Пять невест ректора

Первая встреча с герцогом Сибэлем ввергла меня в такую панику, что я разом захотела поджать хвост и сбежать?

Нет уж! Надо мне замуж за принца или нет, я решу потом.

В данный момент действительно нужно сконцентрироваться на своем задании.

– Кхм! – вдруг раздалось над головой, и, вскинувшись, я уставилась изумленным взглядом на горгулью, что сидела под высоким сводчатым потолком и, свесившись со своего насеста, внимательно смотрела на меня ядовито-зелеными огнями глаз. – Эльфа, шла бы ты.

– Куда? – растерявшись, переспросила я.

Горгулья потянулась, взмахнула каменными крыльями и вполне доброжелательно посоветовала:

– Ну к коменданту, например. А то поселят непонятно куда, будешь всю учебу нотации привидений слушать. Комнаты тринадцать и шестьдесят шесть брать не рекомендую.

– С чего это такая любезность? – Я уже пришла в себя и, скрестив руки на груди, вскинула бровь.

– Просто так, – зевнула волшебная тварь и вновь замерла, а огни в глазницах погасли.

Я улыбнулась и, поправив ремень рюкзака, бодро двинулась обратно, прикидывая, у кого лучше всего расспросить, как найти секретариат. Полагаю, что сначала мне нужно отметиться там?

Отловив спустя пару коридоров местного домовичка, расспросила о том, куда идти, и по дороге рассматривала убранство Академии.

Здесь стены были украшены замысловатой мозаикой, наглядно иллюстрирующей баталии из славного прошлого Академии Триединства. В то время укреплений было больше: три кольца высоких каменных стен вокруг главного здания замка. А вокруг несметные полчища демонов, штурмующих форпост.

Я шла вдоль стен, быстро минуя оконные пролеты, и вглядывалась в нарисованную историю.

Несколько изображений были посвящены и Основателям. Тем троим, что силой магии и денег в сжатые сроки построили это место.

Эдан Хрон – кицунэ из древнего клана по прозвищу Черный Принц. Изворотливый лис, до вчерашнего дня являвшийся ректором созданного учебного заведения, но внезапно покинувший пост. Если учитывать, что он прочно сидел в начальствующем кресле несколько столетий, любопытны причины, сподвигнувшие его на уход. Или это временно?

Про расу многохвостых лисов и так ходило много шуточек в стиле «мужик + манто в комплекте», но этот действительно был красив как темный бог.

Надолго искусство меня не захватило.

Получив все необходимые напутствия, я отправилась искать общежитие Долга и Чести. Пока шла, вспоминала все, что я знаю о своем будущем факультете и двух остальных, которые были в Академии.

Итак, факультет Интриг и Пакостей готовил самых профессиональных продажных чиновников на свете. Зачем вести борьбу против коррупции, если это замечательное движение можно возглавить? Интриганы и Пакостники могли подвести и продать любого, но были обязаны несколько лет верой и правдой служить на благо государства.

Контракт-с.

Факультет Долга и Чести являлся полной противоположностью вышеозвученному. Самые честные, самые неподкупные, самые лучшие стражи закона на свете! Даже не удивительно, что отец определил меня именно сюда: зачем девочке плохому учиться? Вот если бы я все же оставалась в статусе наследницы, то меня точно определили бы к интриганам!

Третьим факультетом был «Наука и Изобретательство». Он не так сильно гремел на все сопредельные страны, как первый, но без него технический прогресс вяло бы плелся в хвосте процессии в гонке королевств да империй.

В общаге меня встретили… да никак не встретили!

Надо признать, мне было не чуждо чтение художественной литературы и в частности, простите святые деревья… любовных романов. В некоторых из них действие происходило в разнообразных учебных заведениях, потому я почему-то считала, что новенькие вызывают определенный ажиотаж.

Нет.

Вообще никакой реакции, даже несмотря на то, что я эльфийка. Тут и без меня достопримечательностей хватало.

