… откликаясь реальной болью в теле. Глухо застонав, я опустилась на камень площадки, потому что лапы отказывались держать, и попыталась отрешиться от ощущений… Нужно просто пережить это время. Потом станет легче, обязательно станет.

И если я все же найду Златогривого, который удалился в самый затерянный уголок долины, то смогу передать ему губящую меня магию прокля́тых фейри!

Спустя бесконечно долгие минуты, в течение которых я в беззвучном крике изгибалась на снегу, пока жгучая сила словно выворачивала суставы, все наконец-то закончилось. Я несколько секунд тупо смотрела на голубоватую стену замка, которая была совсем недалеко. А с неба тихо падал снег… Сейчас все чувства были обострены до предела. Я ощущала, как холодит живот и грудь камень, как касается чешуи ветер, слышала, как шумят сосны неподалеку и как бежит с гор стремительный, бурный речной поток. Достаточно быстрый для того, чтобы его не сковало морозом в этом царстве холода.

А еще воздух… пьяняще сладкий, которым я не могла надышаться.

Потому что я была очень-очень глупой девочкой. Испугавшись осуждения семьи, бросилась искать средство от гибели сама.

И сейчас меня не осматривают самые знающие драконы долины в попытке помочь, а я умираю высоко в горах.

А все из-за того, что моего отца казнили за убийство фейри, которых он терпеть не мог. Соответственно, остальное семейство тоже проклинает любого представителя дивного народа.

И потому, если существует хоть какая-то возможность – я использую ее и справлюсь сама!

Ничего… все будет хорошо! Главное – не сдаваться! Никогда не сдаваться…

Сосредоточилась на обороте, и вот спустя несколько секунд на снегу лежала уже не сапфировая крылатая, а хрупкая девушка, закутанная в темно-синий плащ.

Часто, с хрипами дыша, я встала сначала на колени, а потом и на ноги, зябко переплетая свои замерзшие пальцы с посиневшими ногтями. Но с каждым вздохом мне становилось все легче, боль отступала, а сила дивного народа в моих жилах уже не жгла изнутри, а мягко обнимала, словно заглаживая свою вину.

Ничего… это наследство какого-то фейри, которое вылезло спустя пять поколений, я совсем скоро передам тому, кто сможет с ним справиться. Тому, кому оно нужно.

Но неприятности настигли меня почти сразу.

Ночь опускалась на нашу страну стремительно, и вот сейчас сумерки уже окутывали горы легким покрывалом. А огней в окнах так и не появилось.

Мои худшие подозрения подтвердили и замерзшие двери.

Тут уже давно никто не бывал.

– Создатель, ну за что?! – простонала я, в бессильной злости ударяя ладонью по словно сделанным из цельной глыбы льда узорчатым дверям, за которыми просматривался огромный холл. За свою вспышку я тут же поплатилась, потому что рассекла кожу одной из декоративных игл, украшавших поверхность. Но от своей декоративности она не стала менее острой, а потому горячая алая жидкость пролилась на лед. Кровь, растекаясь по всей поверхности, словно масляная, заполнила собой желобки, образовав сложный алый узор. Он полыхнул светом, и двери неслышно распахнулись, пропуская меня во дворец.

Я, перехватив пораненную ладонь, изумленно смотрела на это чудо. Защита на крови… пропускает лишь дивных?

Но почему хозяин замка настолько уверен, что представители бессмертного народа не причинят ему вреда?

Странно.

Ладно, сейчас не время размышлять о нюансах, надо радоваться, что створки распахнуты, и у меня есть шанс спастись.

Облегченно выдохнула и прошла под своды зала. Но стоило мне сделать несколько шагов, как за спиной послышался стук и, порывисто развернувшись, я увидела, что все пути отрезаны. Теперь я заперта в замке.

Опечалиться я не успела, так как кровавый узор, который и не думал затухать, вспыхнул еще ярче, и вдруг на полу появился такой же, который ажурной змейкой бежал через весь холл по направлению к большой лестнице, ведущей на второй этаж.

Пожав плечами, двинулась по этой «дорожке», здраво рассудив, что она приведет меня туда, куда мне, по идее, и надо. К хозяину этого жилища.

Я шла по коридорам замка, которые с каждым пролетом становились все менее помпезными и роскошно-холодными. Теперь тут было уютно, и я даже поймала себя на желании изучить это место.

Кстати, если не ошибаюсь, оно принадлежит не только Златогривому. Куплено вместе с каким-то ледяным драконом, его другом, но он тут почти не бывает.

Но хорошее долго не продлилось, и огненная тропинка привела меня в «приемную» часть дворца. Опять камни, холод и богатое убранство.

Наконец моя путеводная змейка достигла большой двустворчатой двери, «взбежала» на нее и растеклась замысловатым узором. Створки медленно открылись, позволяя войти в наполненный тьмой зал.

Сделала нерешительный шаг и даже почти не удивилась, когда услышала грохот сомкнувшихся створок.

Постепенно большая сфера под потолком наливалась светом, позволяя различить очертания резных белокаменных колонн, изразцов на потолке, который напоминал цветок изнутри.

А еще тут было два саркофага.

Нерешительно приблизившись к одному из них, я печально вздохнула, потому что лед, из которого и была крышка, оказался покрыт морозным узором, не позволяющим рассмотреть, что же там внутри.

Перейдя ко второму «гробику», я уверилась, что с ним та же ситуация.

Нет, ну так нечестно!

Это не просто ящички, это камеры стазиса… Специальные устройства, чтобы защищать и сохранять тело, которые придумали дивные и поделились магической технологией с драконами.

Ведь крылатый – не крылатый, а при длительном сне нужно контролировать процесс и следить, чтобы все было хорошо.

Поставила локоть на саркофаг и, склонившись над предполагаемым лицом усопшего, сообщила:

– А вы в курсе, что это невежливо? Я тут в гости пришла, а вы в спячку впасть изволили! Да еще и не торопитесь просыпаться, дабы меня приветствовать. – Со вздохом подперла щеку кулачком и грустно посмотрела на красивый «рисунок», выполненный талантливым художником – морозом. – А вы не умерли там, часом?

Гробик, разумеется, не ответил, а потому я продолжила свой монолог.

– Знаете, это было бы совсем некрасиво, – доверительно сообщила хозяину замка, который так не вовремя удалился на длительный отдых. Возможно, даже вечный. – Лорд, если вы умерли, то это очень досадно, ибо я имею все шансы к вам присоединиться. И это меня отнюдь не радует…

Тяжко вздохнула, стараясь не паниковать, и положила ладонь на гладкую поверхность. Она обожгла меня холодом, потому я быстро отдернула руку, с недоумением глядя на… прозрачный, как стекло, лед. В одном месте. Том, к которому прикасалась моя ладонь.

Уже понимая, что будет больно, и что руку я после этого не буду чувствовать, вновь приложила ладонь к крышке. Прикусила губу от впившихся в нее иголочек мороза.

Но… все рано или поздно заканчивается, а уж к боли-то я за это время привыкла.

Зато мои усилия были вознаграждены.

Спустя минуту я, машинально облизывая искусанную нижнюю губу и ощущая на языке металлический привкус, задумчиво рассматривала молодого дракона, спящего в толще голубого льда.

Крылатого, притом явно не огненного рода в нем выдавали снежно-белые волосы, очень светлая кожа и правильные, красивые черты лица. То есть явно не человек. А у дивного народа в совершенной и очень привлекательной внешности всегда есть явственно видимый изъян, который их, как правило, ничуть не портит, но все равно.

То есть это дракон. Но должны быть черты лица фейри, ведь Оллисэйн только на четверть дивный.

– Интересно… – протянула я, задумчиво косясь на вторую анабиозную камеру. Отстранилась от первого саркофага и, подойдя ко второму, распластала пальчики на крышке. Переждав онемение, с любопытством взглянула на лицо второго спящего… и захотела ругаться!

Потому что он тоже был драконом! Никаких признаков фейри, этих странников междумирья, в нем не было! Только кожа более смуглая да постарше, чем первый.

И что делать?

И вообще, как их будить?! К сожалению, я знала очень мало, и, разумеется, не была в курсе, как прервать этот магический сон, достать из этого зачарованного «льда».