В общем, остановившись посреди холла и вдоволь поразглядывав портрет Основательницы Даны Милохор, которая и создала этот факультет, я не дождалась внимания к себе великолепной и отправилась добывать его своими силами.

Окинув взглядом помещение, я заметила темноволосую эльфийку, что сидела на подоконнике и, любопытно озираясь, с аппетитом жевала что-то из мешочка, расположенного на коленках.

Хорошенькая юная эльфа примерно моего возраста… а еще прямая конкурентка за хладное тело ректора.

К досье прилагались портретные миниатюры, потому я сразу узнала Иринэль из рода Белых Вязов. Племянница главы рода, умница, красавица и, судя по комментариям папы, дико наивное существо.

Отлично, тебя-то мне и надо.

– Добрый день, – мягко поздоровалась я, подходя к девушке. Одна темная бровь поползла вверх, эльфа окинула меня внимательным взглядом мшисто-зеленых глаз и кивнула.

– И тебе высоких крон над головой, Фэйниэль.

Кажется, не только мне выдали досье на остальных соискательниц.

– Хотела попросить указать мне путь к коменданту.

– Оу. – Коварная улыбка на розовых губах заставила начать сомневаться в папиных информаторах. На птичку наивняк эта девица походила в последнюю очередь. – Я не просто укажу, я даже покажу.

– Благодарю, Иринэль.

В зеленых глазах мелькнула ирония, а я насторожилась еще больше.

Эльфийка спрыгнула с подоконника, затянула шнурки кожаного мешочка и махнула рукой.

– Пойдем.

Пока мы шли по весьма запутанным коридорам общежития, я, ни капли не стесняясь, долго, с прищуром разглядывала сопровождающую.

Нажить неприятеля не боялась ни капли, в первую очередь потому, что у нее изначально нет поводов со мной дружить.

Да и пялилась я не просто так, а по делу. Одной из моих врожденных способностей было видеть иллюзии. Не сквозь них, а то, что эти самые иллюзии есть.

В данном случае на девице был многослойный морок, который корректировал буквально все: начиная с внешности и заканчивая уровнем магической силы. И не один. То есть под первым, таким же, как и на мне, был второй.

Чрезвычайно любопытно.

Иринэль вновь посмотрела на меня и подарила понимающую улыбку. Я поняла, что информаторы у рода Белых Вязов тоже очень, просто очень хорошие!

Спустя несколько минут мы остановились возле приметной двери с табличкой «Комендант», где какой-то злобный домовой в летах пробормотал что-то нелицеприятное и кинул в меня ключом. Поймала его только благодаря природной ловкости. После домовой сказал, чтобы мы выметались из его кабинета и держали путь к завхозу.

Несколько минут я шла по инерции и очнулась уже на первом лестничном пролете.

Иринэль, по-прежнему изображавшая из себя сопровождающую, хмыкнула и понимающе спросила:

– В первый раз за пределами леса?

– Нет, – чуть помедлив, ответила я и призналась: – Но раньше ездила с отцом.

– И вокруг все, конечно, бегали на цыпочках. Тут все будет совершенно иначе, так как никто не знает о том, что ты высокородная эльфийка, да если бы и знали, это мало что изменило. Привыкай, Фэйниэль.

В подвалах какое-то сильно нерадостное привидение выдало мне три экземпляра формы.

– Н-н-на! – Мешок, в отличие от ключей, кинули не в меня, а шмякнули под ноги. – Надеюсь, зимняя одежда тебе не понадобится.

Когда я спросила почему, призрак мерзко хихикнул и «обрадовал»:

– Не доживешь!

На этом этапе беспросветное хамство местного обслуживающего персонала мне надоело, и, переключив зрение, я увидела одну из болтающихся вокруг духа энергетических нитей. Ухватила за нее, свернула в жгут, рывком подтащила завывающего гада поближе и ласково спросила:

– И почему это я не доживу?