Разве что… я посмотрела на свою пораненную руку, которую недавно перетянула чистым платком. Моя кровь помогла прийти сюда. Может, с ее помощью и с саркофагами сладить выйдет? В любом случае, других идей нет, а попытка не пытка.

Развязала ткань и, поморщившись, расковыряла отращенным коготком начавшую уже подживать ранку. Когда снова полилась кровь, быстро приложила ладонь к ледяной крышке… и тут же отдернула, потому что в глубине каменного основания «гробика» что-то загудело, а потом лед… испарился. Просто взвился паром под своды зала, оставляя на мраморном постаменте тело дракона постарше.

Видя такой потрясающий эффект, я скорее, пока не остановилась кровь, рванула ко второму «спящему царевичу», и спустя несколько секунд и его «клетка» испарилась с легким шипением.

– Ура, ура! – счастливо воскликнула я, торопливо перетягивая руку и с радостным воодушевлением глядя на два тела, ожидая, что сейчас они откроют глаза… и, разумеется, кинутся мне помогать!

Прошло пять секунд. Лежат.

Десять секунд. Все равно лежат.

Полминуты. Не шевелятся.

Две минуты. Изменений нет.

Я подошла поближе к тому, что помоложе, и грустно потыкала в тело пальчиком. Тело не отреагировало.

– Какой же неудачный день. Да и месяц, если уж на то пошло, – печально поведала этому красавцу, который и не думал уважить меня своим пробуждением. Присела на краешек постамента, на котором он лежал, и окинула мужчину долгим взглядом.

А мужчина был хорош! Насколько высок – непонятно правда, лежит же. Но, что называется, «любимый типаж». Узкое резкое лицо, спокойное выражение, морщинка между бровями, которая не разгладилась даже во сне. А еще он выглядел умным. А я на это дело всегда была жуть какая падкая.

Посмотрела на второго мужчину со смуглой кожей и длинными, заплетенными в косу волосами, который склонил голову набок и, судя по мрачному выражению породистого лица, спать лег в дурном настроении, и снилось ему тоже что-то не шибко приятное.

– И кто же из вас Оллисэйн Златогривый? – задала риторический вопрос в пустоту.

Мне, конечно же, никто не ответил. А жаль, потому что, ощутив разочарование, я поняла, что, оказывается, на что-то надеялась.

Но надо же их как-то попытаться разбудить?!

В следующие полчаса было перепробовано все! Похлопала красавцев по щекам, побрызгала водичкой, даже, вконец отчаявшись, вспомнила старые сказочки и, осмелев, поочередно чмокнула в губы и одного, и второго.

После этого, печально разглядывая того самого, который умный, прикинула, что, возможно, в поцелуе не хватало чувств.

– Ну да… – рассуждала я, рассеянно перебирая короткие светлые волосы бессознательного дракона. – Какие тут чувства… значит, надо что-то другое думать.

Критически оглядела его еще раз и похлопала по щекам. Показалось, что выражение лица стало заметно более сердитым, да и кожа немного порозовела. Но больше никаких изменений не было.

На магическом уровне тут было наверчено такое, что лезть в переплетение нитей силы я не рискнула. Там чего только не накрутили! И магия фейри, и драконов, и еще что-то, совсем уж непонятное!

На этом изучение пришлось закруглить и по очень уважительной причине. Меня снова скрутило приступом, притом таким сильным и жестоким, что я рухнула на пол, потому что ноги были не в силах держать, в глазах темнело, и я потеряла ориентацию в пространстве. Когда боль ненадолго отступила и я снова стала видеть, то поняла, что выхода у меня нет.

Вернее, есть лишь один. Можно провести ритуал передачи магии в одностороннем порядке. Но он неизвестно чем закончится. Но… а что я еще могу?!

Да, я пришла, но хозяева спят, а я… умираю. И правда, умираю.

А гибнуть не хотелось.

Потому если иного выхода нет, то воспользуюсь тем, последним, который все еще открыт.

Я достала из сумки футляр и часто, с присвистом дыша от все еще жгущей меня силы фейри, вынула из него небольшой, сияющий всеми цветами радуги кинжал. Он был полупрозрачный, такое ощущение, что вообще не материальный. Сделав над собой усилие, я вытянула в ладонь немного дивной энергии и схватила нож, тут же полоснув себя по запястьям. Кожу он не поранил… он вскрыл ауру, и в воздухе начали проявляться ленты силы, которая вытекала, покидая мое тело, но все еще была подвластна мне.

Так… а теперь нужно выбрать донора. Была мысль посчитать считалочкой и довериться случаю, но тут энергия взбрыкнула, пытаясь вырваться, и пришлось все делать быстрее.

Последним усилием встать на колени, схватить за руку одного из спящих и полоснуть его по открытой коже стихийным оружием. Серебристо-голубая сила послушно потекла из появившегося разреза, красиво искрясь всеми оттенками льда… Видя такое дело, я возрадовалось, что все же не ошиблась! Это и есть полукровка.

У обычных драконов энергия однотонная и не такая яркая, а тут вон какая красота.

Ну а дальше самое сложное. Нужно было слить воедино эту энергию и провести ритуал разъединения, оставляя квартерону мою долю магии фейри. Он умеет этим управлять, ему точно не повредит! А я забуду последние недели, как страшный сон, вернусь к обыденному и такому уютному существованию.

Лишь бы получилось! Лишь бы получилось!

О том, что это очень опасный и неустойчивый процесс, я предпочитала не вспоминать.

Даже при худшем исходе это даст мне время, чтобы вернуться в долину. Так что все не зря!

Разумеется, ничего не получилось так легко и просто, как мне хотелось. Нет, слить нашу силу воедино вышло. А вот дальше… никак. Поток энергии не желал перекрываться, и уж тем более возвращаться обратно в ауру. Я с каждым мигом слабела, а тело немело. Я даже не могла пошевелиться и что-то сделать, лишь с бессильной обреченностью наблюдала за сияющей сферой, которая становилась все больше и ярче.

Мыслей не было, особой злости тоже, просто осознание, что фраза «чему быть, того не миновать» все же правдива. Как ни лети, как ни беги, а… итог один.

Неожиданно дракон дернулся, выгнулся на своем каменном ложе и коротко прорычал. Я вяло удивилась. Что это он? Вроде бы не больно, тогда почему он во сне так реагирует?

Правда, когда светловолосый повернул голову и уставился прямо на меня льдисто-серыми глазами, мне стало жутковато. Он окинул взглядом мои запястья, проследил нити силы до шара… а после и до своих рук. Лицо дракона исказила ярость, и он прошипел:

– Ты что натворила?! Да как ты посмела?!

– И что так ругаться? – из последних сил прошептала я. В глазах темнело, а все вокруг расплывалось. – Вам это… не повредит.

– Мне?! – Он с трудом сел. Судя по всему, мужчина ощущал себя не намного лучше, чем я. Разве что еще мог двигаться, я же полулежала, опираясь спиной на одну из колонн, и была не в силах даже дернуться. Речь отнимала последние крохи сил.

– Вы – дракон с дивной кровью. Оллисэйн Златогривый. Вам не повредит.

– Идиотка! – нелестно охарактеризовал меня он и дернул головой в сторону второго саркофага. – Олли – вот! А меня зовут Ильфрисэйн, и я его кузен! В котором, слава богам, не было силы фейри. До недавнего времени. И сейчас она меня выжигает точно так же, как и тебя!

– Я… умирала, – задыхаясь, сказала, сворачиваясь в клубок от очередного приступа боли. – У меня… не было выбора. Простите.

Дракон попытался встать, и это у него даже получилось, как и сделать аж два шага. Правда, потом он все же свалился… но успел ухватиться за край «гробика» своего родственничка.

– Что вы делаете? – еле смогла вымолвить, одновременно пытаясь задавить в зародыше надежду, что все еще может закончиться хорошо, а не парочкой трупов в зале. Теперь парочкой… потому что «отравленный» силой дивного народа ледяной дракон долго не протянет. По сути, то, что я сделала, это искусственное пробуждение магии крови. И так просто и легко оно никогда не проходит.