– Был неправ, – тотчас елейно откликнулся призрак, пытаясь состряпать максимально умильное выражение лица. Сделать это было крайне сложно из-за откровенно бандитской морды, да и синюшный цвет этой самой морды тоже очень мешал. Придушили мужичка, насколько я понимаю?

– Точно неправ? Совсем неправ? – Я натянула нить и чуть дернула за нее, как за струну, заставляя вибрировать. – Слушай, может, ты не знал, но все эльфы такие параноики. Вот ты мне сказал, что я до зимы не доживу, и я… обеспокоилась, понимаешь? А обеспокоенные эльфы имеют обыкновение искать козла отпущения и на нем срываться. Вот ты очень подходишь… Нити к источникам Академии ведут, так ведь? И если оборвать, то питаться тебе, дорогой мой, будет нечем.

– Светлейшая леди, пощадите! Я это… по привычке к вам так невежливо. Прошу прощения!

– Точно просишь? – В свой взгляд я попыталась вложить максимальную степень подозрительности.

– Точно!

Нашу занимательную беседу прервал тихий смех конкурентки.

– Отпусти ты его. Первым решением достопочтенного ректора Сибэля было то, что обслуживающий персонал факультетов меняется местами. Так что доблестные слуги из общаги Интриг и Пакостей теперь у нас.

Я отпустила духа и, подхватив с пола мешок, направилась к выходу, с затаенной улыбкой слушая о том, как было хорошо духам в такой постно-правильной общаге, пока не приехали придурошные эльфийки.

С Иринэль я попрощалась еще в холле. Склонила голову ровно настолько, чтобы выказать уважение и благодарность, и направилась вверх по лестнице.

Моя комната, судя по номеру «303» на брелочке, располагалась на третьем этаже.

Уже на финишном пролете заметила, как темноволосая эльфийка поднимается следом. Вздернув нос и решив игнорировать конкурентку из враждебного рода, я свернула направо. Так, комната номер триста, триста один, триста два… ага, вот и моя!

К дверям мы с Иринэль подошли одновременно.

Не успела я что-то сказать, как девушка покачала перед моим носом ключом, на котором крепился такой же номер!

– Соседи, – улыбнулась эльфа и быстро повернула ключ в замке, открыла двери и, бесцеремонно схватив меня за локоть, увлекла внутрь.

А там… огромное помещение и пять кроватей, столько же рабочих мест, тумбочек и шкафов.

И три прекрасные, мать их, эльфийки.

Святые деревья!

Вернее, нет. Святые бревна!

Иринэль прошла вперед, плюхнулась на кровать у стены, стянула со стройных ног сапожки, откинулась на подушку и заявила:

– Ну что, дамы, вот и пятая соискательница тела упыря! Прошу любить и жаловать, благо он не оставил нам вариантов.

Та-а-ак.

Я обвела медленным взглядом присутствующих дам. Определила, что вот та дальняя кровать у стены, судя по всему, единственная свободна, и, пройдя к ней, опустила свой рюкзак на столик, а сама присела.

Еще раз посмотрела на эльфиек.

Вокруг каждой из присутствующих, кроме уже знакомой девицы из рода Белых Вязов, стояли большие чемоданы и коробочки поменьше.

Кровать у окна, как самую в данном случае, прости Мать Природа, авторитетную, заняла такая же авторитетная барышня.

Зальфириль из рода Ядовитых Роз.

Она стояла у окон, ловя своими медными волосами солнечные лучи, и, судя по тому, как трепетали ноздри тонкого носа, изволила злиться.

Красивая настолько, что даже я начинала ею любоваться, несмотря на то что знала достаточно давно и была не понаслышке знакома с паршивым характером этой розочки.

– Я не буду тут жить, – гневно сверкнула совершенно черными глазами Заль. Такой цвет очень редко встречался у эльфов. – Я первая дочь главы рода! Мой род пожертвовал огромные средства на развитие Академии, и теперь меня заставляют жить в одной комнате с еще четырьмя? Это возмутительно!