– Бужу его, – отрывисто бросил дракон и нажал на какой-то символ в изголовье Златогривого. Внезапно в воздухе появился набор странных сверкающих знаков, и Ильфрисэйн быстро ввел какой-то код, тут же оседая на узорчатый пол. По всей видимости, это действие отняло у него все силы.

Одновременно с этим из платформы, на которой лежал Оллисэйн, выдвинулись странные металлические наручники, которые, обхватив запястья дракона, сжались, послышался какой-то щелчок, а после Златогривый выгнулся со стоном боли и медленно открыл глаза.

Наручники пропали, словно их и не было… а вот кожа, которой они касались, теперь была покрасневшей и воспаленной.

– Что это было? – тихо спросила я.

– Транквилизаторы, – шепнул его кузен.

Тем временем Олли медленно сел и, с тревогой посмотрев на второе пустое каменное ложе, позвал:

– Ильф?!

– Тут я, – уныло откликнулся лежащий на полу дракон. – И если ты что-то срочно не сделаешь, то я тут и сдохну.

Ильф? Я едва не рассмеялась. Вернее, была бы на это способна – точно бы рассмеялась.

Дело в том, что с языка фейри «ильф» – легкий, мягкий, нежный.

Судя по всему, этому ледяному индивиду, что возводит самоконтроль в культ, свое имя не нравится. Не подходят они друг другу.

– А что случилось?

– Женщина, – с каким-то редкостным отвращением в голосе поведал блондин. – Пришла и случилась!

– Здравствуйте, – решила побыть вежливой я. – Я пришла к вам. Но вы спали, а в лицо Златогривого я не знала, и потому провела ритуал с тем, до кого дотянулась, когда меня накрыл очередной приступ. Вот…

Я окинула выразительным взглядом связывающие меня и Ильфрисэйна нити энергии.

Оллисэйн тоже посмотрел. А потом так выругался, что куда там его родственничку!

Вернее, этот вообще не стеснялся в выражениях. Подозреваю потому, что лучше знал последствия.

Дальше все было стремительно и страшно. Златогривого с саркофага буквально снесло. Полоснув ладонь отросшими когтями, он приложил руку в его изголовье, и в воздухе снова появилась панель символов, но уже гораздо более обширная, чем раньше.

После недолгих манипуляций с этим «гробиком» он кинулся ко второму и все повторил.

Ну а затем расположил меня и своего родственника на саркофагах. Я тут же почувствовала стальную хватку браслетов на руках, а потом и на шее. Охнула от впившихся в вены игл, которые ввели в кровь какое-то вещество и тут же пропали.

– Сделаю что смогу, – серьезно глядя на нас, сказал Златогривый, а после очертания зала поплыли, и сознание меня покинуло.

Вернулось оно спустя некоторое время, притащив за компанию боль, озноб и общее отвратительное самочувствие. Я попыталась пошевелиться, но тело прошила острая вспышка неприятных ощущений, и я тихо застонала. Дальше лежала не шевелясь, дабы не провоцировать свое бедное тельце.

Ох, какое странное место. Мое тело нежно обнимала бурлящая теплая вода, судя по запаху минеральная. По стенам плясали отблески разноцветного пламени, а каменное ложе купели было гладким и мягким, принимая очертания тела. Полумрак, с потолка капает вода, а буквально в вытянутой руке от меня вдруг послышался легкий полустон.

Я дернулась, стремительно развернулась и едва не завопила! Потому что дракон был слишком близко, потому что дракон был голый, и потому что я тоже оказалась не шибко одетая!

– Что все это значит?! – Видимо, паника придала сил, а потому я резко села, прикрыла грудь и окинула мужчину злым взглядом. Правда, на этом злость как-то испарилась.

Он сидел в метре от меня, отблески от кристаллов плясали по широким плечам, скользили по кубикам пресса, бликами играли на воде, что плескалась на уровне поджарых мужских бедер. Но я тотчас смешалась и отвела глаза. Вода оказалась плохим прикрытием. А вернее – никаким. То, что мужчина возбужден, было очевидно.

– Вы… это чего? – не глядя, я пальчиком наугад указала на возмутившее меня нечто.

– Я это, моя дорогая, голый, в воде и даже с женщиной, – любезно просветил меня сосед по купальне. – И видимо, не иначе как от воды, в таком состоянии!