Иринэль улыбнулась и, склонив голову набок, заметила:

– Вряд ли пожертвование было снабжено сопроводительной надписью в стиле «На нужды Зали, пусть живет как королевна».

Рыжеволосая эльфа ответила коротким, изящным взмахом ладони, в который умудрилась вложить всю снисходительность, что не влезла на мордашку, и добавила:

– Нас унизили, Ири, если ты еще не поняла! Всех нас! А складывается ощущение, словно ты наслаждаешься ситуацией!

– Вовсе нет, клянусь святыми бревнами! – побожилась брюнетка и тотчас рассмеялась, сверкнув зелеными глазами. Но почти сразу успокоилась и показательно серьезно проговорила: – Я тоже не нахожу себе места. Испереживалась вся!

Зальфириль решила, что спорить дальше ниже ее достоинства, потому грациозно присела на колченогий стул… который угрожающе скрипнул под легкой и изящной, но все же совсем не невесомой девушкой.

С соседней кровати раздался тихий всхлип и тонкий голосок:

– Он такой страшный. Такие жуткие красные глаза… когти еще эти.

Повернувшись, я разглядела забившуюся в угол на удивление блеклую девушку. Пепельные волосы, белая кожа с больным землистым оттенком и блестящие от слез яркие аквамариновые глаза.

М-да, судя по ее виду – компанию упырю в склепе она сможет составить в самое ближайшее время.

Почему настолько болезненную девчонку вообще отпустили из дома?

Хм…

Я наморщила лоб, вспоминая информацию из досье.

Нарвиэль из рода Клевера.

Большой род, довольно сильный. И про посланную завоевывать Короля Нежити девушку даже мой отец не смог найти много информации. Она даже не была из правящей верхушки рода – глава приходился ей двоюродным дядей.

Магии – минимум. Показатели средние.

На забившуюся в угол болезненно худую эльфийку я посмотрела очень подозрительно.

Я ни капли не удивилась, увидев тут Заль. Иринэль тоже ожидаема, как и последняя – Шанрио из рода Черной Осоки. С ней мы пересекались при дворе и очень мило общались. Приятная девушка!

А вот Нарвиэль совсем не кажется зубастой акулой, прибывшей в местные воды за добычей.

«Акула» зябко завернулась в кружевную шаль и зарыдала:

– Я домой хочу-у-у.

На ее кровать плюхнулась как всегда добрая до зубовного скрежета Шан, и пружины скрипнули под ее немалым весом.

Да, девушка из рода стражей границы отличалась удивительной для эльфов в принципе полнотой.

– Не плачь. – Голос у Шанрио был низкий, бархатный и очень красивый. Таким только баллады о несчастливой любви петь. – Все будет хорошо.

– Как все может быть хорошо, если он очень страшный?!

Заль фыркнула и откинула за спину волосы.

В общем, мое вливание в «коллектив» прошло на самом высоком уровне.

Обведя девушек оценивающим взглядом, я осознала, что не желаю и дальше прозябать в их компании. Надо использовать остаток дня на все сто процентов! Я закинула рюкзак в шкаф и, сдержанно попрощавшись, вышла из комнаты, где благодаря другим соискательницам упыриного тела была очень напряженная обстановка.

В одном углу Плакса по-прежнему поливала слезами свою скорбную участь. Ее как могла утешала Пухляшка, а в другом конце спальни настороженно косились друг на друга Зазнайка и Интриганка.

Быть может, давать соперницам прозвища это по-детски, но надо честно признать: у меня всегда была паршивая память на имена.

И та же Заль у нас Зазнайка еще с тех золотых времен, когда наши матушки решили, что мы отлично поладим в одном манеже. А эта поганка стащила у меня погремушку, а потом еще и по лбу ею врезала.

Да, на имена у меня память плохая, а вот на гадости – очень хорошая.