– От воды вряд ли, – немного подумав, выдала я, но почти сразу дополнила: – Разумеется, если вы не извращенец…

Мужик напротив злобно прищурил льдистые глаза, и я поспешно решила исправить ситуацию.

– Вы не переживайте, в наше время чего только не случается. У вас еще невинные и безобидные склонности!

– Я тебе сейчас покажу невинные и безобидные склонности, – подобрался агрессивно настроенный шикарный мужской экземпляр.

– Какие у вас плечи! – восторженно выдохнула я, внезапно оценив вышеупомянутое.

– Какие? – с иронией осведомился он.

В серых глазах теперь была лишь насмешка, хотя где-то в глубине золотым отблеском все еще тлела злость. Да… теперь в нем пробудилась кровь фейри, а потому эмоции видны.

Или это освещение играет со мной злую шутку?

– Плечи? – неуверенно переспросила я и окинула их взглядом.

Плечи были хороши! Красивые, накачанные, в бриллиантовых каплях воды, которые время от времени срывались вниз по гладкой коже и, увлекая за собой другие, расчерчивали мужскую грудь ручейками. Я проводила их взглядом, который следом за капельками невольно сполз на гладкий живот, а потом и… да. Туда.

В смысле – в воду!

– Так что там с моими плечами? – раздался ехидный голос, прерывая созерцательный транс.

Когда я, раскрасневшись, снова посмотрела в глаза дракона, они уже были почти черными из-за неимоверно расширившихся зрачков.

– Широкие? – еще раз полюбовавшись Ильфом, шепотом предположила я.

– Как вариант, – лениво повел лопатками мужчина и, подавшись вперед, вдруг позвал: – Девочка… иди-ка сюда.

– Зачем? – пискнула я, отодвигаясь подальше.

– Бороться с моими извращенскими наклонностями, – крайне серьезно ответил дракон. – Возбуждение от воды, это же ни в какие рамки! Надо исправлять ситуацию. Ты же не бросишь заблудшего?

– Брошу! – отважно решила я, перебирая руками по дну и отодвигаясь все дальше, притом очень стараясь не высовываться из и так прозрачной воды дальше плеч. Но, судя по плеску да участившемуся дыханию ледяного, я в этом не преуспевала.

– Знаешь, а я, пожалуй, буду настаивать, – хрипло проговорил Ильфрисэйн, который все еще не двигался и лениво полулежал в воде, но взгляд-то у него какой был, взгляд! Хищный! Я забывала, как дышать, от смеси жути и предвкушения. В низу живота холодок страха причудливо сплетался со странным, знакомым мне томлением.

Опыт отношений у меня был. Но не заходил дальше поцелуев и ласк. А в последний год так вообще никого к себе не подпускала. В дальнейшем выяснилось, что тут тоже виновата кровь фейри. Во время пробуждения силы интимный контакт с существом другой расы нежелателен, потому как может нарушить энергетическое равновесие. Так что торжественно потерять невинность с драконом я не успела, а дивного на сию почетную миссию было просто не найти. Да и не сказать, что все, что я желала сделать напоследок, – это познать радости секса.

А тут… напротив сидел ледяной дракон. Но в нем была кровь дивных, а теперь и пробужденная мной сила.

Поэтому телесного отторжения не было.

Пока этот гад не подался вперед и не начал подниматься из воды со словами:

– Ну что же, я не гордый. Могу и сам подойти!

– А может, поговорим? – робко предложила я, одновременно подтягиваясь на руках и выбираясь на бортик странного, чересчур мелкого бассейна.

– Обязательно поговорим! – заверил меня этот светловолосый гад крылатый и, многозначительно усмехнувшись, добавил: – Потом.

– А я не хочу потом, я хочу сейчас. – Почему-то, несмотря на панику, мой голос прозвучал капризно.

Я вылетела из воды, но далеко удрать не успела. Как оказалось, этот воин мог двигаться просто невероятно быстро! Так что меня поймали за талию и прижали к твердому телу, одновременно сжимая ногами мои лодыжки. Теперь дергайся не дергайся, только провокации получаться будут. Потому как с каждым движением я терлась попкой о его возбужденную плоть.